Новые грешники в этом Аду

      Первое, что увидел Сенчоус, когда приехал в Брукхевен - маленькая девочка.       Она была взрывной. Яркой, бурной, будто ей 20, а не 4. Звали её Оля, и та рассказала, что борется с преступностью в их городе. Мужчине она понравилась - и началась их дружба там, на главной площади города.       Оля познакомила его со своей командой - Коннором, Китайцем и Капибарой, а тот согласился вступить к ней.       Те времена, пока они сражались с преступниками за справедливость были лучшими моментами жизни обоих друзей. За ними гналась полиция, воры, военные техники - но ничто не сломило их дух.       А затем, Оля пропала после одной операции.       Сенчоус переехал обратно в Дегроидск, навсегда запомнив те две недели с Олей.       ...и теперь, видеть её в таком состоянии - закрытая глюками, багами, постоянно ломавшаяся от забаганных циклов анимации, это... действительно грустно, несмотря на то, что она не чувствует раскаяния за убийства.       Также, запомнился их разговор в первый раз, когда они остались один на один:       — Оля, стой!-       — С̄е͌нчӧ̚ус͝.ͅ.. ͅстͅаͅр̍ы̅й͝ д̈руг, с̀пасͅибо теͅб͝ё з͝а̓ ̂пр̒и͠ят͝ны͝ё̽ ̇воспомин͜ани̔я. ͘К̚ак жал͝ь,͠ ч͠то́ ты сд́о̽х̚н͝е̍шь.       — Да что я тебе сделал-то!?       К сожалению, Сенчоус тогда умер через 10 секунд, но это неважно. "Старый друг"... значит она помнит.       Он будет честен.       Он скучает по их дружбе.

***

      — У нас получилось, кажется, - Коннор толкнул лежавшего на полу Китайца, пока тот с кряхтением и выдохами поднимался с деревянного паркета.       — Здрасте, а кто вы? - сразу с вопросов начал Шедлетский. Он протянул руку андройду и помог тому встать.       — Я Коннор, андройд RK800. Мы с Китайцем, - мужчина указал на друга рукой, - расследуем дело о пропавших роблоксиян. Я бы и не взялся за дело, если бы среди исчезнувших не было... Оли.       На упоминании этого имени, Сенчоус поднял глаза с удивлением. И вдруг вспомнил: это же тот самый Коннор и Китаец, что были рядом с Олей. Так значит, они здесь ради неё?       — Оля? А, та странная девочка? Ага, тут она присутствует. В виде убийцы.       — Убийцы? Стоп-стоп... что тут происходит? Какие убийцы? - Коннор присел на удобный диванчик рядом, пока Китаец сел в позу лотоса на полу.       — О, я обьясню, я! - Поппи вылетела из-за спины админа и с усталой улыбкой начала, - каждые тридцать минут, мы все попадаем в так называемые "раунды". Там, мы как команда должны выжить десять минут от убийцы, и так каждый день!       — ...о ужас. Китаец, эй, зря мы сюда поперлись. Вы не пробовали сбежать?       — Вау, да, мы вообще никогда не пытались сье#### отсюда, ага, так и сидели на месте, сложа руки, - подала голос Сахарок, с таким же пессимизмом, как всегда.       — Ладно, глупый вопрос...       0:03.       — Готовься, братан. Сейчас будет не сладко. - Шедлетский положил руку на плечо андроида, пока тот нервно сглотнул.

***

"Убийца этого раунда..."

"Оля 4 лет."

      — Оля... Китаец, ты это видишь!? Оля здесь! Она жива, я так и знал!       Появились двое новых выживших в стеклянном доме, а воздух был окутан жёлтым смогом. Странное устройство стояло рядом с ними, похожее на... генератор.       — ...ага. - немногословно сказал Китаец в ответ.       — Ну же, пойдем! Встретим ее!       Коннор поспешил, куда глаза глядят, а его друг немного помешкался, видимо, небольшое сомнение насчёт этой "встречи" сидело у него в уме.       — Стой, Кон- ай, ладно.       — Оля! Оля, ты где? Это я, Коннор! - андроид скитался по пространству, с волнением и нетерпением смотря по сторонам, выискивая ту самую девочку, что дала ему жизнь.       И он нашел ее. Держав в руках автомат и расстреливая чувака из пиццерии, смеясь с безумием.       — Что- что ты делаешь? Оля!       Девочка приостановилась. Забаганная голова с трудом повернулась в сторону голоса - такого знакомого и родного.       Коннор, андройд, присланный из Киберлайф. Он изменился: его каштановые волосы были гораздо более растрепаны, форма помята, а на лице были видны царапины. В глазах было ошеломление, смешанное с радостью.       — Ты жива! Я... я так рад, Оля, как ты? - он расставил руки для объятий, но она не спешила.       — К͜о͝ннͅор?͝!͝ А͝ т́ӹ ͝ч͠е͠ ͅт͠уͅт͐ забыл? ̚- сказала Оля, положив автомат обратно в чехол.       — Я искал тебя. И вот наконец, мой труд оправдался. Я... так скучал, и-       — Зн͊аͅеͅш̇ь,͝ ̇яͅ ͂всё е͠ще͠ ͝обиӝена н̔а те͝б̕я!͝!ͅ Т͗ы ̀оͅс͘т͘авӥл ̀м̓еня̐ одн͠у,ͅ ́пом̌ѝрат́ь͠ ͜от руͅк̕ ̕т͝ого ст͝аͅр͠икӓͅ!̕ ͠- она показала пальцем на Билдермена, - эт͠о ̾тв͘оͅя в͝ѝͅна̽,́ ќ̏ӱ͜с͝о̕к ж͒елͅе͘за!͜       Эллиот, все это время протекающий кровью, наконец выдохнул и погиб, оставив Коннора, Китайца и Олю одними. Оба из выживших подсветились жёлтым, а убийца - красным.       — Оля, прости меня. В тот день, мы с Китайцем были на важном деле, мы не могли защитить тебя.       — ...ага, - Китаец пробубнил под себя.       — ..͠.͝ӭ͝х..̾. ͅн͝о неͅ ̕м͝огу̏ я ̕зли͜т͘ься н̂ӑͅ те͝б͝я̑.͠ ͠Ты͝ сли͜шͅком ̾д̻о̉ро͠г ͘мнͅе͜, кͅаͅк͝ ͝я ̑мог͝у̕ остӓ͠в͝атͅь͝ся о͗бй͂женͅн͜ӧ͝й?       Коннор выдохнул в облегчении - ему вдруг показалось, что им придётся драться, - и подошёл к девочке.       — Мне не стоило оставлять тебя одну в тот день, прости. Теперь-то мы можем быть одной целой семьёй, да?       — А̏гͅа̿.̕ ̐Б̃о͌л͐ь̎ш͊е̄ ̑н͆е̒ ̃х̋о̏ч̓у̾ ͠ӱб̋и͛в̔а̋т̈ь͜.͆ ͝Х̅ӧч͑е̇т̆с̽я́ ̀пр͛о͘с͠т̉о̽.̆.͆.̈ ͒п͝ӧ́й͛т̓ӥ ̽дͅо̏м͆о͝й́.̘       — И мне тоже. Я пока не знаю, как сбежать отсюда, но мы точно разберёмся с другими выжившими, и ты снова увидешь дневной свет, хорошо?       — Хͅо̇р̚о̺ш͝о́,͛ ̚п̀а̒п̒-̔ а̊э̇,̐ ͝т͊о̌ч͗н̿ё́ё́,ͅ ̎К͜о̆н̿н͂о̎р̔.͘       Ласт Мен Стендинг закончился через тридцать секунд интенсивной музыки, под которой они должны были сражаться, но что-то пошло не так.       Спектр наблюдал за двумя - ну, или тремя - сопливо-милыми людишками, как они так мило обнимались, как убийца даже не убивал, и был просто в гневе. Как так!? Она не должна сюсюкаться со своим лучшим другом, а то и "отцом"! Она должна убивать его под эпичную музыку, как Кулкид, как 1х1х1х1!       В бешенстве, тот пришел к безумному решению: как можно быстрее убрать и Коннора, и Китайца из раундов, а то вообще из измерения. Да, он мог бы закрасить их лица, как у Джона Доу с Джейн, но смысл? Она поймёт, что это они.       После раунда, в лобби Коннор с Китайцем не появились. Вместо неизвестной хижины, они оказались... в пустоте.       — Э... что это? Где мы? - Коннор с ужасом поглядел вокруг.       — Хз, - Китаец пожал плечами в абсолютном пофигизме.

— Итак... у меня есть к вам предложение. Либо вы соглашаетесь стереть вашу память о появлении в Покинутом мире, либо я стираю вас с лица Роблоксии. Каково ваше решение?

      — Ч-Что, кто это говорит!? Так, Китаец, всмысле мы забудем об этом всем!? А как нам потом найти Олю и всех остальных?       — Не знаю. Но это будет гораздо лучше, чем сдохнуть.       — Ладно, согласен. Черт... Оля, как же мне вспомнить это потом?...       Коннор нехотя посмотрел в воздух.       — ...мы выбираем забыть об этом.

— Хорошее решение. Прощайте, ненужные гости.

***

      — О, нашел? - Коннор прервался от чтения доски и подошёл к другу, - ну что там?       — Тихо. Дай почитать.       В дневнике Роблокса было... ничего? Каждая станица была пустой. Чистый дневник, без единой записи.       — Хм, странно. Ничего не написал?... странновато, - Коннор почесал затылок, с конфузом положив дневник обратно на стол.       — Значит, тут ничего нет, - Китаец монотонно ответил, - пошли.       — Ты уверен? Может, мы что-то упустили?       — Да, уверен. Пошли, иначе нас заметят.       С небольшими провалами в памяти и странной болью в теле, Коннор последовал за желтокожим другом из здания, и их поиски продолжились снаружи.       Но было очевидно: ничего они не найдут, если забыли главную информацию: ту запись из дневника Роблокса.

***

      — И куда они делись!? Тот кланкер сказал, что знает, как выбраться отсюда! - Сахарок с гневом сказала, плюхнувшись на диван.       — Может, их забрали те, кто держат нас здесь? Ну, не знаю... - Поппи предположила с любопытными глазами.       — Опять он пропал.. помню, как Оля высказывалась о нем, как о самом добрейшем челике в Роблоксии, а он так взял и свалил? Пиз### он долб###, конечно, - Сенчоус добавил.       — Не выражайся так. Но да, ты прав, это подло, - Роблокс ответил с угрюмым видом.       Все пошло также, как и было до появления двух новых выживших в измерении: такие же раунды, смерти, выживания, радости, грусти, жизни и убийства... тот же самый цикл, тот же самый день, один за другим.       Без изменений. Без лишних слов. Без малейшего отдыха от всего. Лишь безумие четырёх минут выживания от убийцы, защиты союзников и смерть от острых оружий.       Как бы они не старались сбежать, избежать или скрыться, смерть всегда на шаг впереди. Ждёт, в тени. Раунд за раундом, боль тупеет, и ужас сменяется безразличием.       — Отсюда нет выхода, так ведь? - вдруг сказала Поппи после удачного раунда, без каким-либо эмоций.       Никто не ответил. Ведь никто и не сомневался: это их вечная тюрьма страданий и боли. Выхода нет.

Дерись, беги, умирай. Раз за разом.

Это Ад.

И они все - грешники в этом Аду.