Фортуна благоволит наглым

Если Уиллу придётся ещё раз пережить подобные дни, то он точно уволится. Проспать, не покормить собак, одеться абы как, попасть в пробку, приехать поздно, получить нагоняй от начальника, не получить отклика от нерадивых студентов, задержаться на рабочем месте до полуночи, чтобы попасть под дождь. Просто великолепно. Лучше быть не может. Мысль об увольнении не покидала светлую нерадивую макушку Грэма, но он понимал, что иначе помрёт с голодухи не только он, но и его верные товарищи. Нельзя, нельзя. Если ещё раз не придётся что-то подобное испытать. Сейчас он стоял у выхода (или входа, тут как посмотреть) из своего университета и не знал как ещё испоганить этот день — может, заночевать на скамейке? А чего нет? Хуже не будет. Однако помощь пришла из ниоткуда. На его головой появился жёлтый зонт, а хозяином его был чёрный ловелас сея места — Ганнибал Лектер. Вот уж что точно не было чудом чудным, так их встреча под покровом ночи: они здесь были такими единственным работниками. Что ж, хоть какие-то плюсы. Единственное место, где они могли бы встретиться днём, это ректорская и столовая. Уилл часто пренебрегал приёмами пищи, потому только ректорская. А бывали они там... Ну, не часто точно. Несколько раз пересекались взглядами, когда кто-то из них выходил из кабинета, в коридорах здания и всё. Грэм общительностью не отличался, а Ганнибал не заставлял, хотя что-то было в его глазах магическое, притягательное... Это чувствовалось даже в доли секунды. — Промокните, мистер Грэм. Дождь не передавали, но я всегда ношу с собой на всякий случай. Сегодня один из таких случаев, — Ганнибал передаёт в руки мужчины зонт. — Вам есть на чём вернуться домой? Уилл опаздал во всех смыслах не просто так. Его машина решила крякнуться на пару с будильником на нужное время. — Боюсь, что нет, мистер Лектер. Я на такси. — Грэм уверен, что Ганнибалловский блеск в глазах становится яснее. — Нет нужды, я могу довести. Вы же не будете против моей небольшой помощи? Кажется, у вас день не задался... — Они уже встречались именно в тот момент, когда Уилла отчитывал ректор. Уилл улыбнулся. — Было бы славно, мистер Лектер. — О, можно просто Ганнибал, мы так давно знакомы, почему бы не перейти на ты? И Уилл не смог отказать. Это было первое хорошее за его день событие. Он просто отдался во власть своего обворожительного коллеги, следуя за ним к его машине. *** Поздние поездки с малознакомым человеком никакому адекватному человеку не дадут гарантию, что его не отвезут в лес убиваться. Уилла же это не беспокоило. Его острая интуиция не предсказывала ему ничего плохого, а возможно, глядя на профиль мокрого Ганнибала, и что-то хорошее. Рука Уилла легла на штаны костюма-тройки неожиданного водителя: — Можешь не торопиться, Ганнибал, ехать недалеко, всё успеется. — пока кисть медленно ползла ближе к ширинке. Мужчина за рулём успел только вздохнуть. — Ты бы сам не предложил помощь, если у тебя не было бы времени, ресурсов. — В Уилле проснулся удивительно сноровистый человек, ибо с пуговицами и молнией он справился на пять с плюсом. Ему ещё нравилось, когда бельё как бы немного сбивалось в сторону, показывая всю скрытую от лишних глаз красоту Ганнибала. Конечно, он не забыл касаться себя. Движения получались медленные, чувственные — не хотелось бы устроить аварию на ровном, практически безлюдном месте. Лишь иногда Уиллу удавалось выбить из ловеласа несколько протяжных вздохов, которые заставляя мужчину рядом почти оскаливаться. — Заверни в тот угол, да. Там мой дом. Когда машина останавливается, двигатель заглушается, Грэм позволяет себе залезть на колени Лектера и закончить начатое. Возможно, они поцеловались, но Уилл этого не помнит — уже слишком потерял голову в ощущениях предвкушения удовольствия. Когда дело было кончено (во всех смыслах), дарующий приятные ощущения пассажир с довольной улыбкой оставил поцелуй на щеке Ганнибала и с благодарностью за поездку вышел через водительскую дверь и поторопился к входной двери. Не забыв отправить такой же многозначительный взгляд Лектеру, который тот шлёт самому Уиллу уже много месяцев. Только теперь Ганнибал откинулся в кресло, положив руку на лоб. Это что, всё это время было взаимно? Ганнибал подумает об этом позже. Ганнибал был готов зайти дальше. Причём прямо сейчас...