Озарение

      Соня выглядела растерянной: чтобы понять это, не требовалось быть настоящим роботом. Неужели всё прошло настолько плохо? Его охватило беспокойство, чего давно не бывало по таким поводам. Иван присел на кровать — рядом, но на достаточно «вежливом» расстоянии. Русые волосы девушки волнами ниспадали на плечи, прикрывая шею. Шею, что ещё совсем недавно Иван, будучи «собой», хотел целовать так долго, пока не заболят губы. Но не посмел. То ли дело было в звонке, сбившем весь настрой, то ли в внезапно проснувшейся совести. Ведь он почти воспользовался тем фактом, что Соня влюбилась в его внешность, так ещё и под воздействием алкоголя. От осознания этого почему-то становилось стыдно.       — Иван… Он ничего, вроде. Но… но что-то не то. Он не виноват, проблема во мне.       Девушка бормотала это себе под нос, не глядя на него. Видеть её такой было удивительно. Обычно Соня была дерзкой и смелой, и эта потерянность пугала. Будто он дотронулся до её сердца, давно забывшем об обычном проявлении заботы. С другой стороны, а чего парень ожидал? Аркадий определённо привлёк её возможностью стать свободной от надоевшей семьи, но не делал ровным счётом ничего. Даже не хотел признать их связь перед отцом. И эта неопределённость была заметна Ивану, хотя в его жизни стабильных отношений тоже не наблюдалось. Хотелось помочь избавиться от него. Из очевидных причин — Соня являлась лишь средством достижения цели. Из менее очевидных… Он почувствовал, как по телу разлилось приятное тепло, и с трудом спрятал улыбку.       — А твоя нейросеть готова услышать кое-что очень глупое? — Соня взглянула на него с толикой грусти. Иван участливо склонил голову. — Мне кажется… я влюбляюсь в робота.       «Ну-ну, посмотрите на него, каков герой-любовник, — ехидно зашептало подсознание. — Не действуют на девушку твои подкаты, представляешь? Любит какую-то желязяку, которую знает всего ничего. Вот оно, наше будущее. Самому-то не обидно?»       На самом деле, не так уж и трудно оказалось понять, почему это произошло. Со всем этим желанием скрыть свой же промах и продержаться здесь дольше одного дня он осторожничал и старался идти навстречу везде, где это было возможно. Вероятно, то, что и делают люди в здоровых отношениях.       — Разве ты не встречаешься с Аркадием? — Пришлось изрядно постараться, чтобы в голосе не обозначались счастливые нотки.       — Да, но… Он другой. Пустые обещания, глупая ревность… — Соня нервно закусила губу, опустив взгляд, и Иван подавил в себе желание ободряюще коснуться её руки. — Хотя… Может, не такая и глупая. Тебя же запрограммировали быть вежливым и милым. А я…       — Для людей нет ничего хуже разбитого сердца, — нашёлся парень. — Тебе стоит обсудить с Аркадием возникшую ситуацию. Не стесняйся своих чувств. Я могу меньше появляться на глазах, чтобы было легче.       Даже честно встал с кровати с намерением оставить запутавшуюся в себе Соню в одиночестве хотя бы до утра. Но девушка вдруг схватила его за запястье, заставив вновь сесть.       — Не уходи. Останься со мной. — Прозвучало почти умоляюще.       — Соня, — произнёс с нажимом, — ты всё ещё под влиянием алкоголя и можешь пожалеть о своих словах.       — Всё равно, — помотала головой и потянула за собой на кровать, вынуждая лечь рядом. — Никто нас не увидит.       — Так хочешь, чтобы твой отец сдал меня на металлолом?       — Очень смешно… Да я себе места не находила, когда тебя на ремонт увезли. — Соня шумно вздохнула, положив голову ему на грудь.       У Ивана перехватило дыхание от такой близости, и он замер, боясь даже пошевелиться. Только сейчас он почувствовал аромат её духов с ванилью и лавандой. Это сочетание, на удивление, подходило ей. А сама ситуация неожиданно показалась смешной. Чего греха таить, за двадцать пять лет ему случалось делать всякое, но этот раз отличался от прочих. Кое-что останавливало. Ребята дали ему основную информацию о «будущих хозяинах», и оттуда выяснилось, что Соне не так давно исполнилось девятнадцать. Как старший он ощущал некую ответственность за то, чтобы ничего плохого не случилось. Нельзя пользоваться ею в таком состоянии. Да и не хотелось. Хотелось выстроить историю заново. Медленно и аккуратно.       — Исходя из твоего поведения, я могу сделать вывод, что ты сочувствовала андроидам в игре «Detroit: Become Human».       — В том и дело, что нет, — произнесла раздасадованно, прикрыв глаза. — Поверить не могла, что в нашем мире когда-нибудь появятся такие же… И где я сейчас? Окружающие бы точно засмеяли. Или решили, что я сумасшедшая.       Иван счёл бы себя не менее сумасшедшим, ведь незаметно умудрился расслабиться рядом с Соней. Не думал о возможности раскрытия. Да его собственный отец точно убьёт, если узнает.       — …Можешь обнять меня? Пожалуйста. — Последнее слово прозвучало будто с опаской.       — Боишься восстания машин? — тихо усмехнулся, но приобнял за плечо.       — В тебе-то я как раз не сомневаюсь, — усмехнулась в ответ. — Другой парень уже давно бы воспользовался ситуацией. Ты лучше людей.       — Хочешь сказать, не была бы против, если… — начал Иван больше ради шутки, но Соня неожиданно задумалась:       — Задай мне этот вопрос ещё раз на трезвую голову. — Девушка коснулась своего виска и поморщилась: её голова и правда была горячей. — В любом случае, я хотела бы запомнить такое событие.       — И не планируешь стереть мне память, чтобы я не вспомнил твои слова?       — Нет, — открыла глаза и подняла взгляд, засмотревшись на его черты лица. — Хоть и не уверена, что ты сможешь полюбить меня в ответ.       Вместо ответа Иван осторожно провёл одними кончиками пальцев по волосам девушки, попутно невольно коснувшись щеки. Всё, что он мог себе позволить. Соня перехватила ладонь, переплетя свои пальцы с его. Так просто, но так… правильно.       — Сможешь?.. — Её зрачки расширились, сделав голубой цвет глаз ещё ярче.       — Создатель вложил многие человеческие качества для комфортного взаимодействия, — произнёс ровно, хотя самого захлёстывали эмоции.       — Вот и не отдам тебя на всякие научные цели, — пробормотала Соня, зевая и борясь с накатившей сонливостью. — Захочет — нового сделает. Только не уходи…       Он действительно не планировал, чувствуя себя словно опьянённым от счастья. Какая разница, кем он там притворялся. Главное — что он впервые за всю жизнь ужасно доволен просто от того, что лежал рядом с небезразличной ему девушкой.       И всё-таки украдкой поцеловал почти заснувшую Соню в щёку, неприлично близко к губам.