Незнакомый мальчик

      Школьная крыша.       Ветерок приятно и легко сдувал пряди волос на лицо. Хару не знает, зачем сюда пришёл. Здесь просто не было никого — тихо и спокойно. Никто не будет над ним издеваться и оскорблять его. Очень хотелось найти такое место в школе, и им, к сожалению, оказалась одна единственная крыша.       На которой он не был один.       Здесь уже находился другой мальчик с чёрными волосами до плеч в большой темной кофте, смотрящий через сетку, которую поставили во избежание несчастных случаев. Она не помогала. Акинаши не мог припомнить его в школе. То ли не замечал никогда, то ли он недавно перевёлся.       Хару неуверенно подошёл к сетке и посмотрел вниз, пытаясь найти то, что интересовало мальчика, оказавшийся ещё и ниже его. Интересно, он знает, кто с ним рядом сейчас стоит? Противно ли ему?       — Тебя сегодня снова избили, — констатировал мальчик факт. — Они там стоят. Внизу.       Акинаши резко повернулся к мальчику, удивленно раскрыв глаза. Так он знает! Словно мысли прочитал… Проглотив комок тревожности, Хару глянул вниз, действительно видя фигуры своих одноклассников на школьном дворе. Смотря на них, он чувствовал ноющую боль в груди: одновременно ненависть к ним и к себе смешивались. Акинаши был на них зол, но ещё больше был разочарован в себе.       Он заслужил это всё.       — Меня они только оскорбляли, — прервал резко тишину мальчик. — Ты их ненавидишь?       Хару неуверенно глянул на собеседника, который, оказывается, смотрел на него. Лицо мальчика было расслабленным, а глаза выражали каким-то образом одновременно безразличие и понимание. Он правда с ним говорит?..       — Т-ты это… М-мне?       — Да.       — Ну… Н-нет… Почему я?..       — Потому что я их ненавижу.       Акинаши опустил глаза в ноги, не выдержав такой пристальный взгляд незнакомца. Ему было тревожно находиться здесь вместе с кем-то, кто был таким холодным. Казалось, что Хару с ним физически превратится в льдинку.       — Сетка — плохая защита, — сменил тему мальчик. — По ней всё равно можно вскарабкаться и спрыгнуть с крыши.       — Ты планировал?..       — Хотел бы. Но не могу из-за семьи.       Он поднял сочувствующие глаза на мальчика, который уже смотрел снова сквозь сетку неизвестно куда. Рука Хару дрожала, но тянулась к незнакомцу, беря его руку без всякого ответного сопротивления. Мальчик лишь повернулся, чтобы окинуть его спокойным взглядом.       — Смерть — не выход…       — Я знаю.       Акинаши думал, что поддержать его будет проще, но оказалось, что это не так. Он даже не успел закончить предложение, как мальчик холодно отвечал на него. Но чувство, что Хару должен ему чем-то помочь, почему-то только сильнее росло в нем.       — А ты… Что тебе приносит радость?..       Мальчик действительно изменился в лице, будто стал живее после вопроса. Он отвёл взгляд в сторону, пытаясь сохранить самообладание.       — Ты.       Акинаши оказался в недоумении. Он? Приносит радость? Бред какой-то… Или… Может, мальчику нравились страдания Хару? Даже если так, он просто не мог уложить в голове, что кто-то радуется ему хотя бы в чем-то, даже если это его ничтожный грязный вид на полу после избиения.       — Я?..       — Когда я вижу тебя, то хочу жить, — легко признавался мальчик. — Я не знаю, как это работает.       Хару всё ещё находился в процессе осознания слов незнакомца. Это же была не шутка, да? Так… Необычно. Акинаши почему-то чувствует сам лёгкую радость от этого, хоть и считал ситуацию странной до жути.       — И что ты нашёл во мне…       — Мы похожи.       — В ч-чем похожи?       — Я сам не знаю.       Хару невольно посмеялся со слов мальчика, получив в ответ резкий взгляд.       — Что смешного?       — Не знаю, — пожал плечами Акинаши. — С тобой вдруг… Так легко.       Незнакомец лишь кивнул, поворачиваясь всем телом к нему. Смотреть на кого-то сверху вниз ощущалось не очень удобно, из-за чего Акинаши слегка склонился, что не облегчало ситуацию.       Почему-то мальчик правда вдруг стал казаться ему родным, хоть его имени он и не знал. Ему и не нужно его знать. Возможно, если Хару узнает его имя и фамилию, то потом запомнит слишком много информации о нем и побоится заговорить в следующие разы.       Почему-то просто хотелось с ним общаться. Не прекращать этот холодный, но приятный диалог.       — Спасибо, — прошептал Хару.       — За что?       — Ты… Говоришь со мной.       — С тобой никто не говорит, — уверено произнёс мальчик и опустил голову, спрятав лицо за волосами. — Со мной тоже.       — Ага…       Акинаши протянул руку и взял вторую ладонь незнакомца. Он поднял её вверх и скрестил их мизинчики. Мальчик приподнял голову и исподлобья глядел на Хару, как на идиота.       — Давай видеться здесь? На крыше?       — Ты сможешь выполнить это обещание?       —… Да. Думаю, да.       Мальчик ещё постоял в размышлениях, опустив глаза вниз, прежде чем покачать головой. Он отклонил такую затею, будто бы неуверенный в силах Акинаши.       — Обещаю сделать тебя счастливым.       — Ты серьёзно?..       — Полностью, Хару.       — А!.. Хорошо!       Хару сам не уверен в восприятии слов мальчика, но улыбнулся, встретив в ответ живой взгляд. У него даже не возникало мысли, что здесь есть что-то странное: незнакомый ученик из параллели говорит ему, что сделает его счастливым, называет по имени. А Акинаши его даже не замечал никогда… Такой незаметный из-за своей совсем обычной и непримечательной внешности.       Но Хару выполнял своё обещание — приходил на крышу каждый день в надежде увидеть мальчика. Единственного, кто его не оскорблял. А тот никак не появлялся ни на крыше, ни среди толпы учеников.       Он надеялся, что судьба их обязательно ещё сведёт.              Свела. Хару посмотрел на свою окровавленную руку и тяжело вздохнул, прислушиваясь к тишине за дверью, разделяющую его от опасности. Шион, тот мальчик, не пришёл больше на крышу, чего не обещал, но пытался сдержать обещание сделать его счастливым спустя десяток лет… На глаза навернулись слезы, и Акинаши понял, насколько же он был глуп.       Не узнать в Шионе того мальчика было так глупо.