Взросление

      Какого просыпаться в одиночестве?       К этому привыкаешь. Сначала тебе не привычно наблюдать за пустым домом. Отсутствие вкусного запаха с кухни. Никаких криков и споров. Ванная всегда свободна. Потом наступает осознание. Осознание того, что ты сейчас один в этом доме.       Хотел взрослой жизни? Получи и распишись.       Каждый подросток пытается выбраться из бренности родительского дома, психуя, слушая наставления взрослых. Впервые просит кого-то постарше купить алкоголь и сигареты. Ругаться с матерью, а потом получать от отца. Получать первую двойку и психовать-психовать-психовать. Рвать учебники, тетради и ненавидеть весь мир. Желая наконец стать взрослым и самодостаточным взрослым.       Он был из этих самых. Придурков, короче.       Сбежав из дома. Так он говорит, а не то что отец разозлился и вышвырнул его сам. Выходя из родительского дома, он ни капли не расстроился. Скорее наоборот, был счастлив, что свобода, наконец, настала.       Люцифер не заметил, как жизнь побежала своим чередом. Не замечал, как снимал разные квартиры с незнакомцами. Как работал в разных кофейнях, перебиваясь кое-как на копейки. Заметил лишь тогда, когда впервые снял свой первый дом, где начнет свою жизнь. Заметил тогда, когда услышал прожигающую тишину, почувствовал холодную тьму в коридоре, заходя в дом. Бросил рабочую сумку с ноутбуком на диван в гостиной и почувствовал то, что никогда не чувствовал. Боль одиночества.       Хотел ли он звонить своему отцу и маме? Очень. Когда впервые в свой день рождения он сидел в пустой кухне, а рядом не крутился хоть кто-то. Хотел ли он приехать в родительский дом? Конечно. Очень хотел. Только гордость его останавливала. Он сильный и самодостаточный взрослый. Добился всего сам.       - С праздником. - Прервал он тишину своего дома, слушая как чиркает зажигалка. И как сгорает бумага сигареты. Вдыхая дым себе так глубоко в легкие, где даже воздух бывал редко. Виски стал его хорошим приятелем на века.        Люцифер был крайне удивлен увидеть, как в соседнему дому подъехала красивая черная импала 67-года. Выходя ближе к дороге что бы разглядеть этот старый раритет, что он наверное никогда не видел в живую. Лишь на журналах о машинах.       За рулем сидел симпатичный мужчина, наверное, младше его. Красивый с зелеными глазами и каштановыми волосами. И к сожалению, это было не самое удивительное, что он увидел. Он был не один, черт побери, из машины вышел его брат и какой-то другой патлатый с шевелюрой до плеч. Люц потер глаза, не веря в то, что видит. Он видел то, что видел и это был его брат Габриэль, который успел заметить того, кто на них пялится.       - Братец! - Крикнул тот и помахал рукой. Нет, он не ругался ни с одним из своих братьев, поэтому был даже рад. Только не знал, как реагировать, прошло столько лет. - Привет, Люци. - к нему настойчиво приближались все. Те двое-то зачем?       - Привет, Гэйб. - все, что смог выдать, держа сигарету, что почти стлела сама по себе.       - Ты тут живешь? Красивый домик. - Улыбается. Чему он улыбается? Тому что увидел того, кто далеко десять лет назад был выгнан из дома? Тому, кому он сам никогда больше не звонил и не писал?       - Ага, снимаю. А это? - Люц провел своими голубыми глазами по двум мужчинам, один был на любителя, а вот другой впал ему чуть ли не в самое сердце своими зелеными глазами, на которые он точно будет дрочить сегодня вечером.       - Мой муж и его брат. - Черт. Снова подавившись, он лишь понадеялся, что не тот красавчик. Будет неловко. - Все нормально? - забеспокоился резкому кашлю.       - Все гуд, а какой из? - Хоть бы не коротко-стриженный, хоть бы не он. - Сэм, Сэмми. - Взяв за руку того, кто был выше и с шевелюрой. - Брата зовут Дин. А, да. - повернулся он к ним, показывая на самого мужчину со светлыми волосами.       - Как вы поняли, это мой братишка Люцифер. Ну вы уже знаете, мой отец был религиозным. Решил как Сплинтер назвать своих детей в честь великого, хотя лучше бы меня назвали как того с рыжей маской. Мик... Ай, не помню. - Он похлопал его по плечу и улыбнулся мужу.       - Не хочу мешать воссоединению семьи, но нам нужно много коробок разобрать. - Сказал Дин, своим божественным голосом, заставляя Люцифера снова подавится и немного смутиться. - Все хорошо? - уже поинтересовался старший Винчестер о состоянии. Будто бы все трое начали беспокоится.       - Да я просто немного приболел, не переживайте. - Приболел. Как же. Да у него член готов колом встать от этого голоса и этих глаз. В мыслях только как он зарывается пальцами в эти темно-русые волосы, целует эти сухие гулы. О чем это он? Точно. - Не задерживаю вас. Гэйб, хочешь заходите все вместе потом, закажем пиццу, выпьем. Окей? Ну или меня зовите, я не настаиваю. - Улыбнулся и пошел в сторону дома прощаясь.       Зайдя домой он пошел сразу в душ, смыть с себя все возбуждение. Надо же как он заскучал по кому-нибудь в кровати, по прикосновениям. Сжимая свой член в руке, стоя под душем, мысли только об одном. Вот бы это была рука Дина Винчестера, а не его. Странно было потом плакать в кабинке души, осознавая свое блядское одиночество.       Прошло наверное пару суток, как он слушал шум в соседском доме, как туда возили вещи, что-то разбирали. Иногда выходил покурить и помахать рукой. Конечно же в надежде поговорить с одним из Винчестером. С определенным из них. Но каждый раз его желание разбивалось об реальность и это был кто угодно, но не он. Чаще всего Габриэль бегал с рабочими туда-сюда, следя за их работой. Держа во рту чупа-чупс. Все остался тем ребенком, блин.       Спустя те пару суток к нему постучались, и в когда-то тихую квартиру вошли трое и наконец она наполнилась разговорами, улыбками и теплотой. Пицца и алкоголь валялись на столу, все сидя за теликом смотрели какой-то фильм обсуждая его. Дин точно видел его не раз, комментируя каждый момент, что ему полюбился. Сэм часто возникал, Гэйб его успокаивал и целовал. Нежно. Прожигая дыру в сердце своего брата, что так устал от одиночества.       Люцифер курил на кухне один, слушая как в гостиной происходит возня. Сэм что-то бурно рассказывал о своих новых коллегах. Он даже не сразу услышал шаги в свою сторону, пока не почувствовал, как кто-то пьяно шатается рядом. Протягивая руку, прося тоже закурить.       - Хороший штат. Мы тут жили с братом когда-то в детстве. - Зачем он решил это рассказать? Просто чтоб не стоять в тишине?       - Я оказался тут случайно, просто ехал и увидел этот дом. Он был дешевым для съема и я решил тут обосноваться. - Пожал плечами, зачем-то рассказывая этот факт он не ожидал реакции. Просто поделился, так же как и Дин это сделал.       - Круто. - Кивнул. - Мы толком не познакомились. Я Дин Винчестер, автомеханик и у меня есть много дисков с роком и крутая тачка. - Протянул руку в знак знакомства.       - Люцифер Ширли. - пожал руку, чувствуя сильную хватку, приятную нежную кожу. Как же он давно не чувствовал этого. - У меня... Нет машины и дисков, но рок мне нравится. - дружелюбно улыбнулся смотря в глаза. Оба отпустили свои руки и посмотрели в окно, наслаждаясь ночным видом деревьев и пустых улиц.       - Рад знакомству, падший ангел. - пытался пошутить Дин, затягиваясь сигаретой.       Гости ушли под глубокую ночь. Шум заменился привычной тишиной. Он был рад, что они все обменялись номерами и возможно скоро снова так посидят. Наконец одиночество отступает. Хоть и временно. Дин часто смотрел на Люцифера и тот это заметил. Все разглядывания, улыбки и может, намеки? Ведь он первый дал свой номер. Первый случайно коснулся, проходя мимо. Сжимая своими пальцами чужую талию. Будто бы просто пытался никого не сбить. Дин первый начал эту игру. Люцифер лишь боялся обжечься.       - Боже, он такой бабник. - Гэйб злобно заходит в дом к своему брату. - Представляешь, у меня была клиентка, мы почти подписали договор, пока не пришел этот придурок. - Злобно топчется по ковру гостиной.       - Кто? - вопросительно смотрел закуривая сигарету.       - Винчестер этот! Да я сам виноват, что мне пришлось с ней зайти домой, но я забыл дома папку с договорами. Он тупо увел ее куда-то. Похотливый балван. - Габриэль достал конфету с кармана и быстро ее съел. Шипя от злобы все маты, что помнил.       Люцифер уже его не слушал. Лишь смотрел сквозь брата. Стараясь не выдавать расстройство, которое его настигло. Значит, тогда Дин скорее просто хотел его затащить в постель. Плохо ли это? Не совсем, просто хотелось большего, чем просто секс на один раз.       - Ты меня вообще слушаешь?       - А? Да, конечно. - Кивнул. - Согласен, он полный придурок. - Не будет же он сознаваться, что больше ничего не слышал.       Они посидели еще немного вместе. Не затрагивая общее прошлое. Братец рассказал, как встретился с этими двумя, как сначала они не поладили. Как считал своего мужа полным идиотом. Как проникся его историей и полюбил. Люцифер в свою очередь слушал и кивал, думая о том, как теперь избавиться от чувств внутри себя.       Дома была чертовски отвратительная тишина, которую прервал звон мобильника. Первый раз сбросил. Второй. Третий. Через полчаса звонила уже его входная дверь.       Дин с широкой улыбкой и пивом в руках стоял на пороге и просил впустить “любимого соседушку”       - Я принес пиво, пирог и диски. У тебя же жесть где послушать? Сэм мне не разрешает врубать на громкую. - Пройдя в гостиную, на столе оказалось все то, о чем говорилось раннее. - AC\DC слушаешь? Обожаю их.       - Дин, это ты звонил мне? - сонно смотрел на своего гостя. Впервые он заскучал по одиночеству. Поспав лишь пару часов, не хочется видеть никого. Он плакал всю ночь от боли и отчаяния, а сейчас с опухшими и красными глазами не готов встречать гостей. - Я сейчас не в состоянии. - Винчестер только заметил. Растерянно смотря в глаза, не двигался. Уходить, типа, не собирается?       - Давай я составлю тебе компанию? Можем без музыки, но поверь, тогда ты многое теряешь. - Отвис и сел на диван. Игнорируя факт, который он увидел на лице своего нового друга. -       - Дин, ты меня слышишь вообще? - Люцифер злится. Злится, что впустил в свою жизнь этого упертого барана.       - Конечно, я не глухой. - немного затих, смотря на свой любимый диск. - Я вижу, что-то не так. Позволь мне остаться. - Переживание читалось во взгляде. - Я может могу сделать что-то для тебя? - Как щенок смотря, прося не выгонять его.       - Ладно. Давай послушаем твои диски и выпьем. - Сдался, падая рядом на диван.       Дин быстро разобрался как работает звуковая станция в доме соседа. Включая свои любимые треки он не сомневался. Ни капли не сомневался в том, какие взял с собой диски.       Пьяные взгляды, смех. Они рассказывают о себе все, что могли. Расслабляясь и подпевая любимые куплеты во всю глотку. Люцифер почувствовал себя счастливым, свободным. По настоящему свободным, особенно когда случайно касается своей рукой до чужой. Когда чувствует на губах вкус чужих губ с алкоголем и привкусом сигарет. Любимым, когда пальцы сжимали его кожу на талии, поднимаясь выше.       Звонок в дверь. Резко приходя в себя, отскакивает от мужчины, вставая на ноги. Звонок. Одел на себя майку и побежал открывать. Весь растрепанный, запыхавшийся, пьяный. Что он творит? Какую же он ошибку допускает.       За дверью стоят Сэм. Один.       - Я просто хотел спросить, брат у тебя? Просто он не отвечает на звонки.       - Да, просто мы выпили, ну и музыку, сам слышишь. Не переживай. - Взгляд Сэма спустился случайно на засос, что проявился на шее, ярко показывая, чем они там занимаются. Усмехается.       - Скажи ему, что мы с Габриэлем ушли в ресторан. - ушел не получая ответ. Люц лишь заныл, что его не спасли и не забрали этого пьяницу из его дома.       Дин курил, смотря в потолок, не понимая, как так вышло. Он не хочет трахать своего друга, но в сердце что-то колит. Неприятно и болезненно.       - Твой брат, он сказал, что ушел с мужем в ресторан. Переживал за тебя. - Тихо сказал, садившись рядом. Как теперь начинать снова разговор? Теперь тот уйдет и все? Конец? Будут ли они теперь дальше общаться? Горечь проникала в самое сердце, травя его своей болью.       - Я же могу остаться и не уходить? - неожиданный вопрос, на который кивнули и протянули новую бутылку пива. Молчаливое согласие на продолжение.       Дин принял это за сигнал. Не важно даже какой был настоящий подтекст. Взяв бутылку, отпил сделав большой глотов, потушив сигарету, он знал, что будет дальше. Знал, что сделает дальше. Плевать на последствия.       Люцифер не сопротивлялся, когда оказался у стены. Ничего не сказал, когда его целовали в шею, кусали, оставляли все новые засосы. Отдаваясь целиком и полностью моменту, о котором так долго грезил и мечтал. Стонал, когда по его члену провели теплой ладонью, сжали и начали движения.       Был не против упасть на кровать и быть раздетым. Прогибаться под поцелуями. Чувствовать чужой член внутри. Все было так, как он мог мечтать. Дин был прекрасен, великолепен. Нежен. Только лишь одна деталь отличалась. Это лишь одноразовая акция. Это лишь по пьяни. Это не по любви.       Пьяные они повторили это еще в душе. Дин не хотел останавливаться, слишком возбужден своим новым соседом. Слишком одурманен алкоголем. Слишком.       Люцифер впервые проснулся, чувствуя запах еды. Босыми ногами, чувствуя приятную боль в теле, прошел на кухню. У плиты стоял мужчина, куря сигареты и жаря бекон с яйцами. На душе стало как никогда тепло. Он спит? Плевать. Если это сон, то он прекрасен. Подойдя ближе, обнял сзади, прижимаясь.       - Ты проснулся. - контактирует факт. По голосу слышно, что он улыбается. - Садись завтракать, почти готово.       - Хорошо. - Сел на стул и перед ним почти сразу оказалась сковородка с завтраком.       - Почему ты не ушел? - Взяв вилку в руку, приступая к завтраку.       - А должен? В смысле, ты хочешь, чтобы я ушел? - вопросительно посмотрел.       - Я думал... Я думаю, нам нужно обсудить, что вчера было. Расставить границы. - Волнуется, едва ли получается подобрать нужные слова. Не будет же он на прямую просить стать парой. Проще сразу играть по его правилам, где в мире есть только одноразовые акции как эта. Это задело их двоих.       - Какие границы? - Люцифер не поднял взгляд, чувствуя, и так недовольство всем своим телом.       - Слушай, я понимаю, что ты любишь одноразовые встречи и тому подобное. - он чуть не заикается, стараясь держать свой тон спокойным и не напряженным.       Люц встал из-за стола и закурил. Сжимая в пальцах подоконник. Тишина длилась не долго. Скрип ножек стула о пол прервал ее. Шаги врезались в барабанные перепонки, и бились прямо в струны его души. Такой хрупкой в последнее время. Зеленые глаза прожигали дыру в нем от злости, недовольства и боли?...       - Нет, это ты послушай. Ты теперь не один. Я никогда, мать твою, не уйду. Я полюбил тебя, а ты точно любишь меня, Ширли. Я знаю это.