Не ходи за мной, Йеджи…

Рюджин стояла перед зеркалом в своей комнате, глядя на своё отражение. Чёрный пиджак и брюки, которые подчёркивали её фигуру. На шее идеально завязанный галстук, который добавлял ей строгости, нежели стиля. Но даже безупречный вид не мог скрыть ту пустоту, что девушка ощущала внутри. Она взглянула на часы — время поджимало. Пора бы уже выходить. Но с каждой минутой тревога лишь нарастала. В голове крутились мысли о Йеджи. О том, как она будет выглядеть в вечернем платье. О том, что они больше никогда не будут вместе. Собравшись с мыслями, девушка наконец вышла из комнаты. Каждый шаг к выходу казался ей тяжелым, будто она несла на себе груз невысказанных слов и неразрешенных эмоций. Рюджин вышла на улицу и почувствовала прохладный вечерний ветер. Он обволакивал её, словно обнимая и напоминая о том, что жизнь не заканчивается, и девушка должна продолжать жить, несмотря на все переживания. Она сделала глубокий вдох и направилась к месту празднования, стараясь убедить себя в том, что всё будет хорошо. Но девушка чувствовала — это вечер будет для неё не просто праздником, а настоящим испытанием.

***

Выпускной вечер был полон ярких огней и смеха, но для Рюджин всё это казалось лишь фоном для её внутренней борьбы. Она сидела на своём месте в зале, слушая поздравления и речи, но мысли её были далеко. Каждый раз, когда она ловила взгляд Йеджи, сердце сжималось от боли. Даже сидевший рядом Донхён не смог привлечь к себе внимание Хван своими шутками и комплиментами. Когда наконец настало время вручения аттестатов, Рюджин поднялась на сцену, но даже этот момент не смог принести ей радости. Получив свой аттестат, она почувствовала, как внутри неё нарастает желание сбежать. «Мне нечего здесь больше делать», — подумала Шин, и после завершения торжественной части, быстро покинула зал, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

***

На улице вечерний воздух был свежим и прохладным. Рюджин шла, не замечая людей вокруг. Ноги сами привели её к многоэтажке, где она часто проводила время в одиночестве. Поднявшись на крышу, она остановилась, чтобы перевести дух. С крыши открывался прекрасный вид на город, который медленно погружался в сумерки. Она присела на краю крыши, глядя на огни, мерцающие вдали. Это место было для неё особенным. Именно здесь она могла быть сама собой и не скрывать свои чувства. Здесь, наедине с собой, Рюджин позволила слезам течь по щекам. Она чувствовала себя потерянной и одинокой, как будто весь мир продолжал двигаться вперёд, а она осталась за его пределами. В голове крутились мысли о том, как всё могло бы быть иначе, если бы Йеджи ответила ей взаимностью. Но сейчас это уже не имело значения. «Сама виновата, нужно было сто раз подумать прежде, чем делать», «Почему так больно?», «Почему ты не можешь принять меня, Йеджи?» Чтобы хоть как-то справиться с этим эмоциональным напором, Рюджин сжала кулак и ударила по бетону. Удар был сильным, и боль моментально пронзила её руку. Но это было лучше, чем сплошная пустота внутри. Девушка закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на физическом ощущении. Она достала сигарету и зажигалку из кармана брюк, стараясь не думать о последствиях, о Йеджи, о том, что произошло между ними. Зажигалка щёлкнула, и пламя мгновенно осветило её лицо. Рюджин сделала затяжку, и дым медленно вырвался из её уст, растворяясь в воздухе. Как она могла так довериться? Как могла позволить себе любить? Вдруг дверь на крышу с громким скрипом открылась, и в проёме появилась Йеджи. — Рюджин… Младшая не заметила, как Хван подошла. Она была погружена в свои мысли, пытаясь разобраться с тем, что происходит внутри неё. Дым от сигареты медленно поднимался в воздух, создавая призрачные вихри, которые казались Рюджин отражением её чувств. Когда Йеджи села рядом, Шин моментально ощутила её присутствие, но не обернулась. Её сердце забилось в разы быстрее, но она старалась не показывать своих эмоций. В их молчании звучала вся тяжесть пережитого — обиды, страхи, недосказанные слова. — Ты снова куришь? — старшая решила прервать оглушительную тишину и хоть немного разбавить напряжение, возникшее между ними. А Рюджин не знает, что ответить. Как объяснить человеку, который отучил от пагубных привычек, что именно он стал причиной возвращения к саморазрушению? — Рю, прошу, не молчи… — Не ходи за мной, Йеджи. Ты не должна была приходить… — сказала темноволосая дрогнувшим голосом из-за подступающих слёз. — Нет, я должна была. — начала Йеджи, пытаясь поймать взгляд Рюджин, но вскоре её внимание привлекла разбитая рука, которую младшая отчаянно пыталась скрыть. — Что с рукой? — спросила Хван, её голос был полон беспокойства. Рюджин вздрогнула и попыталась спрятать ладонь за спину, но Йеджи успела взять её за запястье и притянуть к себе. — Это мелочь, — ответила темноволосая с горечью в голосе. — не обращай внимания. — Мелочь? — переспросила старшая с недоверием. — Когда это произошло? Младшая почувствовала нарастающую внутри злость. Она не желала обсуждать свои раны — ни физические, ни эмоциональные. — Ты не должна была приходить сюда! — выпалила Шин, вырывая руку из хвата Йеджи. — Ты растоптала мои чувства, а теперь приходишь как ни в чём не бывало! Хван, что тебе нужно? — Мне нужна ты… — произнесла рыжеволосая тихо себе под нос, в надежде, что её слова останутся услышанными. Сердце младшей пропустило удар. Она не понимала, как Йеджи может так с ней поступать. — Повтори. — Мне нужна ты, Рю. — чуть более уверенно произнесла девушка. — Зачем ты пришла? — всё так же с недоверием спросила темноволосая. — Я не могла там оставаться, зная, что ты пропала. Мне было страшно подумать, что ты могла бы уйти навсегда. Рюджин почувствовала, как гнев начинает постепенно отступать. В глазах Йеджи было столько искренности, что младшей стало стыдно за свои эмоции. — Что ты собираешься делать? — спросила она с вызовом. — Я хочу поговорить. Я хочу объяснить всё то, что не смогла сказать тогда. Я хочу быть честна с тобой. Шин посмотрела на огни города и почувствовала прилив эмоций — гнев смешался с надеждой. Ей хотелось услышать правду, но страх был сильнее. — Почему ты не сказала мне об этом раньше? — спросила Рюджин, зажигая ещё одну сигарету. — Убери сигареты, Рюддон, пожалуйста. Младшая посмотрела на Йеджи и увидела в ней ту самую девушку, которую когда-то полюбила. — Хорошо. Но я всё ещё жду ответа. — Я боялась… Боялась, что потеряю тебя ещё больше. Боялась себе признаться в том, что чувствую к тебе. Но теперь я понимаю: лучше быть честной и открытой, даже если это будет слишком сложно. — И что же мы будем делать сейчас? Оставим всё как есть? Йеджи слегла приподняла брови от удивления. — Я хочу бороться за нас, хочу получить шанс всё исправить. — ответила старшая, отводя взгляд в сторону. — Может быть… — Что? — спросила Хван с каплей надежды. — Может быть я смогу дать тебе шанс. Но это будет непросто. — Рюджин решила рискнуть. Рюджин сделала глубокий вдох и посмотрела на звёзды над головой. Она знала, что этот путь будет тернистым и полным испытаний, но вместе с Йеджи они преодолеют всё. В этот момент младшая ощутила прилив нежности. Она медленно приблизилась к старшей и коснулась её руки. — Мне нужно время, но я хочу попробовать. Йеджи улыбнулась так тепло, что Рюджин почувствовала приятное покалывание в груди. — И я буду ждать. Я буду рядом всё это время. Младшая на мгновение закрыла глаза. Её сердце наполнялось теплом и надеждой, перекрывая свежие и глубокие раны. Она открыла глаза и посмотрела прямо на Йеджи. Их взгляды встретились. Время вокруг них остановилось. Были лишь они одни на этой крыше под звёздами. Рюджин чувствовала себя так близко к Йеджи в этом момент, как никогда прежде. — Я хочу тебя поцеловать… — произнесла тихо темноволосая. — Тогда сделай это. Рюджин медленно наклонилась вперёд, она ощущала тепло дыхания Йеджи на своём лице. Когда их губы встретились, мир вокруг исчез. Этот поцелуй был полон нежности и страсти. Поцелуй двух душ, которые искали друг друга сквозь все трудности и преграды. Младшая чувствовала, как все страхи и сомнения, что терзали её изнутри, полностью растворяются. Всё, что имело значение в этот момент — это связь между ними. Йеджи ответила на поцелуй с такой же страстью, она обняла Рюджин за плечи, притягивая ближе к себе. Когда они наконец отстранились друг от друга, обе были были запыхавшиеся и слегла смущёнными от того, что только что произошло. — Я люблю тебя, Йеддон. — Я люблю тебя, Рюддон.