Парень в розовых кедах

Май. Птицы щебечут и разлетаются кто куда, когда вдалеке слышится противный гудок поезда. Качели рядом начинают подрагивать, а вскоре и открыто шататься, когда состав начинает мчаться напротив вокзала с площадкой. Влас и Майя закончили десятый класс – один из самых лёгких и бездельных классов. Сегодняшний последний учебный день промчался мимо них, и вот, они идут вдоль рельс от сельской школы домой. Каникулы. – Жарко, - простонала девушка, обмахивая себя ладонями, – Лето же еще не началось! – Не ной, как холод придет, пожалеешь, - Влас пихнул в плечо подругу. Ребята идут по выложенной щебнем широкой тропинке вдоль железной дороги, а в руках тащат разрисованные покоцанные скейты. На улицах Богом забытого посёлка всегда немноголюдно; можно подумать, что это место – рай для интровертов и художников. В то время, когда поезда не гудят и тихонечко едут где-то далеко-далеко, тишина стоит почти мёртвая. Только шелест листьев, между которыми гуляет ветер, и птицы, нарушающие затишье. Состав мчится и поднимает вихрем ветра растрепанные макушки десятиклассников, и им приходится заткнуться, так как они все равно друг друга не слышат из-за стука колёс. Влас все же пытается перекричать поезд. – Майя! Смотри. Он потянул её за рукав кофточки и сам остановился возле высоких кустов. – Что? -, кричит Майя, – Ты чего встал? Влас дождался, пока недлинный поезд уйдёт, и повторил. – Смотри, говорю. Майя бегает глазами по кустам и уже поднимает в непонятках бровь, но замечает то, на что, судя по всему, и обратил внимание Влас. – Это что такое? Майя сошла с тропинки и тихонько начала ступать по траве. Ткнула носочком своего кроссовка какую-то розовую кеду с развязанными шнурками, торчащую из кустов. Поодаль от него лежала точно такая же, левая нога. Майя и Влас переглянулись. Девушка раздвинула сверху листья неплотного кустика, и увидела в арке под ветвями тело. Майя посверлила его взглядом, пытаясь вспомнить, кто это, но пришла к выводу, что не знает этого кого-то, кто решил отдохнуть в траве с жуками. – Парень какой-то лежит... - удивленно говорит она. – Мёртвый, что-ли? – Да нет, вроде дышит. У Власа глаза на лоб полезли. Какой-то незнакомый парень лежит в кустах, а для их посёлка в глуши новые лица не то, что редкость – раритет. Весь день его преследуют удивительные вещи: вроде живое тело в траве, окончание учебного года без двоек, предложение Майи связать телу шнурки на кедах... – Ты с ума сошла? Вдруг, ему нужна помощь? Но она уже завязывала неразвязываемый узелок на обуви, когда "некто" чихнул во сне и подтянул к себе ноги. Его ободранные коленки в рванных джинсах выглянули из куста. Майя отпрыгнула и похлопала глазами. Послышалось тихое мычание. Парень в зарослях шумно втянул в себя воздух, так же шумно выдохнул и зашуршал. Вскоре его бледная макушка показалась из листвы, и уже три подростка просто вопросительно смотрели друг на друга. Совершенно молча и странно. – Эм-м, привет? -, сказала девушка, перебирая подол кофты в пальцах. – Привет, - сказал парень из кустов, – Что-то случилось? Казалось, будто его совсем не колышет вся эта ситуация, и спать в каком-то диком кусте на улице абсолютно нормально. Во всяком случае, он выглядел совершенно невозмутимо, хоть и немного заспанно и потрепанно. Майя почувствовала неловкость, поджала губы и что-то промычала. Тогда Влас понял: теперь они будут либо неловко молчать, либо придётся брать всё в свои руки. – Мы подумали, что тут лежит труп. Белобрысый сфокусировал взгляд на двух незнакомцах, отряхнул заправленную в приталенные джинсы футболку и потупил взгляд вниз, заметив свою обувь. – И поэтому связали мне шнурки? – Э-э-э... -, протянул Влас, отходя на шаг назад. Девушка хмыкнула. Она кашлянула и убрала кудрявую прядку за ухо, подавляя улыбку и вливаясь в неловкий разговор. – Я Майя, а это Влас. Ты Демьян? -, Майя присела на корточки рядом с парнем и бросила свою доску на траву. Влас посмотрел на неё с вопросом, а она посмотрела на него с ответом. Кажется, за все эти годы дружбы, у них развился навык телепатии. – Да, откуда ты знаешь? -, Демьян окончательно вылезает из кустов и начинает развязывать шнурки. – Всё село о вашем переезде наслышано. Вот и подумала, что, может, это ты. К нам нечасто новых людей забрасывает, - отвечает Майя. – Вот как. Мне тут нравится, - улыбнулся юноша. Правда, на первый взгляд это место кажется идеальным для спокойного, изолированного отдыха. Но не когда ты живешь здесь без выезда больше пятнадцати лет, как Майя. – Это ты ещё не успел обжиться в этой дыре... - сказал Влас и получил от Майи локтем под дых, – В смысле, здорово, что ты приехал сюда. Демьян сделал вид, что не заметил этого и достал телефон. Его глаза округлились, когда он глянул на дисплей. – Сколько ж я проспал тут... - бормочет он под нос и обращается к девушке, – Я бы с радостью с вами еще поболтал, но мне пора. Юноша суматошно повозился со своими шнурками еще; Майя хотела уже попрощаться, но увидела, как новый знакомый снимает обувь. – А зачем... ой, - Майа одновременно и покраснела, и улыбнулась. Дёма порылся в кустах и выкатил оттуда велосипед, весь в насекомых и листьях. Повесил на руль кеды, шнурочным узлом вверх, и босой вывел его на тропинку. – Ну, я поехал. Увидимся, - парень улыбнулся им и помахал рукой. – Да... Давай, - смущенно говорит Майя. Влас только помахал рукой. Когда Демьян уехал, Майя еще какое-то время молча смотрела ему вслед: на висящие сбоку розовые кеды, которые бьются друг о друга, на паука на его спине, и на лист в волосах. Вскоре девушка начала хихикать. – Нет, ну ты молодец, заставила парня босиком езжать. Крутое ты впечатление о себе оставила, - посмеялся Влас в ответ на её смешки. – Уверена, что он на тебя подумал, когда узел увидел. Да и злым он не выглядел, так что не парься. Майя подняла доску, пожала плечами и пошла в сторону сельских кварталов, сказав другу: "пойдём". Школа находится в паре километров от деревни, путь держался через лес рядом с железной дорогой. Шли, конечно, от деревни до школы автобусы, но эти двое всегда ходили пешком или катали на досках путь туда и обратно. В конце концов, воздух около деревьев очень приятный. Бодрит и свежо, во время цветения сладко пахнет, а эти поезда вечно ходят и стучат колесами – что-то во всем этом есть.