Часть 1
1 апреля 2025 г., 00:19
Давным-давно, в мире амбиций, хитрости и тыквенного сока, жил-был мальчик, настолько совершенный, что даже само совершенство закатило бы глаза от зависти. Да, дорогой читатель, мальчик, который всего добился сам, ничего не имея в самом начале своего сложного пути. У него были уважение, власть, блестящее будущее и способность заставлять взрослых волшебников трепетать от одного взгляда. Как его звали? Том Риддл.
У Тома было все — по крайней мере, так казалось. И все же в глубине своего сердца он ощущал пустоту. Единственное вопиющее несовершенство в его безупречной в остальном жизни.
— Я хочу, чтобы Поттер стал моим супругом, — заявил Том однажды утром за завтраком спокойным голосом, словно сообщал о погоде.
Его ближний круг «друзей» — щедрый термин для людей, которые слишком напуганы, чтобы покинуть его, — уставились на него в шоке. Лакс, его самая преданная последовательница, поперхнулась тыквенным соком и чуть не упала со стула.
— Чего ты хочешь?! С кем?! — выпалила она, вытирая рот салфеткой.
— Я хочу вступить в брак с Поттером. Новеньким, — пояснил Том, как будто это было самое разумное, что кто-либо когда-либо говорил.
— Но ты же его даже не знаешь! — запротестовала Лакс, все еще пытаясь осмыслить этот поворот в сюжете с утра пораньше. — И тебе всего семнадцать! И…
— Помоги мне завовевать его, — перебил Том, его тон не оставлял места для возражений.
Лакс моргнула.
— Ты даже не знаешь, гей ли он, — возразила она, в отчаянии повысив голос.
Том наклонил голову, на его губах появилась хищная ухмылка.
— Лакс.
Это единственное слово имело вес тысячи угроз. Лакс вздохнула в знак поражения.
— Хорошо. Но почему именно я?
Том приподнял бровь.
— Потому что ты единственная со Слизерина, кто с ним разговаривает. И, кстати, единственная, кто не оскорблял его прическу.
Лакс застонала. Это было правдой. С тех пор, как в том году Гарри Поттер таинственным образом появился в Хогвартсе — в мантии Гриффиндора, кстати, — он проявлял странный интерес к слизеринцам. Слишком большой интерес. Подозрительно большой интерес.
И теперь она должна помочь своему другу, страдающему манией величия, ухаживать за ним? Это могло закончиться только хаосом.
И вот, бедняжка Лакс оказалась обременена невыполнимой задачей — следить за гриффиндорцем. Она не знала его, не хотела знать и, конечно же, не знала, как помочь Тому завоевать его сердце.
Но однажды утром, когда она наблюдала, как Гарри Поттер задумчиво смотрит на рыжеволосую девочку из Пуффендуя, ее осенила блестящая — или, возможно, катастрофически глупая — идея.
— Том, перекрась волосы в рыжий цвет, — как бы невзначай предложила она.
— Нет.
— Гарри неравнодушен к рыжим.
— Я не буду красить волосы в рыжий цвет.
Тем не менее, уже на следующее утро староста Том Риддл с важным видом вошел в Большой зал с копной огненно-рыжих волос. Уже привычные волны властности, исходившие от него, сменились аурой дискомфорта, и все ученики уставились на него так, словно у Тома выросла вторая голова.
— Иди поговори с ним! — настаивала Лакс, едва сдерживая смех, подталкивая его вперед.
Том бросил на нее взгляд, который мог бы сразить дракона. Но Том Риддл не отступал перед трудностями. Он был будущим правителем волшебного мира, и никакое унижение — или крашеные волосы — не остановили бы его.
Он направился к Гарри, и каждый шаг выдавал его растущее сожаление о содеянном.
— Привет, Поттер.
Гарри поднял глаза, на его лице отразилось искреннее удивление. В кои-то веки он даже не заподозрил неладное. Он был слишком занят тем, что пытался не расхохотаться.
— Э-э, Риддл?
— Я заметил, что у тебя возникли сложности на Зельеварении, — начал Том, стараясь придать своему тону непринужденное превосходство. — Я мог бы…
— Нет, спасибо, — перебил его Гарри с вежливой, но твердой улыбкой.
Том почувствовал, как у него задергался левый глаз.
— А. Ладно. Ну, э-э… Тебе нравится мой новый образ?
Вопрос настолько застал Гарри врасплох, что даже гриффиндорцы, сидевшие неподалеку, на мгновение отбросили все свои подозрения. Они уставились широко раскрытыми глазами на печально известного Тома Риддла, гадая, не был ли это какой-то изощренный розыгрыш.
— Нет, — просто ответил Гарри и вернулся к своему завтраку.
В тот вечер Лакс чудом избежала Круциатуса.
***
К следующей неделе волосы Тома вновь обрели свой обычный черный цвет, а его гордость немного восстановилась. Но тут Лакс вбежала в гостиную Слизерина с горящими от возбуждения глазами. — Он любит квиддич! Он проводит за игрой все свое свободное время, — объявила она, чуть ли не задыхаясь. — Попроси его научить тебя! Том вздохнул, потирая переносицу. — Почему бы тебе просто не приложить меня Авадой? Но винтики в его голове уже начали вращаться. И вот, словно испытывая странное чувство дежавю, Том подошел к Гарри на следующее утро, прервав его как раз в тот момент, когда он собирался откусить кусочек от своей яичницы. — Поттер. Гарри вздохнул, его терпение уже подходило к концу. — Да, Риддл? Тебе что-то нужно? — Да. Я хотел спросить, не мог бы ты научить меня играть в квиддич? Я решил… испытать себя в этом новом виде спорта хотя бы на последнем курсе. Гарри приподнял бровь. — Почему ты просишь меня? — Я видел, как ты летаешь, — спокойно ответил Том, сверкнув одной из своих редких улыбок. — Ты… невероятен. Гарри снова вздохнул, разрываясь между раздражением и невольным любопытством. Он не хотел проводить время с Томом, но, возможно — всего лишь возможно — он мог бы воспользоваться этим шансом, чтобы побольше узнать о своем будущем враге. — Ладно, — пробормотал он, откладывая вилку. В тот день после обеда они отправились на поле для квиддича. Гарри взял с собой метлу, Том — свою решимость и, судя по всему, полное пренебрежение к личным границам. Поначалу занятие казалось вполне обычным, но каждый раз, когда Гарри подлетал слишком близко, Том тут же протягивал руку, чтобы схватить его за талию. — Ну, — начал Том подозрительно непринужденным тоном, — я тут подумал… — Уже поздно, — твердым голосом прервал его Гарри, отстраняясь. — Я возвращаюсь в замок. — Подожди! — крикнул Том. Терпение, которое никогда не было его сильной стороной, было на исходе. Гарри повернулся, явно не впечатленный. — Как насчет того, чтобы… выпить вместе сливочного пива в эти выходные? — спросил Том, чуть смягчив тон. Лакс уверяла его, что Гарри питает слабость к сливочному пиву. Он пил его при каждом удобном случае, а Том Риддл всегда тщательно все планировал. — Я уже иду в Хогсмид с Лакс, — просто сказал Гарри, не удостоив Тома даже взглядом. Том уставился ему вслед.***
— ПОЧЕМУ ТЫ ИДЕШЬ НА СВИДАНИЕ С МОИМ МУЖЕМ? — Я НЕ ИДУ НА СВИДАНИЕ! — взвизгнула Лакс в ответ, покраснев от негодования. — Я просто иду туда как подруга, чтобы сблизиться и… — И УЗНАТЬ О НЕМ ПОБОЛЬШЕ, — вставил Том, подражая ее тону, его слова были полны сарказма. Все присутствующие слизеринцы вздохнули в унисон, их коллективное терпение было полностью истощено. Орион, который два месяца выслушивал монологи Тома, посвященные Гарри Поттеру, наконец заговорил. — Почему бы тебе просто не пойти в субботу вместе с ними? Сходите втроем, — предложил он с нотками отчаяния в голосе. Лакс, почувствовав, что это может спасти ее от безвременной кончины, яростно закивала. — Да! Давай так и сделаем! Том, хотя и не был в восторге от компромисса, решил, что это лучше, чем оставлять Гарри наедине с Лакс. В эту злосчастную субботу Гарри оказался в неловкой ситуации, не в силах отказаться от прогулки со своей новой подругой Лакс… и с ее все более неуравновешенной тенью, Томом. Том же был полон решимости использовать этот день, чтобы показать Гарри, чего именно ему не хватает. Его грандиозный план начался в местном зоомагазине, где он купил змею и сразу же зашипел на нее на змеином языке. ~Привет, милая, я Том. Видишь вон того очаровательного парня? Он мой муж~ Гарри нахмурился, и выражение его лица сменилось с растерянного на гневное. Вместо того, чтобы впечатлиться, он выглядел откровенно раздраженным. ~Я ЕМУ НЕ МУЖ! ~ — рявкнул в ответ Гарри на безупречном парселтанге. Лакс, которая вертела в руках банку с лакомствами для жаб, замерла на месте. Подождите — Гарри что, шипел? Тем временем глаза Тома загорелись, как рождественская елка. Он не мог поверить в свою удачу. Гарри тоже умел говорить на змеином языке? Он знал, что Гарри особенный, но это был последний кусочек головоломки. Вспыльчивый, упрямый, красивый, а теперь еще и змееуст? — О? Я не знал, что мы оба получили этот дар… ЭЙ, ТЫ КУДА? Гарри выбежал из магазина, яростно бормоча что-то себе под нос, и зашагал обратно в сторону Хогвартса. — Его муж?! Кем, черт возьми, он себя возомнил? — проворчал Гарри. — Чертов Лорд Волдеморт-младший действительно пытается ухаживать за мной. Невероятно!***
На другой день у Лакс появилась информация, которую нельзя было игнорировать. — Я видела, как Гарри сегодня шутил с профессором Дамблдором, — объявила Лакс однажды вечером, и в ее голосе слышалось озорство. Лицо Тома мгновенно окаменело. — Что? — Он смеялся вместе с ним. Ну, типа, искренне смеялся, — продолжила Лакс, наслаждаясь тем, что ей удалось вывести Тома из себя. — Они, кажется, неплохо ладят. Ты же знаешь, как сильно этот старик любит привлекать внимание Поттера. Том сжал кулаки. — Я этого не потерплю. Мне нужно поговорить с Дамблдором. На следующий день Том уверенно приблизился к кабинету директора, уже тщательно спланировав свой следующий шаг. Он постучал в дверь, и когда его окликнул приятный мелодичный голос Дамблдора, он без колебаний вошел. — А, Том! Что привело тебя в мой скромный кабинет? — спросил Дамблдор, его глаза сверкали тем самым безумно спокойным весельем. — Мне нужно поговорить с вами, — ответил Том ледяным голосом, но сдержанно. — Я хотел бы пригласить вас на чай. Поговорить приватно. Дамблдор приподнял бровь, но тепло улыбнулся. — Чай? Как любопытно. Конечно, я буду очень рад. Чаепитие получилось, мягко говоря, неловким. Том сидел напротив Дамблдора в напряженной позе, крепко сцепив руки перед собой. Между ними повисло молчание, тягучее и неуютное. Чай так и остался нетронутым на столе. — Как тебе этот семестр, Том? — спросил Дамблдор, его голос был таким же теплым, как и всегда, хотя это не особо помогло ослабить напряжение Тома. Том стиснул зубы. — Нормально. Снова воцарилась тишина. Дамблдор медленно отпил из своей чашки, не сводя глаз с Тома, словно чего-то ожидая. Том, наконец, не выдержал. — Мне нужен ваш совет, — выпалил он. — Как расположить к себе Гарри. Он… невозможен. Дамблдор поставил чашку и откинулся на спинку стула, его взгляд смягчился, хотя Том был уверен, что он сдерживает улыбку. — А, тот мальчик Поттер. — Не смейтесь надо мной, — рявкнул Том, теряя самообладание. — Я не смеюсь, просто наблюдаю, — сказал Дамблдор, подмигнув. — Том, лучший способ завоевать сердце Гарри — быть уязвимым. Иногда для этого нужно сделать что-то… нестандартное. — Нестандартное? — Том приподнял бровь. — Да, — глубокомысленно кивнул Дамблдор. — Я бы предложил тебе спеть ему серенаду. Том уставился на него, не веря своим ушам. — Спеть? — Именно, — Дамблдор понимающе улыбнулся. — Возможно, на свежем воздухе, под звездами, когда будете наедине лишь вдвоем. Песню восхищения, что-нибудь проникновенное и искреннее. Лицо Тома исказила гримаса. — Вы шутите. — Вовсе нет, — сказал Дамблдор, и его глаза засияли тем самым бесящим добродушием. — Это покажет Гарри, что ты готов выложиться на полную, проявить себя, сделать то, что выходит за рамки твоих обычных… стратегий. В тот вечер Том покинул кабинет Дамблдора в смятении. Серенада? От одной мысли об этом ему становилось физически плохо. Но он не мог игнорировать этот совет. Если бы это могло привлечь внимание Гарри, он бы это сделал. Даже если это означает унизить себя перед всей школой. Позже, тем же вечером, Гарри бездельничал в гостиной, когда к нему подошел Том с решительным выражением лица. Риддл глубоко вздохнул, собираясь с духом. — Поттер, — начал Том хриплым голосом. — Я хочу тебе кое-что показать. Гарри растерянно заморгал, глядя на него. — О чем ты, Риддл? Том вздернул подбородок, прищурил глаза и, как можно более драматично, начал петь. Мелодия была ужасной, слова неуклюжими, и все представление было наполнено большей неловкостью, чем урок по Уходу за магическими существами с Хагридом. Глаза Гарри расширились, а лицо стало густо-красным. — Что, черт возьми, ты творишь?! Том пытался не обращать внимания на нарастающий спазм в груди, пока пытался закончить песню. На лице Гарри отразился неподдельный ужас. Когда Том, наконец, закончил, тяжело дыша от усилий, Гарри просто уставился на него, застыв на месте. — Ладно, это было… определенно не то, чего я ожидал, — сказал Гарри, все еще пребывая в ужасе. Том был подавлен, но одарил его страдальческой улыбкой, тяжело дыша. — Пожалуйста, скажи мне, что ты впечатлен. Гарри, не в силах сдержаться, расхохотался. — Нет, Том. Я определенно не впечатлен. И вот, Том Риддл узнал очень горькую правду: возможно, некоторым вещам лучше оставаться неспетыми.***
— Что я должен делать?! Он не хочет иметь со мной ничего общего! — Том кипел от злости, расхаживая взад-вперед по библиотеке, излучая волны раздражения. — Я не понимаю… — Может, он натурал, — предположила Лакс, даже не отрываясь от книги. — Нет, — мгновенно ответил Том, его тон не оставлял места для споров. Лакс вздохнула и закрыла книгу, решив попытаться урезонить его. — Ладно. Тогда ухаживай за ним по старинке. Подари ему цветы или шоколад, или, может быть… — Хорошо. Прежде чем она успела закончить, Том вскочил со своего места и выбежал из библиотеки. Лакс удивленно моргнула. — Подожди, куда ты собрался? — За цветами, — бросил Том через плечо, исчезая за дверью с той же решимостью, с какой он планировал мировое господство. Лакс вздохнула, откидываясь на спинку стула. — Что Поттер с ним сделал? — пробормотал Орион за соседним столиком, недоверчиво качая головой. — Он полная противоположность тому, кем был полгода назад. — Ну, — пожала плечами Лакс, — даже злодеи влюбляются. И вот раз за разом Том начал делать Гарри предложение. Каждый божий день. Это было безжалостно. За завтраком? «Ты выйдешь за меня замуж?» Между уроками? «Поттер, я думаю, из нас получилась бы отличная семейная пара». Во время тренировки по квиддичу? «Представь, что я болею за тебя как за своего мужа». Терпение Гарри было на исходе, как у первокурсника, пытающегося оправдаться за испорченное зелье. Наконец, в один прекрасный день Гарри оказался в засаде в гриффиндорской гостиной, где на него напала вся слизеринская свита Тома, за исключением их лидера и Лакс. — Пожалуйста! — умолял Орион, драматично опускаясь на колени. — Мы больше не можем этого выносить! Просто дай ему шанс. Один шанс. Он разработал целую схему стратегий, чтобы завоевать твое расположение! Остальные за спиной Ориона энергично закивали, больше похожие на военнопленных, чем на элитных слизеринцев. Гарри, совершенно измученный и неспособный вынести еще один день неустанных ухаживаний Тома, наконец сдался. — Хорошо, — пробормотал он. — Один шанс. Удивительно, а может, и не так уж удивительно, но Том Риддл оказался отличным парнем. Грандиозные речи о мировом господстве ушли в прошлое, сменившись навязчивой преданностью Гарри. Ко всеобщему удивлению, даже Гарри в конце концов влюбился в бывшего Темного Лорда. Было что-то странно привлекательное в полной самоотдаче Тома и в том, что он, казалось, забыл обо всех своих коварных планах, на которых должен был сосредоточиться… — Что думаешь о покупке ранчо? — спросил Том однажды вечером, развалившись с Гарри на гриффиндорском диване. — Мы могли бы приютить всех волшебных существ, каких ты только захочешь. Я бы, конечно, хотел змей и, может быть… Гарри прервал его поцелуем. Может быть, только может быть, в конце концов, это была не такая уж ужасная идея. И с тех пор они жили долго и счастливо — или настолько счастливо, насколько это возможно, когда встречаешься с Томом Риддлом, а это гораздо менее мирно и волшебно, чем в сказках.
