До сердца и глубже

Библиотеку окутывал сумеречный полумрак субботнего вечера. Высокие книжные шкафы, изготовленные из дуба, были переполнены внушительным количеством произведений со всего мира. Средь полок затесались шекспировские сонеты о любви, повести драматурга Оноре де Бальзака, эпические поэмы Гомера - остаётся лишь отыскать необходимую для изучения книгу и углубиться в мир эскапизма.  В самом дальнем углу помещения, где царила мёртвая тишина, за письменным столом сидел черноволосый юноша. Его лёгкие кудри обрамляли спокойные и мягкие черты лица, а очки с чёрной оправой, сидящие на переносице, добавляли некой изысканности. В руках он держал   роман Оскара Уальда, а тёплый песочный свет от зажженных свеч, обволакивал пространство. Воск под натиском пламени, постепенно плавился и стекал длинными ветвями к низу, в конце своего пути изображая причудливые узоры.  Одно окно в комнате оставалось приоткрытым, впуская прохладный осенний воздух в библиотеку. Послышался хлопок закрытой книги, затем флегматическими движениями молодой человек собрал свои вещи со стола, складывая их в сумку шоколадного оттенка. Потушив свечи, он побрёл к выходу, перед этим успев облачиться в пальто и широкий вязаный шарф. Спускаясь по спиральной лестнице, парень надел на себя наушники и включил мелодию любимой сердцу группы - Cigarettes after sex. Ноты сочились через динамики, проходили сквозь ушные каналы и проникали внутрь чуткой души.  Идя по узкой дороге, украшенной упавшими листьями, в голове парня всплывала цитата из романа:  «Ты любишь всех, а любить всех — значит не любить никого. Тебе все одинаково безразличны».  Юноша, коего зовут - Акааши Кейджи, размышлял о прочитанной книге, ощущая её отголоски глубоко внутри. Ему было совершенно невдомёк чувствовать любовь в её первоначальном виде, которую познаешь ещё с подросткового возраста, учась в школе. Его ровесники познавали и кричали о ней с юношеской поры, повсюду старались найти её, чтобы излишне не чувствовать одиночество. Однако Кейджи никогда не торопился, не пытался заглушить щемящую тоску, сопровождающую его который год. Он был приверженцем - раз и навсегда. Когда вершится слияние душ, а разгорающееся чувство привязанности пылает с неистовой силой. Акааши искреннее верил, что глубокое ощущение любви можно испытать лишь с одним человеком за всю жизнь. Поэтому, он не желает открывать таинственную часть себя абы кому, - но можно  также отметить, что это совершенно точно не в его стиле.  «Лучше быть одному, чем погрязнуть в отношениях, где они не построены на эмоциональных и душевных связях».  В Лондоне октябрь в этом году оказался довольно суровым на ветра, затяжных дождей и непроглядных туманов. Акааши затянулся сильнее в свой шарф и побрёл к пекарне, которая находилась на углу старого здания. Из помещения лился приятный глазу свет от низко висящих ламп. Зайдя через дверь, украшенную причудливыми кованными прутьями, курчавоволосый вмиг согрелся, выдыхая из лёгких морозный воздух. Сняв наушники и оглядевшись на прилавок с различной выпечкой, его взор зацепился за любимую сладость. Облегчение вырвалось изо рта само по себе, а затем, парень медленно подошел к кассе, чтобы сделать заказ.  - Добрый вечер, чего желаете? - новый незнакомый мужской голос вырвал Кейджи из потока бурлящих мыслей.  Он поднял взгляд васильковых глаз прямо на высокого молодого человека, чей взор сверкал ярче всякого золота. Юноша был ему незнаком, значит устроился он буквально днях, потому что во вторник тут ещё работала миловидная девушка. Посмотрев на него ещё пару долгих секунд, Акааши ответил новому сотруднику пекарни:  - Добрый вечер, можно мне, пожалуйста, 5 творожных булочек.  «Бокуто Котаро», так написано у продавца на бейджике, лучезарно улыбнулся и принялся укладывать выпечку в крафтовый пакет.  - Ох, прошу прощения, можно ещё капучино с карамелью заказать? - растерявшись, заговорил Акааши, пытаясь не рассматривать такого интересного незнакомца.  - Конечно, будет сделано, - ответ пришёл незамедлительно.  Пока варили ароматный кофе, черноволосый парень взглянул в широкое окно пекарни, где открывался вид на небольших размеров дома, горящие фонари и снующих людей. Умиротворенная музыка обволакивала мужское тело, создавая приятную негу. Кейджи хотелось поскорее оказаться в своей небольшой квартире, обняться с котом и улечься под махровое одеяло, безмятежно засыпая.  - Ваш кофе с булочками готов, - мужской баритон вывел из раздумий Акааши, обращая на себя внимание.  Подходя к кассе и забирая свой заказ, он тихо поблагодарил, пытаясь не смотреть на привлекательного Бокуто, который в это время абсолютно не отводил своего взгляда с черноволосого. Покрываясь небольшим румянцем, Кейджи застегнул своё пальто, проверил, ничего ли не забыл и уже подошёл к входной двери, как его остановил вопрос от того искрящегося улыбкой продавца.  - Можно узнать ваше имя?  На своей памяти, Акааши не помнил, чтобы с ним без всякой на то причины знакомились. Оттого он и затянул с ответом, создавая неловкую тишину в пекарне. Прокашлявшись от наступающего волнение, юноша всё-таки ответил на заданный вопрос.  - Меня зовут Акааши Кейджи, - после чего он слегка поднял уголки губ, стараясь разрядить обстановку.  - Я запомню, Акааши. А моё имя - Бокуто Котаро, но вы , наверняка итак уже успели прочитать на моём бейджике, - произнёс парень, почёсывая свои серебристые волосы с черными прядями, затем продолжая, - Я здесь работаю второй день, буду рад вас видеть, хорошего вечера.  Прослушав мини монолог от молодого человека, Акааши взаимно попрощался и поскорее ретировался из пекарни, чтобы вдохнуть такого важного, в данный момент, воздуха. Сердце почему-то трепетало от необъяснимого пылающего чувства, а дрожь с рук никак не хотела униматься.  Кейджи не мог себе объяснить, чем конкретно этот высокий юноша его зацепил - возможно, очаровательные золотистые глаза, возможно, пленительный бархатистый голос. Ему предстоит ответить на этот волнующий вопрос самому себе, чтобы через несколько дней, придя в заведение, не оплошать и поддержать разговор с новым знакомым. 

***

Понедельник всегда ассоциируется у людей с ранними тяжелыми подъемами, черным кофе и заспанными глазами, но не у Акааши Кейджи. Черноволосый со школьного возраста поглощал знания больше остальных, учился до поздней ночи, и синяки под глазами преследуют его по сей день. Также дела обстоят и в университете - ни одной пропущенной пары без веских серьезных причин, предметы сданы всегда на отлично. Последний учебный год должен пройти безупречно. Акааши любил учиться и читать. Иногда у его одногруппников создавалось впечатление, словно он женат на книгах. Довольно тихий, загадочный читающий юноша, украл, незаметно для себя, женские сердца студенток.  Выходя из здания университета, Кейджи поправил свои очки, а слева от него шёл однокурсник - Сугавара Коуши. Это, вероятно, самый близкий человек для Акааши, по его скромному мнению.  - Давай в эту пятницу сходим в магазин подарков? У нас скоро с Аки годовщина отношений, хочу сделать ей сюрприз, - проговорил пепельноволосый Коуши, всё ещё смущаясь, когда рассказывает о своих отношениях.  - Хорошо, - умиляясь с реакции своего друга, ответил Кейджи, - Пошли в кафе, пока есть время на обед, следующая пара у профессора Бордена.  Погода сегодня радовала людей Лондона, и лишь затянутые тучи намекали о том, что вечером можно ожидать пронизывающий дождь. Вороны смолистого чёрного цвета суетились подле деревьев, прыгали с одной ветки на другую, издавали громогласное карканье, обращая на себя внимание прохожих.  Акааши разошелся с Сугаварой ещё пол часа назад, однако застрял около небольшого парка, наблюдая за пронырливыми птицами. Не сказать, что он восторгался ими, просто у черноволосого временами есть необходимость стоять и наблюдать за происходящим вокруг. Кейджи мог потратить несколько часов, любуясь живописным озером, сияющей луной ночью, рассветными лучами ласкового солнца, а сейчас он сидит на лавочке и разглядывает кричащих ворон.  «Пора в библиотеку»  Ближе к пяти вечера, ноги Акааши сами понесли его к пекарне, а вот мозг старательно игнорировал мысли о улыбающемся Бокуто, новом продавце. Юноша потратил всё воскресенье на то, чтобы придумать и составить несколько вариантов, как начать разговор со знакомым. Тем не менее, ни к чему приличному не пришел, надеясь плыть по течению, в зависимости от ситуации.  Внезапно капля за каплей полил дождь, превращаясь в настоящий ливень. Акааши всем сердцем надеялся, что плач небес начнётся к тому времени, когда он будет находиться дома, но погода решила по-своему. Стараясь поскорее оказаться в тёплом помещении пекарни, курчавоволосый перешёл практически на бег. Отворяя двери, Кейджи машинально стал искать глазами нового знакомого, однако, вместо него была женщина. Если память его не подводит, то она хозяйка данной пекарни. В душе поселилась лёгкая горечь от разочарования неудавшейся встречи. Поборов тоску, пробивающую сквозь маску спокойствия, Акааши взял лишь свои любимые булочки, думая как теперь добираться домой. Решив, что сегодня совершенно неудачный день для него, то и терять особо нечего - побрести через улочки домов, кажется лучшей идеей, ведь ждать автобуса в такую погоду выйдет неумолимо долго.  Мужская рука уже коснулась ручки двери, как она резко открывается, впуская человека с огромным, терракотового цвета, зонтом.  - Акааши, здравствуйте! Вы весь промокли, - знакомый голос окутал  своим теплом, бросая в дрожь черноволосого парня напротив. - Здравствуйте, Бокуто. Забыл сегодня посмотреть прогноз погоды, - выйдя из ступора, ответил Кейджи, наблюдая, как золотистые глаза вовсю его рассматривают. - Подождите меня немного, - попросил сотрудник, а далее обратился к хозяйке, - Кэйтлин, я купил всё, что вы просили.  Акааши стоял в растерянности, сначала от того, что успел впасть в тоску из-за отсутствия Котаро, а после - внезапно он всё же увидел его. Тем не менее, в голове у черноволосого крутилось лишь одно: «Почему он попросил подождать его?».  В миг, вечер понедельника превратился из удручающего буднего дня, в некое теплое чувство около грудной клетки, так норовящей сломаться от ударов неутомимого пылающего сердца.  Незаметно возле его носа оказался стакан с ароматным кофе.  - Держите и грейтесь, вы весь промокли, - золотистые глаза смотрели с мягкостью, но с беспокойством.  За этим последовало неожиданное действие: на смолистого цвета макушку приземлилось пушистое полотенце, а затем крепкие руки принялись растирать тканью кудрявые вихри, собирая с них всю влагу.  Кейджи никогда не думал, что когда тебя кто-нибудь касается, это отдаёт гулкими ударами под грудной клеткой, а ладони моментально становятся влажными.  - Прошу прощения, что без разрешения. Вы насквозь промокли, нужно было срочно спасать ситуацию, - и снова эта искренняя широкая улыбка.  - Да, благодарю вас, - стараясь придать уверенности своему голосу, юноша продолжил, - Но думаю, это было бессмысленно, ведь я сейчас буду идти домой и заново промокну.  Бокуто резко стал серьёзным, даже показалось, словно его волосы опустились. Он отошел буквально на минуту, успев переговорить с хозяйкой. Вернувшись, он отворил дверь, впуская в помещение громкие звуки ударов капель об асфальт, затем открыв зонт, сказал:  - Чего ждём? Буду провожать вас до дома.  Сегодняшний день не предвещал абсолютно никакой беды, лекции прошли без происшествий, новое произведение прочитано, приятное времяпровождение с другом, - но как только Акааши переступил порог пекарни, то его мысли и эмоции качались из стороны в сторону, будто маятник: от тягостного уныния до пронзительной радости.  Бокуто смотрит на него с таким доброжелательным выражением лица, и не сдержав улыбки, Акааши последовал за ним, очутившись под широким зонтом. В одной руке он держал стакан кофе, так бережно приготовленный одним интересным парнем, стоящим близь него, - в другой же руке сумка.  - Благодарю за кофе, вы запомнили какой я пью, - распробовав вкус напитка, васильковые глаза в моменте закрылись, наслаждаясь.  - Это было не сложно, - ответил высокий парень, продолжая, - Может перейдём на «ты» ? Я думаю, так нам обоим стало бы комфортнее.  Услышав тихое согласие, Котаро повернулся к черноволосому, наблюдая как тот отпивает капучино. Длинные тёмные ресницы дарили небольшую тень румяным щекам, а эти кудри и вовсе сводили того с ума. Поэтому он, не раздумывая произнёс:  - Ты очень красивый. Далее послышался громкий кашель, от столь внезапного комплимента, Акааши поперхнулся, прерывая своей реакцией приятную обстановку.  - Ох, прости, я не знал, что ты так отреагируешь, - начал быстро проговаривать Котаро, кружась вокруг Кейджи, - Если тебе неприятно, то просто забудь.  Тут его руки коснулась чужая, тем самым, останавливая бурный поток речей, волнующегося парня.  - Во мне это не вызвало неприязнь, просто было неожиданно, - Акааши понял, что схватился за пепельноволосого, потому резко отпрянул, продолжая, - Мне редко делают комплименты, благодарю.  В это время Котаро успел несколько раз умереть, воскреснуть в этом мире, потерять рассудок и излечиться - изящная мужская ладонь так нежно касалось его руки, что внутри возникло ощущение, будто все внутренности затрепетали. Помотав спешно головой, они продолжили путь.  Облака всё ещё испускали тягостный плачь на землю, намереваясь затопить округу. Голые ветви деревьев изменчиво колыхались в разные стороны, грузные тучи встречались между собой, создавая громкий аккомпанемент звуков. На улице разыгралась довольно скверная погода, подталкивая торопиться домой. Тем не менее, Акааши совершенно точно не хотел возвращаться в квартиру, а причина таилась в добром парне, который сейчас рассказывает ему смешную ситуацию с работы. Он умело вернул разговору спокойную атмосферу, лишая всякой неловкости.  Смех струился из уст, отдавая небольшим эхом во дворе домов.  - Бокуто, мы дошли к моему дому, благодарю, что проводил, - оповестил знакомого черноволосый, мельком взглянув на своё окно, где сейчас наблюдал за ним его маленький кот. Котаро проследил за ним и также заметил пушистое животное, так по-доброму, смотрящее на них.  - Так вот где ты живешь, у тебя чудесный кот. - Спасибо, нашёл его около мусорного бака, был совсем малышом тогда, сейчас успел окрепнуть, - Кейджи посмотрел на пепельноволосого, отмечая про себя, что тот почти не промок, - Ладно, я буду заходить, спасибо, что проводил. Золотистые глаза слегка замешкались, а губы подрагивали, намереваясь что-то сказать, но их хозяин никак не мог произнести задуманное. Но услышав последнюю фразу, Котаро поспешил спросить:  - Постой, давай обменяемся номерами?  Не переставая удивляться сегодняшнему вечеру, курчавоволосый продиктовал цифры, а затем вбивал новый контакт на мобильном телефоне. Договорившись, что Бокуто обязательно ему отпишется, когда доберется до дома, они разошлись по разным сторонам. С их лиц не сходила счастливая, наполненная радости, улыбка, а раскатистый гром оглушал лондонские улицы.  Вскоре на телефон Акааши пришло сообщение, гласящее:  «Я дома, спасибо за этот вечер, спокойной ночи» Не сдержав мягкой улыбки, молодой человек ещё раз перечитал написаное, обдумывая, что ответить.  Бокуто в приподнятом настроении духа вышел из ванной комнаты, оборачивая вокруг бёдер полотенце. Вдоволь согревшись, он побрёл на кухню заварить себе зелёный чай. В голове у него крутились мысли об одном кудрявом парне в очках, который, казалось, имел довольно спокойный и сдержанный характер. Но Котаро это не отталкивало, а лишь притягивало магнитом. Хотелось побольше слушать его размеренный голос, чувствовать прикосновение рук. Акааши создавал впечатление загадочного, таинственного человека со своими скелетами в шкафу. Пепельноволосый ощущал, что они непременно найдут общий язык.  Свист чайника на плите и уведомление на мобильном устройстве, вырвали из размышлений юношу. Обратив внимание на сообщение, Бокуто быстро среагировал и открыл вкладку:  «Я тоже рад проведенному вечеру с тобой, надеюсь добрался без происшествий. Спокойной ночи, Бокуто»

Вечер пятницы

Небольшой магазин пестрил обилием ассортимента, состоящий из различных сувениров, расписных чашек с блюдцами, изящных браслетов с бусинами, чудесных блокнотов с текстильными обложками. Глаза разбегались от одного предмета к другому, буквально всё приковывало взгляд. Парень с родинкой под глазом обратился к Кейджи:  - Как тебе набор этих чашек?  Сугавара указывал на посудины, украшенные росписью сапфировых оттенков. Филигранные узоры струились по всей поверхности фарфора, захватывая своим изяществом.  - Он превосходный, - отозвался черноволосый, считая эти чаши в действительности привлекательными.  - Я тоже так считаю, Аки должно понравится, - Коуши уже предвкушал реакцию своей девушки, которая сходила с ума по восхитительным сервизам, - Ты мне говорил, что хочешь тоже что-нибудь присмотреть?  Кивнув на данную реплику, Кейджи походил между несколькими стеллажами, пытаясь найти особенную вещь, которая точно отзовется в сердце. И тут его васильковые глаза зацепились за браслет, сделанный полностью из бусин. Яшмовые камни имели перелив от янтарного оттенка до цвета ореха. Акааши не мог отвести взор от изделия, представляя как оно будет смотреться на мужском широком запястье.   - Ты мне так и не сказал, кому собираешься преподнести подарок , и в честь чего? - заговорил сбоку Сугавара, также подтверждая красоту браслета, - Он выглядит потрясающе.  Кейджи взял в руки украшение и понёс его на кассу, пытаясь оттянуть момент с ответом. Подобрав к подарку небольшую коробочку карамельных оттенков, он расплатился и стал ждать, когда его друг проделает те же действия. Выйдя из магазина, их моментально обдул колючий ветер, заставляя поморщиться. Они находились недалеко от автобусной остановки, поэтому, не сговариваясь пошли в том направлении.  - Помнишь, я тебе рассказывал о новом продавце в пекарне?  - Да, он тебя ещё домой проводил и назвал красивым, - Коуши специально сделал на этом акцент, чтобы узреть чудную картину - алеющие уши товарища. Кейджи вздохнул, но продолжил:  - Вот как раз ему и предназначается этот браслет. В ответ ему прилетает внезапный вопрос:  - Он тебе нравится?  Юноша не знал, что ответить. Рой мыслей захватил его усталый разум. После того вечера прошло несколько дней, а они с Бокуто стали поддерживать разговор по переписке. Акааши узнал, что тот старше его на год, окончил университет в области финансов, но сейчас работает в пекарне у своей родной тёти, поскольку набирается опыта, чтобы открыть свой собственный магазин. Также Кейджи отметил, что Котаро довольно активный, весьма разговорчивый и трудолюбивый.  Он и сам не заметил, как стал нетерпеливо ожидать новых уведомлений, а сердце отдавало гулкими ударами об грудь. Наверное, это можно назвать влюбленностью, которую ранее он не ощущал к кому-либо?  - Да, он мне нравится.  

***

Они договорились встретиться около Тауерского замка. Погодные условия позволяли сегодня насладиться воскресным октябрьским днём, не страшась буйства стихии. Бокуто облачился в вельветовую куртку, брюки цвета мокрого асфальта и мартинсы  - в глубине души он мечтал воспроизвести приятное впечатление на Акааши. Спеша к назначенному месту, золотистые глаза заметили вдалеке юношу с кучерявыми волосами, читающего книгу на лавочке. Он совершенно ничего вокруг не замечал, погружаясь в строки перед собой. Однако тут к нему кто-то подсел, отвлекая от захватывающего занятия. Кейджи повернулся и мягко улыбнулся:  - Привет, Бокуто. Прости, я тебя не заметил. - Привет, ничего страшного. Что читаешь?  Закрыв книгу и показав обложку, можно было прочитать: «Граф Монте-Кристо».  - Интересно? -  Я только начал читать, но уже могу сказать, что написано совсем не дурно. Думаю, быстро с ним справлюсь, - незамедлительно ответил Кейджи, поднимаясь с лавочки, продолжая, - Пошли в замок?  Войдя в крепость, можно было заметить смешение стилей, которые добавлялись на протяжении нескольких веков. Акааши отметил, что викторианский и средневековый стили, выглядят наиболее чарующе. Создавалось впечатление, словно они попали в роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр». Каменные плиты замка сохраняли прохладу, но не пропускали внутрь осеннего сквозняка. Дойдя до музея, где расположились лошади в доспехах и рыцари близь них, они остановились. - Завораживает, скажи?  Кейджи повернулся к юноше, который искренне восхищался увиденным, отмечая про себя, что если будет возможность, то почитает ему произведения с данной эпохой.  - И правда…  По окончанию экскурсии, ребята ещё немного побродили по музею, где ощущалась вся тяжесть минувших веков. Сколько душ блуждало ранее в замке, как много это сооружение пережило. Всё это не укладывалось в голове.  Выйдя за пределы крепости, было принято решение пойти в парк неподалёку и согреться там горячим чаем. Таким образом, они теперь сидели за небольшим деревянным столом, а посредине стояла хрустальная ваза с георгинами багрового цвета. Заказав два чая с бергамотом и кусочки наполеона, Акааши решил начать непринужденный разговор.  - Замок оказался восхитительной постройки, нужно будет ещё куда-нибудь сходить, - теребя руками, предложил черноволосый  - Это приглашение на свидание? - безапелляционно предположил Котаро, наблюдая, как его собеседник становится пунцово-красным.  - Возможно и так, - Кейджи старался не поднимать сильно взгляд, иначе это грозит сердечным приступом из-за смущения.  Тут его спасла девушка официантка, принося их заказ, и желая приятного аппетита. Поблагодарив, юноши принялись за десерт, переводя тему разговора в более расслабленное русло.  Вечер подходил к концу, Котаро вновь вызывался проводить Кейджи до дома, обосновывая это тем, что просто желает провести время вдвоем немного дольше. Минуя очередной многоквартирный дом, они обсуждали университетские темы.  - Это мой последний курс, после чего, я планирую идти работать искусствоведом, - рассказывал Кейджи о задуманном, поправляя на себе пальто. - Вау, это восхитительно, и наверняка интересно, - с восторженной интонацией ответил Бокуто. -  Думаешь? Многие считают эту профессию скучной и непримечательной. - У них просто нет такого таланта, как у тебя, - беспристрастно заметил пепельноволосый, огибая люк на дороге. Не зная, что ответить на такую прямоту и честность, Акааши тихо поблагодарил своего друга за неожиданную похвалу. А друзья ли они? Кейджи чувствовал к Бокуто вовсе не дружеское влечение, иногда у него возникало пылкое желание того поцеловать, особенно, когда он что-нибудь рассказывает с восторгом. Черноволосому юноше было страстно интересно, какие на вкус губы Котаро, чем пахнет его тело, ведь они обнимались всего лишь раз, и то, потому что Бокуто споткнулся об бордюр и чуть не полетел лицом вниз.  - Мы пришли, Акааши  - Уже? Ох, да, - с растерянностью ответил парень, но внезапно для самого себя и Бокуто предложил, - Не хочешь познакомиться с Гарри?  Войдя в небольшую, но уютную квартиру, ребята чувствовали неловкость от такого тесного контакта друг с другом. Они всегда виделись в людных местах, но ни разу не находились в настолько интимной обстановке. Тут к ним вышел черный пушистый кот с хвостом к верху. Он издавал громкое урчание и тёрся об любимого хозяина, пытаясь тому показать как сильно он скучал. Акааши взял животное на руки и поднёс к Бокуто, который, не сводя глаз, наблюдал теперь за двумя милейшими созданиями на планете.  - Гарри, познакомься, это Котаро, - кот в это время с интересом смотрел в новое лицо, издали напоминающее чем-то сову, а потом резко прыгнул к нему на руки, - Ох, прости, он тебя напугал?  Смеясь от выходки пушистого существа, Бокуто ответил:  - Я, скорее, не ожидал, - он погладил его по шёрстке и тот замурчал, - Он у тебя очень добрый. - Да, я такого нежного кота ещё не встречал, - любуясь данной картиной, Кейджи предложил, - Может чаю? У меня есть печенье, тёплый плед и много подушек.  Восхитившись идеей, Бокуто резко начал кивать, соглашаясь на всё, что предложит курчавоволосый. После увиденного согласия, Кейджи пошёл на кухню, попутно говоря, где находится ванная комната, спальня и гостиная.  Котаро не стал тратить время и направился по направлению в гостиную вместе с урчащим котом на руках. Жилище может и не пестрило красками, но в ней чувствовалось спокойствие, размеренность и некая упорядоченность. После просмотра гостиной, Бокуто решил немного залезть в личное пространство Акааши, поэтому через пару минут оказался в спальне. Юноша ещё никогда не видел такого количества книг на полках, разве что в библиотеках. В очередной раз восхитившись, золотистые глаза зацепились за чистую двуспальную убранную кровать, сразу же вспоминая какой бардак у него дома творится. Небольшой письменный стол, ноутбук, большая мягкая лежанка для кота, куда Гарри направился, как только Бокуто вошел в спальную комнату. На стене висело две картины с живописным пейзажем утреннего леса и бушующего ультрамаринового моря. Массивный шкаф в бретонском стиле, потёртый ковер с необычным орнаментом. У Котаро создавалось впечатление, будто он очутился в другой эпохе. Тут до его ушей донёсся голос:  - Осмотрелся? - Акааши облокотился о косяк, скрестив руки.  - Прости, я зашёл сюда без разрешения. - Мне скрывать нечего, не вижу проблемы, ты не посторонний человек, - когда юноша понял, что сказал, то резко вернулся на кухню, вспомнив о кипящем чайнике. В это время Бокуто расплылся в блаженной улыбке, ощущая всеобъемлющее счастье.  «До чего же очаровательно Кейджи смущается» Они расположились на кровати, предварительно укутавшись в плед, а Гарри улегся между ними, тихо посапывая. Половина фильма уже минула, чай выпит, а на тарелке не осталось и крошки печенья. В комнате царило умиротворение вперемешку с чем-то трепетным, ведь в данную минуту, пальцы Бокуто кружат на ладони Акааши. Тот не выступал против, лишь наслаждался моментом , пытаясь не отвлекаться от фильма. Кажется, там главные герои искали друг друга сквозь время, преодолевая бесконечные препятствия, но суть картины терялась, потому что Кейджи думал лишь о прикосновениях.  - Сдается мне, я в тебя влюбился, - нарушил блаженную тишину Бокуто, признаваясь в чувствах, убирая пальцы с ладоней черноволосого.  Васильковые глаза резко увеличились в несколько раз, уши не могли отрицать услышанное. Акааши не мог объяснить свои эмоции после признания. Как если бы в одночасье почувствовать безграничную радость, трепетную любовь и минутное потрясение. Он посмотрел на Котаро, но тот не выдержал щемящую гробовую тишину, прерываемую речью героев в фильме, и уже хотел было встать и уйти, как его потянули обратно, схватившись за запястье. Их лица теперь находились в паре сантиметрах друг от друга, они чувствовали прерывистое дыхание, слышали учащенное биение сердец. Сапфир и золото пристально разглядывали один другого. Тягучую карамель и сумеречное небо заволокло дымкой, а после, медовые влажные уста  сплелись воедино.  Крепкие руки Бокуто притянули к себе тело Кейджи, поглаживая дрожащую спину. Мягкими движениями успокаивая юношу, он не переставал сминать розовые лепестки губ, попеременно кусая их или облизывая. Время остановилось, подлинная реальность прекратила свой ход, бесконечное мироздание потеряло значимость. Существуют лишь пара чувственных припухших губ, жаркие объятия и скользящие прикосновения в запутанных вихрях на голове.  Когда дыхание исчерпало свои запасы, пришлось разъединить уста и вдыхать необходимый кислород.  - Это значит, что ты тоже влюблен в меня? 

***

С тех пор прошло два месяца. Декабрь подходил к концу, напоминая всем о скором наступающем новом годе. Белоснежные хлопья снега срывались с небосвода, украшая улицы Лондона в сказочное блестящее покрывало. Повсюду суетились люди, загружали машины ёлками и праздничными игрушками. В городе царило предвкушение праздника, распыляясь всепоглощающе на каждого. Схожее настроение присутствовало и в квартире у Акааши.  - Бокуто, следи за тем, чтобы Гарри не ел мишуру, - прикрикнул с кухни юноша, готовя ужин.  Тут его талию обвили крепкие руки, а шею опалило горячее дыхание, вызывая мелкую дрожь по телу.  - Он сейчас спит на кровати, не думаю, что выжидал пока я покину комнату, - губы оставили влажный поцелуй где-то в районе между шеей и плечом, проходясь нежно языком, - Так вкусно пахнет.  Совладав со своими эмоциями, что было невероятно тяжело, Кейджи повернул голову к парню, касаясь устами  прекрасного носа, в который раз отмечая про себя, как он любит целовать именно сюда.   Котаро слегка прищурился от нежного поцелуя, но настаивать далее на ласки не решался. Проведя рукой по бёдрам последний раз, где на запястье висел восхитительной красоты браслет с яшмы, он отошел к столу, в ожидании вкусного ужина. Акааши наотрез отказывался принимать помощь именно сегодня, поскольку готовил новое блюдо. Ничего другого не оставалось, как любоваться кучерявым юношей, так старательно колдующим над сковородой.  - Ты смущаешь своим взглядом , прекрати, - отозвался Кейджи, краснея с головы до пят.  - Но как можно прервать лицезрение на своего парня, когда он буквально источает божественную красоту?  Такие чарующие фразы Бокуто приобрёл после еженедельных прочтений книг. Если быть точнее, то Акааши одного вечера читал очередной роман, как на его коленях оказалась светлая макушка. Запутывая свои длинные пальцы в волосах, он продолжал увлеченно проходить от строчки к строчке, как неожиданная просьба «Почитай мне вслух» прилетела к нему. Теперь у них сформировалась небольшая традиция - когда Котаро ночует у парня, то обязательно внимательно слушает захватывающие истории про рыцарей.  Кейджи уже успел вспыхнуть, как спичка несколько раз, но, стараясь не обращать внимания на пристальный взор золотистых глаз, уложил еду по тарелкам и поставил её на стол, которая манила своим ароматом.  Юноша посмотрел на браслет, висящий на бледной жилистой руке, и вспомнил как неловко подарил его.  Это случилось в середине ноября, когда промозглые дожди окутывали землю почти каждодневно, а голые ветви деревьев одиноко переносили порывистые ветра. Черноволосый шёл навстречу к своему возлюбленному, чтобы сходить с ним на свидание и наконец-таки набраться решимости подарить браслет, купленный в начале октября. Акааши почти подошёл к зданию, где они обусловили встретиться, но тут его глаза прилипли к довольно провокационной картине со стороны. Сейчас Бокуто обнимался с какой-то девушкой блондинкой, так ещё и радостно посмеивался. Глаза застилала влага от непрошеных слёз, руки дрожали от разочарования и досады. Быстро развернувшись на 180 градусов, Кейджи побрёл в неизвестном направлении, пытаясь унять колотящееся сердце. До этого дня Бокуто никогда не давал сомнений на свой счёт, был совершенно искренним и говорил всё напрямую, что несомненно ценилось. Однако навязчивые мысли не покидали Акааши, поскольку он не мог до конца поверить в своё безмерное счастье. Казалось, что это прекрасный сон, который вскоре предстоит покинуть.  Дойдя до парка, черноволосый отыскал лавочку с навесом и стал глядеть в пустоту. Соленые дорожки обрамляли холодное бледноватое лицо, стекая к подбородку и оставляя свои следы на мужском пальто. Хотелось исчезнуть из этого мира, закрыться навсегда в своём маленьком мире и больше никогда не выходить наружу. Но этому было не суждено сбыться, трель звонка не унималась, поэтому пришлось поднять трубку.  - Акааши, что-то случилось? Почему ты не отвечаешь? Ты забыл о встрече? - начал сходу закидывать вопросами Котаро, не давая даже и слова сказать.  Послышался тихий всхлип, потом ещё один и теперь это превратилось в рыдание.  - Кейджи, где ты сейчас? Тебя кто-то обидел?  - Зачем ты врёшь? - проговорил охрипшим голосом черноволосый. - Ты о чём? - Я всё видел, не знаю кто она, но надеюсь вы будете счастливы… - Постой, скажи где ты находишься и я всё тебе объясню, - попытался Бокуто узнать местонахождение парня, но был перебит грубым «не нужно».  А после он услышал лишь тяжелые гудки сброшенного звонка. Было принято решение обойти ближайшие кварталы, в поисках беспокойного юноши. Однако он нашелся у себя дома, потому что это единственное оставшееся место, куда Котаро ещё не ходил.  Дверь ему открыл весь заплаканный, опухший Акааши, сейчас он стоял без очков, в серых домашних штанах и вязаной кофте. Шмыгнув носом, он заговорил:  - Что тебе нужно? Мне кажется я увидел достаточно.  Нет, это была моя старшая сестра, - отчаянно перебил Бокуто, стараясь придать голосу уверенности, - Я её не видел несколько месяцев, она уезжала заграницу, помнишь, рассказывал тебе? Увидев кивок головы, он продолжил:  - Я стоял и ждал тебя, но тут внезапно появляется Мика, а дальше ты и сам всё знаешь.  Звенящая тишина заполнила маленькую лестничную клетку, оставляя за собой лишь горечь. В один момент разочарование сменилось радостью, а Кейджи вновь стал плакать.  - Я снова сделал что-то не так? - запаниковал Бокуто, боясь подойти к юноше, но того резко притянули в объятия, прерывая все беспокойства.  После этого они вошли в квартиру, не разрывая крепких прикосновений. Затем Котаро ещё долгое время держал у себя на коленях Кейджи, изъясняясь в своей любви, - что не предаст, что имеет к нему самые серьезные намерения. Спустя продолжительное время, черноволосый всё же успокоился и вспомнил об одной вещи. Он подорвался с колен и стал искать что-то у себя в сумке, а Бокуто не мог сообразить, чего ищет с таким усердием его возлюбленный.  - Держи, это тебе, - немного волнуясь, протянул маленькую коробочку Кейджи в руки парня.  Он наблюдал как тот медленно открывает подарок, а после загораются искрой золотые глаза.  - Я планировал его подарить ещё раньше, но никак не мог решиться, но, видимо, наступило время его отдать хозяину.  - Акааши, браслет чудесный, наденешь мне его? - завопил Бокуто на всю комнату.  Черноволосый парень вынырнул из воспоминаний, возвращаясь на кухню, где они с Котаро ужинают. Увлечённая беседа перетекла в спальню, где юноши приняли решение посмотреть рождественский фильм. Комната наполнилась заливистым смехом, отражением мягкого блеска свеч, дурманящим запахом новых книг и урчанием пушистого черного кота. За окном можно было услышать завывание свирепой метели, а трескучий мороз так и норовил оставить свои старания на стёклах, в виде изумительных узоров.  Декабрь подходил к концу, а два трепетно любящих сердца содрогались от переполняющих возвышенных, сладостных чувств.