Нестандартное применение черных щупалец

      После гулянки по случаю успешно завершенной миссии, Клевер был отвратительно пьян. Едва ли дополз до своего дома, в котором жил с недавнего времени, когда у него наконец-то появились деньги на создание своей теплицы. Уютная и вечно зелёная, она встретила хозяина с теплым светом и мягкой постелью. И тем не менее, сейчас совершенно не хотелось ложиться в кровать именно чтобы поспать, а не чтобы, например, отдаться кому-то в руки чтобы его скрутили и трахнули до потери сознания.       Вот только некому было скрутить, некому было трахнуть маленького нежного эльфа, который может случайно с перепугу испепелить кого-то молнией.       «Эй, я же недавно выучил одно заклинание, — уже почти ложась в кровать, Клевер вспомнил об одном любопытном заклинании, в лапы которого он сам не раз попадал и не раз едва не умирал от него. — Но если я сам буду их контролировать, они не нанесут мне вреда, насколько я знаю…»       Эльф тут же подскочил с постели, торопливо пронёсся к рабочему столу, заваленному книгами, свитками, множеством магических артефактов и семенами растений, и начал творить.       Даже находясь в сильном опьянении, доведённое до автоматизма и немного измененное пьяным разумом заклинание тут же призвало несколько огромных черных щупалец, которые стали медленно извиваться рядом с магом. Едва Клевер двинулся, щупальца тут же отреагировали и схватили его по ногам и рукам, за талию и продолжили уже медленно проникать дальше: в мешковатые штаны, под обтягивающую грудь Клевера кофту, к нежнейшим местам, которые он никому не давал трогать.       Щупальца очевидно действовали сами, хотя обычно призываемые чтобы вредить, эти почему-то были ласковы и мягки, они поглаживали нежную кожу живота, груди, бёдер эльфа. Легко сжимая и его член, щупальце дёрнулось, а с губ Клевера сорвался резкий вскрик-стон удовольствия. Оно продолжило двигаться дальше, к такому же прелестному, как и весь эльфёнок, розовому колечку мышц ануса. Ощупав его, щупальце будто бы стало выделять слизь, прохладную, но густую. Клеверу пришлось расслабиться, чтобы щупальце смогло войти в него легче, хотя сделать это в его состоянии было сильно проще, чем если бы он был трезв и не разгорячен поглаживаниями других щупалец. Оно вошло в него, мягко толкаясь глубже. Щупальце было холодным, сильно контрастирующим с температурой тела эльфа. Это было странное чувство, с одной стороны мерзкое, но с другой крайне приятное и интересное. К удивлению эльфа, проникновение даже не доставило ему боли, а когда щупальце проникло глубже, нащупывая простату, он вновь вскрикнул от очередной волны неожиданного удовольствия.       Щупальце двигалось, обвивая член эльфа и толкаясь внутри него, заставляя прогибаться и почти безуспешно двигаться навстречу действиям щупальца, всё же без опоры на пол и будучи связанным по рукам и ногам было крайне тяжело предпринимать хоть какие-то активные действия. Так и двигаясь, щупальце иногда меняло угол наклона своего нежного пленника, будто играясь с ним, как ребёнок. Оно продолжало двигаться, вызывая из груди эльфа сладкие стоны, доводя его до пика и тут же прекращая, будто оно понимало, что делало и наслаждалось тихим хныканьем несчастного, прерванного прямо на пике удовольствия. И тем не менее, будто бы наигравшись и захотев поскорее закончить, щупальце задвигалось быстрее и сильнее: оно билось внутрь и извивалось снаружи, доводя эльфа до оргазма и оставляя его без чувств.       Раскрасневшегося и горячего, щупальца отпустили эльфа на пол с мягким ковром, где он и уснул до утра, явно полностью удовлетворённый своей идеей и её исполнением.

***

      — Пиздец, до чего ж я додумался… Заставил чертовы щупальца себя трахнуть! — ужасаясь своей выдумке утром, Клевер ходил туда-сюда по комнатке, ожидая пока невидимый слуга нальет ему чай. Такое действие заклинания определенно стоило записать, только вспомнить бы, что именно эльф изменил в сложной формуле.