Часть 1
31 марта 2025 г., 18:58
Стук в дверь застаёт врасплох, Лера замирает в проходе между тренировочным залом, где она коротала утро, и кухней. Тома или Криз отписались бы, прежде чем прийти. Лера бесшумно добирается до висящей в коридоре куртки, вытаскивает из кармана телефон и проверяет их чат — там непривычная для них тишина, последним сообщением висит скинутый Томой ещё утром какой-то тикток и подпись «мы или не мы». Лера его так и не посмотрела.
Стук повторяется, гулко разносясь по длинному коридору квартиры. Лера вся подбирается и тревожно косится на дверь.
Возможно, этот тот друг Криза? Лера пытается вспомнить его имя. Разумовский называл его «жареный», а Володя — «Огонёк». В теории он знает адрес этой квартиры. Вдруг у него какие-то новости. Кажется, он мог залезать в голову Разумовскому, но вдруг решил на этот раз пойти более этичным путём. Лера фыркает от мысли об этике в этих стенах.
А ещё — какая-то крохотная часть её сознания надеется — это может быть Волков. Они же не видели тела.
Лера подходит к двери и заглядывает в глазок, но там темнота. Стук раздаётся совсем рядом с её головой. Она распрямляет плечи и поворачивает замок.
И жалеет об этом немедленно, потому что дверь распахивается, и перед ней стоит Дракон. У него страшное лицо. Лера встречается с ним взглядом, но он как будто смотрит сквозь неё — у него красные воспалённые глаза и стиснутые челюсти. Она мысленно прощается с семьёй и друзьями, потому что шансов против Дракона у неё нет, а Сергей сейчас не боец. Тень Сергея, если честно.
— Разумовский где? — отрывисто спрашивает Дракон.
— Не здесь, — Лера сжимает кулаки.
— Отойди.
— Свали.
— Отойди, — рычит он и без малейшего труда отталкивает её с пути.
Лера задумывается, готова ли она защищать своего работодателя ценой собственной жизни.
— Разумовский! — грозный окрик заполняет её уши, она морщится, но несётся следом.
Лера не успевает остановить Дракона. Тот безошибочно отыскивает нужную комнату и врывается, дверь громко ударяется об стену. Сергей лежит на кровати в той же позе эмбриона, в какой Лера оставила его час назад.
— Сука, — Дракон хватает его за грудки и стаскивает с кровати, заставляет принять вертикальное положение. — Где Волков?
Разумовский бессмысленно смотрит на него. Дракон встряхивает его, от него волнами исходит такая злоба, что Лера замирает, не зная, как подступиться.
— Где Волков?! — орёт он снова. В его голосе нет обычной смешинки, которую даже Лера успела запомнить. В его голосе почему-то — дикий страх.
Разумовский мотает головой:
— Его нет, — хрипит он.
Дракон замирает. Он обхватывает Сергея за подбородок и заставляет посмотреть на себя.
— Не прячь взгляд, сука. Что с Волковым?
— Его нет, — с расстановкой повторяет Сергей глухим голосом.
Лера кричит и захлопывает рот ладонью, когда Дракон с размаху бьёт Разумовского по лицу и отшвыривает на кровать. Потом дёргает за волосы и бьёт ещё. Тот даже не пытается защититься. Лера бросается вперёд и перехватывает занесённый в третий раз кулак. Дракон не без усилия вырывает руку, оборачивается и хватает Леру за загривок, с силой давит, заставляя согнуться.
— Отойди, девочка, — страшно шипит он. — Я сверну тебе шею, если ещё дёрнешься в мою сторону.
Лера еле удерживает равновесие, когда он отпускает её. Он снова хватает Разумовского за ворот футболки, тащит за собой и прикладывает спиной об стену.
— Добил его, да? — рычит он ему в лицо. — Каждый, сука, раз, каждый — сука — раз он сбегал к тебе, и ты не сберёг его ни разу!
Лера лихорадочно оглядывает комнату в поисках чего-то, чем можно ударить Дракона, отвлечь на себя. Она никогда не была против всечь Разумовскому, но сейчас это всё откровенно жестоко и не приносит морального удовлетворения.
— Что же ты, блять, хорошего сделал в своей жизни, что он опять сдох, а ты опять жив? — массивный кулак снова впечатывается в окровавленное лицо. Сергей снова не сопротивляется, его голова безвольно дёргается вправо.
— Мы не видели тела! — кричит Лера. Она запоздало думает, что, вероятно, сказала слишком много и выдала себя с потрохами, и Дракон прямо сейчас сложит два и два, если не сделал этого раньше.
Он цепенеет и медленно переводит взгляд на неё.
— Тела не было, — повторяет она. — Он исчез. Он… мы не знаем, где он.
— Тогда какого хера ты скулишь здесь, как побитая псина?! — Дракон тянет Сергея на себя и снова впечатывает в стену. — Он тебя отыскал и в Италии, и в Сибири, в пекло за тобой лез, почему ты землю не грызёшь в поисках его?!
Разумовский хрипит, одной рукой хватается за грудную клетку, второй наконец-то слабо пытается оттолкнуть Дракона. Тот брезгливо отшвыривает его от себя на пол сам и вжимает ботинок ему в плечо.
— Трусливая гнида, — цедит он, наклоняясь к нему. — Лежи и вой, беспомощная сука. Я найду его, и, блять, хера с два я ещё его к тебе отпущу. Даже если придётся приковать его к батарее и держать в подвале, я его тебе больше не отдам.
Что-то мелькает на обезображенном лице Разумовского, что Лера едва улавливает и в общем-то не понимает, но теперь сама уже — внезапно запоздало — складывает два и два, точнее, Дракона и Волкова. Эта мелодрама могла бы даже позабавить, если бы не прижатый к полу Разумовский, Волков Шрёдингера и один из её врагов, который теперь знает её в лицо.
Один из её врагов мстительно пинает Разумовского в бок и размашистым шагом направляется к выходу. Останавливается почти у самой двери и смотрит на Леру в упор. Она вскидывает подбородок и выдерживает его взгляд. Он щерится с презрением напополам с каким-то сочувствием и дёргает одним плечом:
— Мне похуй. Ты мне не враг.
Он бегло оглядывается на Разумовского, который не пытается шевелиться и только смотрит на Дракона равнодушным взглядом. Возле его головы с края кровати свисает старая футболка Волкова, которую он баюкал в руках последние два дня. Дракон идёт обратно, намеренно резко опуская ногу рядом с лицом Сергея, берёт футболку в руки и расправляет смятую ткань. Губы его дёргаются в какой-то бессильной, болезненной усмешке. Лера вспоминает, что у Волкова половина одежды с кринжовыми волками. Вторая половина — чёрные водолазки.
Дракон перекидывает футболку через плечо и выходит из комнаты. Лера смотрит на Разумовского, и ей кажется, что по его лицу текут слёзы, но крови слишком много, и в комнате полумрак. Нужно принести аптечку из тренировочного зала. Ощущая себя какой-то оглушённой, Лера выходит тоже.
Дракон ещё в квартире. Стоит, прислонившись к стене у открытой нараспашку входной двери. Голова склонена так, что щекой он касается висящей на плече футболки.
— Рубинштейн, — негромко произносит Лера.
Дракон фокусирует на ней взгляд. Она неловко заламывает пальцы и смотрит исподлобья.
— Отыщешь его, и тогда, может быть, найдёшь информацию о Волкове, — она щёлкает суставом указательного пальца и вспоминает как-то вылетевшую из головы деталь. — Он связан с фармкомпанией «Махаон». Я узнала блондинку.
Дракон медленно кивает.
— Я могу дать адрес дома, где… всё произошло.
Лера наблюдает за реакцией Дракона, но тот продолжает молча смотреть на неё. Из него как будто разом выкачали все эмоции, оставив то же блёклое безразличие, что у Разумовского.
— В обмен на молчание, — решительно заканчивает она.
По его лицу расползается кривая усмешка, он щурит глаза и выпрямляется.
— И что, готова положиться на моё честное слово?
Лера поджимает губы и отводит взгляд.
— Нет, — после нескольких долгих секунд молчания огрызается она. — Но я твоя единственная зацепка, не так ли?
— Туше, — Дракон поднимает вверх раскрытые ладони, затем достаёт из кармана телефон, снимает блокировку и бросает Лере. — Открывай заметки.
Лера вбивает адрес и несколько имён и возвращает телефон. Дракон салютует ей и разворачивается к двери. Лера окликает его:
— Если ты его найдёшь…
— Когда, — отрезает Дракон.
Она шумно втягивает воздух и медленно выдыхает. Честное слово, вся эта драма уже сидит у неё в печёнках.
— Когда ты найдёшь его, пожалуйста, дай нам знать. Я не собираюсь разбираться в тонкостях ваших отношений, но Сергей заслуживает хотя бы конкретики, что бы ты ни думал про него.
— Ничего хорошего, — сардонически тянет Дракон.
— Сто процентов понимания, — мрачно отзывается Лера. — И всё-таки…
— Может быть.
Хлопает дверь. Лера защёлкивает замок и идёт за аптечкой.
