Не очень краткое пособие: "Как вернуть принца домой?"

      В некотором царстве, в некотором государстве, жила была прекрасная принцесса. Все, начиная от придворной знати и заканчивая обычными крестьянами знали: она – самая добрая и самая справедливая из всех наследников престола.       Внезапно по всему королевству прошёл слух: якобы в одну злосчастную летнюю ночь, группа неизвестных убила охрану и проникла в замок и выкрала девушку. Сколько было шуму, сколько сил было вложено на её поиски... Но что, если из-за суматохи преступники ошиблись и украли вовсе не её? ⊹ ⊹ ⊹       Глаза постепенно начинают видеть в полутьме, а в нос бьет запах сырости, всё тело, буквально каждый мускул ломит непонятной болью. Стараясь быстрее привыкнуть к слабому освещению Люциус быстро моргает и жмурится. Стоило лишь попытаться поднять руку, чтобы протереть глаза, как он понял, он связан. Он чёрт возьми связан по рукам и ногам и находится непонятно где. Грудь спёрло от паники, сердце забилось с неистовой скоростью. Одновременно со страхом где-то внутри созрело ещё одно чувство – гнев. — Кто только посмел выкрасть Его Величество наследного принца из царской палаты и бросить в какой-то сырой... подсобке? Просто уму непостижимо! Да пусть тот, кто это сделал, сдохнет самой мучительной смертью и в ад провалится! - шёпотом процедил через зубы парень и сердито выдохнул. Он понимал, если дашь чувствам волю – окажешься в уязвимом положении, сейчас стоило посильнее изучить обстановку и постараться отыскать свои преимущества.       Вновь осмотрев тесную комнатку, Люциус обнаружил: всё это время находился здесь не один. То, что кто-то видел его минутную слабость, ударило по самолюбию.       У противоположной стены сидел парнишка примерно того же возраста, что и принц, но похвастаться внешним видом он сейчас явно не мог, его лицо было разукрашено ссадинами и синяками, а опрятная, и даже возможно красивая прежде одежда, изорвана и вся в какой-то копоти вперемешку с обычной грязью. Сейчас Люциус понял, насколько ему повезло остаться практически невредимым в отличие от своего собрата по несчастью. Но к сожалению всё-таки было за что зацепиться, посмотрев вниз блондин заметил, что на нём не оказалось его привычных драгоценностей. Злость возросла на ещё пару пунктов, а похитителей захотелось задушить собственноручно.       Вновь раздражённо фыркнув, Люциус взглядом изучил парня напротив. Брюнет, голубые глаза, одет в простую рубаху с широкими рукавами, чёрные штаны и плащ на одно плечо с чёрно-синим паттерном. Сразу видно – типичный представитель военно-морского альянса. Мечник же, разглядывал принца в ответ. Глядел будто на какую-то диковинку, до чего же тот был забавным. Сначала напугался, потом поругался, а как увидел кого-то кроме себя, так нафуфырился, будто не в плену сидит, а на торжественном мероприятии. — Эй ты! – первым решился заговорить наследный принц, – Где я? Лололошка оглянулся, словно до этого не знал, где находится и безразлично кинул: — На корабле. — Чего?! На каком ещё корабле? – ошарашенно переспросил Люциус не веря своим ушам. Хуже, чем оказаться в плену было оказаться в плену на какой-то посудине, движущейся невесть куда. Он сдвинул брови. –– А как давно мы здесь? — Лично я здесь уже больше одного дня, это точно, а тебя сюда закинули... Вообще хер знает сколько времени назад. Часов-то здесь нет. – Он пожал плечами и всё так же отстранённо повесил голову. — Я, наследный принц королевства Вальдор, во что бы то ни стало выберусь отсюда и велю казнить этих подонков, посмевших дотронуться до меня своими грязными ручонками! – с этими словами Люциус попытался задействовать магию и сжечь сдерживающие его верёвки к чертям собачьим, но все попытки сотворить хотя бы крошечный огонёчек были тщетны. Вместо того чтобы выходить наружу, сила отражалась от оков и била самого мага с такой же силой.       Парень скрючился настолько, насколько ему позволяли путы и зашипел от боли. Вот подготовились же, ублюдки. Внезапно послышался скрип половиц, дверь распахнулась, а в трюм ввалился среднего роста мужчина. По его простенькой одежде легко можно было понять, что это не более чем обычный матрос. Он сделал шаг вперёд и осветил тусклое помещение небольшой свечной лампой. — Всё ещё не передумал, щенок? Наш капитан ждёт от тя ответа. – Пират поставил на пол свечу и навис над побитым юношей, пока тот упрямо продолжал пялиться в пол. – Слышь, я тя спрашиваю.       Сверкнуло лезвие клинка, с угрозой приставленного к шее парня, но тот не дёрнулся ни на миллиметр. Он невозмутимо поднял голову вверх и нахмурился. Мгновенье, и Ло что есть силы пинает мужчину, и тот, то ли от того, что его застали врасплох, то ли от собственной неудачи, с грохотом повалился на пол, выпуская из рук оружие и бранясь. — В зад меня поцелуйте, ты и твой капит... – не успел договорить мечник, как на него обрушился град новых тумаков. Каждая атака разъярённого пирата отзывалась глухим стуком, а паренёк при этом даже не издавал ни единого писка, непоколебимо принимая удар за ударом. Прошло минут пять? Десять? Вскоре мужчине наскучило избивать уже и так обмякшего пленника, поэтому он встал, грубо схватил лампу и скрылся за дверью, приговаривая: — Подумай хорошенько, следующий раз когда мы спросим, будет последним...       Люциус содрогнулся от хлопка двери. Неужели с ним поступят так же? Или... Всё может быть ещё хуже. Сердце ушло в пятки, казалось вот-вот и парня стошнит. Он судорожно попытался высвободить руки, но снова ничего не произошло, будто с каждым разом верёвки затягиваются всё туже и туже. Неужели ситуация настолько безвыходна и бесповоротна? Гнев переменился страхом, а сам парень всеми силами пытался сделать вид, что ему плевать. Он в растерянности взглянул на своего соседа и удивился ещё больше. — Ты идиот? Чего... Улыбаешься? – ком, подступивший к горлу, мешал нормально дышать и говорить.       Брюнет тем временем неспроста ухмылялся. Он подтянул ноги, поёрзал с полминуты, а затем как ни в чём не бывало встал, разминая шею и потирая затёкшие запястья в попытке скорее восстановить кровообращение. — Если кто-то тут идиот, так это тот горе-пиратишка. – хмыкнул Ло, крутанув в руке клинок и прижав палец к губам. – Только тихо.       Смотря на всё это и пребывая в шоке, принц даже без этого предупреждения не мог сформулировать ни одного связного предложения. В то время пока мечник срезал с него магические путы, Люциус пытался как-то осмыслить, что делать дальше, но мысли, как на зло, резко сбились в один большой комок. То, что он освободился от этих дурацких оков, просто восхитительно, но что делать дальше? Как теперь этому несчастному пленнику выбраться с корабля, полного пиратов, вооружённых до зубов? Когда на пол упала последняя верёвка, а Люциус пренебрежительного отшатнулся в сторону от простолюдина, в голову внезапно пришло удивительно простое и верное на его взгляд решение. Оно моментально освободило голову от ненужных сомнений и заняло всё мысли. "Сожгу всё." — Сожгу. Всех и вся! Они получат! – внутри пламенным огнём разгорелась ярость и ненависть к похитителям. Казалось, одной смерти им будет мало, чтобы искупить всю вину перед наследным принцем. Встав и поправив воротник, парень уже было двинулся к двери, попутно преобразовывая на ладонях яркие всполохи, но его остановил тот самый мечник. — Стой, стой, стой! Как сжечь?! Мы же вместе с кораблём потонем, нам хотя-бы план сначала нужен! – от слов блондина у парнишки глаза округлились. Как можно действовать настолько безрассудно? — Скройся, смерд, мне лучше знать. И нет здесь никакого "мы", я работаю один. – с отвращением стряхивая со своего плеча руку,Люциус поморщился. Думает, раз освободил от верёвок, то уже автоматически стал другом? Ни тут то было! Ничто и никто не сможет противостоять его правосудию, особенно какой-то простолюдин.       В ответ Ло смог лишь обеспокоенно выдохнуть, он видел много таких же самоуверенных людей, и как бы не старался помочь, большинство из них заканчивали одинаково. Лишь бы в этот раз всё закончилось хорошо. ⊹ ⊹ ⊹       Люциус ступал быстро, но осторожно, постепенно перемещая вес с одной ноги на другую, чтобы полы внезапно не заскрипели, выдав их обоих. Почему обоих? Мечник увязался вслед, ведь "великий и прекрасный" принц так и не переменил своего мнения, а вместе у них всё-таки побольше преимуществ будет. План Лололошки был таков: выбраться наверх, разведать обстановку, определить или хотя бы предположить насколько они далеко от берега и постараться тихонько улизнуть. План Люца к сожалению не мог отличиться такой же продуманностью и состоял всего из четырёх слов: жечь всех, кого видишь.       Каждый лишний шорох со стороны заставлял парня в голубом застыть на месте, вслушиваясь в каждый звук и держа наготове украденный клинок, пока огненный маг невозмутимо продолжал идти вперёд, заглядывая в открытые и к счастью пустые каюты. На самом деле было удивительно, что за весь их путь наверх, им не встретился ни один разбойник. Это не просто настораживало – это пугало до жути, заставляя прокручивать в голове десятки возможных исходов событий. Ну не может вся команда разом выбраться на палубу, да еще и пленников без присмотра оставить.       Парни миновали тёмный коридор и оказались прямо возле открытого люка, ведущего наружу, где ярко слепило полуденное солнце, а в воздухе пахло морским бризом. Издалека слышался разгорячённый многоголосый спор. Мужчину с басистым голосом перебивал другой, более хриплый, а следом к ним присоединялись ещё два более звонких и громких. Эти дискуссии поражали ещё и тем, что велись на двух языках одновременно: среди громких возгласов можно было услышать как вполне понятные, так и совершенно незнакомые слова.       Вслушиваясь в обрывки фраз, Ло застыл на месте. Прежде, мечнику удавалось в рукопашном бою справиться даже с тремя людьми, но судя по всему там их точно более десяти, да и наверняка многие, если не все, вооружены. Шанс на успех кажется просто ничтожным. Люциус тем временем с невозмутимым видом бесшумно взбирается наверх и исчезает из поля зрения. Проходит пару секунд, но особых изменений в обстановке наверху не наблюдается. Сделав выводы и решительно выдохнув, брюнет взбирается наверх и наблюдает такую картину: буквально полкорабля завалено самыми разными ящиками, коробами и мешками, да еще и будто специально для пленников, загораживая все открытые места и создавая уйму места для укрытия. Ло сориентировался, определив, что все люди судя по всему собрались ближе к носу корабля и вновь прислушался. — Да чтоб вас чёрт за ногу побрал, сыны ханзирьи! Двадцать ящиков значит двадцать ящиков, не меньше! — Хотерасс ненре саджахи! Мая толка на хайрэ согласен! Десят многа-а-а! — Чёёё?! Ты совсем ебу дал? Хайрэ? По башке тебе хайрэ не дать? — Двадцать и правду много, может всё таки до пятнадцати снизим? А?       Едва заметив возле себя движение, Ло во мгновенье ока достал из за пазухи клинок и направил на, как ему показалось, пирата, но тут же облегчённо выдохнул. Опять этот белобрысый. — Возмутительно. – фыркнул тот и пробежал взглядом по окружающим их ящикам.       Хоть и оба парня сейчас были объединены одной проблемой, Его Величество Принц всем своим видом показывал, что действовать сообща не собирается. Он вновь бросил презрительный взгляд на Ло и выглянул за угол. Затем, не сказав ни слова, резко рванул вперёд — прямиком к шуму голосов. — Чёрт! — Ло стиснул зубы. Белобрысый идиот явно собирался устроить бойню, но пираты их просто разорвут, прежде чем Люциус успеет поджечь хоть одного. Мечник метнулся следом, всё ещё стараясь скрыться в тени ящиков, но принц уже исчез в лабиринте грузов.       Через мгновение впереди раздался оглушительный грохот — будто кто-то опрокинул бочку с гвоздями. Голоса пиратов оборвались, затем раздался истошный вопль: — Карамба! Беглецы!       Лололошка резко свернул за очередной штабель, и перед ним открылся проход между двумя высокими клетками с трепещущими внутри птицами. За ними — узкий просвет к корме, где темнел люк в трюм. "Если проскользнуть там, можно зайти с тыла..." Но план рухнул, едва успев родиться. Справа, из-за горы мешков, вывалился запыхавшийся матрос с шваброй в руках. Увидев Ло, он окаменел, затем дико завопил и бросился прочь — прямиком к своим. — Вот и всё, — прошептал мечник, хватаясь за клинок. Теперь оставалось только отступать.       Ло рванул в противоположную сторону от матроса, но через три шага осёкся — из-за груды ящиков уже выскакивали первые пираты, размахивая тесаками. — Маферас! — прохрипел бородач в выцветшем камзоле.       Мечник резко развернулся, наткнувшись спиной на Люциуса, который, вопреки ожиданиям, не метал огненные шары, а стоял, прижавшись к борту. Его глаза сузились — не от страха, а от ярости. — Ты… что сделал? — прошипел Ло, хватая принца за рукав. — Они осмелились бросить мне вызов, — процедил тот, словно это объясняло всё.       Впереди уже слышался топот десятка сапог. Казавшаяся до этого пустынной, палуба быстро наполнилась самыми разными лицами преступного мира. Вся эта свора казалась ужасно неоднородной, половина из них были одеты как самые настоящие пираты из художественных рассказов, а другие выглядели как простые разбойники, обычно промышляющие на рынках и базарах. Ло окинул взглядом палубу: слева — глухая стена, справа — пираты, сзади… корма. — Бежим! — рывком дёрнул он Люциуса за собой, едва уклоняясь от летящего ножа. Тот вонзился в дерево рядом с головой принца.       Бежать было некуда, а пираты уже растекались по палубе, отрезая пути. Ло отступил ещё на шаг — пятка наткнулась на канат. Люциус, наконец осознав серьёзность положения, выставил вперёд ладонь, но пламя лишь дёрнулось на кончиках пальцев и погасло. Сила иссякла. — Жги! — крикнул мечник. — Я пытаюсь, болван!       Толпа сомкнулась. Теперь они стояли спиной к самому краю кормы, над тёмной водой. Последний пират — тощий детина с абордажным крюком — медленно подходил, ухмыляясь: — Ну что блять, крысы, добегались?       Глаза мечника заметались из стороны в сторону, пытаясь зацепится хоть за что-то, что могло бы их спасти. Люциус же, полный решимости выпрямил спину и презрительно взглянул на бандитов. — Отвратительный сброд! Как вы только посмели...       К сожалению никто не хотел слушать какого-то там аристократишку. Вся толпа разом нахлынула вперёд, практически не оставляя шанса беглецам. Мимо прорезал воздух чей-то кулак: Люциус уклонился и уже будучи уверенным в своей неуязвимости, чуть не подставился под второй. Благо рядом появился брюнет, вовремя дернувший принца за рубаху дабы спасти от очередного удара. Принц же, в ту же самую секунду сообразил, что настал его звёздный час. Сила вернулась.       Внезапно вся одежда пиратов вместе с палубой запылала ярким пламенем. На корабле воцарился хаос. Воздух звенел от треска дерева и диких криков пиратов – кто-то тушил одежду, кто-то прыгал за борт, а самые отчаянные всё ещё пытались добраться до беглецов. Ло, отбиваясь клинком, рванул Люциуса к краю. — Прыгай! — Ага! Сщас! — прошипел принц, явно не готовый мочить свои вещи, но тут же был схвачен мечником под ноги и опрокинут за борт.       Ледяная вода сомкнулась над головами, выбивая дыхание. Ло всплыл первым, отчаянно озираясь: — Эй... Ты... — а ведь он даже не знает его имени. Люц всплыл через мгновенье, отплёвываясь и бранясь. — Отвратительно! Отвратительно! Отвратительно! Суки, мрази поганые... — Плыви!— Ло рванулся вперёд, но в тот же миг оглушительный треск разнёсся по морю – горящая мачта рухнула за борт, едва не придавив их.       Люциус ахнул — коротко, невольно, и тут же стиснул зубы. Ледяная вода охладила его буйство и злобу, оставив после себя тянущее тяжёлое ощущение в груди и тошноту. Пальцы судорожно впились в плывущий обломок мачты, ноги беспомощно заболтались в воде, пока он не смог подтянуться. Никакой королевской грации — только животный страх и мокрая рубаха, липнущая к спине. — Берег! — вскрикнул Лололошка. — Там берег!       Его слова утонули в грохоте – объятый пламенем пират, словно демон вышедший из преисподней, из последних сил швырнул в них абордажный крюк. Ло дёрнулся в сторону, но стальные зубцы впились ему в бок, вырвав стон.       Люциус скривился, видя кровь. Неужели можно так по идиотски подставляться под обстрел?       Корабль горел за их спинами, освещая волны зловещим оранжево красным отсветом. Где-то вдалеке темнела полоска берега. Обломок мачты, покрытый сажей и обгоревшими верёвками, качался на волнах, унося их всё дальше от пылающего корабля. Ло, стиснув зубы, одной рукой прижимал рану на боку, другой цеплялся за дерево. Кровь просачивалась сквозь пальцы, окрашивая воду алым следом. — Ещё не умер? — Люциус сидел напротив, мокрый и бледный, но всё ещё пытался сохранить презрительную маску. Его пальцы судорожно впились в край плота, когда особенно высокая волна накрыла их с головой. Принц изо всех сил убеждал себя, что ему абсолютно наплевать на этого несчастного простолюдина, но всё таки было бы славно, если бы он не скопытился прямо сейчас. — Пока нет… ⊹ ⊹ ⊹       Всё отзывается в памяти Ло короткими вспышками. Вокруг вода, потом песок, женские крики, а затем чья-то нежная рука, прикасающаяся ко лбу. Боль постепенно стихает, становиться тепло и уютно.       Парень очнулся от прикосновения прохладной тряпицы. Перед ним склонилась девушка с карими глазами, её тонкие косички с золотыми нитями мягко покачивались при каждом движении. — Что... — его голос звучал хрипло, словно горло набили песком.       Незнакомка что-то защебетала на странном языке, но интонация была спокойной, успокаивающей. Ло медленно осмотрелся - низкий каменный потолок, пропахший ладаном и сушёными травами. Полумрак, прорезанный единственным солнечным лучом через щель в ставне. Он заметил свежую повязку на боку и глиняную чашу с дымящимся отваром у изголовья. Боль притупилась, а в голове прояснилось. "Жив. А где же этот..." В этот момент из соседнего помещения раздался громкий крик на знакомом гордом языке: — Не смейте прикасаться ко мне, презренные черви! Я не нуждаюсь в ваших жалких снадобьях!       Грохот опрокинутой скамьи. Возмущённые возгласы служителей храма. Тяжёлые шаги, удаляющиеся к выходу. Ло попытался приподняться, но жрица мягко и при этом настойчиво уложила его обратно, показывая жестами, что двигаться ещё рано. ⊹ ⊹ ⊹       Город встретил Люциуса стеной чужих звуков и запахов. Пройдя буквально пару улочек, он оказался на рынке. — Джахи-ри! — кто-то грубо толкнул его. — Корта неф! — засмеялся уличный торговец, указывая на его грязную рубаху и шепча что-то своему товарищу неподалёку.       Он хотел заставить все их дрожать, но... язык не поворачивался произнести хоть слово. Вместо величия в груди разгоралась унизительная дрожь. Люциус стоял, сжав кулаки, пока чужие голоса бились о него, как волны о скалу. "Соч-мари! Тан-хай! Риалли!" — бессмысленный гул, от которого пульсировало в висках. Он вдруг осознал, что его рот приоткрыт — глупо, по-детски. Быстро сомкнул губы. "Я ведь наследный принц Королевства Вальдор, сын самого Агния Инферрона, правящего всеми землями северо-запада! "       Но здесь эти слова ничего не значили. По спине прошла дрожь. Он отшатнулся — и наступил кому-то на ногу. Его толкнули. Просто так. Без церемоний, без страха, будто он был... Обычным.       В горле встал ком. Он повернулся, задел лоток с фруктами — что-то звонко упало. Крики стали громче. "Беги"       Он задохнулся от этой мысли. Бежать? Он? Но ноги уже несли его сквозь толпу, сами, без приказа. В переулке его стошнило. Люциус упал на колени, давясь желчью и позором. Пальцы впились в мокрые камни. — Неужели... Я настолько ничтожен... Ха-а...       Это было хуже, чем боль, чем страх смерти. Это опустошение. Люциус поднялся. Вытер рот рукавом — и вдруг застыл. Теперь он отвратителен. Противен самому себе. Как же это всё бесит. Шаг. Еще шаг.       Он шел обратно к храму, чувствуя, как с каждым шагом принц в нем умирает, а что-то другое — голое, злое, живое — шевелится взамен. ⊹ ⊹ ⊹       Когда Ло наконец позволили встать, первое, что он увидел, выйдя из храма - была знакомая фигура. Люциус сидел на нижней ступени, поджав ноги. Его обычно безупречные волосы слиплись, а плечи неестественно ссутулились. Ло сделал шаг и замер. Люциус резко поднял голову. Его глаза - сначала широкие от неожиданности, затем мгновенно сузившиеся в привычной надменности - были красными. — Я... – его голос сорвался. Он резко встал, смахивая пыль с колен. — Я просто ждал, когда ты наконец перестанешь валяться, как...       Блондин в мгновенье сократил между ними расстояние и схватил мечника за рубаху. — Слышь. Ты проведешь меня домой! Обратно в Вальдор! Это приказ! Понял? – воскликнул Люц, с раздражением заглядывая в лицо пареньку и уже готовя руку для огненного заклинания. — Иначе мне придётся... — Понял! Понял! – заойкал Лололошка, выставив руки и изо всех сил надеясь, что этот полоумный не решит кремировать его прямо здесь. Ослабленный за несколько дней голодания организм и полученная травма, в сумме превратили его из величайшего воина и фехтовальщика, в какую-то немощь. — А ну клянись, смерд! — Клянусь, проведу! – в его состоянии не то что в драку ввязываться, даже один удар получить опасно, Ло это прекрасно понимал. Он слишком жалок сейчас, и это он ещё даже в зеркало не смотрел.