Бабочка

      Эта коллекция могла считаться по истине легендарной, в какой-то мере историческим достоянием, которое стоит передавать из поколения в поколение, как редкую драгоценность. Те тона, фасоны, а особенно эта божественная ткань, должны были оказаться подарком человечеству.       Но человечество подарок не оценило. Редкие наряды оказались заперты на складе, где на них поставили крест, неофициальную метку того, что эти вещи никогда больше не покинут это здание.       Их создатель выдирал себе волосы с корнем, не обращая внимания на кровь, стекающую по голове. Имя его не имеет значения. Его единственным достижением за всю жизнь оказалась лишь эта коллекция, и факт того, что та никогда не окажется увиденной мирой, медленно, но мучительно убил его.       Человек, который создал божественную ткань для коллекции, был далек от мира искусства и к ткачеству не имел ни малейшего отношения. Он был биологом, специализирующимся на генной инженерии. Он не собирался создавать наряды для подиумов и никогда в детстве не мечтал стать модельером. Он просто хотел увидеть бабочку.       Однако бабочка, которую он так желал не существовала в мире. Она должна была быть огромна: её крылья в распахнутом состоянии должны были быть несколько метров в длину, а сама она должна была оказаться поистине ужасающей.       Он хотел увидеть свою фантазию в живую, и потому обратил свой взор на науку.       Создать мутанта было сложно, но далеко не невозможно. Его гибрид был прекрасен. Он был именно таким, каким он его и представлял. Но найти способ заставить ошибку природы прожить хотя бы день оказалось для него непосильной задачей. Его образцы умирали один за другим.       В это же время он встретил дизайнера, который увидев крылья погибших бабочек предложил запечатлеть их в нарядах. Для ученого эта идея по-началу показалась сомнительной, но мысль о том, чтобы иметь возможность увидеть своих погибших бабочек вновь, пусть и в виде костюма, ему понравилась.       Именно так родились наряды, оказавшиеся навсегда запертыми на складе. Люди сначала восхищенно смотрели на костюмы, не скрывая восторга. И учёный чувствовал удовлетворение каждый раз, когда видел полную очарованность в чужих глазах.       Но кто-то вызнал, как именно были созданы эти костюмы, и восхищение сменилось отвращением.       С этим учёный смириться не смог. Его мечта не должна была вызывать омерзение.