The shards of our past

la curiosité a tué le chat…

фр.: любопытство сгубило кошку…

*

      Ворота издали протяжный скрип, тяжело распахиваясь. В образовавшуюся небольшую щель Кип подложил тяжёлый камень, что стоял вблизи, после чего включил на фонарике дальний свет и проскочил внутрь. Территория заброшенной психиатрической больницы была полностью разгромлена: заросшая практически до колен трава, покрытая грязью и камнями главная дорожка, ржавые столбы. Само здание выглядело не лучше. Он осмотрел взглядом территорию входа, после чего надел нарукавные повязки и обмотал ладони до кистей бинтом, оставив голыми лишь пальцы.       Кип знал, что в расписании охраны есть дыра в пять минут, которых ему хватит сполна, чтобы войти внутрь, а позже и выйти наружу. Всё равно смотрителям не платят достаточно, чтобы они ходили внутри здания. Он пошёл дальше, остановившись лишь у входа внутрь. Огляделся по сторонам и потянул ручку — заперто. Кипленд отошёл на пару шагов назад и посветил фонарём вдоль стен больницы, сразу замечая несколько пустых рам, из которых кто-то вынул стекло. Он подошёл ближе, осторожно запрыгивая на тоненький выступ, и заглянул внутрь, осматривая углублённые края. Не найдя ничего опасного, Кип опёрся на хлипкий пластиковый откос и подтянул себя ближе, спрыгивая внутрь.       Внутри больница выглядела так же жутко, как и снаружи. В тишине ночи здание было ещё мертвее и холоднее, чем обычно. Психиатрическая лечебница «Аукси́лиум» раньше была самым большим отделением «Видо́мнии» в городе Лимбо. Её стены оголились совсем недавно: лишь полгода назад, когда всплыла история о жестоком обращении с пациентами. Из-за жалоб и осуждения «Видо́мния» приняла решение закрыть своё отделение на санитарные работы, потом на ремонт, а затем здание и вовсе опустело.       Его когда-то хотели сдать в один из таких отделов из-за его якобы «клинической депрессии, дислексии и социопатии». Смехотворно. Что ещё смешнее, так это то, что он уже успел побывать в таком месте.       Он знал, что здание состоит из четырёх этажей и цокольного этажа. Особо буйных держали в низу сырой земли — вот тебе и «помощь» несчастным. Для начала он собирался обойти верхи и дойти до низов. Кип обвёл помещение, в которое он зашёл минуту назад, светом фонаря. Снаружи казалось, будто внутри больницы стоит непроглядная тьма, но теперь было понятно, что неразбитые стёкла были заклеены, а всё изнутри подсвечивалось очень слабым мерцанием ламп на потолке: не так хорошо, но что-то да видно.       Больница, на удивление, хорошо сохранилась как снаружи, так и изнутри. Чудо, не иначе. Объяснить, как так вышло, Кипленд себе не смог и решил благополучно забить — кому не всё равно, почему в городе, в котором преступность процветает в несколько раз выше «нормы», заброшенное здание выглядит так опрятно снаружи? Кому интересно, что прячет «Ауксилиум» у себя внутри стен?       Кипу, вероятно, раз он сюда пришёл.       Выключив фонарь, Кинкл проложил в голове свой примерный путь и отправился в сторону, если он правильно запомнил, лифта. По коридорам простирались изображения граффити, различные каракули, надписи в стиле «ПОМОГИТЕ» красными красками и множество других слов, от которых у Кипа заболела голова.       Кип замечает свежий след ботинка возле лифта и останавливается на мгновение. Он светит фонариком в ту сторону, но не узнает подошву и выдыхает с облегчением. На лестничных пролётах лежат груды мусора из-под упаковок дешёвой содовой, чипсов, всяких снеков и пары шприцов, ошмётки грязи и чьей-то засохшей крови и рвоты, показывающие, что в здание частенько забредают.       На втором этаже было темнее, чем на первом, стены выглядели светлее, пол был обставлен покрашенными в белый досками в виде плетёнки. Кип подошёл к одной из дверей. На ней была дощечка с надписью «Столовая». Звук скрипа открывающейся двери больно давил на уши.       Столовая, на удивление, оказалась намного больше, чем он ожидал. Некоторые столы были перевёрнуты, а большинство скамей растасканы по углам. Кип, зажимая маленький фонарик в зубах, сложил пальцы в виде фотоаппарата и поднёс их к глазам, подбирая место. При входе внутрь на глаза сразу падала дальняя стена с телевизором в углу. Она была полностью лишена отделки: на ней не было даже обоев.       Идеальное место.       Кип, взяв фонарик в руки, подошёл к стене. Он провёл пальцами по выкрашенным кирпичам и задумался о рисунке. Кисть легко села в руках, а первый мазок прошёлся просто превосходно. Чувство восторженности забурлило в крови, приятно согревая. Настроение стало настолько лёгким, что Кип подумал об облаках. Их форма напомнила ему о медузах, и следующие мазки пошли намного увереннее.       Тонкие очертания желейной рыбы были уже готовы, как вдруг Кип услышал громкий хлопок и невольно вздрогнул от неожиданности. Он ведь только взял баллончик в руки, и, конечно, его прервали на самом важном этапе. После недовольства сразу последовала настороженность: кто попало в таких местах, да и в такой поздний час не шастает. Если вдруг окажется, что это какая-нибудь банда или ещё кто похуже?       Кинкл в спешке сложил все свои вещи обратно в сумку и осторожно вышел из столовой, опасливо оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к шуму голосов, дабы случайно не наткнуться на их обладателей. Сердце в хаотичном ритме билось об его грудную клетку, Кипленд должен покинуть стены психиатрической больницы раньше, чем его обнаружат. Вдалеке, в начале коридора у лестницы, промелькнули проблески света, послышался топот шагов, которые уходили наверх. Он только хотел было выдохнуть, как к нему пришло осознание: неизвестная группа лиц поднялась вверх. Но для чего? Кинкл захотел это узнать. Может, там будет что-то интересное, нечто, что сделает эту вылазку более успешной. Любопытство пересилило здравый смысл, и Кип осторожно прокрался к лестнице, поднимаясь следом. Главное — не упустить, иначе когда ему ещё выпадет такая прекрасная возможность узнать что-нибудь тайное? Это была очевидно глупая идея. Когда-нибудь Кипленд попадёт в неприятности из-за своего любопытства.       Кинкл, движимый любопытством, поднялся при первой же возможности. Он заметил, как закрылась вторая по счёту дверь. Тихо, на цыпочках подойдя к ней, Кип приложил ухо к двери и начал слушать. Шаги за дверью — размеренные, немного скользящие. Он узнал человека по ту сторону ещё до того, как услышал голос.       — Приступайте к поискам, — ровно, приказывающе.       Кип резко попятился назад, схватившись за левое запястье. Голос Эбардо он узнает из тысячи других, как и эту походку. Он был уверен, что нет ни одной собаки, которая его не знает. Эбардо за свои действия давно получил титул «бандита» и успешно собрал вокруг себя разных людей. Пусть о нём высказываются довольно негативно, Эбардо это, судя по всему, нисколько не смущает, а наоборот, забавляет.       Кип знает его и на что он способен. Желал ли Кинкл встретиться с ним вновь?       …       Нет.       Кипленд замер, когда услышал за дверью громкие звуки. За этим громким звуком последовала только ругань.       — Ты балда! — громко, но приглушённо закричал кто-то из людей Эбардо. — Хочешь, чтобы нас услышали?       — Да кто тут может ходить?! — возмутился второй голос, который, вероятно, и поднял такой шум.       Его не услышали. Но что же они ищут здесь? Наркотики? Алкоголь? Или, может, оружие? Любопытство горело в нём ярким пламенем, а страх сильнее сковал тело. Кинкл жаждал услышать продолжение, а может, и увидеть то, что искали эти бандиты.       — Заткнитесь и продолжайте искать. — Эбардо встрял в разговор, прерывая начавшуюся ссору. Кип невольно вздрогнул, но в этот раз от двери не отошёл. — Тут должны быть эти файлы. Чем быстрее найдёте, тем лучше же для вас.       Его люди замолчали и продолжили поиски в тишине. Кип слышал, как они открывали и закрывали ящики, но по отсутствию разговоров понимал, что те ничего не находили. Он не мог сказать, сколько простоял так, в ожидании продолжения. Недавнее любопытство медленно покинуло его тело, и теперь он не видел смысла стоять тут. Напротив, теперь он ясно понимал, что должен как можно скорее уходить отсюда. Пускай Эбардо снова задумал что-то неладное, на город это никак не должно повлиять.       Он развернулся, собираясь как можно скорее убраться из этого здания, но поздно вспомнил о тележке за спиной и чуть не упал на неё. Тележка опрокинулась с громким грохотом. Кип похолодел. Такой шум Эбардо точно услышал, и теперь, когда его присутствие в известности, счёт пошёл на секунды, и ему немедленно нужно бежать отсюда как можно дальше.       Он рванул к лестнице сразу же, стоило услышать грубый и приказной тон Эбардо, который велел найти источник шума. Спускаясь, он заметил, как со скрипом распахнулась дверь и из-за неё начали выбегать люди.       — Вон там! — крикнул кто-то. — На лестнице!       Нет, нет, нет, нет, нет. Чёрт бы их побрал, таких видящих. Кип перепрыгивал через ступеньки и вдруг понял, что, возможно, с очень большим шансом, снаружи тоже есть люди Эбардо. Тогда-то его и схватят, стоит ему только выбежать через главный вход. Он побежал в другую сторону, к палатам пациентов.       Кип нутром чувствовал, что останавливаться не стоит. Ощущение погони било по затылку, а идей, куда направиться и как выбраться, кот наплакал. Оставалось бежать и маневрировать между коридорами, чтобы немного запутать своих преследователей. Кипленд не слышал, что ему кричали в след, да и это было не важно. В ушах стоял противный звон, Кип мог слышал лишь своё бешено стучащее сердце. Ему стоило уйти раньше, а не идти на поводу у любопытства!       Кип рванул в сторону коридора, но споткнулся о книгу. Дешёвый переплёт, заглавными буквами: «Клинические случаи: архив Видомнии». Открытая страница была помечена яркой зелёной закладкой… Ему на миг показалось, что он слышит пронзительный смех, а на пол кто-то пролил зелёные чернила. Звук капающей воды был так громок.       Вдруг он заметил движение где-то слева и не успел остановиться, как его кто-то схватил за кисть руки и повёл за собой.       — За мной, — сказал он, уводя Кипа к развилке на этаже. Кинкл в растерянности бежал за неизвестным, стараясь не глядеть назад.       Они вместе бежали к спуску в цокольные этажи. Кипа осенило — там, если верить планеру с картой здания, находились склады, а на складах должно быть много места, где можно притаиться.       Он без задней мысли бежал за пареньком. Кип не ожидал встретить ещё людей в этой психиатрической больнице. Серьёзно, здесь мёдом намазано? Иначе как объяснить такое количество людей в забытом всеми месте? Только когда он и его вероятный спаситель подбегали к складу, Кип решился спросить:       — Ты кто такой и куда меня ведёшь? — звучало это довольно грубо, но Кипленду было плевать.       Он резко остановился, отчего этот кто-то чуть было не встретился лицом с полом. Кип вырвал свою руку из чужой, потёр запястье на месте контакта и, потянувшись к ножу в заднем кармане, начал сверлить его взглядом, но парень не спешил с ответом.       — Может, сначала мы скроемся, а потом поговорим? — ответили ему. Кинкл нахмурился, но не сдвинулся с места. Тот закатил глаза и развёл руками, чуть склоняясь к Кипу. Высокий гад. — Ну что, бежим или будем целоваться в луже?       — Если выберешь второе — умрёшь до того, как Эбардо нас найдёт.       Недовольно фыркнув, тот покрутил головой, осматриваясь, и подошёл к двери. Она открылась без протяжного скрипа, вопреки ожиданиям. Парень медленно, словно за дверью мог быть дикий зверь, заглянул внутрь, но, не увидев ничего опасного, шагнул в темноту. Кип последовал за ним.       Молчание сопровождало их до другого конца склада, только звуки шагов разбавляли его. Лишь когда его неизвестный спаситель остановился, чтобы облокотиться на стену спиной, остановился и Кинкл.       — А теперь-то ты заговоришь? — снова вопросил Кип, сложив руки на груди.       — Думаю, да. — кивнул его собеседник, а затем продолжил: — Я Люциус. А тебя как зовут?       Это не было ответом на его вопрос, но…       — Кип, — ответил он. — Почему помог мне?       — Решил, что не хочу потом мучиться по ночам от жалостных воплей совести, — пожал плечами Люциус.       Кип скептично поднял бровь. Чтобы у кого-то в Лимбо была совесть? Не смешите. В этом городе людей с совестью также мало, как солнечных деньков осенью. Люциус его за идиота держит? Это вызвало волну ярости, что пламенем разожглась в его груди, но пока рано сжигать собеседника этим огнём, толком не разобравшись в ситуации.       — Не смеши. — фыркнул Кипленд, нахмурившись. — Говори правду.       — Это и была правда. — не отступил спаситель. — Я просто гулял по заброшенной больнице, пока не увидел, как за тобой бежит группа Эбардо во главе с ним. — более подробно ответил Люциус, садясь на прохладный пол и поджав ноги под себя.       — И что же ты тут забыл? — это выглядело уж слишком подозрительно. Вокруг ни души, внутри здания сборище людей Эбардо, которые ворошили кабинеты в поисках чего-то, и этот высокий белобрысый Люциус.       — То же самое могу спросить и у тебя. Что тут делает такой ребёнок, как ты? Сколько тебе лет?       Терпением Кип не отличался, да и запас его хладнокровия на месяц вперёд иссяк, потому он постарался собрать всю оставшуюся силу воли и не забиться в конвульсиях прямо тут, на этом сыром полу, и ответил:       — Девятнадцать.       Молчание, воцарившееся на краткий миг, было символичнее любых слов и резало острее любого ножа.       — А, ясно. — Люциус покашлял себе в руку, явно пытаясь скрыть смех, отчего Кип едва не вспыхнул вновь, но быстро собрал себя в руки и окинул его взглядом. Похоже, парень воспринял это не иначе как шутку. — Но ты так и не ответил на вопрос.       — Как и ты, — парировал Кип.       — Ты что сейчас стрелки метаешь? Отвечай сначала ты.       — Ага, разбежался. Я первый спросил.       — Тебе так сложно ответить? — Кипленду показалось, или его собеседник надул губы?       Во тьме, что царила во всей психиатрической больнице, едва ли можно было рассмотреть что-то дальше расстояния вытянутой руки. Может, ему и правда причудилось.       — Как будто тебе нет. — раздражённо фыркнул Кинкл.       — Ой, да ладно! — возмутился Люциус, поднимаясь с пола. — Я спас твою шкурку от банды Эбардо и, прошу заметить, даже спасибо в ответ не требую!       — Верно, — легко согласился Кип, тут же прерывая спасителя: — Но я бы сбежал от них и без твоей помощи!       Люциус, видимо, истратив все возможные аргументы, тяжело вздохнул, пока Кип искренне не понимал, почему ему так сложно ответить. К чему тянуть кота за хвост? То, что этот из ниоткуда взявшийся парень спас его, не даёт ему никаких привилегий.       — Ну так? — не вытерпел Кинкл продолжительного молчания.       — А что, мне уже нельзя ходить там, где мне хочется? — Люциус цокнул, подпёр щёку рукой и прикрыл глаза, выдыхая. — Я просто пришёл сюда почитать, ясно?       — Почитать? Серьёзно?       Последнее, о чём стоит переживать, так это глупые книжки. Кип не видел смысла в чтении, даже если из книг можно почерпнуть знания. По крайней мере, только для Кипа не было смысла в чтении, ведь он не мог понять ни единого смысла слов и символов, которые были напечатаны, что уж говорить о письменности. Сейчас уже было поздно что-то менять и заново учиться, но зато на слух Кип очень даже хорошо воспринимал информацию.       — Знаешь ли, не все обязаны оставаться неграмотными невеждами. Что такого в том, что я пришёл сюда для того, чтобы почитать книгу?       «Он шутит или что?»       — Значит, ты, — Кип скептически осмотрел сверху вниз собеседника, — пришёл сюда, — поднял руку, обводя взмахом комнату, — в заброшенное здание психиатрической больницы, — указал себе за спину, как бы имея в виду тех, от кого они бежали, — в то же самое время, когда здесь шастали не просто какие-то там наркоманы, а члены грёбаной банды — да и не просто члены банды, а фанатики Эбардо! — просто чтобы почитать книжку?       — Слушай, что сделано, то сделано. Мы сейчас можем хоть до утра усраться из-за твоего недоверия. Давай просто закопаем твой топор негодования и постараемся выбраться целыми и незамеченными из этого места. — Люциус махнул рукой, подзывая несчастного ближе и предлагая сесть рядом.       — Уж извините, что не доверяю первым встречным! — Кип резко развёл руками. — Я думал, это нормально!       — Да всё, забей. — спокойно ответил парень, подперев голову рукой.       Закатив глаза, Кип с недовольным выражением лица сел от него на расстоянии вытянутой руки. Сколько именно они планировали сидеть тут, он не знал, но хотелось бы недолго. Кто знает, когда Эбардо с его бандой обнаружат их, если они давно не махнули на них рукой. В таком случае Кипу придётся быть осторожным, ведь Эбардо был той ещё злопамятной псиной. Он будет искать их, думая, что они слышали весь разговор. От одной мысли об этом Кипленда бросало в дрожь. Сегодняшний день был просто сказкой.       Он пытался вслушиваться в тишину, но ничего, кроме своего сердцебиения, не слышал. От бездействия холод заброшенной больницы начал проникать под ткань одежды, вызывая мелкую дрожь в теле. По ощущениям, они пробыли в этом сыром помещении довольно-таки долго, и если так просидят до утра, то замёрзнут, поэтому Кип поднялся и сказал:       — Всё, пошли отсюда. — Он потянулся, немного расслабившись от тёплой волны под кожей. «Успеть бы вернуться до рассвета…». — Надо убедиться, что есть возможность пройти и остаться незамеченными.       Люциус же, напротив, вовсе не выглядел так, будто это его хоть капельку волнует. Это был верх абсурдности, как он может оставаться таким спокойным? Это, вся эта ситуация, больше было похоже на начало какого-то дешёвого комедийного сериала, которые обычно крутят по телевизору, чтобы хоть как-то заполнить пустоту на каналах. Разве не печально?       Он промычал что-то и поднялся, отряхивая свой кожаный пиджак. Кип впервые обратил внимание на внешний вид Люциуса за всё это время: тот выглядел довольно сносно, хоть одежда и выглядела немного поношенной, она явно была приличного качества.       — Сколько мы здесь просидели?       — Не знаю, может, полчаса или чуть больше. — Кип полез в карман, вытаскивая карманные механические часы, и посмотрел на время. — Сколько было, когда мы сюда вбежали?       — Откуда мне знать? — Люциус обернулся через плечо, звуча раздражённее. — Откуда у тебя это? — Теперь это было искреннее любопытство, а от тона надменности не осталось почти ни следа. — Такая аккуратная и филигранная работа! У кого ты это заказал? Дашь название ларька или имя мастера?       — Нет, отстань.       Разочарование плескалось в чужих глазах, что немного позабавило его. Кип сдержался, чтобы не издать смешка, и поторопил выйти наверх. Дверь, как и в прошлый раз, не издала ни звука, когда отворилась. Они добрались до выхода на первый этаж, и Кип прислонился головой к деревянной двери, слушая звуки в коридоре. За стенкой было тихо, не было слышно ни шагов, ни голосов. Кип потянулся к ручке, желая открыть, но Люциус перехватил его ладонь и прошептал:       — Не сейчас.       — Что?       — Подожди немного.       Он хотел возразить, но услышал приглушённое копошение по ту сторону и прислонился обратно. Через пару мгновений Кип услышал до ужаса знакомый голос, который уже заставил его снова задрожать. Кип молил лишь о том, чтобы Эбардо не вспомнил того, кого именно встретил, всей душой возжелая вернуться на пару часов назад и хорошенько себе врезать, чтобы мальчик этот не ходил в «Ауксилиум». Смотря на время, что утекло сквозь пальцы, можно подумать, что от прошлого можно сбежать, что можно укрыться от последствий своих юных необдуманных поступков, которые в будущем принесут столько проблем. Но, к его ужасу, никто из великих умов ещё не воссоздал машину времени.       — Лишь бы не узнал… — ужас, скрывающийся в зелёных зеницах, сводит с ума всякого, кто посмеет заглянуть туда. Кип успел тысячу раз пожалеть о своём приходе в эту больницу, а голос за стеной не внушал никакого чувства защиты. Страх может поглотить практически любого, исключение — если ты сам прародитель страха и кошмаров.       — Не надо нервничать. Он далеко и вряд ли увидит или услышит нас.       — Он нас почувствует. — Обычный человек не способен на такое, но Эбардо нельзя назвать обычным. Он как волк, голодный хищник, который забрался в загон к овцам, но не спешит атаковать, внушая животный страх. Надеяться на то, что это воплощение людских мук могло его забыть, — просто смешно. Не тогда, когда Кип знал, какая у Эбардо совершенная память. — Увидит ли он или услышит — не имеет значения, он просто придёт сюда, потому что знает, что мы здесь.       — Говоришь так, словно он сверхчеловек. — Люциус звучал так, словно их не ищет группа бандитов, не ищет Эбардо. У Кипа невольно возникло ощущение, что он сидит в темноте либо с дурачком, либо с человеком, который даже ничего не знает об Эбардо и на что он способен, а потому ведёт себя через чур спокойно, чем следовало.       Кипленд широко раскрыл глаза от удивления. Он не знает, от кого бегает с Кипом, или просто держит себя в руках? Кинкл осмотрел паренька с головы до пяток: только плечи выдавали его напряжение. Если тот и правда не в курсе, не жестоко ли оставлять его в неведении? Хотя о какой жестокости вообще может идти речь.       — Ты знаешь, кто такой Эбардо? — Люциус был в смятении. Кипу уже не нужен был ответ на этот вопрос, он уже и так догадался, что его спутник понятия не имеет, с кем столкнулся. — Можешь не отвечать, я уже понял, что нет.       Кип хотел было сказать что-то ещё, но его прервал внезапный грохот двери. Кто-то громко хлопнул ею, и следом раздался шум, словно по полу волокут что-то тяжёлое. Он прилёг, заглядывая в щель под дверью, пытаясь разглядеть источник шума, но из-за темноты ничего не увидел. Кипленд медленно поднялся, стараясь даже не шуршать одеждой. Остались считанные секунды до их обнаружения. Стоит ли им как можно быстрее скрыться за металлический стеллаж, чтобы их в случае чего не обнаружили?       Не став терять ещё больше времени, Кип спиной, и как можно тише, подошёл к Люциусу, который в это время смотрел на дверь, схватил его за руку и повёл назад, подальше от двери. Парень, что очень обрадовало Кипленда, не стал задавать никаких вопросов и пошёл прямо за ним. Шум тем временем повторился. Кип старался не отвлекаться на панику, которая всё ещё сидела внутри него. Он понимал, что нужно придумать план отступления, на случай, если Эбардо или его сообщники войдут.       «Эбардо стратег до мозга костей, всё продумывает наперед, надёжен, как бетонная стена для своих идей. Если у него возникнут какие-либо подозрения, то мы не останемся незамеченными.»       Кип снова оглядел помещение, начиная нервничать всё сильнее и сильнее. Опять раздался грохот, заставивший его грохот, после всё смолкло. Тишина, прерываемая лишь тяжёлым дыханием, начинала нагнетать.       — Проверьте все помещения, начиная с того конца коридора. Найти его любой ценой. Быстро!       Что-то щелкнуло позади. Обернувшись, Кип не успел ничего увидеть, как его схватили за руку и потащили в проём в стене. Люциус затолкнул его в открывшееся пространство, перекрыл вход шкафом, что стоял там, и закрыл вход квадратной дверью. Стало до безобразия темно, что Кип на мгновение запереживал, не потерял ли он зрение от шока. Такое же возможно? Нет?..       — Здесь нас не найдут, — прошептал Люциус, включая фонарь на своём телефоне. — Но могут услышать, если будешь шуметь.       Кип лишь кивнул, показывая, что понял.       Звуки открывающихся дверей доносились очень ясно. Было ощущение, словно эти двери не выдерживают удара и слетают с петель. Кинкл постарался дышать тише и медленнее, но это его не успокоило. Эбардо же не может слышать так далеко, когда рядом с ним столько шумных бандитов, верно? Мысли Кипленда метались, как буйный ветер при плохой погоде. Эбардо же не обладает хорошим слухом? Он же не может слышать всё, что происходит в километре от него, верно? Он не какой-то монстр, да? Да кому он врёт? Эбардо тот ещё монстр, только с лицом человека. Кип ушёл далеко в свои мысли, игнорируя всё вокруг. Даже тяжёлые шаги людей Эбардо не вытащили его из пучины одних и тех же мыслей и сомнений, в которую он сам себя загнал.       Кип пропустил момент, когда Люциус выключил фонарь на телефоне. Снова темнота. Он не мог собраться. Не мог сконцентрироваться. Паника начала слишком быстро охватывать его тело. Где-то в темноте было слышно, как капала вода. Кинкл не мог пошевелить и пальцем. Ему хотелось зарыться лицом в кофту, чтобы приглушить собственное его дыхание, чтобы было не так слышно, но не мог. Воздуха стало критически не хватать. Он хотел сказать хоть что-нибудь, закричать до хрипа в горле, но ощущение чужих рук, сдавливающих горло, в один миг стало таким ясным, что Кип будто бы вернулся на несколько лет назад, в то время, когда везде были белые стены, а тебя держали в смирительной рубашке, чтобы впихать в глотку лекарства. Ладонь сама по себе скользнула к запястью — хотелось снять повязку и расчесать кожу до покраснения.       Кипленд не заметил, как его новый знакомый насильно прижал к себе и принялся что-то нашёптывать. Но что? Кип пытался прислушаться.       — …И слушай меня, Кип… — шептал Люциус ему над ухом. Его слова доходили до мозга парня лишь жалкими обрывками. — …Он нас не найдёт… — уверял тот. — Дыши. Вдыхай через нос, выдыхай через рот.       Кип хотел бы сейчас горько заплакать, но не мог. Он слышал другие слова. Слова, которые преследовали его везде. Голос, который снился в самые страшные ночи. Имя, которое веяло ужасом. Он зажмурился, но под веками были только зелёные глаза, зеленые чернила и белые халаты.       «Это слабость, Кипленд».       Он жадно глотал воздух ртом. Глаза бегали по тёмной пустоте. Слова Люциуса проходили мимо его ушей.       — Слушай мой голос, Кип, — продолжал Люциус, схватив Кинкл за лицо. — Всё в порядке. Мы в безопасности. — Тот повторял эти слова, как заклинание.       Наконец Кип смог различить очертания чужого лица, склонившегося перед его собственным. Глаза напротив словно отдавали легким светом в темноте. Он зажмурился, прогоняя из головы фантомные ощущения, сдавливающие грудь и ломающие рёбра. Сосредоточившись на голосе, который в десятый раз убеждал его о том, что Эбардо ушёл, Кип медленными рывками вдыхал и выдыхал воздух.       Стало холодно до дрожи в ногах. Кинкл обнял себя за плечи и спросил:       — Где мы?       Люциус нахмурился, приоткрыл рот, намереваясь сказать что-то, но в итоге лишь тяжко вздохнул и ответил:       — Я не уверен, но, вроде как через этот маленький проход перетаскивали грязную одежду для стирки.       — Ясно. — Кип немного отстранился и протянул руку к стене. Было тихо. — Они ушли?       — Минут пять назад, пока ты… Эм. Да, ушли.       Кип, оперевшись одной рукой об стену, а другой ведя по полу, присел на пол и замолчал. Всё это время время он всеми силами пытался больше никак не пересекаться с тем, что хоть как-то связано с зеленоглазым клиническим психопатом Тоуном.       Люциус присел рядом, сложив ладони у себя меж ног. Он выглядел неловко, то и дело поглядывал на руки Кипа и через пару минут молчания спросил:       — Почему ты так отреагировал?       Кип посмотрел на него и слегка нахмурился.       — Я имею в виду, почему ты так боишься Эбардо? С самого начала ты так бурно реагировал на одно только упоминание этого человека. Мне хочется знать причину.       Кинкл подумал о причинах своего страха и мгновенно похолодел. Он начал сжимать и разжимать ладонь, нервно постукивая пальцами другой руки по коленке. Рассказать кому-то о том ужасе со стороны Эбардо, чтобы снова мысленно вернуться в то время и снова пережить тот кошмар? Это было выше его сил. Всё произошло довольно давно, но события тех дней по-прежнему следуют за ним тяжким грузом на плечах. Вряд ли Кип сможет забыть об этом когда-либо. Слишком ярко отпечатались те дни в его голове.       — Это не так важно, — отмахнулся он, избегая зрительного контакта.       — «Не так важно»? — будто с некой издёвкой в голосе повторил сидящий напротив него парень, выглядя при этом недовольным его ответом. — Ты буквально пару минут назад чуть сознание не потерял!       — Какой толк мне говорить тебе об этом ярком моменте моей жизни, раз ты даже понятия не имеешь, кто такой Эбардо? — вновь обвинил Кип Люциуса.       — Неужели мне для понимания обязательно знать, кто этот такой Эбардо?! — ядовито выплюнул тот в ответ, сложив руки на груди.       — Именно, — Кипленд кивнул. — Ты обязан знать. Без должного понимания ты не поймёшь.       — Отлично, — раздражённо фыркнул Люциус, закатив глаза. — Тогда расскажи мне об этом Эбардо, чтобы я понимал.       — Да что мне тебе вообще рассказывать?! — Не мог он сказать то, что было табу с тех пор, как он только вступил через порог Видомнии. Не мог рассказать о тех кошмарах, что происходили внутри белых мягких стен. Не мог поведать о всей жестокости, ведь если расскажет, то обязательно получит наказание, даже несмотря на то, что выписался из лечебницы около года назад. От одной только мысли рассказать это кому-то легкие сжимало, а в голове мелькал чужой шёпот. Кип сжался и замолчал, потирая левую ладонь большим пальцем правой. Слова застревали в горле. — Мы с тобой встретились пару часов назад. Я тебя даже не знаю. — Но даже если бы и знал, всё равно бы не рассказал. Он не рассказывал об этом никому: ни Ашре, ни Лололошке, ни даже Джонни. Последние два тоже сидели в Видомнии, но они не знали о том, что происходило в филиале, где были он с Эбардо.       — Ладно, хочешь молчать, как партизан, — молчи. С хрена ли я вообще с тобой тут маюсь… — Люциус потер переносицу и склонил голову, положив её на ладонь.       В его голосе так и скользило раздражение, но Кипленд решил это проигнорировать. Пусть бесится сколько душе угодно, но Кип действительно собирался молчать и, если нужно, до своего последнего вздоха. Этот небольшой конфликт позволил тишине снова возникнуть между ними. Кинкл даже на мгновение позабыл, что рядом бродят сторожевые псы Эбардо, которые осматривают каждый угол в этой кромешной тьме, но довольно быстро опомнился. Он начал прислушиваться, ожидая услышать тяжёлые шаги рядом с ними, но их не было, и это очень напрягало. Кип был уверен, что их болтовню с Люциусом было слышно за километр! Либо же нет. Он даже понятия не имел, куда Люциус его затащил и насколько это место безопасно, потому что Кип себя в безопасности не ощущал. Кипленд надеялся, что их не поджидают снаружи.       — Давай лучше уйдём отсюда поскорее. А там и разойдёмся. — Кип встал и попытался нащупать выход.       — Осторожнее, не хватало ещё шкаф уронить, — предупредил его новый знакомый.       Люциус тоже поднялся и помог Кипу открыть дверцу. Он сдвинул шкаф, что стоял за ней, и они вылезли обратно. Было очень тихо. Они быстро и стараясь издавать как можно меньше шума пошли к чёрному выходу.       Уже на выходе Кип остановил Люциуса и достал из споррана карманные часы, смотря на время.       — Наконец-то… — Его накрыла волна облегчения. По времени прямо через минуту они смогут выйти и остаться незамеченными охраной. Кип повернулся к Люциусу: — Когда я скажу, выходим и бежим.       Он подтолкнул дверь и заглянул в щель. Секунда, десять, полминуты…       — Побежали.       Он открыл дверь, и они рванули прямо к забору. Кип при обходе с внешней стороны заметил, что в одном месте под забором есть щель, через которую можно переползти. Он бездумно бросился к ней, краем глаза замечая, что Люциус последовал за ним. Территория вокруг психиатрической больницы полностью заросла. Кусты, что раньше служили украшением этого места, скрывая все ужасы за красивой картинкой. Сейчас же они пригодились для отличного временного прикрытия от охранного фонарика. К счастью, охраннику было глубоко плевать на всё, что окружало его, а потому он просто продолжил осмотр территории. Ожидать, пока охранник покинет эту часть, долго не пришлось, а Кип же не стал терять время. Он подполз к щели в заборе и осмотрел её.       — Должны пролезть, — заключил Кипленд.       Он, не дожидаясь ответа от Люциуса, пролез под забором. К счастью, из-за частых проникновений через забор там образовалась небольшая ямка, что позволило легко пролезть. Пока Кип убирал со своей одежды лишнюю пыль, Люциус воспользовался новым выходом, чтобы покинуть территорию больницы.       — Что ж, Люциус, на этом наши пути расходятся. — Кип быстрым взглядом осмотрел парня, после чего решил ретироваться с места происшествия.       Но не успел он сделать и пару шагов, как его схватили за руку, мешая дальнейшему пути. Кипленд раздражённо закатил глаза и резко выдернул свою руку из чужой.       — Что ещё? — вопросил он.       — Может, хотя бы номерами обменяемся? — предложил Люциус, неловко улыбнувшись.       — И на кой чёрт тебе нужен мой номер? — поинтересовался Кипленд, сложив руки на груди, ожидая внятного ответа от своего собеседника.       — А ты против? — спросил Люциус, но не ожидал услышать от Кипа утвердительный ответ.       — Да, — кивнул тот, не выглядя так, словно прямо сейчас издевался над новым знакомым.       — Да брось, Кип! — воскликнул Люциус. — Ты сам всё время твердил, что мы с тобой мало знакомы, чтобы я тебя о чём-то расспрашивал! Вот и исправляюсь.       Кип вновь закатил глаза, но всё же решил согласиться. Как будто Люциус будет бегать по всему городу и раздавать его номер или же написывать каждую секунду. Ничего же с ним не произойдёт, если он поделится номером? Давать свой номер этому парню Кип не хотел, но ради того, чтобы он не последовал за ним, решил рискнуть.       — Ладно, не ори. — Тот протянул руку Люциусу. — Давай свой телефон.       Люциус, что сильно поразило Кипа, без секундной задержки всучил ему телефон с уже открытой панелью набора номера. Кинкл быстро записал свой номер в контакты Люциуса и поспешил вернуть телефон владельцу.       — Только попробуй писать мне ночью — сразу в бан пойдёшь! — пригрозил Кип, после чего развернулся и устремился прочь. — Удачи дойти до дома!       — Стой, держи. — Люциус в который раз перехватил Кипа за руку и сунул ему смятый листок. — Тут один парень старые карты собирает. Может пригодится.       Кип развернул бумагу. Координаты. И знакомый логотип — стилизованная «V» Видомнии с маленьким штампованным значком.       — Откуда… — тихо сказал он. — Это же их…       Но Люциус уже скрылся в переулке, насвистывая что-то беспечное, стоило Кипленду вновь поднять на него свой взор.       Кип ненадолго остановился, через плечо смотря вслед уходящему новому знакомому. Перевёл взгляд вдаль, к переулкам.       Эта вылазка пошла не по плану. Кип не ожидал встретить ни Эбардо, ни этого Люциуса. Рука чесалась так, что хотелось содрать кожу, расцарапать до крови. Шаги ускорялись, перерастая в бег.       Он бежал и не замечал ничего вокруг себя. Лишь когда до дома осталось пару кварталов он замедлился. До этого момента ему было плевать на мороз, но сейчас, когда он пришёл в себя, холод проник под неплотную ткань и начал охлождать тело. Кип дёрнулся. Стоит поторопится, пока парень полностью не замёрз.       Кнопки домофона морозили пальцы сильнее, чем обычно. Ступеньки были круче. Лестничные пролёты длиннее. Свет мерцал чаще, а в подъезде было темнее. Ключи искались дольше, и звук, с которым дверь открылась, был иной. Возможно, он слишком устал, но не раздражаться из-за таких мелочей не мог.       Темнота – единственное, что встретило его у порога квартиры. Ощущение слежки больше не жгло затылок. Облегчённо выдохнув, Кип запер дверь, разулся и, не включая свет, прошёл к своей комнате.       Проигнорировав записку, приклеенную к двери, он зашёл внутрь и упал на кровать лицом вниз. Холодно. Перевернувшись на бок, Кип вытащил из кармана телефон и открыл чат. Там было пару сообщений от Ашры.

the fucking band !! приёмыши

xx участников, 1 в сети

me:

я гулять, малышня, не скучайте

отправлено 17:21

посмотреть ответы

me:

ккек

отправлено 17:21

      Он пропустил пожелания удачи и слова о том, чтобы быть осторожным, и дошёл до девятого часа в переписке. @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:47 ХЧе. Я ОЧЕнь устала @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:47 Лошечк , как там у тебя и Франа??? @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:49 ФРАН зайди уже в сеть       Кип усмехнулся. Только Ашра будет устраивать панику, если ей не отвечают пару минут. Но, словно в реалиях их города, это нормально? Особенно учитывая то, чем эти ребята промышляют. @ lo like spoon WRU BRO 20:56 zzuuueueueu. @ lo like spoon WRU BRO 20:56 я ща умру. @ lo like spoon WRU BRO 20:56 мы эм в агентстве. @ lo like spoon WRU BRO 20:57 фран не знаю, он в другом крпусе. @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:57 ПОЧЕМУ @ lo like spoon WRU BRO 20:58 ... @ lo like spoon WRU BRO 20:58 ? @ lo like spoon WRU BRO 20:58 cause он не работтает с нами? @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:59 а точно @ Ashra Wolf THEBE(A)ST 20:59 Я всегда забываю об этом       Кип пролистал пару десятков сообщений вниз, но после вернулся обратно к тому месту, где Ашра просила Франа зайти в сеть, и вышел из мессенджера. Сел, стянул с себя верхнюю одежду, сбросил сумки на пол. Размотал повязки на руках — кожа чуть покраснела — и немного почесал место зуда.       Телефон был поставлен на зарядку, все баллончики и тюбики убраны в шкафчик, а одеяло свёрнуто и подогнуто дугой под шеей. Кип прикрыл глаза и провалился в тревожный глубокий сон.