Игры Бога.

–Я же ведь просил повеселить меня! Снова этот голос. Он без эмоций, но в нём чувствуется толька разочарования. –Хотя ты до сих пор подаёшь надежды! Тьма немного рассеялась. Он в бункере стены которого покрыты, ржавчиной и какой-то заразой. Прямо перед ним двери, но над ними глаз. Тот же самый глаз, что был в кошмарах раньше. –Ты умный, хорошо приспособлен к выживанию, но твои эмоции! Глаз выразился так словно эмоции это нечто совершенно ненужное то, что постоянно мешает. Двери тем временем открылись. –Иди! Надеюсь ты хоть сейчас устроишь мне шоу! И он подчинится? Он снова просто начнёт играть по правилам неизвестной ему игры? Сейчас нет другого выхода. В тот раз на него просто натравили разных тварей и ему пришлось играть. Сейчас всё может обернуться хуже. Леон идёт вперёд в длинный и тёмный коридор. Заржавевший металл и трубы. Плесень которая расползается по всему пространству. И где-то, что-то капает. Идеальное нагнетание! А ещё страшнее нельзя? Леон уже и сам не знает, а зачем ему ещё страшнее, но всё это кажется настолько типичным. Что почти не страшно. Но внутри всё равно накаляются нервы. Это снова происходит? Леон оборачивается и не видит начала коридора так же как и конца. Он словно бесконечный. Кажется это его и начинает пугать. Снова оказаться запертым в вечных коридорах. Он идёт дальше. Идёт идёт и идёт. Здесь не холодно и не тепло. Не влажно и не сухо. Не страшно и не весело. И в тоже время всё это есть. Леон уже перестаёт понимать, что он чувствует и это кажется реальным кашмаром. Вдали появляется мерцание. Хоть какая-то надежда. Старая, хлипкая, железная дверь которая также покрыта как и это место ржавчиной и плесенью, а над ней мерцает лампочка. Дверь поддаётся с жутким скрипом. За ней пыль и темнота. Леон заходит на новую локацию и тут-же налетает на какую-то тумбу. Та покачалась, но её успели поймать. Он идёт дальше чувствуя под босыми ногами уже тёплый ковёр. Темно, тепло, нет влажности под ногами ковёр, пыль и куча мебели. Леон то и дело натыкается на мебель. То стул свернёт то придётся обходить стол. А ещё он начал пчихать. Пыли так много, что она забилась в ноздри и сама уходить не хочет. Это начинает его успокаивать. Словно он дома. Просто встал посреди ночи. Захотел попить воды и пошёл в ночь. Просто не стал включать свет. Это зрение себе портить и сон. А ещё можно кого-нибудь разбудить. И поэтому он идёт в темноте. Из-за того, что ничего не видет налетает на всё сразу. Хотя так даже больше шансов кого-нибудь разбудить. Леон ударяется об шкаф и задаётся вопросом. А кого он в принципе могбы разбудить? Джека? Тот и сам не очень то спит. Зачастую когда Леон просыпался этот человек сидит рядом с книгой в руках и во тьме отлично видны его красные глаза. Криса? Если бы он его разбудил то этот человек вышел бы в комнату из которой доносится шум и включил свет. А после посоветовал бы Леону делать также. Наконец-то Леон находит дверь. Простая деревянная дверца. За ней тьма немного рассеялась. Здесь горит лишь одна настольная лампа. А рядом с ней на тумбочке лежат очень знакомые ему вещи. Крис тогда вернулся раньше обычного. Он же сам сидел и листал какой-то журнал про мототехнику когда перед ним на столе появилась маленькая коробочка. Крис тогда обнял его и сказал, что нашёл нечто особенное. Он открыл подарок и там были два кольца. Не обручальные, а скорее уж как раз для двух друзей, что хотят поприкалываться и просто посмеяться над любой фигнёй. Оба металические. Одно зелёного цвета с синей линией. И второе наоборот синее с зелёной линией. Он надел синее, а Крис зелёное. Тогда он снял кольцо перед душем и из-за Пирса забыл про него. Забыл его надеть. А потом он забывал снова и снова. И сейчас оба кольца здесь. Лежат под лампой будто нечто утраченное навсегда. Какое-то когда-то счастливое прошлое, что больше не вернётся. Леон потянулся за своим кольцом и надел его на палец. Оно до сих пор идеально подходит. Он крутит его рассматривает и понимает, что ему до сих пор нравится. Джеку бы не понравилось. Он бы подарил кольцо простой металл украшенный максимум одной бусинкой. А скорее всего и вообще без украшений. Просто кольцо металл. Без какого-либо символизма. А вот Крис. Он продолжал носить своё кольцо. Тогда когда он пришёл за ним в деревню. Леон помнит, что на нём было кольцо. И когда он застал его в своей квартире. Крис рассматривал их фотографии и на нём было кольцо. Это знак принадлежности другому человеку. Джек такое не любит. Его знак принадлежности другому всегда должен быть в голове. Но явно не у него. Это Леон должен носить знаки принадлежности. В голове в виде его голоса и образа. И на теле в виде синяков, ссадин, засосов и укусов. Максимум, что он может оставить Джеку так это три кровавых царапины на спине под лопаткой. И то те которые будут скрыты под одеждой и заживут где-то через полчаса. Леон помнит, что Джек лишь один раз решил показать свой знак принадлежности другому человеку. А может решил поиздеваться над ним. Леон предпочитает второй вариант. Это было ещё во время его обучения на военной базе. В тот вечер майор потащил его расслабиться в бар. Это было где-то через пару дней после их первого раза. Точнее изнасилования. Джеку показалось, что его мальчик стал слишком зажатым и ему нужно расслабиться. В баре он его откровенно говоря напоил. Подливал хорошие виски стакан за стаканом. И Леон не заметил как его развязало и начало штормить. А после был номер в отеле неподалёку. Они оба были под градусом и полностью отдались той ночи. Тогда Леону всё казалось правильным. Торопливо раздевающие его руки и требовательные поцелуи. Тогда ему казалось правильным если тебя швыряют на кровать и тут же наваливаются сверху со словами. –Я тебя сейчас выебу! Это было сказано с таким наслаждением и почти весельем. И он его ебал. Очень много и в нескольких позах. А Леон тогда не был связан и был свободен в большинстве действий. И поэтому он сильно царапался и кусался. А майору это кажется даже нравилось ведь после каждой царапины или укуса он слышал почти восхищённые вздохи и ахи. На следующий день во время построения было жарко и Джек сделал то, что обычно не положено делать. Он снял с себя футболку и ходил перед всеми с обнажённым торсом на котором красовались следы предыдущей ночи. Кто-то из рекрутов и других трениров шутили и спрашивали номерок столь страстной девицы. А Джек с самодовольной ухмылкой посылал их куда подальше. Леон сел на пол и задался вопросом. Что изменилось? Почему они с Джеком оказались по разные стороны баррикад? Почему они стали такими? Леон наконец-то понял чего ему не хватало всё это время. Простого понимания и нежности. Того чем нормальные люди привыкли называть любовью. Разве между ним и майором была любовь? Возможно когда-то. До того как тот инсценировал свою смерть и перешёл на сторону Амбрелы. Это у них было и с Крисом. Просто сам он не привык показывать всё это и уж тем более дарить. Он привык когда это берут у него. А Крис не хотел ничего брать. Он хотел, чтобы Леон сам ему это дарил. И он был готов терпеть и ждать пока он научится. Леон открыл глаза и перед ним растелился столь знакомый потолок. Потолок в доме Криса. –Леон? Леон! Он слышит то как кто-то зовёт его, но не может ничего сделать. Голова ужасно болит. К нему кто-то подбегает и осторожно приподняв пытается рассмотреть. Туман и звон немного отходят и он видит Криса. Крис обсалютно нормальный и кольцо до сих пор на его руке. А ещё он сильно обеспокоен его состоянием. Его относят на кровать и уходят вызвать скорую. Мало ли, что. А Леон когда его поднимали на руки увидел на стене возле которой он лежал красное пятно и небольшую вмятину. Леон не помнит, чтобы ударялся головой об стену. Он не помнит, что было после того как Джек усадил всех в машину и повёз куда-то. Он ничего не помнит. Он ничего не понимает. Врачи диагностировали лёгкое сотрясение мозга и естественно небольшой ушиб с ранкой. А Крис теперь бегает над ним как мать наседка. Он помог ему переодеться и сходить в душ. Он приготовил ужин. И всё это время Леон не мог понять почему календарь не сдвинулся с того дня когда началось всё это безумие. Как сказал сам Крис. Уже когда он начал выезжать то передумал искать Пирса. Он решил вернуться и по дороге позвонил начальству и взял целый месяц отпуска. А потом нашёл его без сознания и сильно перепугался. Леон ест вполне себе нормальную и даже вкусную еду, но у него нет аппетита несмотря на голод. А Крис уже записал его на приём к мозгоправу. И даже пообещал пойти с ним. В постели естественно нет Лулы и фотографий. Только нож и пистолет под подушкой которые убирает Редфилд. Крис обнимает его сзади и осторожно целует. И Леон наконец-то просыпается. Понимает, что это не сон. Понимает, что то, что было за эти якобы несколько месяцев как раз таки наоборот слишком нереалистично. Леон отдаётся Крису и получает ласку и заботу о которой так соскучился. Словно это была реальность. Крис долго его разрабатывает. Долго целует. Хотя сам дрожит. Леон чувствует то как его сейчас хотят. А потом они оба утопают в этой похоти. Громкие стоны и звуки их соития наполняют весь дом и заполняют их обоих. Леон особо не думает когда переворачивает мужчину над ним на спину. Он просто понимает. Он хочет больше. Леон долго использует позу наездника то и дело выгибаясь и откидывая голову назад под восхищеное. –Ого! –Почему мы раньше так не делали? –Леон ты меня насилуешь! Он даже мог услышать восклицания о боже и да детка. Было немного непривычно слышать такое от обычно ласкового мишки. А потом он слазит под жалостливое нет нет нет и попытки удержать его на месте. И меньше чем через минуту он слышит. –Ох черт! Леон полностью заглатывает его член и активно использует язык. Крис кончает и очень быстро от таких движений. Но его не отпускают. Леон знает как надо делать, чтобы у мужчины снова встал. –Леон ты выдоишь меня до суха! Раздаётся над головой немного уставше, но довольно. И он снова сверху. В этот раз он делает это грубее и быстрее. Он хочет кончить, но почему-то не выходит. Из глаз потекли слезы, а из горла вырвался длинный и измученный стон. Это состояние перед самым пиком благодать и пытка. И больно и прекрасно одновременно. Но сейчас оно затянулось. Крис прижимает его к себе и начинает ему надрачивать. Смазка пачкает их тела и постель, но это не заканчивается. Он до сих пор возбуждён. Руки сжимаются в кулаки, а на простынь уже капает слюна. Этого не достаточно. Недостаточно глубоких и расмажистых движений сзади. Не достаточно поцелуев. Ему всего недостаточно. Крис начинает двигаться быстрее и грубее. Он стонет. Ещё громче хоть уже и измучено. Но ему это надо. Ему нужна эта заполненность. Сначала кончает Крис, а уже потом и Леон. Ему наконец-то удалось кончить. Ему стало лучше. Спят они обнявшись. И Леон слышит тихое над головой. –Это было прекрасно! Короткий поцелуй в макушку. Леон думает, что ему тоже понравилось. Сильный удар по лицу выводит его из состояния полудремы. Он подскакивает совершенно потерявшись. Джек стоит над ним с обеспокоенным лицом. –Что случилось? Только сейчас он понял, что лежит в ледяной воде в ванне. –У тебя температура в машине подскочила! Я не знал, что с тобой делать как в сознание привести, как температуру сбить ты ещё какой-то бред начал нести! Леон слышит раздражение в перемешку с облегчением. Джек злился, что у него ничего не получается и пришлось прибегнуть к столь грубым методам. Но он чувствует себя лучше потому, что это помогло. Леон пытается встать. Тело начало приходить в норму и сейчас ему ужасно холодно. Джек закутывает его в длинное полотенце и выносит на руках как малое дитя. Он пытается вывернуться показать, что он взрослый, но получает короткий шлепок по заднице. –Не ерничай! Сиди ровно! А Леон вспоминает про ребёнка. –Подожди, а с ребёнком, что Джек? Джек несёт его по большому дому и он уже может догадаться куда. –Отдал Лене! Она утащит его к матери, а та уже пристроит в хорошие руки! Он и думал его унесли к Миледи и Маргарет. Женщины быстро его осматривают, делают анализы и приходят к выводу, что кто-то нажимает кнопку вкл выкл. Джек совершенно не понимает и просит объяснить нормально. А вот Леон догадывается к чему это они. –Ну вот смотри будто кто-то из вне нажимает на кнопку и у Леона как по команде у робота начинается определённая реакция! Джек скрестил руки и нахмурился. –Как понять кто этот кто-то, а главное как найти этого кого-то? Леон понимает,что майор злится. Злится из-за того, что у кого-то есть больший контроль над его любимой игрушкой. По крайней мере его немного отпустило на счёт ребёнка. А потом его отпускает полностью уже будучи в постели на широкой груди. Какой же я идиот, что подумал, что всё это сон! Он кривится и сознание всё равно пролазит скрип зубов. Он словно издевается над ним. Леон пытается избавиться от этого скрипа и ощущения нереальности. И предлогает секс. Джек немного удивлён. У них давно не было и казалось, что Леон не против временной передышки в их интимной жизни. Но сейчас ему это надо. Леон начинает сам без пальцев, разработки, поцелуев. Он просто садится сверху и начинает двигаться именно так как любит Джек и получает то, что хочет. Грубые пальцы сжимают его бёдра сильнее. Скулы лежащего под человека краснеют. А сердце вместе с паразитом под ладонями бьётся чаще. Член в нём пульсирует и он чувствует, что скоро в него изольются. Он фактически насилует того кто изнасиловал его первым. Леон ощущает доминирование. Джек под ним одновременно очень могучий и в тоже время такой беспомощный. Это заводит не на шутку. Движения становятся быстрее и размашистей. За свои старания он получает пару едва заметных стонов. Джек пытается не застонать, но не выходит. Это слишком хорошо. Леон замирает когда белая жидкость начинает течь в его тело и не видит не чёрной паутины под кожей и не красных глаз. На него смотрит Джек. Смотрит с неким обожанием и даже толькой подчинения. Сам Леон кончает от дрочки чему Джек удивлён. Раньше он кончал первый, а теперь свёл с ума другого человека и сам остался как бы не при чем. Он вроде бы как засыпает, а вроде и как просыпается. Рядом с ним не Джек, а Крис. И они не в маленьком домике на двоих вдали от большого трёхэтажного дома. А в нормальном доме со своим участком. А в голове скрежет. Жуткий скрежет зубов. Где реальность? Леон её потерял. Но в какой момент? Когда ударился головой об стену? Он не помнит этого. Когда заснул в машине с высокой температурой? Он и этого не помнит. Леон ничего не помнит. И снова не понимает. Леон поджимает к груди колени и кладёт на них голову. Она внезапно разболелась. Может над ним просто издеваются? И он потерял связь намного раньше. Может в Испании Джек всё же до него добрался и пырнул ножом. И всё это лишь иллюзии умирающего мозга. А может он не выжил в Амазонки. Один из шипов попал и в него. И сейчас он просто истекает кровью. Возможно всё это началось ещё раньше. Он не доехал до Ракун-сити. Задремал, врезался и сейчас на больничной койке в коме. А может так и не смог нормально посадить самолёт и они с Хеленой разбились. Он не помнит. И не понимает. Крис проснулся и будучи в очень хорошем настроении сразу же обнял его и прижал к себе. Сомнения на какое-то время ушли. Живи здесь и сейчас. Даже если это сон. Живи здесь и сейчас даже если другая реальность там где его обнимает Джек это сон. А возможно реальность. Сейчас это не важно. Даже если противный скрип зубов скоро вернётся и снова окунет его в кошмар и непонимание. Леон принимает решение. –Даже если так!