1985

Чан, Хёнджин и Чонин шли по полупустой школе, усердно выискивая нужные им кабинеты. Вернее, выискивал их только Хёнджин, Чонин с Чаном же назвали это действие «проверкой территории». В итоге, внимательно прочитав таблички на каждой двери, профессиональная группа компетентных исследователей выяснила, что за сорок лет в их школе изменилось примерно ничего. Возможно, кто-то другой и пришёл бы к разочарованию от подобной мысли, но Чонина это только лишний раз обрадовало. Он был заложником старого, знакомого и ностальгического. Сделай в его школе ремонт, даже самый шикарный, соответствующий всем стандартам двадцатых годов двадцать первого века — он бы расстроился. Привычка или нет, но скрипучие половицы второго этажа и деревянные двери кабинетов нравились ему гораздо больше. Что ж, это было хоть чем-то, за что он мог цепляться, вновь проснувшись не совсем в той реальности, в которой ожидал. Пранк от правительства заходил всё дальше дальше. И кто вообще продолжает розыгрыши второго апреля… Это попросту глупо, день дурака, вообще-то, уже давно позади. И чем же он накликал на себя подобную беду? Тем, что не хотел сдавать ЕГЭ? В этой реальности его вообще нет — получите распишитесь! Доволен? Только вот никто не отменял экзаменов по всем предметам, которые придётся сдавать при выпуске из школы, а затем — при приёме в каждое высшее учебное заведение. Этого Чонин хотел? Это было лучше, чем ЕГЭ? Ну да, ну да… Пойдёт в итоге в ПТУ, будет работать трактористом на Кубани, если не угодит в психбольницу раньше. Но это он уже сильно забегал вперёд. Пока что следовало сосредоточиться на другом. Сегодня парни пришли в школу на двадцать минут раньше, чтобы снова не наткнуться на толпу слишком общительных одноклассников и одноклассниц и спокойно осмотреть школу без лишней суеты (и риска прослыть излишне подозрительными во время осмотра дверей). — Надеюсь, моя "любимая" соседка по парте ещё не пришла, - произнёс Хёнджин, оглядывая лавки около класса химии, где у них сегодня должен был проходить первый урок. На них, возле них и даже поблизости не было ровным счётом никого. Парень облегчённо выдохнул. Это, правда, не отменяло того факта, что Фрося могла в любой момент выскочить из-за двери женского туалета, располагавшегося по соседству, но Хван верил в лучшее. — Чан, а ты с кем сидишь? - задал вопрос Чонин, свернув к кабинету русского, что находился по другую сторону от лестницы. - Парень, девушка? Как по характеру? Ты вчера не говорил. — Вообще, - хмыкнул Бан, поспешив ответить, - мне сказали, что я сижу с каким-то Хан Джисоном, - он сделал короткую паузу. - Правда, я не знаю, кто это… И в этот момент его взгляд упал на какого-то мальчишку, одиноко сидевшего на лавке около двери в класс. В класс, где у них должен был состояться урок. Получается, это был его одноклассник? Вчера Чан его, вроде бы, не видел... Мог, конечно, просто не заметить, тридцать человек за день в лицо не выучишь, но этот выделялся сразу своей растерянностью, сквозившей от него за километр. Местные дети, пусть и обладая различными темпераментами, всё же были более адаптированы к окружающей среде. Новенький же парень выглядел очень растерянно и, в целом, неважно, что резко контрастировало с шумом и вечной жизнерадостностью, сопровождавшую других одноклассников Чана. Одежда на нём тоже отличалась от остальных школьников: галстук был очень неловко повязан как-то наперекосяк, рубашка выправлена из брюк, пиджак наполовину спущен с плеч на манер мужских моделей никак не советских журналов восьмидесятых. Ладно, этот парень определённо, по крайней мере, пока что, был самым нормальным, по меркам их современности, из класса Чана. А ещё он напоминал Бану самого себя... чуть больше суток назад. — Мне сказали, что он заболел... - уже не так уверенно закончил он, остановившись в нескольких метрах от незнакомца. Разглядывать его он продолжил совсем без зазрения совести, попутно отмечая что-то у себя в голове и, очевидно, приходя к определённым выводам. Но странный паренёк необычное внимание в свою сторону конечно же заметил (ещё бы, в коридоре стояли всего три человека и все смотрели прямо на тебя), а потому начал настороженно коситься в ответ. Когда же один из этой до безумия странной компании внезапно двинулся в его сторону, то пацан и вовсе вздрогнул от неожиданности. — Хан Джисон? - дружелюбно улыбнулся ему Чан, остановившись в одном шаге от скамейки. Парень вновь вздрогнул. На этот раз, к его чести, не так заметно, но прядь его длинной каштановой чёлки от этого движения упала ему на лоб, при этом наполовину закрыв глаза. — В-вы меня знаете? - удивлённо, аж сбившись в самом начале, спросил он, пытаясь хоть как-то скрыть в голосе неуверенную дрожь. Загадочный блондин, знающий его имя, тем не менее, излучал некую энергетику надёжности. То ли из-за улыбки, то ли из-за открытой позы, да Бог, в общем, знает, из-за чего, но опасностью от него никакой не веяло даже близко. Джисон, немного подумав, решил, что ждать от него чего-то плохого, наверное, не стоило. Возможно, даже совсем наоборот. — Не совсем, - продолжил по-дружелюбному улыбаться Чан, осторожно присаживаясь на скамейку рядом с Ханом. - Ты же не болел, верно? Джисон посмотрел на своего собеседника, всё ещё не убирая из своего взгляда явную растерянность. — Я... нет, вроде...  Звучал он весьма сбито с толку. Но Чан, по всей видимости излучал уж слишком добродушную ауру, иначе следующие слова Джисона было объяснить довольно сложно. — Хотя я уже в этом не уверен... - немного погодя добавил тот загнанным шёпотом. - Скажи честно, я похож на шизофреника? Бан на это беззлобно хихикнул. Просто не смог себя сдержать. Услышать такой вопрос, в самом деле, был слегка неожиданно. Не потому, что вопрос сам по себе был странным, а потому, что над ним так или иначе задумывался каждый из них, но на полном серьёзе вслух старался его не задавать. — Не похож, - поспешил успокоить он парня (говорить человеку правду он не собирался). - Это же не твоя школа, так? Хан вновь нервно кивнул, бегая глазами с Чана на двух других и обратно, иногда захватывая в свой ритуал дубовые деревянные половицы. Вот всю кантору и спалил. — А как ты попал сюда, ты помнишь? - Чан, по всей видимости, решил дожать до конца. — Родители сюда привезли, - наверное, Джисон посчитал, что этот парень хотел ему как-то помочь. - Я не здесь учусь... Я вообще не знаю, как сюда попал. Всё моё утро похоже на первоапрельскую шутку, вот только сегодня второе, - он обречённо вздохнул и наконец убрал чёлку со лба. - Либо же, у меня и правда шизофрения... Нет, - тут же возразил он самому себе, - я же проходил тест на шизофреника недавно, там было всего-лишь четырнадцать процентов... — Тест на шизофреника? - заинтересованно улыбнулся Чан. - Знаешь, я бы тоже хотел пройти. Не подскажешь сайт? — Да я что, помню что ли?.. - лишь невесело усмехнулся в ответ Джисон и накинул пиджак обратно себе на плечи, поёжившись. - Где-то на просторах Интернета... - заметив самодовольную улыбку парня напротив, он издал разочарованный звук, граничащий со вздохом. - Да блин, я что, снова облажался? Интернета же нет ещё? Бан удовлетворительно кивнул, и его улыбка внезапно стала ещё шире. Чонин же только и отметил, что методы допроса у Чана было какие-то весьма странные. Ну ладно, пусть поиграет в самого умного детектива или кого там… У всех разные способы поддержания самооценки, тем более в такие непростые времена. Хотя если восьмидесятые были непростыми временами, то что же грозило случиться в девяностые… — Ты из две тысячи двадцать пятого, верно? - спросил Чан, торжествуя победу. Едва Джисон заслышал что-то про знакомый год, его лицо вытянулось в неком подобии удивления и радости одновременно. Он сразу же перестал быть похожим на того апатичного подростка, коим был всего минуту назад. В такие моменты надежда ощущалась особо остро. — Да! Да! - несколько раз энергично повторил Хан, активно при этом закивав головой. - Ты знаешь, что здесь происходит? - чуть ли не вскрикнул он, уставившись на Чана, как на своего спасителя. - Скажи, что ты знаешь, пожалуйста! — Нет, я не знаю, - спокойно ответил ему Бан, - но, скажем так, ты такой не один. Вон те ребята, - кивком указал он на неловко топчущихся в сторонке Чонина и Хвана, - тоже из нашего времени. И, кстати, один из них, как и ты, столкнулся с проблемой перемены школы. Мы думаем, что её ещё просто не построили, как, наверное, и твою. Чонин, Хёнджин! - обратился он к стоящим поодаль ребятам. - Идите сюда! В итоге парни познакомились между собой (скорее, пока ещё просто представились) и выяснили, что вновь слегка поникший от ускользнувшей надежды на спасение Джисон (наверное, он ожидал, что добрый волшебник Чан в ту же секунду перенесёт его обратно в своё время), в отличие от них, попал в эту пренеприятнейшую историю только сегодня утром, а не вчера. — То есть, мы появляемся здесь в разное время, - задумчиво заключил Бан. - А это значит только одно. Чонин усмехнулся, услышав, как Чан нарочно создал паузу после этого предложения. Детектив Бан… Мечтал стать полицейским? Наверняка. — Значит, должен быть кто-то ещё, - с торжествующей интонацией заключил он так, словно раскрыл дело тысячелетия. Возможно, с какой-то стороны так оно и было. — С чего такая уверенность? - не преминул искренне поинтересоваться Хёнджин. — Было бы странно и совсем не логично, если бы мы втроём оказались тут одновременно, а Джисон один-единственный припозднится на денёк, - только обрадовался предлогу разъяснить ход своих мыслей Чан. - Вот только сколько всего таких человек должно быть? Этого мы пока не знаем, но нам явно стоит найти всех. Больше людей — больше шанс выяснить, что произошло, и придумать план, как выбраться отсюда. Чонин, погрузившийся в свои мысли по этому поводу, молча кивнул. Кажется, вся эта ситуация оказалась намного серьёзнее, чем он думал. Их не трое. Их явно больше. Как там говорилось? Один раз — случайность, два — совпадение, три — система… Они попали в программу-эксперимент по путешествии во времени? Он слишком сильно не хотел тратить четыре часа своей жизни на пробники ЕГЭ? Они все чем-то облучились и дружно сошли с ума? Их похитили пришельцы? Мэр подливает что-то гражданам в еду, чтобы они видели галлюцинации? А Чонин давно этого гада подозревал в чём-то нехорошем, не зря же тот дороги зимой не чистит… На большой перемене Чонин нашёл Чана в школьной столовой и, по-быстрому сцапав два куска хлеба из-под носа так невовремя отвлекшейся буфетчицы, подсел к нему за стол. - Чан, - парень протянул один ломтик хлеба старшему. Бан кусочек принял, но тут же передал его сидевшему рядом Джисону, который в это время был очень занят тем, что задумчиво пялился в одну точку и как-то совершенно безрадостно мешал ложкой свой суп. "Наверное, безвкусный", — быстро сделал вывод Чонин и про себя обрадовался тому факту, что у него хватило ума не брать обед. Впрочем, помня школьные обеды в его время (это словосочетание всё ещё звучало просто отвратительно, но юноша, увы, пока что ничего не мог с этим поделать), Чонин очень сомневался в том, что что-то хуже вообще могло существовать на этой бренной планете. Рисковать, тем не менее, всё же не хотелось. — Слушай, - невзначай начал разговор я Ян, - я по поводу нашего времени. В такой ситуации волей-неволей приходилось сохранять осторожность, но народу в столовой было не то чтобы много, и все редкие компашки расположились главным образом в противоположной части зала. Поэтому, несмотря на небольшие размеры помещения, Чонин не особо боялся заговаривать на эту тему и при том быть услышанным (или, скорее, подслушанным). — Есть план, как вернуться назад? - заглянул младший Чану в глаза. - Ты думаешь, мы сможем это сделать? На этих словах Джисон, всё это время гипнотизировавший пересоленный суп, встрепенулся и начал прислушиваться к разговору. - Скорее всего, - ответил Чан так, словно всё это время только об этом и думал. - Иначе какой в этом всём смысл? Смысл же должен быть? Хотя если он заключается в том, чтобы назад мы не вернулись, то всё усложняется... Но судьба не может поступать настолько рандомно и бесцельно, - тут же возразил он сам себе. - Соответственно, мы должны придумать, как проложить себе путь до дома. Может, нас сюда и вовсе заслала группа учёных для того, чтобы мы поменяли ход истории, потому что в будущем случилась какая-то катастрофа… — Могли бы нас и предупредить в таком случае, - промычал Чонин. - А то предотвращай то, не знаю, что… — Ну либо же это всё — просто научный эксперимент, - Чан развёл руками. - Тогда нас всех рано или поздно достанут обратно без наших собственных усилий. Правда, нельзя исключать вероятности того, что что-то могло пойти не так, портал не был достаточно изучен, сломался, работает только на одну сторону, теперь мы в восьмидесятых навсегда, нам надо будет учиться работать в колхозе… Джисон задумчиво перевёл взгляд с супа на окно, за которым какие-то дети, класс, наверное, пятый, играли в футбол. Повезло им: никаких забот, помимо пинков мяча и четвёрки в четверти. Джисон бы тоже, может быть, так хотел, вот только, кажется, сегодня утром тихая мирная жизнь для него закончилась. Чонин же думал о том, что с умным человеком (таким, как Чан) поговорить было всегда приятно. Вот только он начал этот диалог для того, чтобы тот успокоил его тревожность, но на деле своими рассуждениями про сломанный телепорт Бан только усилил и без того высокий уровень нервозности Чонина по поводу происходящего. — М-м-м, - Чонин хотел выдавить из себя что-то ещё, но в этот момент его перебил Чан: — А ты Хёнджина где потерял? Чонин, едва заслышав начало вопроса, тут же скорчил в край недовольную мину. — Да у него там фанклуб целый, как оказалось, - фыркнул Ян, пожалуй, более недовольно, чем ему при этом следовало бы. - Девочки с девятого класса во главе с неповторимой Ефросинией. Там я его и оставил. Чан на это лишь приподнял брови и не совсем тактично цокнул. — Мы с Хёнджином знакомы чуть больше дня, - начал он, - но я уже понял, что оставлять его один на один с толпой девчонок — не самая лучшая идея. Тем более, - выделил голосом последние два слова, - с этой вашей Ефросинией или как там её. Так что засовывай давай свою ревность куда подальше и иди спасай своего, между прочим, парня. Ревность? Чан там ничего, случаем, не попутал? Какая ещё ревность? Нет уж, Чонин совершенно точно не ревновал Хёнджина к этим девушкам. Нет. Не-а. Вообще ни разу. Они знакомы всего ничего, как Чану вообще такое взбрело в голову? Чонин просто... просто… он просто. Это ничего не значило. Ладно, как бы там ни было, Хвана действительно не нужно было оставлять в лапах околоодержимой одноклассницы и её таких же не шибко адекватных подружек. Чонин это вроде бы прекрасно понимал, просто... Ну, в общем, неважно. Он быстро закинул оставшийся кусочек хлеба себе в рот, поднялся из-за стола и, кинув напоследок короткое «увидимся», всё-таки отправился на поиски своего недопарня. Тот ещё должен ему будет потом… Чонин по праву называл физкультуру самым ужасным предметом в школе, поэтому на неё он, конечно же, не пошёл. Вместо этого он расселся вместе с двумя девчонками из его класса в столовой и теперь грыз корочку чёрного хлеба, глядя в окно. Только бы физручка сюда не явилась… Она любила так поступать, поэтому Чонин обычно предпочитал прятаться от неё в туалете. Шансы остаться незамеченным там не были равны нулю, но успешно к нему стремились. А вот буфет… Оставалось надеяться, что именно сейчас учительница была занята уроком, а не выискиванием прогульщиков по всей школе. Клавдия, как оказалось, тоже просто терпеть не могла физкультуру, а Агриппина, её лучшая подруга, прогуливала больше за компанию от нечего делать. Кстати говоря, та самая буфетчица, у которой Чонин на переменах беспалевно воровал хлеб, оказалась мамой Агриппины, поэтому ребята могли почти легально прогуливать здесь хоть все уроки физкультуры за год. Но Чонин бы так не рисковал. Он знал: если прятаться только в одном месте, физручка рано или поздно их обязательно спалит. Укрытие нужно было переодически менять. — Ну что, - обратилась новая знакомая к Чонину, постукивая ногтем по керамической чашке с горячим чаем, который специально для них троих только что налила буфетчица. - Хван на физкультуру пошёл? Ян угукнул и сделал глоток из своей расписной кружки без ручки. Надо же. В их времена у них в столовке были такие же. Неужто ещё с тех времён дожили… — Ничего не хочу сказать, - своим низким, слегка грубоватым голосом произнесла Клавдия, - но Фрося тоже сейчас на физ-ре. Чонин едва ли не всплеснул руками и не воскликнул «И что теперь?!», но вовремя сдержался. Все-то его теперь попускали. Сначала Чан, теперь эта… Хёнджину было не пять лет, в конце концов, он точно справится с обычной девчонкой. А Чонин — это просто Чонин, который боится физкультуры как огня, а не нянька. Агриппина скривилась: — Да она же ни на один урок физкультуры ещё не сходила, а как только Хёнджин пошёл — так здравствуйте, вот она я. Сдался же он ей... — Ой, - отмахнулась рыжеволосая, - не думаю, что у неё хоть что-то получится. Хван бегает от неё, как ужаленный, так что, Чонин, можешь не волноваться по этому поводу. "Сама завела разговор на эту тему, сама же сказала не волноваться", — Чонин подумал, что, возможно, действительно хорошо сейчас было бы побыть рядом с Хёнджином, но учительница физкультуры, к великому сожалению, пугала его в десять раз больше Фроси. Пока он слушал, как девочки продолжали обсуждать между собой ненавистную им Ефросинью (кажется, если что-то и объединяло всех детей в их классе — так это ненависть к ней), ему в голову вновь начали лезть мысли о том, что же будет, если физручка внезапно решит наведаться в буфет. Ну, а вдруг. Судя по всему, Ян что в двадцатых, что в восьмидесятых, на физ-ре был гостем совсем не частым. А ещё у него было плохое предчувствие. Такое обычно не подводило. — Девочки, - обратился он к подругам на всякий случай, - физручка же сюда довольно часто заходит, да? — Ну, иногда бывает, - пожала плечами Клавдия, оправдав худшие ожидания Чонина. И в этом времени он не был в безопасности… — Ты что, забыл, что ли, когда она нас всех троих спалила? - заправила свои высветленные пряди за ухо Агриппина. - Там ещё Хёнджин с нами был... — Да, это было не очень, - хмыкнула вторая девушка. - Вот прямо вообще не очень. — А знаете, кто нас тогда спалил? - почти подорвалась с места светловолосая, тут же поймав на себе два вопросительных взгляда. - Фрося, будь она неладна! Ну да, и тут Фрося… Такое ощущение, что источником всех проблем в школе была только одна она. Ох, и «повезло» же Хёнджину… А если Клавдия сказала, что это было «вот прямо вообще не очень», значит, учительнице на глаза, в самом деле, лучше было лишний раз не попадаться. Предчувствие всё ещё не говорило юноше ни о чём хорошем. — Ладно, ребят, - поднялся с табурета он. - Вы как хотите, а я пошёл в единственное место, где училка меня не достанет. Наверное. — Туалет, что ли? - выгнула бровь Агриппина. Чонин утвердительно кивнул головой. В его время его спалили там за всю жизнь всего лишь единожды. Но это уже, как говорится, была совсем другая история. Под тихие разговоры девушек и возмущённое «Она называет меня Грушей!!!» от Агриппины, Чонин осторожно вышел из буфета в коридор, тут же напряженно посмотрев направо. Там был расположен узкий коридорчик, в самом конце которого находилась дверь в проклятый спортзал, из которого в любой момент могла показаться ненавистная учительница. Убедившись, что в зоне прямой видимости всё было чисто и, кроме охранника в фойе, на горизонте никто больше не маячил, Ян быстрым уверенным шагом направился в детское крыло, а оттуда привычным маршрутом завернул в уборную. Да там же на пороге и застыл. — Чан? - уж кого-кого, а своего друга Чонин здесь увидеть точно не ожидал. Чтобы Чан и что-то прогуливал в туалете? У Чонина о нём, честно, сложилось иное мнение. Бан же, задумчиво стоявший около подоконника и, видимо, о чём-то размышлявший, перевёл слегка расфокусированный взгляд на Чонина. — А, ещё раз привет, - улыбнулся он. - Ну что, как жизнь молодая? — Потихоньку, - издал лёгкий смешок Ян. - Вон, физкультуру прогуливаем. Чан абсолютно понимающе кивнул. — А ты чего тут? - подошёл ближе к нему Чонин. — Да так, - снова выглянул в окно Бан. На улице ярко светило весеннее солнце, которое в одно мгновенье заслонило большое пушистое облако. В помещении стало совсем немного темнее. — Вышел с матеши о жизни подумать, уже половину урока здесь стою, - продолжил старший. - Кажется, математичке вообще дела до меня нет, раз никого ещё не прислала. — И что надумал? - положил локти на подоконник младший. — Ничего. Чонин первые два мгновенья честно сдерживался, изо всех своих последних сил стараясь искоренить улыбку в самом её зарождении, но это было уже слишком. Естественно, его прорвало, и он всё-таки позволил себе сначала улыбнуться в полный рот, а затем и вовсе сорваться на громкий смех. — Как Хёнджин? - смех Яна оказался заразен, так что Чан тоже невольно приподнял уголки своих губ. - Не бросил после твоей выходки с фан-клубом? Младший, быстро сведя своё веселье на «нет», повернул голову в сторону друга и решил проверить его психику на прочность долгим укоризненным взглядом. — Мы не встречаемся, - наконец едва ли не прошипел он. — Неужели? - показушно удивился Бан. — Ну, всмысле, - Чонин опустил взгляд и начинал рассматривать свои руки, - не по-настоящему. Ты понял, короче. И, вообще-то, Хёнджин очень обрадовался, когда я пришёл и фактически спас его, так что всё окей. А вот Фрося... Я думаю, она не сдержится и как-нибудь, да подкараулит меня в одном из тёмных переулков ночью. Что правда — то правда. Ян просто чувствовал всю ту ненависть, которая лилась на него от девушки каждый раз, едва он попадал в поле её зрения. Но разве это он был виноват в её явных бедах с головой? Если она совершенно не хотела хоть немного подумать над своим поведением и ошибках, постараться хоть как-то измениться в лучшую сторону или хотя бы понять, что дальше так продолжать себя вести нельзя, то почему страдать должен Чонин? Это был первый раз в его жизни, когда он получал ненависть в таком количестве, да ещё и не за дело, а просто за факт своего существования. Опыт был… далеко не самым приятным. — А ты чего такой спокойный? - спросил Чонин, вновь взглянув на друга. Он не уточнил причину такой подозрительной умиротворённости, но старший всё понял и без этого. — Ты насчёт времени? Младший утвердительно кивнул. — Смирился, - на лицо Чана упал один из солнечных лучей, и он слегка отодвинулся в сторону. - Точнее, всё это время мне казалось, что вот эта ситуация целиком — какой-то сон, поэтому причин для паники нет, и я вот-вот проснусь у себя в двухтысячных…. Но что-то пошло не так, - грустно усмехнулся он под конец. - А поначалу ведь было даже забавно. Такой своеобразный квест… Чонин на секунду и сам допустил мысль о том, что он сейчас просто спал, но тут же одёрнул себя тем фактом, что на сон это вовсе не было похоже. На всякий случай он всё же легонечко, чтобы Чан не заметил, ущипнул себя за руку. Айщ, неприятно. Зря. Стойте, а во сне боль ощущаться не должна? Или должна? Чонин вот точно не помнил. Чан, судя по всему, всё-таки заметил маленькую махинацию парня, а поэтому начал тихонько посмеиваться. Вот же ж блин. — Хёнджин на физ-ру ускакал? - не совсем понятно, было ли это Чану действительно интересно, или же он спросил это просто для приличия. Чонин, безусловно, надеялся, что первое. Но фиг Чана знает, если честно. — Угу, - кивнул он, стараясь не думать о том, что Фрося могла его там уже давно сожрать. Да нет, не могла. Они же там под присмотром физручки, всё должно быть хорошо. Она не позволит. По ушам неожиданно резко ударил звонок. Ну что за гений такой вешает эти дурацкие колокольчики именно около дверей? Уволить таких проектировщиков надо, вот серьёзно. — Ладно, - блондин оттолкнулся от подоконника и направился в сторону выхода из помещения. - Беги к своему Хёнджину, пока эта ваша Ефросинья его не приватизировала. Только на физручку не напорись. Чонин запоздало кивнул, не обращая внимания на то, что Чан уже ушёл. Приватизировала… Пф-ф. Да щас. Аж три раза.

***

Хлеб — действительно еда богов. Если бы не хлеб, Чонину вряд ли удалось бы выжить в школе. Он сидел в столовой, привалившись одним боком к Хёнджину, который, в свою очередь, облокотился о стену, и слушал болтовню девчонок с его класса, пожёвывая уже второй кусок хлеба. — Ну чё, ребят, - Агриппина повернулась лицом к парням, заговорив с ними подбивающим на что-то шёпотом, - завалимся ко мне на хату сегодня, зацените мои пласты, а? Тут она наклонилась ещё ближе к столу, сделала просто хитрющее лицо, словно собиралась рассказать друзьям какую-то теорию заговора, и таким же заговорщическим шёпотом добавила: — Мне их батька из-за границы привёз, - она сделала страшные глаза и тут же выпрямилась обратно. Ну вот. А Чонин только подумал, что его одноклассницы выражаются только понятными подростку две тысячи двадцать пятого года словами. Нет, в речи Агриппины иногда проскакивало что-то подобное (от других ребят парень пока что ничего такого не слышал), совершенно не знакомое Чонину, но это было крайне редко и не в беседе с Яном. Чонин перевёл слегка растерянный взгляд на Хёнджина, но по его глазам быстро понял, что Хван тоже впервые в жизни слышал про какие-то загадочные "пласты". Пласты... хм... Что же это могло быть? Джинсы? Нет, вряд ли. При чём тут вообще джинсы? Тогда, может, ласты? Да ну, ерунда какая-то. Зачем Чонину было  заценивать чьи-то ласты? Да и где тут плавать? В речке-вонючке, той, что течёт у Чонина под окном? Этот вариант отбрасывался сразу. Дурацкое какое-то слово. Это могли быть животные, вымершие в каком-нибудь восемьдесят шестом? Или техника какая... Там, телефон, новая модель... Да не, это уже был бред полный. — Извини, Груш, мы с Чонином сегодня идём... - Хван попытался отмазаться. Спасибо. — Я не Груша! - застучала по столу девушка, и на неё тут же обернулась добрая половина столовки. - Я Агриппина, - уже чуть тише добавила она. — Ладно, прости, Агриппин, - миролюбиво улыбнулся Хёнджин, показывая, что не имел в виду ничего обидного. - Просто всё дело в том, что мы сегодня с Чонином идём ко мне... эм... на хату, - вот нашёлся же подражатель современной манеры речи. - И... — Фе, - быстро скривилась в ответ на это Агриппина, - можешь не продолжать. Чонин громко прыснул себе в кулак, не сдержавшись. И что она себе снова напридумывала? — Весь аппетит испортили, - встала из-за стола блондинка. - Клавдюш, пойдём от них. Мне ещё шпоры по географии успеть сделать надо. Рыжеволосая девушка кинула короткое "увидимся на географии", загадочно улыбнулась и после этого вышла из буфета вслед за подругой. Но как следует заскучать парни не успели: места двух девушек тут же заняли взявшиеся непонятно откуда Чан и Джисон. — Кто-нибудь знает, что такое "пласты"? - вместо приветствия спросил Чонин так, словно от этого зависела его жизнь и смерть. — Загугли, - хмыкнул Джисон и потянулся к соседнему столу за ложкой. Чан тут же смерил его неприлично долгим взглядом, выражавшем всё его разочарование в парне. — Ой бли-и-ин, - хлопнул себя по лбу Хан слегка запоздало. - Жесть, я по теме времени облажался уже десятый раз за сегодня. — Одиннадцатый, - тут же поправил его Бан, словно действительно вёл подсчёт (или он в самом деле его вёл?..) — Одиннадцатый, - послушно и очень уныло согласился с ним Джисон. - Когда-нибудь меня здесь всё-таки засадят в дурку... — М-да, - заключил Ян и тихо вздохнул. - Боюсь, что без знающего человека нам их слэнга не понять никогда. — Ага, - Хёнджин невзначай переместил свою руку на талию Яна. - «Клава, прости, дело в том, что я жил всю жизнь в двухтысячных, но вот незадача: каким-то образом я оказался у вас в восемьдесят пятом. Не подскажешь мне основные понятия слэнга?» — Клавдия, - усталым голосом на автомате исправил его Чонин. - Ладно, всё с вами ясно. Мы в полной жопе. Хёнджин нервно засмеялся, но не согласиться с подобным заявлением не смог. Они, все вчетвером, были просто ужасно обречены.

***

В тот же день, сразу после школы, Чонин завалился к себе в комнату, расстегнул две верхние пуговицы своей хлопковой рубашки и прямо в уличной одежде повалился на не заправленную с утра кровать. «Жизнь — тлен», — на полном серьёзе тогда подумалось Яну. Нет, в принципе, всё было не так плохо, как можно было решить изначально. Просто сегодня он схватил тройбан по геометрии, химичка на него наорала за что-то (за что, Чонин так и не понял), Фрося снова вела себя как Фрося, значение слова "пласты" узнать так и не удалось, а ещё он уже третий день торчал в тысяча, мать вашу, девятьсот восемьдесят пятом году. Зашибись дела шли, ничего не сказать. «Ну тут у меня нет слов, точнее есть, но материться — это плохо», — невольно вспомнил Чонин один из мемов. Ян, кстати, и в самом деле не матерился, что с какой-то стороны было даже несколько печально. Сейчас парочка бранных словечек пришлась бы очень даже кстати. Правда, потом он вспомнил какой-то мем про «Иногда так и тянет выругаться, но потом думаешь, зачем всё это? Сила, мол, брат, города берёт, а терпение — страны… Да… Доброе слово — оно и собаке приятно… Да…» и материться перехотелось. Ну так, только разве что мысленно. Наверное, нужно было сесть за алгебру или хотя бы геометрию, которую он сегодня чуть ли со свистом не завалил, но внезапно накатившая апатия упорно не давала Чонину сделать ничего из вышеперечисленного. Он никогда не был особо прилежным учеником, а выезжал только за счёт ГДЗ или списывания у соседей по парте. Но в этом времени, как он уже успел понять, нужно было именно выживать и прикладывать для этого хоть какие-нибудь усилия. Вот бы сейчас домой... За эти три неполных дня Ян так задолбался, что дальше уже было просто некуда. Слава Богу, что он хотя бы был здесь не один. У него пока что (помимо проблем) существовали Чан, Хёнджин и Джисон. Хоть знакомы они были совсем недолго, выбирать особо не приходилось, да и вроде бы все трое, пусть и за такое короткое время, успели зарекомендовать себя как весьма неплохие ребята. Интересно, сколько ещё подобных "потерянных" детей им предстоит отыскать?  Где-то на этом моменте парень задался вполне себе логичным вопросом о том, а надо ли было их вообще искать. Для чего? Чан говорил, что во всём есть смысл, так, может, смысл конкретно их ситуации заключался как раз в том, чтобы найти всех остальных потерявшихся? Такое же могло быть возможно? Или цель всё же заключалась в чём-то другом? Но если брать во внимание случай с Джисоном, который оказался в восьмидесятых на день позже… Где гарантия того, что им не придётся ждать последнего подобного засланца из будущего ещё тридцать лет? Вряд ли это была просто такая ошибка или запоздалый пранк. Наконец, Чонин пришёл к выводу, что для начала нужно было действительно постараться отыскать всех остальных, попавших сюда из две тысячи двадцать пятого. Ну, или хотя бы тех, кого было возможно. Одна голова — хорошо, а две… Или как там было. Ян, впрочем, очень надеялся, что таких граждан по городу бродило не тридцать штук и даже не двадцать. Сбой в матрице не мог распространиться на человек так -дцать, верно? Иначе какой в этом всём смысл... Решив, что математику он сделает сегодня у Хёнджина, Чонин спустился на первый этаж, чтобы позвонить Чану и поделиться своими рассуждениями. Делать что-либо и без того не было желания, с умным человеком поговорить всегда приятно, а к Хвану он ещё и вечером обязательно успеет.

***

— Чонин, это программа десятого класса, - выдохнул Хёнджин, приняв своё поражение как репетитора и устало завалившись на стул. «Вот тоже мне умник нашёлся, - в ту же секунду подумал Чонин, - матешу знает и выпендривается своими десятыми классами». Он, между прочим, тоже сейчас мог выдать какое-нибудь заумное предложение на английском из шекспировской пьесы, а потом с претензией сказать: «Хёнджин, это программа второго класса!» Всё, хватит с него алгебры на сегодня. — Какого фига, - недовольно захлопнул так сильно бесившую его книжку Ян, - я учусь в одиннадцатом классе, а здесь попал в десятый? Надо было незаметно перевести тему в другое русло после своего алгебраичного позора. — Я должен был учиться в институте! — Или в ПТУ на строителя, - почесал макушку Хёнджин, на что Чонин весь вспыхнул. — В ПТУ на строителя?! - воскликнул он. Какой строитель, он даже количество кирпичей посчитать не сможет… Придёт к нему начальник, скажет: «У тебя было икс кирпичей, два утонули в бетономешалке, один упал на голову прорабу (ты уронил, дебил такой), три украл Хёнджин, потому что ему нужнее. Вопрос: тебя уволить сейчас или надо было это сделать вчера?» — Во-первых, у них здесь нет никаких колледжей, только ПТУ, - начал объяснять Хван. - Мне мама рассказывала. Их в школьные годы водили на экскурсию в строительное ПТУ и в их общежитие. Там не было ни обоев, ни краски, ни мебели, ни даже дверей… — В общежитии строителей не было дверей? - не понял Чонин. Хёнджин помотал головой в подтверждение своих слов. — Не было. — А построить типа слабо? - риторически прозвучало из уст младшего. - Ну и образование… А говорят, что это у нас оно из рук вон… Хёнджин на его слова лишь тихо прыснул. — Лучше уж провести лишний год в школе. Тут хотя бы всё понятно. Представь, что тебе пришлось бы гонять в столицу каждый день в университет. Надо оно тебе? — Естественно нет, - закатил глаза Чонин. - Давай закроем тему института. Я не хочу поступать в другой город… Чонин даже близко не представлял, как будет ездить в институт по несколько часов. А он непременно будет, потому что в их малюсеньком городишке институты хоть и были, но все — исключительно технических специальностей. Вот как раз для таких как Хёнджин. Алгебра, геометрия, физика… Гуманитариям здесь явно были не рады. Во времена Чонина за забором их школы стоял лингвистический институт, но он был закрыт и свои прямые функции не выполнял. Ян ходил туда на дополнительные по английскому. Здание в восьмидесятые осталось на прежнем месте — Чонин знал наверняка, оно всё ещё прекрасно просматривалось из окна школьной столовой — поэтому оставалась надежда. Кто знает, может, в восьмидесятых обстоятельства складывались лучше, надо было изучить этот вопрос. Не то что бы Чонин всерьёз планировал тут задерживаться… — И вообще, - припечатал он, помня недавний подкол в свою сторону. - Сам иди в свой строительный без дверей. Я лучше буду трактористом. Вон, у нас полей много, одно у меня прямо напротив дома. — Лучше уж в переводчики, - засмеялся  Хван. - А одиннадцатый класс, на секундочку, ввели в восемьдесят… по-моему, девятом году, поэтому ничего удивительного в нашем десятом классе сейчас нет. — Умник, - фыркнул Ян уже вслух. - Ничего, кроме того, что мы всего-лишь застряли в восьмидесятых годах прошлого века, и теперь понятия не имеем, как отсюда выбраться, - кивнул он самому себе. Хёнджин цокнул. — Выберемся, - он посмотрел на парня с необычайной уверенностью, будто был уверен в своих словах на тысячу процентов. - Можешь не сомневаться. Ян вздохнул. Сам он подобных надежд отчего-то не питал, но Хёнджину хотелось верить.

***

В какой-то момент Чонина посетила мысль (не сказать, что не радостная), что если дела пойдут так и дальше и потерянные дети, как торжественно окрестил их сам Ян, продолжат находить компанию Чонина сами, то розыск всех пропавших надолго не затянется. В четверг, после первого урока, на лавку Чонина кто-то внезапно упал. Учитывая, что Хёнджин находился по правый от него бок, было несложно догадаться, что это был или Чан, или Джисон. Подняв глаза на внезапного гостя, Чонин усмехнулся: рядом с ним сидел Бан, усердно заправлявший часть своих светлых кудряшек за ухо. — У нас в классе новенький. - сказал он. - Ким Сынмин какой-то. — И что? - не понял Чонин. В этот момент его больше волновало кое-что другое: на периферии замаячила Ефросинья в компании двух девчонок из девятого класса. Это, как Ян уже успел понять, было плохим знаком, поэтому он рефлекторно прижался ближе к Хёнджину в попытках отстоять своего парня себе. Хван намёк понял сразу, поэтому совершенно неожиданно для самого Чонина подхватил обе ноги младшего и закинул их к себе на колени. Вот те на. Приплыли. — Чонин-а, - улыбаясь как ни в чём не бывало, спросил Хёнджин, - как часто ты встречал людей, которые переходят в новую школу по четвергам? — Бывало, - тут же пожал плечами Ян. - У моей подруги сестра сбежала из одной из наших школ прямо посреди недели. — За два дня до каникул? - выгнул одну бровь Чан. — Да, - Чонин, если честно, не был в этом полностью уверен, но защитить свою точку зрения ему очень хотелось. - А у нас что, через два дня каникулы? - на этих словах его лицо невольно просветлело само собой. — Мы сейчас немножко не об этом, - вздохнул Чан. - Ладно, я понимаю, что перейти в другую школу в четверг и за два дня до каникул чисто в теории можно, хотя эта идея сама по себе просто сумасшедшая. Но парень странный. — Ты с ним хоть познакомиться успел? - сразу поинтересовался Хёнджин. — Нет, - честно признался старший, - после конца урока сразу вас пошёл искать. — Ты думаешь, что это один из наших? - с сомнением протянул Чонин. Он устроился поудобнее на Хване и заодно представил, как они вдвоём сейчас выглядели со стороны. Должно быть, просто ужасно. — Отвратительно, - тут же подтвердил его мысли Чан. - Ладно, я понаблюдаю за Сынмином ещё один урок, а на следующей перемене предлагаю подойти к нему. А то, я смотрю, вставать сейчас вы желанием особо не горите, - усмехнулся он, окинув этих двоих бесстыдников своим красноречивым взглядом. Чонин ничего на это не сказал просто потому, что не знал, какой именно ответ в такой ситуации был бы правильным. Начнёт отрицать — очевидно, что он врёт, согласится — ну так вообще нельзя делать. Сарказм не поможет и будет звучать как оправдание. Наверное, именно по этой причине Хёнджин тоже ничего отрицать не стал. Других объяснений его молчанию у Чонина не нашлось. Впрочем, следующей перемены ребятам ждать и не пришлось: Сынмин нашёл их самостоятельно и тем самым, сам того не подозревая, спас Чонина от попыток вывернуться из неловкой ситуации, в которую загнал его Чан. Неизвестно, почему Ким решил выбрать именно эту компанию, как своих первых друзей, но... А нет, всё было предельно ясно. Из-за спины их нового знакомого показалась тёмная макушка Джисона. Кажется, эти двое уже успели подружиться. Хотя «подружиться» — слишком громкое слово, правильнее было бы сказать, что они завели какое-никакое знакомство. — Ребят, это Сынмин, - не особо смело начал Джисон, словно чего-то опасаясь. - Я думаю, вы не будете сильно против, если он потусит с нами? — Всем привет, - робко бросил из-под своей длинной каштановой чёлки Ким и поправил рукава своей белоснежной рубашки. И почему только они все спавнятся именно в их школе? Нет, вы что, Чонина всё предельно устраивало, и свою удачу он сглазить ни в коем случае не хотел. А что, если в этом всём была как-то замешана его школа?.. Чонин честно не хотел об этом думать, но на эти мысли теперь наталкивало слишком многое. Точнее, четыре человека рядом с ним. Ну, и он сам, раз уж на то пошло. — Приятно познакомиться, я Бан Чан, - тем временем сразу же взял дело в свои руки старший. - Сынмин, скажи, а как так получилось, что ты перешёл к нам в школу среди недели? Нет, ты не подумай, что я на тебя наезжаю, - тут же решил на всякий случай оправдаться он, - просто интересно. Сынмин, в свою очередь, как-то испуганно покосился в сторону Чана. И правда, его фраза прозвучала не особо дружелюбно, даже несмотря на последнее предложение. К тому же, начинать знакомство с таких вопросов было как-то ну вообще не как-то. По выражению лица Кима Чонин понял, что тот начинал нервничать, что, в принципе, не было удивительным в данной ситуации, и Ян непроизвольно задумался о том, как же все они забавно пытались скрыть друг от друга свою растерянность. Очевидно, Сынмин думал, что имеет дело с типичными представителями молодёжи восьмидесятых годов, а Чан просто не особо умело отыгрывал свою роль, делая вид, что он и есть представитель этой самой молодёжи. С другой стороны, такая предосторожность сейчас была очень кстати, особенно, если в итоге вдруг окажется, что Сынмин вовсе не из двухтысячных и вообще никогда о таких далёких годах не задумывался. Судя по его поведению, это, конечно, было маловероятно, но всё же. — Э-э-э... - промямлил Сынмин, наверное, предполагая, как бы выкрутиться из этой не особо приятной ситуации. - Я должен был перейти в понедельник, - довольно быстро нашёлся он, - но там возникли какие-то проблемы с бумагами... — Ого! Какими? - не отставал от бедного парня Чан. Чонин сразу же кинул на блондина полный недовольства взгляд. Ну и чего он добивался? И без того было ясно, что Сынмин был (вроде как) не отсюда совсем, а потому не понимал, как ему себя вести, что делать и как найти выход из его весьма щекотливого положения. Зачем продолжать издеваться? — Да там справки какие-то от врачей, что-то такое, - неуверенно продолжил Ким. - Я не особо вдавался в подробности. — А разве при переходе в новую школу нужны справки от врачей? - прищурился Бан. Кажется, Чонин понял, чего именно добивался Чан, но совсем не понял, для чего он это делал. Всё же странные у него были методы… И Ян уже почти что вскочил с лавки, чтобы прекратить всю эту клоунаду, но Хёнджин вовремя поймал его за талию и усадил обратно, одним взглядом предупреждая, что пока что лучше было в это всё не лезть. — А что, разве нет?.. - получилось у Сынмина как-то потерянно (что было совсем не удивительно). — Ага, - хитро улыбнулся Чан, - вот мы тебя и поймали, путешественник во времени. Его голос на этом моменте прозвучал так серьёзно, что даже Чонин почувствовал, как у него по спине побежали непрошеные мурашки. Сынмин же ожидаемо вздрогнул и даже отступил на шаг назад. Пока что только на один маленький-маленький шажок, но, как он, видимо, посчитал, его возможность сбежать тут же увеличилась в разы. Чонин нахмурился ещё сильнее, Хёнджин продолжал с непонятным интересом наблюдать за развернувшейся перед ним картиной (только попкорна не хватало, честное слово), а Джисон, судя по его выражению лица, вообще не понимал, что здесь происходило и какого фига этот Чан сейчас вытворял перед его новым другом. Чонину очень хотелось Чана как следует треснуть, но он, по просьбе Хёнджина, сдержался. Треснет, так уж и быть, потом. — Шпион из две тысячи двадцать пятого, да? - всё никак не отступал Чан. Улыбка полностью слетела с его лица, и это, Чонин не соврёт, придало его выражению лица некоторую угрозу. Вот уж о чём Ян мечтал бы в последнюю очередь — так это о том, чтобы попасть на сорок лет назад и быть встреченным подобным образом. Просто кошмар. — Я-я... - округлил глаза Сынмин. - Нет! То есть да, но нет, ну... нет! Какой из меня шпион? Да я вообще... Нет, если.. — Стой, не пугайся, я пошутил, - увидев, что представление явно пора было сворачивать, вновь вернул своё дружелюбное выражение лица Чан. Чонин облегчённо выдохнул. Всё это время ему было, мягко говоря, очень сильно не по себе. М-да уж! Вот это шуточки у старшего, обхохочешься просто! Он его точно стукнет сегодня, когда они останутся одни, это даже не обсуждалось. Уровень гостеприимства: минус два. — Это шутка, - ещё раз повторил Чан, попутно подойдя ко всё ещё очень настороженному Сынмину и слегка похлопав того по плечу. - Всё, не бойся. — Шутканул так шутканул, аплодирую стоя, - мрачно протянул Чонин со своего места. Чан, похоже, осознав, что перегнул палку, неловко провёл рукой по волосам. — Ладно, признаю, вышло не совсем удачно. Вышло совсем, - выделил последнее слово он, - не удачно. — Сынмин, можешь пока не обращать на него внимания, - всё же встал с лавки Ян в надежде познакомиться теперь уже по всем правилам приличия. Следом за ним поднялся и Хёнджин, всё так же не убирая руки с талии парня. Фрося что ли до сих пор была где-то поблизости? Чонин с этой всей историей совершенно упустил её из виду. — Давайте познакомимся как следует? - продолжил он, решив сейчас уделить всё своё внимание другой проблеме. - А то напугать — напугали, а познакомиться — так нафиг надо, да, Чан?

***

Пятница. Всё, чего хотелось Чонину после обеда, — это зашвырнуть свой портфель куда подальше и не вспоминать о школе как минимум неделю. Он уже было собирался вернуться к себе в комнату и там уже чем-нибудь заняться (разобрать свой шкаф, например, и выкинуть половину его содержимого), но его так не вовремя прервала раздражающая трель телефонного звонка. — Кто? - помня, как обычно отвечала по телефону его мама, Ян, сам того не осознав, скопировал её интонацию. Ассимиляция проходила успешно. — Привет, это Хёнджин, - послышался по ту сторону провода знакомый голос. - Я это, спросить хотел... - сразу же продолжил он, но уже менее уверенно. - В общем, если тебе особо нечего делать, не хочешь сходить прогуляться? Конечно, никуда идти сейчас совсем уж не хотелось. Чонин бы уж лучше отдохнул дома (ну только же пришёл, куда опять), но раз его звал гулять Хёнджин... Бешеная усталость и тот факт, что он только что пришёл, могли и подождать. Вот так. Объяснить себе как следует своё желание наплевать на всё ради прогулки Чонин пока не мог. — В принципе, я ничего не планировал, - ответил он, рефлекторно пожав плечами, словно Хван сейчас мог его видеть. - Так что да, можем пойти. — Отлично, - Чонин заметил радостные нотки в голосе Хвана. - Тогда я сам к твоему дому подойду, ладно? Ян почувствовал, как на его губах сама собой начала расплываться широченная такая лыба. Заметил он это только тогда, когда её кончики, по ощущениям, достигли его ушей. Он, испугавшись, попытался как можно быстрее её убрать (будто бы кто-то мог его сейчас спалить, ей Богу), но предательская улыбка всё никак не хотела уходить с лица. Это было плохо. Это было очень плохо. Чонин примерно осознавал, что это означало: ситуация приближалась к уровню чрезвычайной, но ничего делать с этим Ян пока не собирался. Нужно было немного понаблюдать… за самим собой. В итоге ребята, встретившись около бывшей калитки Чонина, решили пойти к той самой речке-вонючке, что текла почти у Чонина под окном и, вообще-то, называлась по-другому, но её изначальное название уже никто не помнил. Это, в общем-то, не было чем-то удивительным: в их времени эта река была признана одной из самой загрязнённых в области, поэтому другое название сюда бы просто не подошло. Впрочем, в восьмидесятых она как будто бы выглядела поприличнее… Неторопливо шагая по тихой улочке с Хёнджином под боком, Ян постоянно крутил головой по сторонам, разглядывая свой город сорокалетней давности. Это, конечно, была не самая аккуратная историческая картинка, потому что домá его и Чана в это время явно не вписывались. Да и район кирпичных домов чуть поодаль тоже… Интересно, если эти дома времён нулевых стояли здесь прямо сейчас, возможно, в каком-то из них жил кто-то из тех, кто был нужен их компании? Ну, путешественник во времени из двадцать пятого там… Идея проверять все относительно новые постройки на наличие людей из двадцать пятого года звучала заманчиво, но не совсем осуществимо. Ошиваться круглые сутки около подъездов, возможно, было не совсем эффективно: их всех рано или поздно посадили бы в тюрьму за сталкерство. Если такое понятие вообще уже существовало… Преследование. Надо было учиться разговаривать местным языком. — Возможно, нам стоило позвать ребят... - как-то неосторожно ляпнул Чонин, когда они с Хваном огибали один из соседних домов, чтобы позже завернуть к речке. — Ты так считаешь? - неопределённо хмыкнул Хёнджин. — Нет, ты не думай, что я не хочу с тобой гулять! - быстро выпалил Ян. - Просто у меня такое чувство, как будто мы, ну не знаю… киданули их, что ли? Они одни в этом десятилетии, кроме нас, у них по факту нет никого... — Так, - тут же перебил его старший, - я вытащил тебя погулять, чтобы немного развеяться и не думать об этом, а ты сейчас делаешь всё с точностью наоборот. Мы обязательно позовём их всех в следующий раз, хорошо? Просто погуляй пока со мной, сделай вид, что ничего не происходит. Мне тоже это нужно. Чонин, немного подумав, кивнул, согласившись. Да… Им обоим определённо было это необходимо. Проводить вечность в переживаниях о том, что он теперь живёт на сорок лет позади, должно было быть до жути утомительно (и не особо полезно для психики подрастающего организма). — Я не просто так повёл тебя на речку, - тем временем продолжил Хван, шагая по потрескавшемуся асфальту. - Это почти единственное место, где совершенно ничего не поменялось с наших времён. Ну, или же, наоборот... Это у нас ничего не поменялось с их времён. — О, смотри! - внезапно перебил его Чонин, указав куда-то в сторону наполовину развалившейся...  А что это вообще было такое? — Это что за будка? Знакомые вещи из будущего явно поднимали ему настроение. — Эм, - обернулся в ту же сторону Хёнджин, остановившись, - честно, вообще без понятия. — Прикол в том, что в наше время она стоит на том же месте и выглядит — не поверишь! — точно так же! - с особой радостью воскликнул Ян. Он и сам не понял своей реакции на подобную знатную развалюху. Вот, что тоска по дому делает с людьми… Видимо, только мысль о том, что он видел то же самое в своём времени, так его обрадовала. На будку эта постройка была похожа не сильно. Скорее... да ни на что это не было похоже, просто куча деревяшек, сложённых на манер покосившегося забора с дырявой недокрышей. Что оно забыло на окраине города и для чего тут стояло — вопрос хороший. — И как оно дожило до наших дней? - тихо спросил Хван себе под нос. - Говорю сразу: мы туда не пойдём, - уже громче добавил он. — Я и не собирался, - хмыкнул в ответ Чонин. - Кстати, в этом доме Чан живёт, - тут же переключил он своё внимание на другой объект. Хёнджин честно не знал, что можно было на это ответить, поэтому выдал короткое «Неплохо». Дом Чана тем не менее по сравнению с другими панельными объектами восьмидесятых действительно выглядел очень даже ничего. — Смотри, тут кружочки такие прикольные,  - указал Ян на выложенные кирпичом круги в тех местах, где находились чердачные окна. - Всегда здесь жить хотел. Хёнджин на это заявление удивлённо приподнял брови, мол, серьёзно что ли? Ну, это был дом как дом, ничего такого необыкновенного в нём Хван не видел. Они сами жили в похожих (даже покруче, раз уж на то пошло). А тут… пусть и кирпичная, но пятиэтажка с балкончиками. Да, бело-оранжевая, весёленькая, но чтобы прям мечтать в ней жить… Возможно, Хёнджин ещё просто не познал в этой жизни чего-то, что уже успел познать Чонин. — Ага, - в конце концов кивнул головой Хван, - и выходили бы у тебя окна на кучу заросших кустарников и будку с бомжами. — На речку и деревья, - поправил этакого невежду Чонин. — Твои окна тоже на речку выходят, если ты забыл. — Это не считается, - отрезал Чонин и повёл парня дальше вдоль реки. Чтоб больше не задавал лишних вопросов. Кажется, кому-то свежий речной воздух явно пошёл на пользу. Либо же так на Яна подействовало знакомое место. Бесспорно, окружающая расслабленная атмосфера не могла не успокаивать, красота нетронутой человеком природы делала своё дело. Что-то подсказывало Хёнджину, что он правильно поступил, когда повёл гулять юношу именно сюда. Он и сам любил бродить в этой отдалённой части города время от времени. Помнится, даже зимой он частенько приходил на речку, чтобы полазить по замёрзшему льду. Хотя, наверное, это было не особо безопасно… — Пойдём к церкви? - внезапно предложил Чонин, повернув голову куда-то влево. — Ты норм? - безобидно засмеялся Хёнджин. - Я не пойду на другой конец города к тому, что ещё даже не начинало строиться. — У нас не одна церковь на весь город, - укоризненно посмотрел на него Ян так, словно тот только что завалил тест по географии родного города для первого класса. — Ага, остальные две стоят там же, - закатил на это глаза старший. — Дурак, вон там есть... - Чонин развернулся в сторону речки, пытаясь как следует всмотреться вдаль. - А, нет, - разочарованно протянул он уже через несколько секунд, когда на горизонте не удалось разглядеть буквально ничего. - Уже нет. Точнее, ещё нет. Ладно, мы всё равно туда пойдём. Да, Хёнджин? От этого мягкого «Хёнджин», сказанного таким счастливым голосом, и лучезарной улыбки у Хвана внутри, кажется, что-то ёкнуло. Чонин действительно красиво улыбался… Отказать ему в этот момент было бы просто кощунственным проступком. На мосту через реку, который Чонин даже мостом бы не назвал (это была просто бетонная плита, перекинутая на другой берег), Ян снова начал вполне себе восторженно рассказывать о делах минувших лет. Ну, или же только предстоящих. Разницы сейчас в этих двух определениях особо не было. — Я тут гулял когда-то очень давно, - принялся щебетать он, попутно оглядываясь по сторонам, любуясь видом. - Правда, я практически ничего не помню. Только траву высокую, выше меня, и такую широкую-широкую дорогу. А, ещё мы ходили вдоль реки, - обернулся он в противоположную сторону, куда-то направо. - Там было большое поваленное дерево и шатёр из листвы... Чонин, крайне увлечённый своим рассказом, говорил о чём-то ещё, но Хёнджин его едва ли слушал. И вовсе не потому, что он не хотел или ему было не интересно — вовсе нет! Он внимательно смотрел на Яна, не отрывая взгляда от его всё больше светлеющего лица, затем на их переодически невзначай сталкивающиеся друг с другом пальцы и думал. Слишком много думал. Они шли по еле заметной среди травы узкой тропинке, рассматривая округу. Ничего особо интересного здесь, собственно, не было: только лишь высокая трава, редкие кустарники и сорняки. Но Чонин выглядел настолько счастливым, по сравнению с тем довольно упадочным настроением, царившем в нём крайние несколько дней, что Хёнджин не решился ничего говорить и уж тем более перебивать Яна, пока тот практически без умолку болтал о своих впечатлениях. То место, которое описывал Чонин, они так и не нашли. Неудивительно, ведь единственным опознавательным знаком было цитата: «Какое-то поваленное дерево и ещё много деревьев вокруг. Ну и трава с речкой». Негусто. Зато парням удалось выйти на непонятного назначения площадку, похожую на небольшую поляну. Её странные чёткие размеры прямоугольника позволяли предположить, что она была для чего-то специально расчищена. — Вот здесь будет церковь, - с видом градостроителя почесал нос Чонин. — Церковь посреди поля, - скептически хмыкнул в ответ Хван. Чонин же вместо ответа плавно развернулся на сто восемьдесят градусов, в ту сторону, откуда они только что пришли. — Хёнджин, посмотри, - тихо попросил он. Старший, до этого (совсем немного!) залипший на развевающиеся на ветру красные пряди своего спутника, обернулся вслед за Чонином. Далеко внизу, на окраине города, раскинулись редкие одинокие дома. Вокруг парней сейчас были только высокая желтоватая трава и бескрайние заросли выжженных на солнце кустарников. Время, как бы не грешно было в их положении о нём шутить, словно остановилось. Казалось, что все звуки в округе внезапно пропали. Всё же, атмосфера за пределами города разительно отличалась даже от самых тихих улиц в пределах цивилизации. Здесь стояла такая тишина, что можно было спокойно услышать еле уловимый шелест травы, лёгкое дуновение тёплого ветра и практически неслышимое дыхание у себя под боком. Красота. — Давай постоим так, - на грани слышимости прошептал Чонин, вглядываясь куда-то далеко за горизонт. Хёнджин, не произнося ни слова, кивнул: нарушать установившееся умиротворение лишними фразами не хотелось. Хотелось сохранить эту уютную хрупкую тишину, которую они вдвоём смогли поймать вдали от города. Было в этом что-то сокровенное и ценное для обоих. Словно весь мир остался там, далеко позади, по другую сторону баррикады. А по эту были они. Вдвоём. Чонин, Хёнджин и их потихоньку зарождавшаяся между собой особенная связь. Они напрочь потеряли счёт времени, удобно устроившись на траве и встречая вместе красивейший закат. И в тот прекрасный вечер, смотря на прикрывшего от наслаждения глаза младшего, Хёнджин понял одно: он совершенно точно, безвозвратно и бесповоротно влип.

***

На следующий день они снова никого не позвали. Вернее, Хёнджин вновь пригласил на прогулку одного лишь Яна, а тот оказался не сильно против. Ещё бы! После вчерашнего отказаться было уже не то чтобы в его силах… — Хёнджин, я, конечно, всё понимаю, - Чонин, едва выйдя за пределы своего двора, тут же обратил внимание на длинные ноги старшего. - Но что это за штаны? - посмеиваясь, спросил он. Хван в ответ слегка приподнял одну ногу, с непомерной гордостью (напускной, вроде как) продемонстрировав Чонину свои джинсы-клёш. — Единственные нормальные джинсы в стирке, - как ни в чём не бывало пожал плечами он, - это самое лучшее, что осталось в шкафу. Чонин ещё пару мгновений посверлил взглядом штаны парня, затем — свои недокроссовки и только после этого потерянно вздохнул. Он скучал по своему гардеробу из двадцать пятого года. Здесь у него было буквально четыре пары обуви на каждое время года, куча дурацких белых рубашек, две одинаковые школьные формы и «всякий кринж», как окрестил все остальные немногочисленные вещи в его шкафу сам Чонин. Выбирать грамотные сочетания каждый день приходилось с умом. Утомляло. — Мда-а-а, - наконец протянул Ян, - нужно будет как-нибудь позвать ребят и пойти всем вместе выбрать себе более-менее нормальную одежду. Это был вопрос жизни и смерти. Ещё неделю в таких прикидах Чонин не выдержит. Всё же сморит его в конце концов не Фрося и даже не математика, а отсутствие всякого стиля в этом месте. По городу было стыдно гулять, ну честное слово! Хёнджин, в общем-то, был полностью с ним согласен. Мода, конечно, циклична и все дела, но цикличной являлась мода не совсем из их шкафа и не совсем в их время. Кажется, это всё же было что-то из две тысячи… Ну, двадцатого, возможно. Пять лет прошло, вкус общественности изменился, да и в их гардеробе прямо сейчас одежда выглядела немного более… Как бы так помягче сказать… В общем, совсем не как с обложек журналов модных изданий. Скорее, как со старых фотографий жителей какой-нибудь глухой деревни никому не известной области, где последний магазин с одеждой закрылся лет пятьдесят назад, а до ближайшего надо было проехать две области по бездорожной тайге. Да, определённо что-то такое. Двадцать километров от столицы, говорите? Ну-ну. Тут Хёнджин, видимо, решил перестать думать о плохом и направился вместе с Чонином в сторону школы. — Куда идём? - как бы между прочим поинтересовался Чонин. И не то что бы этот интерес был удивительным: живя на окраине города, ты начинаешь быть несколько ограничен в плане возможных направлений для прогулки. Района жёлтых кирпичных домов, расположенного слева от дома Чонина, ещё не было даже в помине. Вместо этого там росли деревья, кусты и, кажется, была сомнительная тропинка до соседнего района, который на тот момент уже был построен. Но, как уже и говорилось, тропинка была сомнительной. Выглядела она так, будто если ты решишься туда зайти, то сможешь быть наверняка съеден медведем. По правую сторону от дома картина была более располагающей, но особо многого там тоже не наблюдалось: магазин, да небольшой жилой райончик с пустырём, на котором в две тысячи двадцать пятом всё обещали построить новую школу. Позади Чонина располагалась речка и поле, на котором они с Хёнджином сидели вчера, а вся основная цивилизация находилась только прямо по улице. Так что вопрос Чонина про место их назначения был актуальным как никогда. Хван же на пару секунд явно задумался, немного отвлекшись на проезжавшую мимо них старенькую советскую «Волгу». Ну как, «старенькую»… Для этих времён, на самом деле, вполне себе приличную. — Не знаю, - наконец выдал он. - Можем походить по городу, посмотреть, что да как. Может, магазин какой-нибудь найдём, в котором одежда хоть чуть-чуть напоминает нашу. Нашу, всмысле, двадцатых годов. Чонин угукнул. Нормальная одежда. Отличная цель для охоты. Солнце пекло вовсю, даже в своей самой лёгкой куртке Чонину довольно скоро стало невыносимо жарко. Редко такое бывало в это время, даже, можно сказать, практически никогда. «Слишком жарко для апреля», — отметил про себя Ян спустя час прогулки по довольно пустынным для выходного дня улочкам его города. Они и в его-то время были не шибко многолюдными, но в восьмидесятые как-то совсем уж опустели. Вряд ли из-за жары. Обычно в первый день настоящего тепла все жители стремились побыстрее выбраться из своих жилищ и пойти… А, ну да, точно. Скорее всего, все в этот момент просто атаковали друг друга за места около реки. Чонин тут же вспомнил времена карантина, когда снег полностью сошёл, погода начала улучшаться и показывать на термометре «плюс», достаточный, чтобы гулять в полном комфорте. На улице тогда всё так же не было практически ни души, зато на речке творилось… Да. В такие моменты самые безлюдные места превращались в полную свою противоположность. Сами того толком не заметив, парни забрели за черту города. Вот, что бывает, когда идёшь прямо-прямо… Нет, впереди была не яма, а вполне себе новенькие железнодорожные рельсы (в их время они уже таковыми, конечно, не выглядели), которые предназначались для транспортировки грузов на местное производство. Ну и ради приличия стоило отметить, что шли парни не совсем прямо. По дороге пришлось всё же разок свернуть налево, чтобы проверить, построили ли в их время ту огромную многоэтажку напротив бывшей школы Чонина (спойлер: нет). — …и я тебе говорю, я когда учился в этой ерунде, - эмоционально рассказывал Чонин, грозя пальцем куда-то позади себя, где осталась его непостроенная бывшая школа с такой же непостроенной многоэтажкой напротив, - нам сказали, что в этом доме трещина! Я так надеялся, что однажды ночью он упадёт на нашу школу… Хёнджин на это всё лишь искренне посмеивался. Компания Чонина ему явно нравилась, и Ян не мог этим не пользоваться, накидывая на Хвана всё больше своих нелепых историй из детства. Они давно миновали ново-старые рельсы, и теперь шли по узкой улице небольшого посёлка, примыкающего к их городу. Здесь атмосфера уже была немного оживлённее, поскольку то тут, то там, из-за заборов слышались разговоры, смех и запах шашлыков. Ну да, вот, куда делась та часть города, которой было слишком долго идти до речки. Чонину вдруг показалось, что вдалеке он услышал шум чего-то, напоминающего своими звуками электричку. — О, - задумчиво вгляделся он в конец улицы, - электрички, - проконстатировал больше сам себе.   Он знал, что в их городе было целых две платформы, но никогда ими не пользовался за ненадобностью. В столицу он обычно ездил с папой на машине, а в соседние посёлки и деревни ему обычно как-то было не особо нужно. Видел он эти пути с электричками каждую субботу по дороге к репетитору по русскому и литературе (да, всё то же проклятое ЕГЭ), вроде недавно туда завезли новые составы, потому что выглядели они в их скромных краях как что-то инопланетное. А здесь, наверняка, ещё грохотали старые железяки. — Хочешь пойти посмотреть? - практически сразу же откликнулся Хёнджин. Чонин посмотрел на то место, где в его время был построен небольшой ресторанчик (пока что здесь были только деревья и покосившийся забор), и с уверенностью кивнул. Не посмотрел как следует в своё время — посмотрит хоть сейчас. Добрались до станции они, кстати, довольно быстро: от того места, где оба остановились, было совсем недалеко. Чонин попридержал Хвана около скромного выхода на платформу, сказав, что дальше они не пойдут. Идея ехать куда глаза глядят в старых громыхающих железных банках его пока не очень прельщала. Как раз в этот момент на станцию прибыл новый состав, из которого на платформу вышло несколько человек. Наверное, только что подошедшая электричка приехала со стороны столицы, Чонин не особо в этом разбирался, но его внезапно заинтересовал вопрос о нынешнем внешнем виде главного города страны. Ян подумал, что нужно будет всё-таки как-нибудь съездить туда на самостоятельную экскурсию вместе с остальными ребятами. И, если получится, то не в этих железных консервах. Хотя и маршрутки в это время были, ну, как бы так сказать… В общем, он и в двадцатых не был их фанатом, а сейчас так и вовсе перешёл исключительно на пеший шаг. С другой стороны, а когда же ещё может выпасть возможность своими глазами увидеть страну в такое время? Ещё пару минут юноши простояли, провожая взглядом стремительно отчаливающий состав, а затем Чонин краем глаза заметил непонятную компанию метрах в двадцати от них самих. Ян подметил, что, одетые все как под копирку в клетчатые свободные штаны, такие же кепки и чёрные кожаные куртки, парни выглядели не особо дружелюбно. Если говорить точнее, то уж совсем не дружелюбно. При всём при этом они все почему-то явно не добро косились в сторону Хвана и Яна. А если учесть то, что, судя по внешнему виду, каждый из них пробыл в качалке, по мнению Чонина, годика так три, не меньше... Он слегка подёргал Хёнджина за край его ветровки и попытался как можно незаметнее указать на тех ребят. — Ничего хорошего, - только лишь подтвердил его мысли Хван. - Рекомендую свалить отсюда прямо сейчас. Только Чонин развернулся, чтобы завернуть на ту улицу, с которой они не так давно пришли, как вдруг позади него раздался характерный короткий свист. Приплыли. Кажется, он даже уловил, как Хёнджин сбоку едва слышно сматерился. — Эй ты, красненький! - раздалось со стороны представителей "клетчатых штанцов", как уже успел их обозвать про себя Чонин. Что ж. Это совершенно точно было по его душу. Погуляли, постояли, посмотрели, вот и хватит. — Панк, что ли? - продолжил второй из их компании. — Какой я тебе в жопу панк? - прошипел себе под нос Чонин. Ну что он, виноват что ли, что ему так идёт красный цвет волос? Знал бы, что пристанут, так может хоть в рыжий бы покрасился… — Так, - Хёнджин быстро задвинул младшего себе за спину в попытке спрятать его от неясной группировки, - ребят... - начал было он, но его тут же перебил один из компании: — А это чё ещё за штаны? - кинул он презрительный взгляд на джинсы-клёш Хвана. - Пашок, - обратился он к кому-то из своих, - доставай линейку. Чего? Чонину сейчас не послышалось? Линейку? Ему даже страшно было представить, для чего эти типы носят с собой линейки. На съезд математиков это было мало похоже… Увидев полный неподдельного непонимания взгляд напротив, тот грозный парень продолжил: — Что? В первый раз что ли? - ухмыльнулся он. - Никогда тебе прежде клёш не вымеряли, да? Вот здесь Чонин окончательно растерялся: это всё действительно было похоже на пранк от мэра города. Зачем вымерять какой-то там клёш на штанах? Они что, портные что ли? Но фраза эта звучала слишком уж угрожающе, так себя ни математики, ни тем более портные не ведут… Господи, куда он попал?.. — И этому патлы бы повырывать, - внезапно добавил названный выше Пашок, указав линейкой на бедного Чонина, который уже успел триста раз пожалеть, что вообще решил когда-то нанести краску на свою бренную головушку. - Нечего такими лохмами страну позорить. Толпа одобрительно загудела. Чонин подумал, что когда в следующий раз его зашлют в другое время, то пусть хотя бы приложат инструкцию по выживанию. Да что у них за правила здесь такие?! — Вот теперь точно пора сваливать, - тихо произнёс Хёнджин. Чонин не успел толком опомниться (он задумался об инструкции по выживанию), как вдруг его резко схватили за руку и сорвались вместе с ним с места. Ян на автомате помчался вслед за Хёнджином обратно по длинной улице, ведущей к спасительному городу. Вот если бы тут стоял дом его репетиторши по русскому, он бы сразу побежал к охране на проходных. Но дома здесь не было, никакой охраны — тем более, так что теперь приходилось надеяться только лишь на адреналин да быстроту и длину своих двоих. Благо, адреналин убегающего никогда не сравнится с адреналином догоняющего. В любом случае, Чонин успел пожалеть о том, что прогуливал физ-ру в школе. — Куда намылились? - послышался рёв Пашка, а затем и топот нескольких пар ног. Благо, время у юношей было: те двадцать метров между ними и непонятной компанией оказались хоть каким-никаким, но всё же преимуществом. Конечно, улица была не самой удачной; можно даже сказать, что вообще не удачной. По обеим её сторонам шли глухие заборы частной собственности, а ближайший поворот находился в самом её конце, где поселение заканчивалось и начинался непосредственно сам город. — Никогда не думал, - засмеялся старший прямо на бегу, - что за мной будет гнаться чёртов модный приговор! Чонин, ты представляешь? Будет, что в старости вспомнить! — Сумасшедший! - точно так же на ходу истерично прикрикнул на него весьма напуганный всем происходящим Чонин. - Тебя избить могут до полусмерти в любой момент, шутки он здесь шутит! Вот кто тебя просил надевать эти идиотские джинсы? Дурак! — Они бы всё равно прикопались к твоим волосам! - всё ещё смеялся Хван. - Не отставай, Йена! За криком Хёнджина Чонин услышал приближающийся к ним громкий топот, и у него словно открылось второе дыхание. На полной скорости он пересёк черту города, поравнявшись с Хёнджином, но при этом не теряя ни капли темпа. Вопрос жизни и смерти всё же. — Куда? - всё ещё с нотками истерики спросил он, пытаясь перекричать свистящий в ушах ветер. — Налево! - ловко завернул за угол одной из ближайших серых пятиэтажек Хёнджин. После такого манёвра ребята оказались в переулке между несколькими домами, где Чонин за всю свою жизнь в этом городе ещё ни разу не был. Ну, или же был, просто в настоящее время это место выглядело совсем по-другому. Как бы там ни было, он продолжал усердно бежать за Хваном, заворачивая всё в новые и новые дворы и даже не пытаясь понять, где они сейчас находились. В тот момент было как-то не до этого. Всё, что Чонина сейчас волновало — желание убежать как можно дальше, а Хвану в отношении плутания по дворам он доверял целиком и полностью (тот уже успел себя зарекомендовать). Наконец Хёнджин одним лишь знаком показал младшему следовать за ним, а затем нырнул в заросли кустов, что росли около очередного однотипного дома, ничем не выделявшегося среди других точно таких же. Быстро миновав тропинку меж кустами и стеной здания, Хван дёрнул на себя ручку двери подъезда, которая без проблем поддалась навстречу (ну да, домофона же на ней не было), и вместе с Чонином буквально залетел внутрь прохладного подъезда. Передохнуть Яну он не дал, а вместо этого потянул его вверх по бетонной лестнице прямо на самый последний этаж. В конце пути Чонин сначала остановился, упёршись ладонями в колени и пытаясь отдышаться, и только после этого без сил свалился прямо на лестничную площадку около окна, не заботясь о её чистоте. Сейчас уже было абсолютно всё равно. Хёнджин, недолго думая, последовал примеру Яна и сел по другую сторону от подъездного маленького окошка, тоже пытаясь прийти в себя после долгой пробежки. М-да. Вот и поискали одежду. Первые пару минут они сидели молча, окончательно восстанавливая тяжёлое дыхание и приводя в порядок крутящиеся и беспорядочно мигающие в голове мысли. Это было… Это было что-то. У Чонина такой опыт случился явно впервые в его жизни. Уж что-что, а за все восемнадцать лет его ещё ни разу не хотели избить за яркий цвет волос. Надо бы спросить потом у кого-нибудь, что вообще это такое было. Авось кто-нибудь да знает, что это за банда в клетчатых штанах здесь орудует. Девяностые вроде как ещё не начались… Они повернули головы друг к другу одновременно. Да, всё-таки, такой приоткрывший рот и запыхавшийся от бега Хван, с которого стекали капли пота, выглядел просто нереально привлекательно. А когда он растянул свои пухлые губы в лёгкой улыбке, при этом смотря прямо Яну в глаза, младшему показалось, что он мог бы без всяких проблем откинуть коньки прямо здесь и сейчас. И вовсе не от быстрого бега или тех стрёмных пацанчиков с улицы. — Блин, наше свидание не должно было закончится в падике, - начал смеяться старший. — Действительно, - хмыкнул Чонин, едва не поперхнувшись на слове «свидание», но умело свою реакцию скрыв. Зачем Хёнджин разбрасывался такими словами? И правда дурак… — Ну и почему мы забежали именно сюда? - вздохнул Ян, решив наконец оглядеться по сторонам. Подъезд как подъезд. Самый обычный и самый непримечательный, каких по стране были тысячи. Хёнджин указал на дверь вниз по лестнице: — Тут один мой братан живёт. Если что, мы бы у него пересидели. — М-м-м, - красноречиво протянул Ян. - А ты уверен, что он живёт здесь до сих пор? — …нет, - довольно живо понял свою ошибку Хёнджин. - Хотя, может и живёт... Но не факт, что меня знает, - пришёл к неутешительному выводу он. Чонин кивнул, задумавшись. Искать своих друзей он здесь не рисковал. Раз ему до сих пор никто не позвонил с просьбой о встрече — в этом мире он был одиноким лохом, имевшим дело только со своими одноклассниками и учениками из параллели. Как жалко. — Ладно, пойдём, - Хёнджин начал подниматься с пола, подав руку и младшему, за которую тот быстро схватился. - Только аккуратно. Не знаю, кто эти славные ребята, но на них натыкаться я больше не хочу. Чонин мысленно с ним согласился (не сделать этого, если честно, было довольно трудно) и начал медленно спускаться вниз по лестнице. На сегодня приключений с него, пожалуй, хватит.