Геншин/ХСР

Они встречались раз, или, может, два в месяц. Лишь тогда, когда соскучились по друг другу, и именно в такие дни никто не мог их остановить. Драки заканчивались жаркими поцелуями, а иногда даже большим. Несмотря на любовь Блейда к отметинам на бледной шее своего дракона, он пытался не заходить слишком далеко. Очередная встреча, и всё будто впервые. Первые минуты обоим было не совсем комфортно, но, когда голод взял своё, пришлось поддаться. В их крови, кроме возбуждения, бурлила и смесь текилы с вином. Блейд делает глоток вина, и Хен сразу же целует его, пробуя на вкус чужие губы, хотя теперь на них, кроме его собственного вкуса, был вкус и вина с вожделением. Блейд не отстраняется, ему нравится, когда его партнёр проявляет инициативу. А иногда он может специально просить его, хотя и для самого это было странно. Он никогда не просил ничего у людей, слишком уж не доверял им, но, во-первых, Дань Хен не совсем был человеком, а, во-вторых, Дань Хен тоже много поддавался Блейду. Он поклялся себе никогда больше не принимать свою истинную форму, но, опять же, не сдержался. Слишком уж Дань Хену нравилось, когда тёплые, влажные поцелуи исследовали его рога, а рука поглаживала спину. Рога всегда были самым чувствительным местом у мужчины, и Блейд, зная это, всегда пользовался. Их нельзя было назвать только врагами, хотя при других они так и вели себя, но быстрее всего они были одновременно и соперниками, и влюблёнными, будто бы их любовь пылала так, словно заставляла друг друга ненавидеть сильнее. Блейд никогда не наносил дракончику сильные раны. Несмотря на регенерацию мужчины, он пытался не причинять слишком много боли. Но не делать ему больно вовсе было бы невозможным, так как Кафка и Серебряный Волк заметили бы что-то неладное и сразу раскусили бы Блейда. На утро они молча уходили, каждый — куда зовёт мозг. Блейд уходил к своим "друзьям", а Дань Хен — к своим. Но когда в этой ситуации начинало работать сердце, они уже не могли сдерживаться и искали встречу снова и снова, пытаясь доказать себе каждый раз, что это последний. И на следующий день они снова поднимут мечи друг против друга, и на этот раз уже кто-то умрёт. И даже если так, если бы кто-то умер, чувства бы жили вечно, и сперва выживший будет ощущать умиротворение, потом — скуку, а после уже и жаль. А что самое худшее — последний пункт склонен стать ненавистью к себе и желанием увидеть умершего. А, как известно, этот пункт не только самый безжалостный, а и самый долгий, потому что длится он вечно. А если такая привилегия попадётся Блейду, то его вечное проклятие станет ещё хуже, хотя, казалось бы, куда хуже? Разве есть что-то, что может быть мучительнее, чем жить так, как он? Но без Дань Хена ему придётся не жить, а выживать. Он не сможет пытаться убить его, хотя глубоко в голове думает, как бы не нанести серьёзных ран. Он не сможет ждать его на планете, где "Звёздный экспресс" остановился в этот раз, дабы просто увидеть. Как только они закончат свои дела, каждый пойдёт по своему пути. Но никто из них не учитывает, что изначально судьбой было запланировано, чтобы эти пути находились по соседству и так тесно соприкасались, будто это какое-то новое проклятие, невиданное никому.