Ты просто люби меня

      Тэхён вошёл в дом. Отец сидел на диване, обхватив голову руками. Чимин стоял посреди комнаты, сжимая в руках телефон.       — Ну, ответь же, ответь! — кричал последний, не отрывая взгляда от экрана. Тэхён шагнул в гостиную.       — Где ты был? — зарычал отец, Ким Ен, строгий, но в глубине души заботливый человек. — Мы обзвонили все больницы, искали тебя всю ночь!       — Прости, я потерял телефон, — тихо ответил Тэхён. Он знал, как сильно переживали отец и Чимин, пытаясь связаться с ним, а Джинхен, скорее всего, уже был в объятиях нового парня и не думал о Тэхёне. Хотя прекрасно знал, что тот выбежал на морозную улицу почти без одежды и обуви.       Тэхён смотрел на осунувшееся от тревоги лицо отца и обеспокоенного Чимина, который, как и Тэхён, занимался музыкой. Они вместе заканчивали музыкальный колледж. Тэхён хотел петь джаз, Чимин любил поп-музыку. Они познакомились четыре года назад, и теперь Тэхён в полной мере ощущал дружескую поддержку.       — Где ты был? — одновременно закричали Чимин и отец. — Мы всю ночь не спали, искали тебя.       — Джинхён меня бросил, он нашёл другого. Что мне теперь делаааать? Я… я так его люблю.       Ким Ен не стал давить на сына — первая любовь. Он обнял его за плечи, и они прошли в спальню. Тэхён, сидя на кровати, рассказал отцу всё, что случилось накануне, включая встречу с Чонгуком.       — Он к тебе прикасался? — настороженно спросил Ким Ен.       — Нет, даже не пытался. Вот дал одежду, деньги на такси. — Тэхён достал записку, написанную Чонгуком, из кармана пиджака, не заметив, как положил её туда.       — Что ж, надо его найти и отблагодарить.       — Ой, папа, оставь. Спасибо ему, конечно, но я не стану этого делать. Захочет — сам меня найдёт. Не обеднеет... Все они одинаковые: сначала хорошие, добрые, а потом, видишь ли, ошибаются...       Тэхён лёг на кровать, отвернувшись к окну, и закрыл глаза.       — Я очень устал.       — Тебя Джинхен искал, — тихо сказал Чимин, стоявший рядом.       Тэхён резко вскочил и сел на кровать.       — Зачем?       — Ну, может, потому что вы пара?! — мягко произнёс Чимин.       — Уже нет, — ответил Тэхён, снова ложась на подушку. — Можно я отдохну, а потом мы поговорим?       — Ладно, — заметив его состояние, Чимин и отец решили оставить его в покое. — Я тогда в магазин схожу, а ты отдыхай.       Чимин скрылся за дверью, а отец ушёл в свою комнату переживать, не зная, как помочь в этой ситуации.       Тэхён лежал на кровати и думал — думал о Джинхёне, о парне, который оказался лучше его, в которого влюбился Ин. Он думал о мужчине, которого, возможно, больше никогда не увидит. Да, он его и не знает совсем, так почему же от этих мыслей так тяжело на душе? Всё собиралось в один комок, который душил рыданиями. Тэхён почувствовал жалость к себе, к своему отцу, который сейчас переживает за него, к Чимину, который всегда поддерживает его, и даже сейчас рядом с папой не Джинхен, а Чимин. Почему-то было жаль, что он уехал из большого дома мужчины, который так позаботился о нём.       «Может, вернуться?!» — мелькнула мысль, но, увы, другая тут же пнула её в сторону. — «А как ты в дом войдёшь? Всё, поздно, батенька пить боржоми, раньше надо было думать!»       Тэхён лежал, уставившись в потолок, а воспоминания медленно и неумолимо тянули его в прошлое.       С Джихёном они были знакомы с детства. Их дома стояли по соседству, родители дружили. Когда Тэхён родился, Джихёну уже было пять. Мальчишка любил заходить в гости к соседям, наблюдая, как Тэхён растёт. Шутя над малышом, он всё время сравнивал его с собой: какой он уже взрослый, а Тэхён — совсем малявка. Когда Тэхёну исполнилось 16, Джихён стал смотреть на него по-другому: тело, шелковистые волосы, нежное лицо, большие медово-карие глаза, родинки на щёчке и носике. Парня тянуло к этому мальчишке. Недолго думая, как и все в его возрасте, он предложил Тэхёну стать парой. Тэхён был на седьмом небе от счастья, ведь с тех пор как ему исполнилось семь лет, он был влюблён в Джихёна. Всё свободное время они проводили вместе. Тэхён занимался танцами и вокалом, которые очень любил. Оба много учились, а Джихён ещё и подрабатывал в фирме отца.       Казалось, вот оно счастье — они вместе, и никто их не разлучит. Даже родители смирились с тем, что их сыновья другой ориентации.       — Почему?! Джихён, чем тот другой лучше меня? — Тэхён лежал, уставившись в потолок, и задавал этот единственный вопрос.       Слова любимого не переставали ранить его душу, били по сердцу, как кнут: «Мы были детьми… увлечение… так бывает… всё прошло…»       — Да, Джихён. У тебя всё прошло… Значит, и у меня должно пройти.       Тэхён пообещал себе впредь избегать встреч с Джихёном, погрузившись в учёбу и музыку. А записку от Чонгука он не выпускал из рук. Он не мог понять, почему его так тянет к дому этого мужчины, которого едва знал. Образ Чонгука не переставал преследовать его — эти бездонные глаза, чарующее лицо, тепло крепкого тела, когда тот, будто охраняя, нес Тэхёна в спальню.       Тэхён, почему-то, скучал по этому незнакомому мужчине...       С этими мыслями он провалился в сон…       В то же время, на другом конце города, Чонгук сбежал с работы раньше обычного. Мужчина торопился домой, надеясь, что там его встретит тот парень с медово-карими глазами.       Припарковав машину в гараже, он поспешил в дом, но, к сожалению, кроме домработницы, не было никого. Чувство пустоты мгновенно охватило его, а необъяснимая тоска, словно ледяные пальцы, сжала сердце. Лишь легкий, едва уловимый запах остался на постели, как нежный след, напоминающий о недавнем присутствии Тэхёна в его жизни.       — Значит, не судьба, — с горечью прошептал Чонгук, устало глядя вокруг, как будто его душу заполонила бездонная тишина.