Ты просто люби меня

      — Гук, давай я отвезу тебя домой, — предложил Намджун, пытаясь нарушить молчание. — Тебе нужно принять душ и переодеться.       — Нет, я не могу оставить Тэ.       — Он ещё спит… Слушай, давай так: я отвезу тебя, ты примешь душ, переоденешься, а если захочешь, я привезу тебя обратно.       — Ладно, — с трудом ответил Чонгук, его голос был усталым, но решительным.       Мужчины ехали молча, не нарушая тишины, которая витала между ними. Намджун знал, что в данный момент Чонгуку не нужны пустые слова, и сам не знал, что мог бы сказать. Всё, что осталось — это просто быть рядом.        Когда они подъехали к дому Чонгука, Намджун помог ему выйти из машины. Он чувствовал, как тяжело Чонгуку двигаться, но тот не позволял себе расслабиться. Чонгук молча прошел в дом и сразу направился в душ.       После нескольких минут, проведенных под струями горячей воды, он вернулся в более или менее нормальное состояние, принял душ, переоделся и спустился вниз. Казалось, душ не помог, и груз случившегося всё равно не отпускал.Чонгук остановился на мгновение, глядя в пустоту.       — А где Дэ? — наконец, слабо спросил он.       — Не знаю. Он не отвечает на телефон. Из гостиницы уехал куда-то, и больше его никто не видел.       Чонгук на мгновение замолчал, затем произнес так спокойно, что это звучало почти страшно:       — Я УБЬЮ ЕГО.       Намджун остолбенел. Сердце чуть не замерло, когда он понял, насколько серьезно и решительно это сказано. В глазах Чонгука была такая холодная уверенность, что страх как-то неуместно кольнул в груди.       — Ты что, Гук? За что?       — Всё объясню позже, — сказал Чонгук, не глядя на него. В его голосе звучала пустота, как если бы он просто не знал, с чего начать. — А сейчас… отвези меня обратно.       Прошло тридцать шесть часов, но Тэхён так и не приходил в себя. Чонгук сидел рядом с ним, не отходя, говорил с ним, целовал его руки.       — Тэ, милый, не оставляй меня, мне без тебя край.       Доктор Сок Джин постучал в дверь.       — Да, — тихо ответил Чонгук.       — Мне нужно вам кое-что сказать, — произнес Сок Джин.       — Я слушаю, — отозвался Чонгук.       — Как вы помните, мы делали Тэхёну МРТ.       — Да, и?       — Так вот, даже если он выживет, — продолжил доктор. — Он не будет ходить. Перебит позвоночник, сломаны тазобедренные суставы, порваны сухожилия.       — Боже, — прошептал Чонгук, почувствовав, как его сердце сжимается. — Как ему об этом сказать? Особенно теперь, когда его карьера пошла в гору, когда он так счастлив… Это может его убить.       Чонгук вернулся в палату и увидел, как по виску Тэхёна катится слеза.       — Тэ, Тэ, ты слышишь меня?       Тэхён с трудом открыл глаза. Аппарат издал пронзительный писк, и в палату вбежали Сок Джин и медсестра. Доктор быстро проверил реакцию зрачков на свет, биение пульса.Тэхён с трудом произнес несколько слов.       — Где я?       — Вы в больнице, — ответил Сок Джин. — Тэхён, вы помните, что с вами случилось?       — Помню только… машина, она едет прямо на меня, — еле ворочая языком, произнес Тэхён.       — Вы попали в аварию, вам сделали несколько сложнейших операций.       — Больно… — слезы катились по щекам Тэхёна.       — Сейчас вам сделают обезболивающий укол, — сказал Джин, посмотрев на Чонгука. — Не сейчас. Лучше расскажите ему завтра, он еще не готов воспринимать всю информацию.       Чонгук еле сдерживал слёзы.       — Я понял. — он подошел к кровати, взял Тэхёна за руку. — Тэ, ты так меня напугал, я больше никогда тебя не отпущу.       Медсестра вошла в палату.       — Мне нужно поставить капельницу с обезболивающим, — сказала она, аккуратно присоединив иглу к капельнице. — Через пять минут вы уснёте, — обратилась она к Тэхёну. — Вам сейчас нужно набраться сил. — Она взглянула на Чонгука, в её глазах была печаль.       Такой молодой, звезда, и вот так закончить карьеру.       — Простите, — добавила она и вышла из палаты.       Чонгук нежно целовал руки Тэхёна, проводил пальцами по его волосам.       — Я клянусь, всё будет хорошо.       Его душила боль. Сердце, казалось, не могло больше биться, оно едва жило. Внутри всё рвалось на части. Чонгук не знал, как Тэхён примет свою новую реальность, как он переживёт, что больше никогда не выйдет на сцену. Он не знал, как всё это пережить сам.       Тэхён уснул, как и обещала медсестра, а Чонгук решил сделать что-то приятное для него. Он вышел из больницы, поднял глаза к небу.       — Господи, почему? Почему он? — слёзы хлынули из глаз.       Наконец, собрав все силы, Чонгук взял себя в руки.       Он купил мягкую игрушку в виде зайца — Тэхён всегда их любил — и клубнику. Вернувшись домой, принял душ, а затем прилёг на кровать. Мысли беспорядочно метались в голове, одна за другой, не давая ему покоя.       «Нужно найти архитектора, чтобы установить лифт на второй этаж. Нужно сделать всё, чтобы Тэхён не был ни в чём ограничен. Нужна машина с ручным управлением. Столько всего предстоит сделать.»       Чонгук не заметил, как провалился в сон. Звонок телефона разбудил его.       — Гук, привет.       — Привет, Нам.       — Как ты? Что с Тэхёном? — спросил Намджун, пытаясь уловить хоть какую-то надежду в голосе друга.       — Он пришёл в себя, — ответил Чонгук, но его сердце защемило. Ему хотелось кричать, рыдать.       Не сдержавшись, Чонгук со всей силы ударил в стену, разбив кулак.       — Он не будет ходить, понимаешь, Нами? Он стал инвалидом. И это моя вина!       — Чонгук, ты не виноват, это судьба, — сказал Намджун тихо, пытаясь успокоить друга.       — И я знаю, как её зовут, — закричал Чонгук, его голос дрожал от боли и отчаяния.       — Я не думаю, что он мог так поступить, — ответил Намджун, не веря в слова Чонгука.       — Да? Тогда где он? Почему он прячется?!       Чонгук чувствовал, как в нём поднимается волна ярости и ненависти.       — Если он когда-нибудь тебе позвонит, передай ему, — его голос стал ледяным, в нём звучала угроза. — Скажи ему: он труп!       — Тебе нужна помощь? — спросил Намджун, чувствуя, как сильно друг нуждается в поддержке.       — Мне нужен хороший архитектор, — ответил Чонгук, сжимая телефон в руке.       — Хорошо, я постараюсь найти, — пообещал Намджун. — Гук, звони мне, я всегда рядом.       — Спасибо, — едва выдохнул Чонгук.       Чонгук набрал номер доктора Джина.       — Слушаю, — ответил мягкий голос в трубке.       — Это доктор Сок Джин?       — Да.       — Это Чон Чонгук. Я хочу приехать.       — Послушайте, — перебил его доктор. — Я понимаю, что вы растеряны, что вам больно и страшно. Но вы должны взять себя в руки. Сейчас вам нужно быть опорой для Тэхёна, а не загонять себя. Вам нужно отдохнуть, выспаться. Тэхён всё равно будет спать до утра. Так что лучше приходите завтра утром.       — А если он проснётся, а меня нет рядом? Он может испугаться, — сказал Чонгук, пытаясь убедить себя.       — Он не проснётся, — тихо ответил доктор Джин.       — Вы уверены? — Чонгук тревожно сжал кулак.       Он боялся оставить Тэхёна одного.       — Гарантирую, — спокойно сказал доктор.       — Тогда завтра в восемь я буду. — Чонгук пытался успокоиться.       — Как пожелаете, — ответил доктор.       Они попрощались, и Чонгук положил трубку.Он встал, направился в ванную и аккуратно промыл кулак.       «Надо залить йодом» — подумал он.       Чонгук бродил по дому, по пустому дому.       Так холодно без Тэхёна. Он случайно заметил фотографию, стоявшую в углу стойки бара. На ней были он, Намджун и Дэгён. Чонгук точно помнил, что фото было сделано двадцать лет назад, когда они были детьми и поклялись друг другу в верности: всегда поддерживать и помогать друг другу.       Вдруг он вспомнил, как однажды, будучи пьяным, Дэгён поцеловал его, когда им было по семнадцать. Но потом он смеялся и сказал, что это была всего лишь шутка.             Чонгук давно забыл об этом. Почему это воспоминание всплыло в его памяти именно сейчас, он не понимал. Может, он не хотел признавать очевидное.       Чонгук включил телевизор. Шёл какой-то фильм. Он налил виски, сел на диван, держал в руках фотографию.       — За что ты так со мной? — он смотрел на Дэ. Потом одним движением оторвал от общей фотографии лицо Дэгёна. — Я найду тебя, и ты мне за всё ответишь. — Чонгук смял клочок и кинул на пол. Выпив виски, он лёг, размышляя о том, как они с Тэхёном будут жить дальше.       Телефонный звонок разбудил Чонгука.       По телевизору шли новости. Молодая журналистка вела репортаж из больницы.       — В этой палате лежит восходящая звезда Ким Тэхён, — говорила она. — Как известно, недавно Ким Тэхён попал в аварию. Мы, наконец, сможем узнать, что же с ним случилось? — Чонгук не дослушал, выключив телевизор.       Он схватил ключи и рванул к машине. Набрал номер доктора Сок Джина.       — Доброе утро, — ответил доктор. — Извините, господин Чонгук, но сейчас я говорить не могу, мы пытаемся выгнать журналистов из больницы. Приезжайте скорее, — в трубке послышались гудки, и доктор отключился.       Чонгук ехал, как можно быстрее, ругаясь на каждый красный светофор.       — Зачем, зачем я ушёл? — ругал он себя. — Я должен был защищать покой Тэ, а я его бросил. — Чонгук злился на себя и на врача.       Оставив машину на стоянке, Чонгук торопливо шагал по коридору больницы.                   Журналисты, заметив его, немедленно бросились в его сторону.       — Господин Чон, господин Чон, что с вашим подопечным? — галдели они. — Это правда, что вы назвались его мужем? — кто-то осмелился задать вопрос. — Вы понимаете, что таким образом вы признались в том, что вы и Ким Тэхён — геи?       Чонгук, не сдержавшись, оттолкнул журналистов.       — Вам бы только сенсации искать! — выкрикнул он. — Вам всё равно на чувства людей! Убирайтесь! Это больница, а не ваше личное ток-шоу! В палате лежит парень, который, возможно, теряет всё, а вы здесь, как стая шакалов!       Глаза Чонгука пылали яростью. Вдруг один из журналистов опустил камеру и отодвинул остальных от палаты Тэхёна.       — Я Мин Юнги, — сказал он Чонгуку. — Сейчас я уведу всех отсюда, — протянул визитку. — Позвоните мне, и мы расскажем только правду, — добавил Юнги, глядя Чонгуку в глаза.       — Хорошо, — ответил Чонгук, беря визитку.       Мин Юнги начал оттеснять журналистов и заставил их покинуть больницу. Чонгук вошел в палату. Тэхён с трудом открыл глаза.       — Это правда? — еле слышно спросил он.       — Что именно? — не сразу понял Чонгук.       — Ты сказал, что… — Тэхён запнулся. — Ты назвался моим мужем?       — Тебе это неприятно? — с тревогой спросил Чонгук.       — Я не знаю… Это так… — Тэхён замолчал, его голос затих.       — Разве ты не хотел бы этого? — осторожно поинтересовался Чонгук.       Тэхён, сдерживая слёзы, тихо плакал. Ему было тяжело дышать, не то что говорить. Он чувствовал, как боль пронизывает всё его тело, каждую кость, каждую жилку. Чонгук осторожно взял его за руку, пытаясь успокоить.       — Тэ, ты против?       — Я не чувствую ног, — всхлипывая, сказал Тэхён. — Мне кажется, их нет. Я боюсь посмотреть... — истерика начинала захлёстывать его. — Посмотри, они там? Они есть? — кричал он, и от боли его слова становились всё более прерывистыми.       Тэхён слабо хватал Чонгука за руки, пытаясь приподняться.       — Нет, Тэ, не делай этого, — умоляюще проговорил Чонгук. — Тебе нельзя вставать, швы могут разойтись.       Тэхён вдруг замолчал.       — Швы? — его голос был едва слышен, а в теле Чонгука пробежала холодная дрожь. — Значит, их нет... — едва уловимо прошептал Тэхён, его слова были полны страха.       Чонгук, чувствуя себя совершенно беспомощным, с дрожью поднял одеяло.       — Они есть, Тэ. Вот, посмотри, твои ноги. Всё в порядке, — сказал он, показывая. — Просто…       — Что? — Тэхён смотрел на Чонгука с мольбой, и в его карамельных глазах было столько боли и невыразимой тревоги, что Чонгук не знал, как выдержать это.       — Ты не сможешь сразу ходить, — соврал Чонгук, стараясь не выдать волнения в голосе.       Тэхён тихо опустился на подушку, его тело расслабилось, как будто вся его энергия ушла на этот момент.              Каждый день в течение трёх недель Чонгук приходил в больницу. Он приводил новых врачей, профессоров, но каждый из них неизменно повторял одно и то же: «Без шансов».       Доктор Сок Джин следил за Чонгуком, замечая, как тот не сдается. Он понимал, что Чонгук никогда не оставит Тэхёна, каким бы отчаянным ни был исход.       — Господин Чон, — обратился он к Чонгуку, — есть один центр, где помогают таким, как Тэхён. Там и более тяжёлых ставили на ноги. Но это стоит очень дорого.       — Я согласен, — без тени сомнения ответил Чонгук.       — Хорошо, я дам вам номер. Там работает мой друг, Чон Хосок. Скажите, что вы от меня.       — Спасибо, доктор, — поблагодарил Чонгук и, не теряя времени, вошёл в палату.       — Тэ, ты опять ничего не ел, даже клубнику. Ты ведь так её любишь, — с грустью сказал Чонгук, глядя на Тэхёна, который из весёлого и подвижного парня превратился в безжизненную тень.       — Уходи, — сказал Тэхён, голос был тихим, но решительным.       — Куда? — спросил Чонгук, не в силах поверить в его слова.       — Оставь меня. Зачем тебе инвалид? Ты красивый, молодой, найдёшь себе другого, — слёзы текли по лицу Тэхёна. Боль и отчаяние разъедали его изнутри. Он уже не помнил, когда спал без обезболивающих. Он забыл, как это — не чувствовать постоянную боль, когда мог коснуться своих ног и это не причиняло боли. Он ненавидел себя за свою слабость, за то, что стал обузой для того, кого любил.       — Я никогда не уйду! — твёрдо заявил Чонгук. — Ты встанешь на ноги, я тебе обещаю.       — Хватит врать себе! — закричал Тэхён, его голос был полон боли. — Мы оба знаем, что это не так. Меня сводят с ума эти боли, понимаешь? Каждая клеточка моего тела кричит. Что ты знаешь о том, когда разрывает изнутри, и ты ничего не можешь с этим сделать? Я даже в туалет не могу сходить без чужой помощи. Знаешь, что я чувствую, когда мне суют эту утку? Да я жить не хочу!       Чонгук крепко прижал Тэхёна к себе, его руки сжались, словно он пытался удержать его от падения в бездну. Он отодвинул его лицо, чтобы увидеть его глаза, полные боли и отчаяния.       — Малыш, смотри на меня, посмотри в мои глаза, — сказал Чонгук, его голос был мягким, но решительным. — ТЫ ПРОСТО ЛЮБИ МЕНЯ! — его слова звучали как клятва. — А я сделаю всё, чтобы ты встал на ноги.       Тэхён разрыдался, его тело сотрясалось от рыданий.       — Прости меня, Гуки, прости. Мне так больно… — прошептал он, сдерживая слёзы.       — Мы пройдём через это вместе, слышишь? — сказал Чонгук, нежно обнимая его. — Ты ещё будешь бегать, вот увидишь.              Через три дня Тэхёна перевезли в центр здоровья Чон Хосока.       — Чон Хосок, — представился доктор. — А вы, молодой человек, Ким Тэхён и... — он замолчал, подбирая слова.       — Чон Чонгук, — сказал Чонгук, поняв, что доктор не знал, как правильно к нему обратиться.       — Да, — ответил Хосок. — Значит так, я ознакомился с вашей историей. Сегодня устраивайтесь, как вам комната? Здесь, кстати, не говорят «палата», потому что это не больница. Это дом, где мы лечим и душу, и тело.       Чонгук поднял Тэхёна с кресла и аккуратно переложил его на кровать.       — Хорошая, широкая, — улыбнулся Чонгук. — Мы сможем здесь спать вдвоём, — прошептал он на ухо Тэхёну.       Тэхён смутился и покраснел, на его губах мелькнула легкая улыбка.       — Ну, вообще-то у нас это не принято, — будто услышав слова Чонгука, сказал Хосок. — Но если вы так неразлучны, для вас, господин Чон, мы можем поставить вторую кровать.       Тэхён засмеялся — это был его первый смех за последние полтора месяца.       — Спасииибо, — поперхнувшись, сказал Чонгук.       — Вы — ВИП-клиенты, мой друг слёзно за вас просил, — не отрывая глаз от планшета, Хосок читал карту Тэхёна. Затем он поднял голову и взглянул на Чонгука и Тэхёна. — Располагайтесь, если что-то понадобится, вот звонок. Медперсонал всегда рядом. — он кивнул и вышел из комнаты.       Тэхён посмотрел на Чонгука.       — Ты правда будешь спать здесь? — в его глазах сверкала искорка надежды.       — Ты против? — спросил Чонгук.       — Нет, — ответил Тэхён.— Только иногда днём мне придётся уходить на фирму. Бедный Намджун совсем зашивается.       — Ты останешься сегодня? — медово-карие глаза Тэхёна смотрели на Чонгука, и в них проявлялась надежда.       Чонгук почувствовал, как важен этот момент для Тэхёна, и решил, что будет рядом, чтобы поддержать его.       — Я съезжу только за вещами и сразу вернусь, ладно?       — Хорошо.       — Я скоро вернусь, — Чонгук помахал рукой и вышел из комнаты.       Он направился к машине, на которой ехал за скорой, перевозившей Тэхёна из больницы. У машины стоял тот самый репортер, который когда-то помог Чонгуку.       — Мин Юнги, если не ошибаюсь? — сказал Чонгук. — Вы и здесь нас нашли?       — Это моя работа, — ответил Мин.       — Чего вы хотите? — спросил Чонгук, не скрывая раздражения.       — Эксклюзив, — сказал Мин. — У меня есть предложение, — он протянул руку.       — Да, и какое? — чуть более резким тоном спросил Чонгук.       — Давайте так: я буду освещать всё, что происходит с Ким Тэхёном, вы будете отвечать на мои вопросы, и я буду снимать каждый ваш день.       — А что взамен? — поинтересовался Чонгук.       — Взамен ни один журналист больше не подойдёт к вам. А поклонники Тэхёна будут знать правду, а не выдумки прессы.       — Мне нужно подумать и поговорить с Тэхёном. Если он согласится, то возможно.       — Окей, телефон у вас есть. Позвоните мне.       Чонгук устроился в машине и, не теряя времени, позвонил Намджуну.       — Привет, Нами, как дела?       — У нас всё хорошо, — ответил Намджун, слышно улыбаясь.       — Как там фирма, не разорились ещё? — подшутил Чонгук, пытаясь развеять лёгкое напряжение.       — Судя по твоему настроению, явно всё не так уж плохо, — заметил Намджун, ощущая, что что-то изменилось в голосе друга.       — Тэ сегодня засмеялся. Ты понимаешь, как давно я не слышал этот смех? — Чонгук едва сдерживал эмоции. Его сердце буквально взлетало от счастья. Услышать смех Тэхёна после всех этих дней было словно настоящее чудо.       — Гук, я рад, — ответил Намджун, в его голосе была искренняя поддержка.       — Завтра буду на работе, — сказал Чонгук с лёгким вздохом, словно возвращаясь к реальности.       — Это отлично, буду ждать, — ответил Намджун с лёгкой улыбкой, ощущая, как его друг снова начинает идти вперёд.              Как и было обещано, в комнату Тэхёна поставили ещё одну кровать. Он с нетерпением ожидал возвращения Чонгука, ощущая неожиданный прилив сил после его слов.       «ТЫ ПРОСТО ЛЮБИ МЕНЯ» — шептал Тэхён себе под нос, его слова звучали тихо, но уверенно. — «Я буду любить тебя», — продолжал он, его голос наполнился решимостью. — «Я встану на ноги, вот увидишь, ради тебя, Гуки, ради нас, я буду бороться».       Чонгук вошел в комнату, и Тэхён спал. Чонгук сел рядом с ним на кровать, его взгляд был прикован к Тэхёну, и его сердце билось быстрее.       — Мой милый Тэхёни, — прошептал он, — я всегда буду рядом, что бы ни случилось. Даже если мир будет рушиться, даже если меня разорвут на части, я никогда не покину тебя. Ты моё солнце и луна, ты мой воздух. Без тебя меня нет.       — Ты моя жизнь, — тихо ответил Тэхён, беря Чонгука за руку и притягивая к себе. — Поцелуй меня, Гуки, — глаза Тэхёна заблестели, как раньше, тем озорным светом, который так любил Чонгук.       Чонгук наклонился и поцеловал Тэхёна так страстно, как будто хотел сказать: «Ты должен жить». Он обхватил Тэхёна за талию, но вдруг Тэхён вскрикнул.       — Прости, — испугался Чонгук.       — Ничего, — отдышавшись, ответил Тэхён       — Тебе больно? — обеспокоенно спросил Чонгук.       — Мне нужно обезболивающее, — прошептал Тэхён.       — Сейчас позову медсестру, — предложил Чонгук, протянув руку к кнопке.       — Да не это, — улыбнулся Тэхён.       Чонгук, нежно стараясь не задеть Тэхёна, поцеловал его в губы и погладил по щеке.       — Тебе нужно побриться, — заметил Чонгук.       — Да и тебе не помешает, — отозвался Тэхён.       — Ну что ж, утром побреемся, а сейчас давай ложиться спать, уже поздно.       — Ляг со мной, — попросил Тэхён.       — Я боюсь причинить тебе боль, — признался Чонгук.       — Больнее, чем сейчас, уже не будет. Пожалуйста, останься, — Тэхён смотрел на него с такой искренностью, что Чонгук не смог отказаться.       Чонгук надел пижаму и, аккуратно, почти не касаясь Тэхёна, лёг рядом, обняв его. Они долго разговаривали, вместе плакали, смеялись. Так незаметно для себя Чонгук и Тэхён уснули.       Стук в дверь разбудил Чонгука. Он открыл глаза. Тэхён, как маленький котёнок, лежал на его груди. Тёплый воздух его дыхания мягко касался тела Чонгука. Как же он не хотел вставать. Но, увы, не все могут наслаждаться такой любовью.       Чонгук осторожно переложил Тэхёна на подушку. Тэхён застонал, но не проснулся, только облизнул губы и захныкал.       Чонгук открыл дверь — медсестра пожелала доброго утра.       — Господин Чон, — сказала она. — Скоро придут доктор Чон Хосок и доктор Инсон. Они хотят осмотреть Тэхёна.       Как не хотелось Чонгуку будить Тэхёна, но было необходимо. Он подошел к кровати и нежно коснулся губ Тэхёна своими.       — Тэ, малыш, — тихо позвал Чонгук. — Надо вставать, мы хотели побриться и искупаться. Скоро будет обход врачей.       Тэхён попытался потянуться и застонал, резко открыл глаза.       — Больно, — прошептал он.       Чонгук обнял его.       — Скоро всё будет хорошо. Я обещаю тебе, — сказал Чонгук, аккуратно подняв             Тэхёна и посадив его в кресло.       Душевая была оборудована специально для инвалидного кресла. Чонгук отрегулировал воду и встал под душ вместе с Тэхёном. Он нежно мыл голову Тэхёна, стараясь не причинить боль, приподнял его и мочалкой натёр спину. Потом передал Тэхёну станок.       — Это ты можешь и должен сделать сам. Тебе нужно укреплять мышцы рук, — сказал Чонгук.       После душа, вытерев себя и Тэхёна насухо, они вернулись в комнату.       Дверь открылась:       — Можно? — Лицо мужчины показалось из-за двери.       — Господа, ваш завтрак, — сказал он, занося два подноса и ставя их на стол. — Приятного аппетита.       — Благодарю, — сказал Чонгук.       — Спасибо, — ответил Тэхён.       Тэхён посмотрел на поднос и надул губы.       — Что такое, Тэ?       — Я не ем такое, — возмутился Тэхён.       — Уже ешь, — строго сказал Чонгук.       Тэхён ещё сильнее надул губы, отчего казался совсем малышом.       — Не буду, — бубнил Тэхён. — Это не вкусно.       — Давай так: ты сейчас это съедаешь, а потом я привезу тебе всё, что ты захочешь, — сказал Чонгук. — Ну и я, конечно, тоже это съем, чтобы тебе не было обидно.       — Да, да, давай, — повеселел Тэхён.       Не успели они закончить завтрак, как в дверь постучали, и в комнату вошли доктора Хосок и Инсон, а сзади медсестра с планшетом.       — Доброе утро, господа, — сказал Хосок. — Мы хотим провести осмотр и начать лечение.       Доктор Инсон подошел к кровати Тэхёна, поднял одеяло и стал ощупывать его ноги. Чонгук ощутил внутреннее раздражение — ему не нравилось, что какой-то чужой мужчина трогает его Тэ своими руками. Он попытался успокоиться.       «Это врач» — сказал он себе. — «Чонгук, успокойся, это врач».       Он глубоко выдохнул.       Инсон сильно давил на определённые точки, и слёзы катились по лицу Тэхёна.       — Вам больно? — спросил доктор.       — Да, — сдерживая слёзы и раздражение, ответил Тэхён.       — Это хороший знак, — сказал Инсон. — Есть чувствительность, а значит, и шанс на выздоровление. Вы готовы пройти через АД? — спросил он, обращаясь к Тэхёну.       — Через ад? — удивился Тэхён, а Чонгук напрягся, его плечи жестко напряглись.       — Что вы имеете в виду? — сквозь зубы, сжимая руки в карманах в кулаки, спросил Чонгук.       Доктор Инсон повернулся к нему, его лицо оставалось абсолютно спокойным, ни одна жилка не дрогнула. Можно было бы подумать, что он скучает.       — Простите, кто вы? Кем приходитесь юноше?       — Я, Чон Чонгук, — не успел договорить, как его перебил доктор Хосок.       — Они пара, — тихо сказал Хосок.       — Мммм, понятно, — всё так же спокойно сказал Инсон. — Так вот, молодые люди, вас ждёт не просто ад. Это ПРЕИСПОДНЯЯ. Боль, слёзы, кровь, бесконечные тренировки и снова БОЛЬ, БОЛЬ, БОЛЬ. Вы не сможете спать по ночам, вас будет трясти от усталости, вы будете жить на обезболивающих 24/7. Вы будете ненавидеть друг друга, всех вокруг и, особенно, меня, — Инсон говорил это так, как будто это был обычный день на работе. Если подумать, для него это действительно было обычное дело. — Вы не сможете отказаться от процедур, не сможете сказать «нет». Вы будете делать всё, что я скажу, — продолжил он.       — Мы согласны, — сказал Чонгук, подходя к Тэхёну и беря его за руку. Тэхён кивнул.       — Распишитесь, пожалуйста, в этих документах, и с завтрашнего дня начнём, — сказал Хосок.       Доктора и медсестра вышли из комнаты. Чонгук вышел вслед за ними.       — Доктор Инсон, — позвал его Чонгук.       — Да? — оглянулся доктор.       — Ему будет больно? — с грустью спросил Чонгук.       — Ему будет невыносимо больно, и если вы не готовы к этому, к его истерикам, которые обязательно будут, и к ненависти к вам, — сказал Инсон. — То лучше уходите сейчас.       Чонгук взглянул на доктора, его взгляд был полон решимости.       — Не злитесь, молодой человек, — сказал Инсон, кладя руку на плечо Чонгука. — Я работаю здесь много лет, и я видел, как люди сдаются. Как уходят, оставляя свою любовь, не выдержав этой боли, — добавил он.       — Я НЕ СДАМСЯ, — ответил Чонгук.       — Посмотрим, — спокойно сказал Инсон.       Чонгук вернулся к Тэхёну.       — Тэ, мне нужно на работу, буду вечером. Твой телефон заряжен, айпад на тумбочке. Звони, если что.       — Ладно, — ответил Тэхён. — А ты привезёшь…? — Тэхён не успел договорить.       — Клубнику, — улыбнулся Чонгук.       — Да, — ответил Тэхён.       — Обязательно, если будешь послушным и будешь есть всё, что тебе дают, — сказал Чонгук с улыбкой.       — Буду, буду, — засмеялся Тэхён.…       Войдя в свой кабинет, Чонгук рухнул в кресло. Он был измотан. Мысли о том, что его мальчику предстоит пережить такую боль, не давали ему покоя. Как он сможет ему помочь? Что нужно будет сделать, чтобы хоть как-то облегчить жизнь Тэ? Сердце сжималось от боли.       — Привет, Гук, — голос Намджуна выдернул Чонгука из размышлений.       — Привет, Нам, как ты? Хочу сказать тебе спасибо. Ты так мне помогаешь. Обещаю, как всё закончится, я дам тебе отпуск на месяц, — сказал Чонгук.       — Для этого и нужны друзья, — улыбнулся Намджун. — Кстати, о друзьях. Я нашёл Дэ.       Чонгук вскочил с кресла.       — Где он? — на его лице вспыхнула ярость.       — Он сожалеет о том, что случилось, — сказал Намджун, протягивая Чонгуку конверт. — Это письмо для тебя и Тэхёна.       — Ты серьёзно думаешь, что я стану читать письма предателя? — глаза Чонгука сверкали ненавистью.       Если бы взгляд мог убивать, бедный Намджун, вероятно, уже был бы мёртв.       — Я понимаю тебя, Гук. Я тоже был в шоке от его поступка. Но в этом письме он всё объяснил.       Чонгук не дал Намджуну договорить.       — Нам, если ты мой друг, ты не станешь его защищать. Вспомни, сколько всего мы трое пережили. Мы были рядом, когда теряли любимых, когда теряли родных. Вспомни, когда его фирма была на грани разорения — мы помогли ему. Когда погибла Саён, кто был рядом с ним?! — Чонгук срывался на крик. — Кто?! — он стукнул по столу кулаком.       — Мы, — тихо ответил Намджун.       — А теперь скажи мне, разве то, что он сделал, это не предательство? А когда он пытался переспать с твоим парнем?! Это не предательство?       — Ты прав, Гук, ты прав во всём. Но мне всё-таки его жаль. Он несчастен, — Намджун действительно жалел Дэ. — Когда ты прочтёшь это письмо, ты всё поймёшь.       — Даже если я прочту его, он для меня мёртв. И какие бы у него ни были причины — этот человек для меня больше не существует, — сказал Чонгук, успокаиваясь. — Постарайся сделать так, чтобы я о нём больше никогда не слышал.       — Как скажешь, — ответил Намджун.       — А теперь давай поработаем, — сказал Чонгук.       День тянулся бесконечно. Чонгук всё время смотрел на часы, уже дико скучая по Тэхёну. Несмотря на то, что Тэ звонил каждый час и отправлял недвусмысленные сообщения.Чонгук вышел из офиса и, подходя к машине, снова увидел Мин Юнги.       — Господин Чон, — обратился Мин к Чонгуку. — Вы уже что-то решили?       — Ах да, ещё вы, — вздохнул Чонгук. — Я сейчас еду в центр, через два часа дам вам ответ, — сказал он.       — Надеюсь, это так, — улыбнулся Мин.       Чонгук вошел в комнату как можно тише, чтобы увидеть, что делает Тэхён. Тэ сидел на кровати и что-то печатал на айпаде. Он поднял глаза.       — Привет, Гуки, — нежная улыбка расцвела на губах Тэхёна.       — Как ты узнал, что это я? — удивился Чонгук. — Я же так тихо зашел.       — Ты тихо, а запах твоего парфюма громко, можно сказать, резко, — Тэхён хихикнул.       — Вот что меня выдало? — ставя на стол пакеты с вкусняшками, сказал Чонгук.       — Вкусняшки, вкусняшки! — радовался Тэ, как маленький ребенок.       Чонгук смотрел на него, и сердце радовалось тому, что наконец-то его малыш улыбается и, как раньше, радуется маленьким подарочкам в виде вкусняшек. Тэхён ел клубнику, закусывая шоколадкой, и он светился счастьем.Чонгук не сдержался, он обнял его и покрыл губы поцелуями. Он целовал, проникая языком меж губ, прижимая Тэхёна к себе. Поцелуи становились более глубокими, страстными. Чонгук рукой проник под одеяло и прикоснулся к паху Тэхёна. Камень упал с плеч, член Тэхёна был твёрдым, готовым вот-вот взорваться, извергая семя. Чонгук остановился и подал назад, убрав руку. Тэхён застонал:       — Нет, не останавливайся.       — Потерпи, — прошептал Чонгук на ухо Тэ. — Я в душ схожу, и ты ещё пожалеешь, что не остановил меня сам.       Медсестра постучала в дверь, сердце Тэ ушло в пятки. Он полулежал на кровати, с возбуждением в штанах. Лицо покрыл румянец.       — Простите, — сказала медсестра. — Вам что-то нужно? Может обезболивающее или что-то другое?       Тэхён, проглотив слюну, ответил:       — Можно обезболивающее чуть позже, у меня пока не болит, если что, я вас позову.       После укола обезболивающего он засыпал через пять минут, но в его мыслях были другие планы. Там, в душе, он вспоминал тело Чонгука, его сильные руки, круглый накаченный зад, широкую спину. Думая об этом, возбуждение становилось сильнее, во рту пересохло.       «Ну, быстрее, Гуки.»       Чонгук вышел из душа и запер дверь на ключ.       — Ты понимаешь, где мы находимся? — спросил он Тэхёна.       — Да, — с выдохом ответил Тэхён. — Но я больше не могу, я так тебя хочу, — он задыхался от возбуждения.       Чонгук лёг рядом с ним, его руки заскользили по телу Тэхёна, и тот стонал.       — Малыш, потише, — шептал Чонгук на ухо Тэ. — Нас и так с трудом воспринимают, а тут мы ещё обнаглели, — он улыбался, целуя улыбку Тэхёна.       Рука ласкала мошонку Тэ, большим пальцем нежно поглаживая головку члена. Тэхён двигал ладонью по члену Чонгука, чувствуя, как он пульсирует.       — Я хочу сделать тебе минет, — прошептал Тэхён.       — Сделаешь ещё, — ответил тихо Чонгук. — Поверь, очень скоро. — они ласкали друг друга, целуясь.       — Я хочу, чтобы ты был первый, — шептал Тэхён в губы Чонгуку.       — Ты уверен?       — Да, Гуки, да.       Чонгук ещё пару раз толкнул свой член в руку Тэхёна и его накрыл такой долгожданный оргазм. Он еле сдержал громкий стон. Отдышавшись, Чонгук поцелуями покрыл тело Тэхёна, накрыв его твёрдый член своей рукой. Нежно, не торопясь, он надрачивал Тэ, пока он тихо не застонал, он извергался, пока вдруг не издал такой сильный стон, это даже был не стон, скорее крик.       — Боже, — закричал Тэхён. — Больно! Больно!       Чонгук сначала отскочил, затем, придя быстро в себя, увидел, что вовремя оргазма Тэхён выгнулся, подаваясь наверх, что и причиняло боль. Чонгук помог Тэхёну лечь обратно, быстро одевшись и одев Тэхёна, вызвал медсестру.       — Обезболивающее, пожалуйста, — его немного трясло от испуга и волнения. Тэхён стонал, по лицу катились слёзы.       — Тэ, милый, потерпи, всё будет хорошо, — Чонгук пытался успокоить Тэ.       Медсестра вернулась буквально через минуту. Поставив укол, она спросила:       — Вам ещё что-то нужно?       — Нет, извините, — ответил Чонгук.       Он сидел на кровати Тэ, нежно гладя его руку.       — Прости меня, — слёзы продолжали течь по лицу Тэ.       — За что? — Чонгук смотрел на него с заботой.       — Я всё испортил, ты больше никогда не захочешь.       — Тэ, — перебил его Чонгук. — Всё было прекрасно. Просто мы немного забылись. Это не страшно. Страшно то, что тебе было больно, а я этого не хочу. Я не хочу, чтобы тебе было больно.       — Значит, мы больше не будем... — Тэ замолчал, его голос затих.       — Конечно, будем, — улыбнулся Чонгук. — Будем. Ты думаешь, я тебя так оставлю? Ооо, ты ошибаешься. — Чонгук лёг рядом с ним и нежно обнял Тэ. — Вообще-то, я хотел с тобой поговорить, — сказал он.       — О чём? — спросил Тэхён, слегка удивлённо.       — Есть один журналист, он хочет рассказать твою историю: как ты шёл к сцене, что происходит с тобой сейчас. Как ты решил бороться и не сдаваться. Думаю, это неплохая идея, — сказал Чонгук. — Твои поклонники волнуются, и порой они выдумывают всякие небылицы. Может, стоит позволить ему рассказать правду? Что скажешь?       — Если ты считаешь, что так будет лучше, — сказал Тэхён, зевая. — Пусть будет так. — глаза Тэхёна закрылись, и Чонгук услышал тихий сап.       Он встал с кровати, взял в руки телефон и вышел из комнаты.       — Слушаю, — сказал голос в трубке.       — Мин Юнги? — спросил Чонгук.       — Да, господин Чон.       — Надо же, вы меня узнали, — с сарказмом сказал Чонгук.       — Я слишком часто слышал ваш голос по ТВ, чтобы не узнать.       — Ну что ж, мы согласны, — сказал Чонгук. — Завтра приходите ко мне в офис, подпишем договор…       … Не успев проснуться, Тэхён и Чонгук услышали стук в дверь. Она распахнулась, и в комнату вошли доктор Инсон и два медбрата.       — Доброе утро, молодые люди, — сказал доктор.       — Доброе, — ответили Тэ и Чонгук.       — У вас полчаса на сборы, — продолжил Инсон. — И начнём работать.       Тэхён был готов, глаза горели, хотя он ещё не знал, через что ему предстоит пройти.       — Хорошо, — ответили они хором.       Чонгук помог Тэхёну умыться и переодеться. Они позавтракали на скорую руку.       — Малыш, — сказал Чонгук. — Мне надо на работу, а ты обещай мне звонить как можно чаще. Хорошо?       — Да, Гуки, — ответил Тэхён.       Чонгук поцеловал Тэхёна, обняв за плечи.       — Ты сильный, я знаю, ты справишься, — тихо сказал Чонгук.       — Я буду стараться, — ответил Тэхён.Чонгук вышел из больницы, его сердце было не на месте, ведь врач сказал, что Тэхён будет испытывать сильную боль.       «Надо быстрее вернуться», — подумал Чонгук и сел в машину.       Тэхёна привезли в большой зал, где стояло множество спортивных станков: мячи, канаты, небольшой бассейн.       — Ну что ж, Тэхён, приступим, — сказал Инсон. Медбратья аккуратно положили Тэхёна на мат. Его спина напряглась, и позвоночник заскрипел, как несмазанная телега.      — Подними руки вверх и потянись за ними, — сказал Инсон.       Тэхён послушно занёс руки за голову, и в этот момент что-то щёлкнуло в позвоночнике. Тэхён закричал, боль пронзила его тело. Казалось, что его переехал каток.       — Нет, я не могу, я не могу так лежать, это больно!       Инсон будто не слышал.       — Продолжай, — спокойно сказал он. — И постарайся понять, где именно болит. И чувствуешь ли ты боль в ногах?       Тэхён снова завёл руки за голову, и снова боль… слёзы потекли по его лицу.       — Как больно! — сквозь слёзы выговорил Тэхён.       — Поверь, Тэхён, — отозвался Инсон. — Это ещё не больно. Где именно чувствуешь боль?       — Больно в пояснице, в ногах… — Тэхён замолчал, затем вскрикнул. — Я чувствую! Я их чувствую! — слёзы боли и радости смешались на его лице.       — Вот и хорошо, — ответил Инсон. — Теперь начнём.       Медбрат повернул Тэхёна на бок.       — Попробуй поднять ногу, — сказал Инсон.       Тэхён бросил на него немного раздражённый взгляд.       — Как? Как я это сделаю? Мне лежать так больно, а вы хотите...       — Я сказал, подними ногу, — спокойно перебил его доктор.       Тэхён попытался поднять ногу, но дикая боль и злость охватили его. Ноги, руки, поясница — всё болело. Казалось, что в его тело вонзаются ножи, прокручиваясь внутри, пытаясь причинить как можно больше боли. Наконец, после двадцати минут мучений, он смог приподнять правую ногу хотя бы на пару миллиметров. Адская боль пронзила его тело.       Его аккуратно положили на живот.       — Теперь вытяни руки вперёд и подними их вверх, — сказал Инсон.— Нет, я не буду, я не могу! — закричал Тэхён.       — Можешь, поверь, можешь, — ответил Инсон.       Тэхён поднял руки, и дыхание на мгновение прервалось...       … Чонгук сидел в кабинете, справа от него — Мин Юнги.       — Ну что ж, господин Чон, с этого момента я буду рядом с Ким Тэхёном очень часто. Но взамен обещаю, что кроме меня ни один журналист к нему не подойдёт.       — Я надеюсь на вашу честь, — ответил Чонгук. Звонок телефона прервал разговор. Чонгук увидел номер, и внутри похолодело.       — Да, доктор Инсон.       — Господин Чон, — послышался спокойный голос доктора. — Я бы рекомендовал вам приехать в центр. Тэхён потерял сознание во время процедур, будет лучше, если вы будете рядом, когда он придёт в себя.       Чонгук вскочил с кресла, на ходу набирая Намджуна.       — Нам, мне нужно в больницу, пожалуйста.       — Я понял, Гук, — ответил Намджун.       — Господин Чон, я с вами, — сказал Юнги. Чонгук не стал спорить. Они буквально выбежали из здания и сели в машину.       — Зачем вам это? — прервал молчание Юнги.       — Что это? — не понял вопроса, переспросил Чонгук.       — Почему вы так волнуетесь за этого парня? У вас огромная индустрия, несколько успешных групп, к-поп айдолов. Ваши модели — знаменитые амбассадоры таких фирм, как Гуччи, Тифани и так далее. А тут Ким Тэхён, который только начал набирать обороты. Его можно заменить, — закончил Юнги.       — Может, когда-нибудь вы поймёте, возможно, даже осудите, но Тэхён — самое лучшее, что было, есть и будет в моей жизни, — ответил Чонгук.       Он припарковал машину на то же место на стоянке, с которого уехал утром. Чонгук быстро побежал по коридору медцентра, его сердце, казалось, бежало впереди него, оно так сильно билось. Он так хотел успеть, до того как Тэхён придёт в себя.       Чонгук и Юнги ворвались в комнату. Тэхён всё ещё был без сознания, а медсестра, не отвлекаясь, мерила его давление.       — Что с ним? — спросил Чонгук.       — Тэхён потерял сознание от боли, — тихо ответила она. — Понимаете, это нормально. Он не первый, и, думаю, это не последний раз, когда такое происходит. Он силён духом, но слаб телом. Всё будет хорошо. — после этих слов медсестра вышла из комнаты.       Юнги сделал несколько кадров и что-то записал в блокнот. Он смотрел на Тэхёна, его нежные, хрупкие руки, тонкие пальцы, бледное худощавое лицо. Затем перевёл взгляд на Чонгука. Юнги заметил тревогу в глазах мужчины. Он видел, с какой нежностью Чонгук смотрит на Тэхёна, как поправляет одеяло, держит его за руку.       — Это правда, что вы назвались его мужем, чтобы приехать с ним в тот день в больницу на скорой?       — Да, — не задумываясь, ответил Чонгук.       — Вы понимаете, чем вам может это грозить? — снова спросил Юнги.       — Конечно, понимаю, ведь мы живём в Корее, где не приветствуют... — Чонгук подбирал слова.       — Гей-пары, — закончил за него Юнги.       — Да, — ответил Чонгук. — Вот даже вы смотрите на меня с отвращением, — начал Чонгук. — У меня к вам вопрос: а кто решил, что такая любовь неправильная? Кто решил, что её не должно быть? Если всевышний создал нас такими, значит, так надо. Значит, и наша любовь имеет право на существование!       Юнги слушал, не перебивая. Он молчал не потому, что ему нечего было сказать, а потому, что он впервые задумался, что, возможно, Чонгук прав.Он вычеркнул что-то в блокноте и закрыл его.       — Я приду завтра, во сколько начинаются процедуры? — спросил Юнги.       — В десять, — не отрывая взгляда от Тэхёна, ответил Чонгук.— Я буду, — коротко сказал Юнги и отвернулся.       Сколько ещё времени прошло, Чонгук не знал. Он пришёл в себя от стона Тэхёна.       — Тэ, малыш, ты так меня напугал, — тихо сказал Чонгук, его голос дрожал от беспокойства. Слёзы покатились по лицу Тэхёна.       — Мне больно, мне так больно, — прошептал Тэхён, всхлипывая.       — Сейчас, — быстро сказал Чонгук, нажав на кнопку вызова. Его сердце разрывалось от того, как Тэхён мучается. Чонгук чувствовал, как его тело наполняет желание забрать всю эту боль на себя, чтобы его нежный и хрупкий малыш не испытывал ни капли страха.       Медсестра вошла в комнату, держа в руках шприц.       — Я буду вводить препарат, — сообщила она, её голос был тихим и спокойным. — Это болезненно, будьте готовы. Но он действует быстро и долго.       Тэхён вздрогнул, будто предчувствуя боль. «Опять?» — мелькнула мысль в его голове.       — Тэ, милый, — Чонгук сжал его руку. — Сжимай мою руку, я рядом, я с тобой.       Тэхён послушно лёг на кровать. Игла вонзилась в его руку с пронзительной болью, как укус змеи. Тэхён сжался, закрывая глаза. Слёзы, не сдерживаемые больше, покатились по его лицу.       — Я ввожу препарат, — тихо сказала медсестра, её слова почти растворялись в воздухе.       Крик вырвался из груди Тэхёна, словно животное, и он сжал руку Чонгука с такой силой, что их костяшки побелели. Юнги, снимая процесс, не мог оставаться равнодушным. Даже он, тот самый саркастичный журналист, который привык не воспринимать чужую боль близко к сердцу, почувствовал, как его охватывает боль Тэхёна.       Он убрал камеру, не в силах продолжать.Тэхён ослабил хватку, его тело расслабилось и стало тяжёлым, как будто всё, что у него было, ушло с болью. Он больше не плакал, но голос звучал слабо и устало.       — Прости, Гуки, — едва прошептал Тэхён, поглаживая руку Чонгука, как если бы просил прощения за то, что причиняет боль.       — За что? — спросил Чонгук, с удивлением смотря на него.       — Тебе было больно, — ответил Тэхён, его голос был наполнен беспомощностью.       — Всё нормально, — мягко ответил Чонгук, не убирая руку, ощущая, как её теплотой он пытается передать всё своё спокойствие.       Юнги, стоя в углу и держа камеру, смотрел на них с удивлением. Он даже почувствовал странную зависть. В его голове мелькнула мысль, что даже его бывшая девушка не смотрела на него так, как эти двое смотрят друг на друга. Словно он был неважен, а всё, что происходило, было исключительно о них двоих. Сделав ещё пару снимков, он опустил фотоаппарат.       — Господин Чон, — тихо позвал он, его голос был почти шёпотом. — Давайте выйдем.       Чонгук поправил подушку под головой Тэхёна и, сделав глубокий вдох, последовал за Юнги в коридор. Тот уже ждал у двери, явно настроенный на серьёзный разговор.       — Слушаю, — произнёс Чонгук, когда они встретились взглядом.       Юнги поднял глаза, и их взгляды встретились.       — Я решил, что не буду приходить каждый день. И не буду упоминать о словах, которые вы сказали. Это ваша жизнь, и вы вправе решать, как её жить. Я лишь хочу рассказать о том, как трудно даётся известность и какие последствия она может нести.       Чонгук молча выслушал, в его глазах промелькнула благодарность за это понимание, но он не мог не почувствовать лёгкое беспокойство.       — Только обещайте мне одно, — сказал Юнги, глядя ему в глаза с серьёзностью.       — Слушаю, — ответил Чонгук, внутренне напрягаясь.       — Вы не оставите Тэхёна никогда.       Чонгук застыл на мгновение. Эта просьба ошарашила его. Он не ожидал, что кто-то будет так прямо говорить об этом.       — Я обещаю, — произнёс он, после чего их руки крепко сжались в рукопожатии.       — Я приду в понедельник, — добавил Юнги, в его голосе звучала твёрдость.       — Хорошо, — ответил Чонгук, возвращаясь к Тэхёну, но его голос стал мягче.       Тэхён спал, но его сон был тревожным, беспокойным. Чонгук сидел рядом, аккуратно перебирая документы, но его мысли были заняты только Тэхёном. Вдруг в дверь тихо постучали, и голова Исона появилась в проёме. Он кивнул Чонгуку, приглашая выйти.       — Господин Чон, — начал Инсон. — Я считаю, что вам нужно участвовать в процедурах Тэхёна. Понимаете, это только начало. Он будет ощущать вашу поддержку, и, возможно, повторяю, возможно, всё будет проходить намного легче и быстрее.       Чонгук кивнул:       — Я буду с ним.Чонгук вошёл в комнату, и Тэхён открыл глаза.       — Гуки, — позвал он. Чонгук сел рядом на кровать.       — Да, Тэ.       — Ты ушёл с работы из-за меня?       — Нет, Тэ, я ушёл к тебе. Потому что очень скучал, — ответил Чонгук.       Тэхён приподнялся на локтях, пытаясь сесть. Чонгук встал, чтобы помочь ему, но Тэхён резко остановил его.       — Нет, — сказал он. — Я должен сам. Не хочу, чтобы из-за меня ты потерял всё, чего так тяжело добивался. Я должен научиться быть самостоятельным. И не надо меня жалеть.       Он, наконец, сел. Чонгук не стал спорить — он понимал, что любое слово может привести к ссоре, а он этого не хотел.       — Давай поужинаем, — сказал он. — Хочешь чего-нибудь вкусненького? Мы можем заказать прямо сюда.       Тэхён немного повеселел.       — Я хочу морепродукты и…       — И клубнику, — перебил его Чонгук с улыбкой.       Тэхён улыбнулся:       — Да, — тихо сказал он.       Ужин прошёл в тишине. Чонгук смотрел, как Тэхён ест клубнику, облизывая пальцы. Он был готов наблюдать за этим всю жизнь.       — Я закончил, — с лёгкой улыбкой сказал Ким. — Я устал, хочу спать.       «Видно, хороший препарат», — подумал Чонгук.       — Ложись со мной, — с грустью в глазах, попросил Тэхён.       — Тэ, я боюсь сделать тебе больно, — положив ладонь на щёку Тэхёна, сказал брюнет.       — Мне без тебя будет больно, — ответил младший, пытаясь подвинуться и сделать место для Чонгука.       — Давай, мы вместе примем душ, а потом ляжем, — сказал мужчина, на что Тэхён кивнул головой.       Парень почти сразу уснул в объятиях Чонгука.       — Спи, мой медвежонок, завтра тяжелый день, — засыпая, сказал брюнет.       Солнышко проникало в окно, освещая утренними лучами комнату. Чонгук открыл глаза и встретился взглядом с медово-карими глазами Тэхёна.       — Ты храпишь, — с улыбкой заметил Тэхён.       — Я тебя разбудил? — осторожно спросил Чонгук.       — Нет, я сам проснулся. Солнце светило мне прямо в глаза.       — Хочешь, я задёрну занавес? — поднявшись, предложил старший.       — Нет, не вставай, ложись, пожалуйста, давай ещё немного полежим.       Парень уткнулся носом в грудь Чонгука.       — Ты так вкусно пахнешь, — Ким провёл щекой по груди мужчины, а Чонгук на такое действие напрягся.       — Малыш, остановись.       — Тебе не нравится со мной лежать? — Тэхён надул губы, хмуря брови.       — Мне очень нравится Тэ, но, понимаешь, — он глазами указал на возбуждение, которое приподняло одеяло.       Тэхён хихикнул:       — Ладно, не буду.       Чонгук поднялся с кровати, пересадил Тэхёна в кресло, и они дружно пошли умываться.       Завтрак прошёл весело, они смеялись, рассказывая смешные истории. Чонгук посмотрел на Тэхёна.       — Тэ, нам надо идти на терапию.       Тэхён замер, улыбка слетела с лица. Он вцепился в ручки кресла.       — Милый, я буду рядом, я не уйду, — тихо сказал Чон. — Мы пройдём это вместе.       Чонгук привёз Тэхёна в уже ненавистный ему зал. Инсон уже ждал их.       — Сегодня занятия в воде, ваша задача — слушать и расслабляться. Это называется гидротерапия.       Ким смотрел на бассейн и даже повеселел. Он любил воду.       Инсон надел на Тэхёна жилет.       — Несите его в бассейн, — сказал Инсон.       Чонгук поднял свою драгоценную ношу и пошёл к воде.       — А помнишь? — вдруг сказал Тэхён.       — Ты же спал, — ответил Чонгук, понимая, о чём вспомнил его парень.       Тэхён улыбнулся.       — Ах, ты, — Чон прижал его к себе.       Этот диалог понятен лишь им.       Тэхёна положили на воду. Инсон твёрдыми движениями массировал ноги Тэхёна.       — Тебе нравится? — спросил Инсон.       — Да, — тихо, немного смущаясь, ответил Тэхён.       — Я рад, — улыбнулся Инсон. — А теперь приготовься, сейчас будет очень больно.       Чонгук взял Тэхёна за руку.       — Смотри на меня, вспомни, как мы гуляли, — сказал он.       Он не успел договорить, как раздался разрывающий душу крик. Сердце Чонгука обливалось кровью, когда он слышал, как раз за разом Тэхён вскрикивал, когда Инсон нажимал на точки на его ногах и спине. Несмотря на то, что вода была довольно тёплой, руки Тэхёна похолодели, зубы стучали друг о друга. Было видно, что он дрожит. Чонгук пытался его согреть, видя, как поток слёз снова хлынул из глаз Тэхёна.       — Спаси, — шептал Тэхён.       На глаза Чонгука навернулись слёзы.       — Доктор, — еле сдерживая себя, сказал он, — ещё долго?       Инсон посмотрел на часы.       — Десять минут.       Чонгук поцеловал Тэхёна, наплевав на то, что они не одни.       — Ещё немного, малыш, ещё чуть-чуть.       Инсон согнул ноги Тэхёна в коленях, затем выпрямил их.       — Сделай это сам, — сказал он Тэхёну.       — Я не могу, — выдыхая из себя слова, ответил Тэхён.       — Можешь, — спокойно сказал Инсон.       Закусив нижнюю губу, Тэхён с большим усилием подтянул ноги.       — Да, Тэ, да, ты молодец, — закричал Чонгук. — У тебя получилось!       Тэхён почувствовал солоноватый вкус во рту. Он прокусил губу, даже не заметив этого.       Инсон сделал успокаивающий массаж и вышел из воды.       — Вы можете ещё немного здесь побыть, — сказал он.       Чонгук вопросительно посмотрел на Тэхёна. Тэхён молчал, и только слёзы катились по его лицу.       — Тэ, если ты не хочешь, мы уйдём, — сказал Чонгук.       — Нет, давай ещё побудем.