Предзакатные сумерки

Просто чувствуй:

Ты моя любовь, ты мое искусство...

Весь город, который когда-то был достопримечательностью Америки и самым ее центром, погрузился в мрачную атмосферу осенних дождей. Именно в этот период времени всем становится так печально, уныло и одиноко. Нескончаемые дожди, проливающие свою воду, нагоняют тоску. Мокрые, уже пожелтевшие листья, которые при взаимодействии с водой приобрели грязный оттенок, неспешно опадают на грязный мокрый асфальт и издают постоянный шелест, гонимые холодным ветром. Ходячие на Манхэттене были гораздо активнее, чем где-либо, и найти место, где тихо и спокойно было сложно. Мир погрузился во мрак осени, ведь и без того темное небо затянулось нескончаемыми серыми тучами, которые то и дело гнал холодный осенний ветер. Остановившись на ночь на какой-то заброшенной фабрике на окраине города, Ниган и Мэгги делали свои рутинные дела почти до самого вечера. Различить когда уже темнело из-за наступления ночи было сложно, ведь даже по утрам все вокруг было мрачным и похожим на предзакатные сумерки. Пара уже давно путешествует вместе. Кто же знал, что именно так сложатся обстоятельства. Ниган - самый злейший враг Мэгги. И именно он сейчас почти все сутки напролет находится рядом и мазолит глаза девушке. Мэгги смотрит на него и не знает, что чувствует. Она должна ненавидеть его и не желать больше видеть, но она ненавидит его лишь за то, что она чувствует к нему. Он совсем не заслуживает никаких чувств, кроме негативных, ведь он - ужасный человек, но разве Мэгги не такая? Он - само зло во плоти, но чем же она отличается от него? Она убивала. Она убивает. Жестоко и без сожаления. Она смотрит в его глаза и видит отражение себя и своих поступков. Она смотрит на него и чувствует его душу, которая сродни ей самой. Его глаза, как черная дыра, которая засасывает ее все глубже в свои пороки и грехи. Еще хотя бы несколько дней, проведенных рядом с ним, и Мэгги потонет в пучине под названием Ниган. Ниган чистил свой пистолет, когда обнаружил, что Мэгги нету в досягаемости его зрения. Столы в помещении, в котором пара остановилась, были хаотично расставлены по комнате, которую освещала одинокая тусклая лампочка, изредка мигающая и явно готовая погаснуть прямо сейчас, и камин. На подоконниках под старыми окнами было много пыли, и старая известь сыпалась на потертый паркет. Некоторые внутренние стекла были разбиты, а осколки валялись и хрустели под ногами, но в помещении, на удивление, было достаточно тепло, ведь в камине были еще тлеющие дрова, принесенные Ниганом. Крупные капли дождя бились об стекла, тут же стекая мокрыми дорожками и размывая картинку улицы. Ниган поднялся со стула и выглянул в, покрытое разводами, окно. Он увидел Мэгги, сидящую на вымокшей деревянной лавочке перед домом. Фабрика находилась на тихой улочке в глубоком переулке, где были только старые темно-зеленые трехэтажные дома. В одном из таких, на первом этаже, она и располагалась. Ниган дернул скрипучую дверь и вышел на улицу, тут же ощущая холод капель дождя из-за неимения домом крыши. Мэгги не отреагировала, а лишь поежилась от холода и зябкости воздуха. - Мэгги? - позвал Ниган. Она не ответила. Ниган подошел ближе, садясь рядом на промокшую скамейку. Холодные дождевые капли стекают по ее оголенным рукам, быстро падая на мокрый асфальт, поддерживая его мрачный оттенок. Он знает ее давно, но лишь малую ее часть. Он знает какая она в гневе, злости и отчаянии, но он никогда не видел ее счастливой. Ему хотелось искупить свою вину, ведь он изменился. Он жалел, что причинил ей столько боли, ведь Мэгги - единственный человек, в этом подобии оставшегося мира, ради которого Ниган бы отдал все что угодно. Даже свою жизнь. - Мэгги, ты в порядке? - переспросил мужчина. Ниган попытался взглянуть в ее глаза, но у него не получилось, так как Мэгги отвернула голову, чтобы не пересекаться с ним взглядом. Ее промокшая одежда липнет к телу, очерчивая ее тонкую талию и хрупкие плечи, также как влажные пряди ее волос прилипают к лицу, делая ее еще более настоящей и реальной в этот момент. Ниган касается ее холодной мокрой руки, чтобы она повернулась, и она поворачивается, устремляя на него свой взгляд. Они часто смотрят друг другу в глаза и ловят на себе ответные взгляды, но каждый раз они будто смотрят друг на друга впервые. Мокрые то ли от дождя, то ли от слез ресницы, дрожат под тяжелыми каплями с неба, заставляя мужчину приложить чуть больше усилий, чтобы вглядеться в ее глаза. Мэгги смотрит на его руку, которая аккуратно сжимает ее собственную, обдавая все ее тело теплом. - Я хочу убить тебя уже очень давно - сказала Мэгги, на удивление спокойным тоном. Ниган кивает, и на его лице появляется небольшая ухмылка: - Я знаю. - Но знаешь почему я этого еще не сделала? - Почему? - с неподдельным интересом уточнил Ниган. - Я не могу - ответила Мэгги, пожимая плечами - Нож падает у меня из рук, когда я думаю об этом. Я ненавижу тебя, но никогда и никому не позволю тебе навредить, в том числе и себе. Ты - мой враг, но мне хорошо, когда я нахожусь рядом с тобой. Я чувствую себя защищенно, хотя знаю, что ты можешь убить меня прямо сейчас и искренне желаешь этого. И мне сложно это признавать, но мы похожи, и я тоже плохой человек. Долгая пауза накрыла все вокруг. Мэгги освобождает руку из "плена" его руки и поднимается с лавочки, собираясь скрыться, двигаясь в сторону двери в дом. - Подожди, Мэгги - говорит Ниган, поднимаясь следом и цепляясь пальцами за ее холодное запястье. Мэгги выдыхает, разворачиваясь лицом и оказываясь в нескольких сантиметрах от него. Ниган притягивает ее к себе за талию, не желая больше отпускать никогда. Он заключает ее в крепкие объятия. - Пусти меня - говорит Мэгги, пытаясь оттолкнуть мужчину. Ниган лишь прижимает ее ближе, чувствуя, как она расслабляется в его руках, все же поддаваясь. Ее тело содрогается от холода и тихих рыданий, которые она так отчаянно сдерживала так давно. - Тише, Мэгги - шепчет Ниган - Все хорошо. Мэгги утыкается носом в его плечо, ощущая мокрую ткань его рубашки. Они стоят под проливным дождем, не замечая ничего вокруг. Шум дождя и шелест листьев сливается со всхлипами девушки. Немного успокоившись, Мэгги отстраняется от Нигана, глядя в его глаза. Он слегка улыбается, вглядываясь в черты ее лица. Она обнимает его за шею, приподнимаясь на носочки, чтобы дотянуться до его губ. Мэгги останавливается в сантиметре от его лица, все же сомневаясь в своих действиях. Они настолько близко друг к другу, что Ниган ощущает биение ее сердца и слышит прерывистое дыхание. Близость к своему врагу опьяняет Мэгги, стирая остатки здравого смысла и морали. Ниган касается ее губ своими, разрывая зрительный контакт. Он вовлекает ее в глубокий, как оказалось, долгожданный поцелуй, который затмевает все происходящее вокруг в этом давно заброшенном и отрезанном в внешнего мира городе. Холод и дрожь в теле отступают, когда Ниган приподнимает Мэгги за бедра, заставляя ее обхватить своими ногами его торс. Мэгги слегка кусает его губы в знак минимального протеста и не согласия с происходящим, а Ниган лишь сильнее обнимает ее, крепкими руками обхватывая ее спину и талию. Он разворачивается и прижимает ее к мокрой и холодной стене мрачно-зеленого кирпичного дома, не давая ни единого пути отхода. Он прижимает ее и ближе к себе, стараясь удержать ее в своих руках и не упустить, как птичку, которая сейчас почему-то не вырывается и не пытается улететь, а лишь отвечает на его поцелуи. Она ощущает тепло его сильного тела. Ноги в момент ослабевают, и Мэгги рада, что он подхватил ее на руки. Впервые за долгое время она ощущает себя полностью защищенной, хоть и находясь в объятиях своего самого любимого ненавистного человека. Разумом она понимает, что нужно отстранится прямо сейчас, ударить его по рукам, которые проникают по ее футболку и неуверено, но чувственно гладят ее поясницу. Нужно дать ему звонкую пощечину, хотя она скорее будет адресована ей самой, ведь никто не толкал ее к нему. Она по своей воле оказалась в его объятиях, и даже самое сильное желание отстраниться сейчас не преодолеет еще более сильного желания чувствовать его прикосновения и поцелуи вновь и вновь. Ниган отстраняется от ее влажных от поцелуев губ, глядя в глаза Мэгги. Он ждет от нее чего угодно, но только не того, что все это безумие будет иметь продолжение. Он готов к ее удару, крикам о том, что он просто тупой идиот, который подумал, что между ними может хоть что-то быть, но он замечает лишь такой же растерянный взгляд, как и у него самого. - Ты как? - спрашивает Ниган без тени усмешки. - Молчи - тихо выдыхает Мэгги, вновь касаясь его губ своими. Ниган не верит, что именно Мэгги целует его сейчас. Что именно ее он сейчас прижимает к стене старого дома на Манхэттене, находясь буквально в мертвом городе, где, кажется, выжили только они одни, и ни на милю вокруг нет никого и ничего. Их поцелуи становятся все жарче, и между ними разгорается пламя страсти, затмевая холод и сырость от непрекращающегося дождя. Ниган спускается поцелуями ниже на шею девушки, опаляя ее кожу жарким дыханием и пуская по ее телу волны мурашек из-за удовольствия и контраста температур. Мэгги тихо выдыхает, выгибаясь и подставляя шею под его ласки. Его поцелуи оставляют влажные следы и красные отметины на ее бледной нежной коже, лишь доказывая, что все это реально. Они реальны. - Пошли в дом, тебе холодно - шепчет Ниган, отрывая ее от холодной стены и занося ее в дом, не выпуская из крепкой хватки рук. Она лишь кивает и сильнее обхватывает ногами его торс, ощущая, как что-то твердое упирается ей во внутреннюю сторону бедра. Ниган аккуратно опрокидывает ее на гладкую поверхность стола и продолжает целовать ее шею, склоняясь над ее хрупким телом. Мэгги лишь тихо вздыхает, запрокидывая голову и поглаживая его по голове. Она сжимает в, дрожащих от холода, руках его намокшую рубашку, притягивая его ближе к себе. Она расстегивает пуговицы. Мокрая тряпка почти не поддается ей, но Мэгги все же справляется с надоедливым элементом одежды. Ниган снимает с себя рубашку, и ее пальцы касаются его разгоряченной кожи. Ниган помогает Мэгги снять, холодящую кожу, футболку и расстегивает ее черный бюстгальтер, который тоже вымок насквозь, оголяя округлую аккуратную грудь. Он расстегивает черный широкий ремень и стягивает с нее темные джинсы, сжимая руками ее бедра. Ниган покрывает поцелуями ее ключицы и плечи, опускаясь на низ живота и стягивая с нее последнюю часть одежды, нижнее белье, которое на ней оставалось. За бедра он придвигает ее ближе к себе, расстегивая ширинку своих джинс. - Ты уверена, что хочешь этого? - спрашивает Ниган, глядя в глаза Мэгги. Если она скажет остановиться прямо сейчас - он остановится, потому что желание этой девушки для него давно стало законом. Мэгги медлит с ответом, будто уговаривая себя передумать, пусть даже уже слишком поздно. - Да - уверенно кивает Мэгги. Она дает волю чувствам. Она, наконец, признается самой себе, что влюблена в него. Влюблена в своего единственного и самого злейшего врага. Возможно на утро она пожалеет, но сейчас она уверена в своих чувствах, уверена в своем желании. Она хочет почувствовать его внутри. Она смотрит ему в глаза, когда он медленно входит в нее. Его зрачки расширены, и Ниган смотрит на Мэгги, на ее такие знакомые и любимые черты лица. Даже при приглушенном освещении он видит, что теперь она смотрит на него иначе. Искренне. Он любит эту девушку. Ему катастрофически ее не хватает. Он готов проводить с ней каждую минуту своей жизни, готов защищать ее от всего, готов оберегать и любить. Его плавные движения сводят с ума и заставляют Мэгги прикрыть глаза и полностью отдаться своим ощущениям. Мэгги окончательно расслабляется в его руках, чувствуя как его губы вновь касаются ее плеч и груди. Дождь колотит в стекла, но ни он, ни что-либо еще сейчас не имеет значения. Для Мэгги важны лишь нежные поцелуи, прикосновения и жар его тела. Ниган ускоряет движения, заставляя Мэгги издавать тихие стоны. Она вместе с самым ненавистным и одновременно любимым ей человеком, с самым своим злостным врагом находится в "одной постели", трахается с ним, издавая стоны удовольствия от его прикосновений. И это ей нравится. Она желала этого очень давно, но всячески отрицала существование каких-либо чувств к нему, кроме злости и ненависти. Но почему ее так тянет к нему? Почему она хочет быть с ним? Хочет трахаться с ним каждый вечер где бы они не находились. Приближаясь к разрядке, она выдыхает и лишь тихо шепчет: - Как же я тебя, блять, ненавижу. - Я тебя тоже - ухмыляясь в ответ, шепчет Ниган. Он понимает о чем речь. Он чувствует это. Понимает ее без слов. Всегда. Ему не нужны эти банальные три слова "я тебя люблю", потому что в них не уместятся все чувства которые они испытывают друг к другу. Он любит ее не за красивое личико, стройное тело или зеленые глаза, хотя за глаза точно - да, а за искренность, упертость и внутреннюю силу. Любит ее за недостатки, получив достоинства как приятный бонус. Кончая, Мэгги шепчет его имя, которое из ее уст звучит так редко. Он кончает следом, больше не в силах сдерживаться, из-за ее жаркого шепота. Ее прерывистое дыхание ему в плечо стоит всего этого гребанного мира, который уже никогда не будет прежним. Ниган приподнимается, чтобы дать Мэгги больше воздуха. Он подтягивает свои штаны, застегивая кожаный ремень. - Я бы никогда не тронул тебя - резюмирует мужчина, возвращаясь к их незаконченному разговору. Эти слова звучат так искренне. Мэгги коротко кивает: - Я знаю - тихо говорит она - Просто хотела услышать это от тебя. Ниган протягивает ей руку. Мэгги касается его теплой ладони, и тогда он тянет ее на себя, вовлекая в нежный и отчаянный поцелуй, в который они оба вкладывают свои истинные чувства друг к другу. Мэгги отстраняется, отводя взгляд в сторону от накопившегося смущения. - Ну что идем спать? - спрашивает Ниган, касаясь ее темных волос. - Уж не расчитываешь ли ты, что будешь спать со мной в одной постели? - наигранно недовольно переспрашивает Мэгги. - Расчитываю, ведь ты замерзла и кто-то должен тебя согреть - с улыбкой добавляет Ниган, поднося тыльную сторону ладони девушки к своим губам и оставляя на ней почти что невесомый поцелуй. Ниган смог различить едва заметную улыбку на ее, припухших от поцелуев, губах. Именно сейчас, в мимолетном и едва уловимом взгляде ее глаз, он увидел отражение счастья.