Кровать

Закат. Два парня сидят на открытой площадке и смотрят на позолотевшие от солнечного света горы. Вокруг сплошная тишина, они находятся в захолустной деревушке далеко от города. Сынхо привëз сюда раненного Гичхоля, еле затащил на второй этаж, обработал раны и дал отоспаться. Сейчас же его босс в порядке не считая ещё не заживших ссадин. Они сидят молча, да слова и не нужны, оба понимают, что их банда в не очень, мягко говоря, положении. Но сейчас такой хороший момент, все неприятности будто отгорожены этим закатом и тишиной. - Как ты? - подаëт голос Сынхо. Он действительно волнуется за босса его голос слегка надламывается и лицо выражает лëгкое беспокойство. - А, я? - парень отрывается от мыслей и смотрит на собеседника. Допивает рюмку соджу и отворачивается в сторону заката. - Да я то в порядке, я всегда в порядке. - снова поворачивается к Сынхо и улыбается уголками губ. Парни открывают следущую бутылку соджу и продолжают пить слушая тишину и изредка пиликанье птиц. *** К концу вечера на столе стоит с десяток пустых бутылок. Это были действительно тяжёлые дни, напряжения накопилось достаточно, а алкоголь, кто бы что не говорил, отличное средство для облегчения этого самого напряжения. Парни довольно-таки пьяны. На улице темно, красивый закат угас, виднеются лишь редкие звëзды да края тëмных гор. - Кажется.....нам стоит поспать.... - не очень внятно произносит Сынхо и пьяно косится на парня, который уже кажется заснул, прилëг на стол на котором они сидят и сладко посапывает. - Эй.. спишь..? - он осторожно касается плеча приятеля и проводит пальцами вниз по руке. Гичхоль вздрагивает от неожиданно от прикосновения и резко подрывается, суя руку в пиджак в поисках пистолета. - Эй эй, расслабся это всего лишь я. - Напугал до чëртиков, говнюк. - парень неровно дышит, пытается успокоить участившее сердцебиение. - Че ты там хотел? - Спать, говорю, пошли. - А это... да пора бы уже.. *** Два в стельку пьяных молодых человека кое-как ковыляют в обнимку до двери, еле-еле открывают её и вваливаются в небольшую комнатушку с одним окном. Гичхоль висит на Сынхо, тот подтаскивает его к, довольно большой для одного, кровати и помогает сесть. Сам же парень остаëтся стоять даже нетрезвым понимая простую истину - кровать одна. Самый глупый троп настиг и этих двоих, ну чтож такое. - Слушай, босс, тут такое дело... - Сынхо мнëтся, как старшеклассница в первый раз(прямой спойлер зритель встаëт выходит). - .. так вот, кровать этово ну кажется одна. Повисает напряжённая тишина, совершенно не та приятная в которой они просидели несколько часов, а такая гнетущая и вязкая. - Я.. я схожу поищу... возможно в доме есть ещё матрас. - А да.. сходи.. - Гичхолю уже всё равно, он так устал, столько выпил, что уснул бы даже на асфальте возле трассы. *** Сынхо обходит весь дом. Пьяный в темноте(кто-то не уплатил за электричество, угадайте кто) он рыскает по всем углам в поисках злосчастного матраса. И..... ничего. Дом достаточно большой, а такой вещицы как матрас в нëм не обнаруживается. Он в непонятных чувствах плетëтся назад в спальню и застаëт живописнейшую картину. Посреди комнаты рядом с кроватью стоит Гичхоль и медленно снимает с плеч заляпанную кровью рубашку. Лунный свет сочится из окна и обволакивает красивое мускулистое тело, прорисовывая тëмные тени в недоступных местах. Как назло рубашку парень снимает очень медленно, то ли от усталости, то ли зная, что за ним наблюдают. Вдруг он резко разворачивается и смотрит на застывшего с приоткрытым ртом Сынхо. Тот был пойман с поличным, он нелепо закрывает и открывает рот в поисках, что бы сказать и выдаëт очевидное: - Матраса нет. Парни снова пребывают в гнетущей тишине, слишком часто уж она образовывается между ними. Смотрят друг другу в глаза понимая ироничность всей ситуации - два взрослых, совершенно точно гетеросексуальных пьяных мужика будут вынуждены, разделить одну койку. На это раз тишину прерывает Гичхоль. - Слушай, мне всё равно, давай уже просто ляжем, довольно поздно и я устал. - его речь слишком ровная для человека который выпил такое количество алкоголя. Но тут Сынхо полностью "за", он тоже с ног валится и давно хотел бы вытянуться как следует. Босс всё же снимает злосчастную рубашку, кидает на стул, снимает штаны и остаëтся в одних боксëрах, цвет которых Сынхо(он не пялится честно) не может различить даже в свете луны. Сам же парень снимает обувь с носками и вдруг ему становится слишком неловко раздеваться перед боссом, что он садится на кровать в одежде, уже плянируя прилечь, как его окликает Гичхоль: - А ты че, раздеться не планируешь? Помнëшь ещё всë, а нам завтра сразу по делам надо бы. - он смотрит в лицо собеседника и растягивается в зубастой улыбке осознавая проблему. - Так ты стесняяяяешься. - тянет он и усмехается. - Не думаю что я там чего-то не видел, ну только если у тебя нет третьего соска. - Да нет у меня третьего соска, блять. - и решив это доказать пьяный Сынхо растëгивает рубашку демонстрируя грудь. - Убедился? - с вызовом произносит он. Гичхоль лишь заливается смехом, всё так же стоя в труселях под лунным светом. Какой же его подчинëнный вспыльчивый даже в таких нелепых мелочах. Почему-то это мысль такая тëплая, что Гичхоль позволяет себе подумать её подольше. За это время Сынхо успевает снять рубашку штаны, швырнуть их на стул и залезть под одеяло. Гичхоль тоже залазит в тепло и тут оба осознают масштабы ситуации. Кровать то большая, но увы два накачанных мужика на неё влазят очень плоха. Они лежат плотно прижавшись друг к другу и боясь вздохнуть от всей этой нелепицы. - Да уж, - выдаëт Сынхо, - ещё и одеяло одно на двоих, эта ночь будет незабываемой. - Да че ты бубнишь, закрой уже варежку. Подчинëнный фыркает и пытается отвернуться, но стягивает со своего босса всё одеяло, чем второй явно очень недоволен. - Это ещё что, а ну давай делись, я не собираюсь в холодрыге спать. - тянет на себя одеяло, заодно случайно притягивая и Сынхо ближе. Оба чувствуют это напряжение, оба чувствуют тепло тела другого. - Кван Сынхо.. - зовёт по имени, значит что-то серьëзное. - Да.. - Ты сам то как? Спасая меня ты врезался в машину на полном ходу, ты не поранился? - А я, да нет, всё в порядке, руки ноги целы. - он улыбается и лунный свет подсвечивает тонкие губы. - Ты красивый. - вдруг спонтанно выдаëт босс, и Сынхо кажется, что ему послышалось. - .. что..? - парень замечает, как дыхание стало прерывистым. - Что вы сейчас сказали? - Всего лишь констатировал факт - ты красивый. - снова улыбается какой-то загадочной улыбкой. И тут башню сносит обоим. Парни впиваются друг другу в губы с такой силой, что бьются зубами, но обоим плевать, теперь место есть только страсти. В головах пустота, все мысли разом выветрились и слышно только биение пульса в висках. Поцелуи глубоки и быстрые, с языком. Гичхоль целуется по-звериному, кусается, оттягивает губу, а Сынхо и не против. Парень издаëт лишь тихое шипение время от времени и углубляет поцелуй. Сейчас совершенно неважно как там госпожа Ли или Ыйчон. Неважны конфликты банд, проблемы с поставками и сотрудничество. Есть только два пьяных тела, целующихся как в последний раз. Сынхо изворачивается и седлает Гичхоля верхом не разрывая поцелуев. Немного ëрзает и ощущает чужой стояк, "так быстро?". Парень берëт инициативу в свои руки, разрывает поцелуй, смотрит на похотливый взгляд Гичхоля, подозревая что его взгляд такой же, если не хуже. Глаза в глаза, дыхание одним воздухом и всё это в пьяном угаре, вспомнит ли кто-то эту ночь, хотят ли они её вспомнить. Передохнув (или передОхнув) он прильнув к скуле начинает покрывать её горячими поцелуями, спускается ниже к шее, и, не удержавшись, размашисто проводит языком, вызывая у босса гортанный стон. Сынхо понимает что он на верном пути, спускается ещё ниже лижет тонкую изящную ключицу. Далее покрывает влажными поцелуями грудь и, о нет, добирается до сосков. Пьяному Гичхолю хватает уже и этого, он бы кончил прямо сейчас, но сладкая пытка продолжается. Возможно сказывается постоянный стресс и длительное отсутствие дрочки, либо же бонально - недотрах, но Гичхоль держится из последних сил, чтобы не заскулить, как маленькая сучка. Сынхо облизывает вставший сосок, второй трëт пальцами и слышит стон ласкающий уши. Берёт сосок в рот и ласкает языком, посасывает, слегка прикусывает. И снова стон, на этот раз ещё громче. Вдруг парень резко прекращает ласки и поднимает голову, он смотрит сверху вниз на раскинувшегося на подушка Гичхоля и о как же прекрасен этот вид. Взъерошенные чёрные волосы разметались по подушке и прилипли к влажному лбу, на щеках проступила краска, глаза темнее некуда и алые-алые губы приоткрытые в попытках отдышаться. Босс поднимает руку, кладëт на бедро и нарошно медленно проводит ей до линии трусов. Смотрит в глаза напротив, выжидает реакции. - Хочешь меня? Казалось бы такой простой вопрос, и ответ в данной ситуации вполне очевидный, но Сынхо не может вытащить из себя ни слова. Он сидит верхом на невероятно сексуальном мужике у которого стояк, да у него самого стояк, у обоих зацелованные губы, что тут думать, ответ кричит сам за себя. Но сказать это вслух - значит признать поражение. Значит признать, что он попал в путы очарования и харизмы блядского мафиозного босса, что потерял полицейскую стойкость и выдержку, сдался под натиском бандитского очарования. Такое ему не простит ни жена, ни вся его секретная группа. Но никто ведь не узнает, верно? Парень нервно сглатывает и кивает. Он надеется на то что Гичхоль сжалится, но натыкается на похотливое: - Скажи это. "Чëрт возьми да он издевается!" - А ты сам не видишь судя по обстоятельствам? - Я. Хочу. Чтобы. Ты. Сказал. Это. Вслух. - чеканит каждое слово и в конце мило невинно улыбается. Гичхоль надется, что парень попросит, что переступит через свою гордость, да он уже попросту не может ждать. Вот он лежит перед Сынхо весь разгорячëнный, почти голый и просит активного, сука, согласия. Даже у гангстеров нынче есть манеры. Хоть бы этот паршивец сдался да положил на свои принципы и попросту дал бы уже. И Сынхо кладëт, такой болт он не клал ещё ни на что в этой жизни. - Да. Хочу. Босс усмехается. Вот он, момент перелома, наконец парень полностью в его власти. Теперь они партнёры во всех смыслах этого слова. И вот они снова впиваются друг в друга жарким поцелуем. Гичхоль перемещает руку на ягодицу и крепко сжимает выбивая долгожданный стон. Языки сплетаются, руки блуждают по возбужденным телам. Сынхо двигает бëдрами, трëтся о пах босса. В комнате прохладно от вечернего ветерка, дующего сквозь открытую дверь, но между парнями жара, как в котельне. Тела двигаются хаотично, стараясь коснуться больше, прижаться ближе. Это не занятие любовью, не перепихон на одну ночь, это нечто большее. Между парнями есть неведомая другим связь, она настолько тонкая, но настолько очевидная, что другие попросту не могли бы её не заметить. Взгляды украдкой и глаза в глаза, лëгкие касания и сильно сжатие плечь, коленей - все это видят и все молчат. Как молчат и сами герои сего непристойнешего мероприятия. Гичхоль больше не сдерживается и стонет от каждого движения, а они даже не дошли до самой собственно близости. Сынхо рывком стягивает трусы с него, а затем и с себя, швыряет куда-то в угол комнаты. Члены парней соприкасаются и оба выдают протяжный стон, сливающийся в один общий, Сынхо плюëт в ладонь, обхватывает их и начинает медленно водить рукой вверх-вниз, стараясь не сорваться сразу же на бешенный темп. Двигает рукой уверенно, как-будто не впервой дрочить своему мафиозному боссу. На самом деле парень ни разу не был с мужчинами, да и партнёров у него раз-два, ах нет, только раз. Его единственный партнёр - его жена. Познакомились в академии, сдружились, влюбились, переспали, поженились и всё, никаких интриг, расследований и экшена. А всего этого ой как не хватало Сынхо, да, ему нравились стабильность и спокойствие в отношениях с ней, но после общения с непредсказуемым Гичхолем, он бы нераздумывая переметнулся на сторону зла, так сказать. Кван Сынхо всегда был бойким, дерзким, всегда рвался в бой и проявлял инициативу, а Гичхоль лишь разглядел его потенциал и дал простор для действий. И даже сейчас парень брал всё в свои руки(буквально) и делал так, как он хочет. Трущиеся члены, резкие движения рукой, соприкосновение сосков, рваные поцелуи, попытки хватить воздуха в перерывах между стонами. О да, обоим этого не хватало, ой как давно. Вдруг Сынхо резко останавливается, смотрит в глаза Гичхоля и видит чуть ли не адское пламя: - Продолжил. Быстро! - командует, ну хоть что-то в этих взаимоотношениях стабильно. - П.. подожди, я..эх.. ээ хочу эм по-другому.. - Это как ещё? - только что он стонал и скулил, а сейчас голос твёрдый словно камень. - Нууу эм.. - Сынхо снова мнëтся, он не привык говорить о таком и прямо высказывать свои желания. - Так и скажи, что хочешь поиметь меня в зад. - чертов ублюдок, всё он превратит в разврат с соусом из похоти. - Да.. да И Сынхо застывает, теперь он действительно не знает, что, куда и как. Нет, в теории он конечно представляет, не совсем дурак, но прямо здесь и сейчас продемонстрировать навыки и не ударить в грязь лицом, нет уж увольте. Он снова смотрит на босса, надеясь найти поддержку в его глазах и находит, пламя поугасло и теперь виднеется только лишь понимание. Гичхоль улыбается уголком губ, проводит рукой по волосам, шее, груди и останавливается в опасной близости от члена. - Не переживай, я всё объясню. Сынхо немного расслабляется, думает, что можно было бы глотнуть ещё соджу для уверенности, но такого варианта увы нет. Сползает с бëдер парня, пристраивается между ног, а Гичхоль, паскуда, так развратно их раздвигает, прогибается в спине и стреляет пошлым взглядом. Тяжело. Ой как тяжело. - Теперь возми свои пальцы и растяни меня. - спасибо за пошаговую инструкцию бро, реально то что надо. Сынхо снова мнëтся, краснеет, что видно в свете луны. Гичхоль находит всё это довольно забавным и милым. Обычно его парнеры всегда мастера своего дела, а тут неуверенный, в каждом своём действии, парниша пытается сделать ему приятно, ну как тут не поплыть. Босс берёт руку Сынхо, перебирает длинные изящные пальцы, подносит к своему рту и так по-блядски суëт их себе в рот. Глаза парня лезут на лоб от такого действия, язык Гичхоля ласкает пальцы и наконец он выпускает руку изо рта. - Вот теперь можешь приступать. - милая улыбочка снова появляется на губах. - Начинай с одного, затем добавляй, я скажу, если будет больно. Сынхо подставляет палец к отверсию, и медленно вводит. Внутри тепло и узко, это так приятно и чертовски заводит. Он добавляет второй палец, Гичхоль выгибается в спине и шипит. Парень продолжает движения взад-вперёд и наконец попадает по простате, из Гичхоля вырывается протяжный стон и он прикрывает глаза. Сынхо добавляет третий палец, как же узко, как же хочется большего. Растягивает ещё пару минут, наслаждаясь прерывистыми стонами, и вынимает пальцы. Как же неловко после такого смотреть глаза в глаза, но он смотрит и в них читается неуверенность. - Теперь можешь войти. Как же просто Гичхоль говорит обо всех этих вещах, Сынхо и слава вымолвить не может на такую тему, но ему очень и очень хочется, он весь горит. Парень подставляет член к отверстию и аккуратно вводит во внутрь. Ох, это реально невероятно узко, как же хорошо и крышесносно. Его захлëстывают ощущения и он начинает резко двигаться с каждым толчком ускоряя темп, хочется сильнее, хочется больше и глубже. Хочется слиться в единое целое и никогда не разрывать контакт. Сынхо поднимает голову и видит, как босс закатывает глаза. И вот парень попадает по нужной точке. Как же развратно и пошло Гичхоль стонет, так и не подумаешь, что он суровый мафиозный босс, скорее шлюшка из дешманского клуба которую сняли на ночь. Сынхо прижимается ближе, член Гичхоля трётся между их животами, распаляя обоих ещё сильнее. Тут парень осмелевает и тянет руку к соску босса, ласкает сруговыми движениями, сжимает пальцами, а затем кусает. - Оох... ч-что это былооо охх... - Гичхолю больно, но какая же сладкая эта боль, ему хочется повторить. - Сделай так ещё раз. И Сынхо исполняет просьбу, кусает второй сосок и лижет, как извенение, кусает ключицы, грудь, оставляет засосы на шее. Завтра ему перелетит, за несдержанность, но как же сейчас хочется оставить меток на его боссе. Парень ускоряет темп, стараясь не сорваться, да даже сейчас он втрахивает Гичхоля в матрас с такой силой, что казалось бы куда больше. Гичхолю хорошо, ему невъебенно хорошо. Такого не было ни с одним из его многочисленных партнëров, обычно это просто перепих на одну ночь, без чувств и эмоций, просто механический секс и удовлетворения биологических потребностей. Но сейчас это нечто большее, это пылкая страсть, захватывающая обоих с головой, окунающая в омут давно забытых чувств. Сынхо делает несколько резких быстрых движений и наконец кончает, выстанывая имя Гичхоля. Вытаскивает член и поудобнее располагается меж ног босса, собираясь помочь с этим делом ему. - Можешь не утруждаться, я сам. - Гичхоль уже хотел было взять член, да додрочить, но тут его на полпути перехватывает сильная рука. - Нет, я хочу сделать тебе приятно. Парень наклоняется и берëт в рот. Как же горячо это выглядит с позиции Гичхоля, ничего более незаконно развратного он ещё не видел, а поимел в рот он ой как много мальчишек. Весь предыдущий опыт парня стирается к чертям, теперь при дрочке в гордом одиночестве он будет вспоминать исключительно эту злосчастную ночь. Гичхоль стонет, у него уже нет сил стонать, но так хорошо ему ещё не было. Это первый опыт Сынхо и до чего же он хорошо для него справляется. Берëт целиком, до глотки, втягивает щëки, паралельно ласкает пальцами соски. Он так искренне хочет сделать приятно, что отдаëтся на полную. Пару глубоких заглатываний и Гичхоль изливается в рот парня, тот всё проглатывает и поднимает виноватые глаза. - Это было очень плохо? - Слушай, я считаю для первого пьяного в хламину раза это шедевр. - Гичхоль треплет Сынхо по волосам и притягивает к себе для поцелуя. Оба раскидываются на подушках и сладко засыпают. *** Утром яркое солнечные лучи будят горе алкоголиков светя прямо в глаза через открытое окно. Воздух уже прогрелся и дует тëплый ветерок. Гичхоль просыпается первый и видит, что на его груди прикорнул сладко сопящий Сынхо. Он проводит рукой по скуле, губам, перебирает волосы. Парень открывает глаза, щурится от солнца. Оба проснулись и даже не удивлены, что в одной постели. - Слушай... эм... а ты помнишь, что вчера было? - аккуратно спрашивает Сынхо, боится смотреть в глаза, хотя ночью и так сверлил взглядом дыры. - О не сомневайся, такое сложно забыть. - ухмыляется Гичхоль. Сынхо тянется, хрустит суставами, спускает ноги на пол. Ступни ложаться на что-то высокое и мягкое. Парень смотрит вниз и, о боги, тут, прямо рядом с кроватью лежит дополнитеный матрас. Он пялится на него пару минут, затем поворачивается к Гичхолю. - Босс, тут такое дело...матрас... ээ всё время лежал рядом... простите босс... - Нечего извиняться, я всё знал. Усмехаться Гичхоль и утягивает Сынхо в ленивый поцелуй.