Синий рассвет

Кейн держал Марселя на мушке, его рука дрожала, и в этот момент он ощутил весь ужас содеянного. Он понял, что натворил, и это понимание было невыносимым. Затем пришло осознание: в пистолете, скорее всего, остались считанные патроны… или их не было вовсе.       Марсель смотрел в глаза Кейну, словно играл в жестокую игру.       – Отдай припасы… – Кейн заставил себя говорить, его голос сорвался. – Я клянусь, я оставлю их в живых.       Марсель молчал.       – Они же твои люди! Они важнее какого-то железа! – Кейн сорвался на крик, пытаясь достучаться до него.       Марсель переглянулся с оставшимися в живых бандитами.       – Ладно… – наконец, произнёс он. – Я отдам тебе всё, что скажешь.       Кейн опустил оружие, убирая ногу со спины одного из бандитов. Бруно. Где сейчас Бруно? Неважно. Главное – припасы. Он сможет поесть, поесть наконец… Марсель кивнул в сторону двери. Кейн шагнул в проём. Тесная комната, полки, хлам. И в тот же миг он услышал звук перезаряжающегося дробовика.       Кейн резко обернулся. Он успел увидеть Марселя, прежде чем тот выстрелил. Инстинкт сработал быстрее, чем разум: Кейн использовал остатки энергии Источника, закрыв дверь силой мысли. Выстрел. Дробь прошила дверь, расщепляя её в щепки. Кейн успел отскочить, но часть заряда попала ему в руку. Невыносимая боль. Криком разорвав тишину, Кейн прижался к стене, истекая кровью, готовый к новой схватке. Кейн с трудом держался за окровавленную руку, боль пронзала всё его существо. Дрожащими пальцами он вытащил обойму. Пусто. Ни единого патрона. Где Бруно? Почему его здесь нет? Пистолет Миры, его последняя надежда, оказался мёртвым грузом. Неужели это конец? Неужели всё закончится здесь, в этом тесном, вонючем складе? – Будь ты проклят, Марсель! – заорал Кейн, его голос сорвался от отчаяния. – Выходи, ублюдок! – донеслось из-за двери, теперь превратившейся в решето. – А то что? Сожрёшь меня, как тех тварей? – выкрикнул Кейн, понимая, что это, возможно, его последние слова. После долгой, тягостной паузы раздался короткий, убийственный ответ: – Да. Кейн молчал, пытаясь найти хоть какое-то решение в сложившейся ситуации.       – Как тебя зовут, парень? – Марсель, казалось, наслаждался моментом.       – Кейн, – коротко ответил он, готовясь ко всему.       – Кейн. Я запомню это имя.       – Ты его и забыть не успеешь! – огрызнулся Кейн, предчувствуя что-то недоброе. И в эту секунду… раздался кашель. Знакомый, хриплый кашель. Бруно. Марсель обернулся. Выстрел. И тишина. Тело Марселя упало, раскинувшись на полу. Кейн выглянул из-за двери. Бруно. Ранен. Он держался за живот. Бруно упал на колени, закашлялся кровью.       – Бруно! – Кейн вскочил.       – Блять… – Бруно выдохнул, пытаясь встать. – Погоди… Я… ещё могу… стоять… – С трудом поднявшись на ноги, он, цепляясь за стену, дошёл до барной стойки и рухнул на стул. Вытащив из кобуры кровоток, он ввёл в себя дозу. Кейн видел, как побледнело его лицо. Он задрал окровавленную рубашку, дрожащими руками вытащил пинцетом пулю, и, сосредоточившись, используя энергию Источника, исцелил рану. Тело покрылось жаром, пот выступил на лбу. Голова кружилась. Он выложился полностью.       – Убей… Убей их всех… – прохрипел Бруно, не открывая глаз.       – Всех? Даже Джаспера? Зачем?       – Тем более Джаспера… Ты не знаешь, что они творили… Они хуже мутантов.       – А как же припасы?       – Они не стали заморачиваться. Они здесь, рядом.       Бруно тяжело дышал, его лицо было мокрым от пота. Кейн, с тяжёлым сердцем, поднял свою винтовку, лежащую на полу. Он не хотел этого делать, но знал, что должен. Кейн прошел по бару, делая контрольный выстрел каждому в голову. Это было необходимо.       На кухне царил хаос. Но даже здесь, среди крови и разрухи, чувствовалось, что когда-то здесь готовили неплохую еду.       Джаспер лежал на полу, залитый кровью. Он был в сознании.       – Чего вылупился? – прохрипел он. – Позвоночник сломан, чего ещё ждать?       Кейн смотрел на него сверху вниз, держа винтовку наготове. Его ячейка была почти пуста.       – Что вы сделали Бруно? Что между вами произошло?       Джаспер усмехнулся.       – А ты и правда ничего не знаешь… Ты глупее, чем я думал… Бруно… Мы были друзьями, понимаешь? Братьями почти. А потом он нас предал. Сдал Флинну, чтобы выслужиться. Из-за него половина наших ребят погибла. Сучара ебанная…       Кейн молча слушал Джаспера, его слова леденили душу.       – Этот ублюдок продаст и тебя, вот увидишь! Убей его… И я… Я помогу тебе, – Джаспер смотрел на Кейна, пытаясь заглянуть в его душу. – Мы будем вместе…       Кейн не хотел верить, но слова Джаспера казались пророческими.       – Ты думаешь, я вру? – Джаспер говорил с нажимом, пытаясь его убедить. – Бруно должен сдох…       Кейн прервал его, не дав договорить. Выстрел.              Кейн вышел из кухни, ища взглядом припасы, но мысли его были заняты другим. Бруно сидел за стойкой, курил, морщась от кашля. Кейн подошёл к нему, его взгляд был холодным и пронизывающим.       – Откуда мне знать, что ты не предашь и меня?       Бруно с удивлением посмотрел на него.       – Что ты, блять, мелешь?       – Ты кинул Джаспера! Предал его!       Бруно вздохнул, потушил сигарету.       – Он тебе наврал. Да, у нас были тёрки. Но я не предавал его. Я пытался выжить. И тебе советую. Мы нужны друг другу, Кейн. Видишь, что тут происходит? Я тебе не враг, Кейн. Мы с тобой в одной лодке, понимаешь?       Кейн покинул бар, словно покидая могилу, вглядываясь в горизонт, где руины города сливались с серым небом. Где-то там, впереди, маячил Элизиум. Надежда? Или мираж? Острая боль пронзила плечо, напоминая о пережитом аде. Кейн почти забыл о ранах. Назад дороги нет. Остался лишь Элизиум. Но что, если и там его ждет обман? Он не должен поддаваться надежде, твердил он себе, но без неё он – ничто. Лик Миры ускользал, словно сон. Истлевает ли любовь вместе с миром? От этого вопроса становилось невыносимо больно. Впереди ждало тяжелое решение, цена которого могла оказаться слишком высока.