Хогвартс времён мародеров читает книги о Гарри Поттере

—Так что, староста школы,спорим?–уточнила Фоули,смотря на Рудольфуса.* —Спорим!–с готовностью отозвался Лейстрендж.—На что? Девушка подошла к Лестрейнджу. —Ты говоришь,что это Квирелл,я говорю,что это кто угодно,хоть Снегг,но не этот тюфяк,—сказал Рудольфус.—Спорим на галеоны? —Принимается,—кивнула слизеринка.—Баст, разбей. Тот с готовностью разбил их рукопожатие. Мэрилин начала чтение: «Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл.» —Ха!Я выиграла!–обрадовалась Аллин. Рудольфус недовольно застонал: —Сколько с меня? —Узнаешь после чтения,мистер староста школы,—ответила Фоули с милой улыбкой. «Квиррелл улыбнулся. Лицо его, обычно конвульсивно дёргавшееся, на сей раз выглядело абсолютно нормальным. — Именно, — спокойно подтвердил он. — А я всё гадал, встречу ли здесь тебя, Поттер. — Но я думал… — ошеломлённо пробормотал Гарри. — Я думал… что Снегг… — Северус? — Квиррелл расхохотался, и это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех. — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и хватающую невинных учеников. Он оказался мне полезен. При наличии такого Снегга, никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла.» —В чем то он да прав,—хмыкнул Ремус. «— Но Снегг пытался убить меня! — воскликнул он, ухватившись за спасительную нить. — Нет, нет и нет. — Квиррелл категорично замотал головой. — Это я пытался убить тебя, Поттер. Твоя подруга мисс Грэйнджер случайно сбила меня с ног, когда бежала к Снеггу, чтобы подпалить его мантию. Я упал, и зрительный контакт прервался. Мне не хватило нескольких секунд, чтобы сбросить тебя с метлы. Конечно, ты бы давно был мёртв, если бы Снегг не пытался спасти тебя. Ведь это именно он бормотал себе под нос контрзаклятие. — Снегг пытался меня спасти? — Гарри показалось, что он сходит с ума.» —Обалдеть,—шокировано сказал Сириус. —Спасибо,Снегг,—серьёзно произнес Джеймс,тот удивлённо посмотрел на него,но все же кивнул. «— Ну конечно. — Квиррелл, кажется, был удивлён тем, что Гарри никак не может понять, что происходит. — Я наделён особым даром управляться с троллями. Видел, как я обошёлся с тем, мимо которого ты прошёл по пути сюда? К сожалению, пока все преподаватели искали тролля, Снегг, который уже подозревал меня, пошёл прямо на третий этаж, чтобы меня перехватить. И мало того, что троллю не удалось тебя убить, так ещё и эта трёхголовая псина не смогла как следует укусить Снегга и хотя бы отхватить ему ногу. Гарри открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но Квиррелл предостерегающе поднял руку. — Постой спокойно, Поттер, мне надо исследовать это любопытное зеркало. Только тогда Гарри увидел то, что стояло позади Квиррелла. Это было зеркало Еиналеж.» —Так вот почему вы рассказали Гарри об этом зеркале,—прошипел Карлус. —Наш дорогой директор что то замышляет,—произнесла Камилла. «Квиррелл обогнул зеркало и жадно уставился в него. — Я вижу камень, — прошептал он. — Я собираюсь преподнести его моему повелителю… Но где же этот камень? Гарри пытался ослабить стягивающие его верёвки, но они не поддавались. Казалось, что Квиррелл полностью сосредоточился на зеркале. Гарри обязан был его отвлечь. — Но мне всегда казалось, что Снегг меня ненавидит… — О, конечно, — равнодушно подтвердил Квиррелл. — Небо тому свидетель — он тебя ненавидит. Он учился в Хогвартсе вместе с твоим отцом, разве ты этого не знал? Они друг друга терпеть не могли. Но Снегг никогда не желал тебе смерти. — Но я слышал, как вы плакали несколько дней назад, — не успокаивался Гарри. — Я думал, Снегг вам угрожает… В первый раз с того момента, как Гарри появился в зале, Квиррелл утратил спокойствие. На его лице отразился страх. — Он здесь ни при чём. — Голос Квиррелла чуть подрагивал. — Просто иногда… иногда мне бывает нелегко выполнять приказы моего господина — ведь он великий волшебник, а я слаб и… — Вы хотите сказать, что в той комнате он был вместе с вами? — воскликнул Гарри, не веря своим ушам.» —Да ну нафиг!–воскликнул Сириус. —Мистер Блэк!–крикнула МакГонагалл. —Мерлин,он что жив?—спросил Регулус. —Круто,я же говорила,что Темный Лорд-могущественен,—прошептала Беллатриса. —Мерлин,что я делаю в обществе фанатиков?—вздохнула Ирэн. —Ты хотя бы только в их обществе,а я выйду замуж за одного из них.—поджала губы Аллин. Подруг никто не слышал,ведь слизеринцы были заняты переговорами о Темном Лорде. «Квиррелл внезапно поёжился. — Он не склонен прощать ошибки. Когда мне не удалось украсть камень из «Гринготтса», он был очень мной недоволен. Он наказал меня… Он решил, что должен пристальнее следить за мной и постоянно контролировать меня… Голос Квиррелла поплыл по комнате, постепенно затихая. А Гарри вспомнил тот день, когда они с Хагридом были в Косом переулке. Господи, как он мог быть так глуп? Ведь в тот день он видел там Квиррелла, тот пожимал ему руку в «Дырявом котле». Значит, он давно должен был догадаться, что Снегг тут ни при чём, что это… Квиррелл негромко пробормотал какое-то ругательство. — Я не могу понять, — прошептал он. — Может, этот камень находится внутри зеркала? Может быть, я должен его разбить?» —Тогда он навлечет на себя проклятие,—сказала Августа.—За разрушение этого зеркала он обречёт на себя медленную и мучительную смерть. —Скучать не будем,—махнул рукой Сириус. «Гарри попробовал сдвинуться с места, но верёвки крепко держали его — он пошатнулся и упал. Квиррелл не обратил на это никакого внимания. Он всё ещё разговаривал сам с собой. — Что делает это зеркало? Что оно показывает? Помогите мне, мой господин! Гарри похолодел от ужаса. В комнате раздался незнакомый ему голос. Казалось, что голос этот исходит из самого Квиррелла. — Используй мальчишку… Используй мальчишку…» —ОН ЧТО ТАМ!?–в панике закричала Лили. —Святой Салазар,неужели он появится?—шептал Рабастан. —Интересно,в каком он состоянии?—задумчиво проговорила Беатрис. —Так интересно состояние твоего господина?—ядовито спросил Гидеон. —Мистер Пруэтт,—напомнил о своем присутствии Лорд Селвин. —Научный интерес,Пруэтт,не более,—закатила глаза сама Беатрис.—Ведь это действительно интересно,он вроде умер,а сейчас он—что за существо? «Я должен его обмануть, — приказал он самому себе, чувствуя, что находится на грани отчаяния. — Я должен заглянуть в зеркало и увидеть то, что мне надо, и соврать, только и всего». Квиррелл встал за его спиной. Гарри ощутил странный запах, исходящий из тюрбана, скрывавшего голову профессора. Он закрыл глаза, шагнул ближе к зеркалу и снова раскрыл их. Он увидел своё отражение — бледное, испуганное лицо. Но мгновение спустя отражение подмигнуло ему. Оно засунуло руку в свой карман и вытащило оттуда кроваво-красный камень. А потом, снова подмигнув, засунуло камень обратно. Гарри ощутил у себя в кармане что-то очень тяжёлое. Каким-то образом — каким-то невероятным образом — камень оказался у него. — Ну и что? — нетерпеливо спросил Квиррелл. — Что ты там видишь? Гарри собрался с духом. — Я вижу, как я пожимаю руку Дамблдору, — выпалил он, стараясь врать поубедительнее. — Я… я выиграл для Гриффиндора соревнование между факультетами.» —Если бы он сказал про родителей,то ему может быть и поверили,—сказала Элизабет. —Он просто переволновался,—вступился Сириус. —В таких ситуациях главное действовать спокойно и не терять самоконтроль,—ответила Селвин. «Он не успел сделать и пяти шагов по направлению к двери, когда до него донёсся резкий голос. Гарри обернулся и понял, что Квиррелл каким-то образом умудряется говорить, не раскрывая рта. — Он врёт… Он врёт… — Поттер, иди сюда! — крикнул Квиррелл. — Говори правду! Что ты там видел? Квиррелл закрыл рот, и тут снова раздался резкий голос. — Дай мне поговорить с ним… Я хочу видеть его лицо, и чтобы он видел меня… — Но, повелитель, вы ещё недостаточно сильны! — запротестовал Квиррелл. — У меня достаточно сил… — отрезал резкий голос. — Для этого вполне достаточно…» —Ну-ка,—подалась вперед Аллин в интересе. —Он дух или что?—прищурилась Виттория. «Гарри готов был завопить от ужаса, но не смог выдавить из себя ни звука. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, самое страшное лицо, которое Гарри когда-либо видел. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змеи. Но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые.» —Моя фантазия,—прошептала Беатрис. —Ну все,как мне теперь заснуть,—грустно сказала Аллин. —Если вы услышите крик посреди ночи, знайте что это я,—заверила всех Марлен. —Разбудишь меня,МакКинон,задушу,—предупредил Сириус. «— Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой… Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело… Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и своё сердце… Кровь единорога сделала меня сильнее… Ты видел, как мой верный Квиррелл пил её в лесу… И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе своё собственное тело… Итак, почему бы тебе не отдать мне камень, который ты прячешь в кармане?» –Это как это?–спросила Алиса. —Легиллеменция скорее всего,—пожал плечами Джеймс. «Значит, он всё знает. Гарри внезапно ощутил, что к нему вернулись силы, и, спотыкаясь, попятился назад. — Не будь глупцом, — прорычало лицо. — Лучше присоединяйся ко мне и спаси свою жизнь… или ты кончишь так же, как и твои родители… Они умерли, моля меня о пощаде… — ЛЖЕЦ! — неожиданно для самого себя крикнул Гарри.» —Да я лучше умру,чем стану молить кого то о пощаде,—прошипел Джеймс,Лили явно была с ним согласна,судя по её глазам. —Правильно,Гарри,—кивнул Сириус.—Нечего верить словам этого безносого. «Через мгновение Гарри ощутил на своём запястье руку Квиррелла. Его лоб — как раз в том месте, где был шрам, — пронзила острая боль. Ему показалось, что голова его сейчас разлетится надвое. Гарри закричал, пытаясь вырваться, и, к его удивлению, ему это удалось. Боль стала слабее. Гарри поспешно обернулся, чтобы понять, куда делся Квиррелл. Профессор корчился от боли, глядя на свои пальцы, прямо на глазах покрывавшиеся красными волдырями.» —Странно,очень странно,—протянул Кристен. —Думаю,что у них связь из-за шрама,—протянул Лорд Пруэтт. —Но,такая связь на пустом месте не возникнет,—ответит Лорд Малфой. «Он не должен был выпускать Квиррелла из рук, чтобы тот от боли позабыл обо всём на свете и не смог наложить проклятие. Гарри вскочил на ноги и вцепился профессору в руку. Квиррелл заверещал и попытался стряхнуть его с себя. Но и сам Гарри, только коснувшись Квиррелла, ощутил, как острая боль пронзила голову. Он снова почти ослеп. Но он слышал дикие крики Квиррелла, слышал голос Волан-де-Морта, вопившего: «УБЕЙ ЕГО! УБЕЙ ЕГО!» А потом пришли другие голоса, выкрикивавшие его имя. Но возможно, они ему только почудились. Гарри ощутил, как Квиррелл выкручивается из его захвата. Он понял, что всё кончено, и провалился в темноту. Он летел всё ниже, и ниже, и ниже…» —Он победил,—облегченно прошептала Лили.

***

Гарри уловил, что над ним блеснуло что-то золотое. Снитч, конечно же, это был снитч!» —Ловец,он и при смерти ловец,—хмыкнул Сириус,развея напряжённую обстановку. «Он снова моргнул. Из тумана выплыло улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора. — Добрый день, Гарри, — произнёс Дамблдор. Гарри уставился на него. И тут он всё вспомнил. — Сэр! — произнёс Гарри слабым голосом, тщетно пытаясь подняться. — Камень! Это был Квиррелл! Камень у него! Сэр, торопитесь… — Успокойся, мой дорогой мальчик, ты немного отстал от времени. — Голос Дамблдора был приветлив и спокоен. — Камень не у Квиррелла. — Но тогда у кого? — Гарри раздирало беспокойство. — Сэр, я… — Гарри, пожалуйста, тихо, — попросил Дамблдор. — Иначе мадам Помфри выставит меня отсюда.» —Лучше бы выставила,—прошипела Дорея.—Ему нужен покой,а не ваши бредни. «— Вы были там?! — воскликнул Гарри. — Вы получили сову, которую послала Гермиона? — Должно быть, мы разминулись в воздухе. Как только я прибыл в Лондон, сразу стало очевидно, что я должен находиться как раз в том месте, которое я покинул. Я прибыл вовремя и успел стащить с тебя Квиррелла… — Значит, это были вы, — произнёс Гарри, вспомнив последнее, что он слышал перед тем, как потерять сознание. Значит, ему ничего не почудилось. — Это были вы… — Я боялся, что опоздал, — признался Дамблдор. — Да, вы чуть не опоздали, — согласился Гарри. — Ещё немного, и он бы вырвал у меня камень…» —У него есть хоть капельку инстинкт самосохранения?–прошипела Лили. —Ему как будто насильно привили режим самопожертвование и героя,—хмыкнула Виттория. —А такое вообще возможно?–сказала Марлен. —С помощью зелий это вполне возможно,—сказала итальянка.—Мама говорила,что такие зелья очень сложные и на него требуется много магической энергии. Если его неправильно сварить,то снизится магический потенциал или можно стать сквибом. «— Я боялся не за камень, — мягко поправил его Дамблдор, — а за тебя. Схватка отняла у тебя все силы, и ты едва не погиб. В какой-то момент я даже подумал, что это произошло. А что касается камня, то он был уничтожен.» —Бред,вряд ли Фламели позволят уничтожить то,на что потратили не один век,—хмыкнул Лорд Малфой. «— Сэр, есть ещё кое-что, что я хотел бы узнать, если вы мне расскажете, — тихо, но настойчиво произнёс он. — Я бы хотел знать всю правду… — Правду… — вздохнул Дамблдор. — Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью. Однако я отвечу на твои вопросы — если, конечно, у меня не будет достаточно веской причины для того, чтобы промолчать. Если я не смогу ответить, прошу меня простить: я промолчу, потому что ложь недопустима. — Хорошо. — Гарри прикрыл глаза. — Волан-де-Морт сказал, что убил мою мать просто потому, что она пыталась не дать ему убить меня. Но я не могу понять, зачем ему вообще понадобилось убивать меня? На сей раз Дамблдор вздохнул куда глубже. — Увы, Гарри, на этот вопрос я не могу ответить. По крайней мере сегодня и сейчас. Однажды ты узнаешь… а пока забудь об этом. Когда ты будешь старше… Я понимаю — наверное, это звучит неприятно. Тогда, когда ты будешь готов, ты всё узнаешь.» —То есть когда нужно сражаться с Темным Лордом,то он достаточно взрослый,а если узнать правду,то он ещё ребенок,— сказала Леди Малфой. —Прекрасная логика,—саркастически усмехнулась Друэлла. «Гарри понял, что настаивать бесполезно. — А почему Квиррелл не мог прикоснуться ко мне? — Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим… Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты всё равно остаёшься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.» —Он иногда такой бред говорит,что аж плакать хочется,—сказала Беатрис и её друзья пустили смешки в кулак. —Бред какой-то. Насколько мне известно то проводить такой ритуал может только чистокровный,—сказал Орион,—Простите,мисс Эванс. Лили кивнула. «— Да, верно, Квиррелл сказал, что он меня ненавидит, потому что он ненавидел моего отца. Это правда? — Да, они испытывали друг к другу сильную неприязнь, — признал Дамблдор после секундного раздумья. — Примерно как ты и мистер Малфой. А затем твой отец сделал кое-что, чего Снегг так и не смог ему простить. — Что? — выдохнул Гарри. — Он спас ему жизнь.» —Он спасал свою шкуру и своих друзей,—прошипел Снегг с ненавистью. —Если я бы хотел спасать своих друзей,то я бы вообще за тобой не полез,—с такой же ненавистью прошипел Джеймс. «— Как мне удалось достать камень из зеркала? — А! — воскликнул Дамблдор. — Я рад, что ты задал этот вопрос. Это была одна из моих самых гениальных идей. Видишь ли, я сделал так, что только тот, кто хочет найти камень — найти, а не использовать, — сможет это сделать. А все прочие могли увидеть в зеркале, как они превращают металл в золото и пьют эликсир жизни, но не боле того. Иногда мой мозг удивляет меня самого… А теперь достаточно вопросов. Я предлагаю тебе заняться этими сладостями. О! Драже на любой вкус «Берти Боттс»! В юности мне не повезло: я съел конфету со вкусом рвоты. И боюсь, что с тех пор я несколько утратил к ним интерес. Но вот эта конфетка кажется мне вполне безобидной, как ты считаешь? Дамблдор улыбнулся и закинул в рот золотисто-коричневую карамельку. И тут же поперхнулся. — Не повезло! — выдавил он. — Вкус ушной серы, не самый приятный на свете, ты не находишь?» —Ведете себя как ребёнок,—презрительно хмыкнул Сигнус.

***

«Она открыла дверь, впуская в палату Рона и Гермиону. — Гарри! — завопила Гермиона, кидаясь к нему. Гарри показалось, что сейчас она снова заключит его в объятия, и обрадовался, когда она этого не сделала. Голова его по-прежнему раскалывалась, и от объятий ему стало бы только хуже. — О, Гарри, мы были уверены, что ты… — Гермиона осеклась, не произнося слово «умрёшь». — Дамблдор был так обеспокоен… — Вся школа говорит о том, что случилось, — сообщил Рон. — А что там произошло на самом деле? Это был один из тех редких случаев, когда правда оказывается куда более странной и волнующей, чем самые нелепые слухи. Гарри рассказал им всё — про Квиррелла и зеркало, про Волан-де-Морта и камень. Рон и Гермиона были очень хорошими слушателями. Они изумлённо открывали рты как раз тогда, когда Гарри от них этого ждал. А когда он рассказал им о том, что пряталось под тюрбаном Квиррелла, Гермиона громко вскрикнула. — Значит, камня больше нет? — спросил Рон, когда Гарри замолк. — Значит, Фламель умрёт? — Я тоже задал этот вопрос, — кивнул Гарри. — А Дамблдор сказал… сейчас вспомню… Он сказал, что для высокоорганизованного разума смерть — это очередное приключение. — Я всегда говорил, что он сумасшедший, — с обожанием в голосе откликнулся Рон. Дамблдор был его кумиром. Рон готов был восхищаться всем, что связано с профессором, даже крайней степенью его сумасшествия.» —Странный признак,чтобы обожать его,—фыркнула Аллин. —У каждого свой фетиш,—ухмыльнулась Виттория. «— Ты думаешь, он специально так всё подстроил? Может, он хотел, чтобы именно ты это сделал? — задумчиво спросил Рон. — Раз это он прислал тебе мантию-невидимку и всё такое… — Ну, знаете! — взорвалась Гермиона. — Если это он… Я хочу сказать, это ужасно, ведь тебя могли убить… — Да нет, всё было правильно, — после паузы ответил Гарри. — Он странный человек — Дамблдор. Я думаю, что он просто хотел дать мне шанс. И что он, в общем, знает обо всём, что здесь происходит. Так что Дамблдор был в курсе того, что мы задумали. Однако вместо того чтобы остановить нас, он меня кое-чему научил, подготовил меня к тому, что должно было случиться. Не думаю, что я случайно нашёл зеркало Еиналеж, — это он подталкивал меня к тому, чтобы я его нашёл, и сам объяснил мне, как оно действует. Мне даже кажется, это он решал, есть ли у меня право встретиться один на один с Волан-де-Мортом. И я доказал, что готов к этому…» —Да у него реально нет ни одной капли инстинкта самосохранения!– негодующе воскликнула Лили. —Это называется ,,гриффиндор головного мозга",—философским тоном сказал Рудольфус. Его друзья рассмеялись вместе с ним. «В ту же секунду, словно услышав слова Гарри, в дверь протиснулся Хагрид. Оказываясь в помещении, великан всегда казался непозволительно большим. Он кое-как примостился рядом с Гарри, покосился на него и вдруг разрыдался. — Это… всё… моя… чёртова… вина! — выдавил он сквозь слёзы, закрывая лицо руками. — Это ж я сказал этому чудовищу, как Пушка усыпить! Я сам! Ты же умереть мог! И всё из-за какого-то яйца драконьего! В жизни больше пить не буду! Меня вообще надо гнать отсюда к маглам, чтоб я с ними жил!» —Лучше бы вы так и сделали,—хмыкнула Леди Поттер. —Вот именно,мало ли в с каким то магглом встретитесь,вы с ним выпьете и расскажете все про наш мир,—сарказм так и лился из Леди Фоули. —Леди Фоули,что вы себе позволяете!–крикнул Дамблдор. —Не смейте повышать свой голос на мою мать,—прошипела Аллин,мгновенно разозлившись. —Лина успокойся,—произнесла Камилла, зло смотря на директора. «— А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнём с конца. Четвёртое место занял факультет Гриффиндор — триста двенадцать очков. Третье — Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран — четыреста двадцать шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка. Стол, за которым сидели слизеринцы, взорвался громкими криками и аплодисментами. Гарри видел, как Малфой победно стучит по столу золотым кубком. И тут же отвёл глаза: ему не понравилось это зрелище.» Слизеринцы этого времени также радовались, а гриффиндорцы сидели с кислыми лицами. —Гарри всё исправит,—с надеждой прошептал Сириус. «Дамблдор громко хмыкнул. — Итак, — продолжил он. — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков… Подождите, подождите… Ага… Дамблдор задумался — или сделал вид, что задумался. — Начнём с мистера Рональда Уизли… Рон побагровел и стал похож на обгоревшую на солнце редиску. — …за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. Крики, поднявшиеся за столом, где сидел Гарри, наверное, долетели до заколдованного потолка. По крайней мере звёзды на потолке задрожали. Гарри отчётливо слышал, как Перси, обращаясь к другим старостам, безостановочно выкрикивает: — Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы МакГонагалл! Наконец снова наступила тишина. — Далее… мисс Гермиона Грэйнджер, — произнёс Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. Гермиона закрыла лицо руками. Гарри не сомневался, что она расплакалась. За их столом творилось что-то невообразимое — за одну минуту факультет заработал сто очков. — И наконец, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков. Поднявшийся шум оглушил Гарри. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что у Гриффиндора теперь четыреста семьдесят два очка. То есть столько же, сколько и у Слизерина. Они почти выиграли соревнование между факультетами. Если бы Дамблдор дал Гарри ещё одно очко… Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать. — Храбрость бывает разной. — Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу.» Гриффиндорцы громко радовались. —А по какому праву вы их наградили?–вдруг спросил Орион. —В каком смысле? – спросила Марлен. —В самом прямом мисс,—холодно сказал Лорд Блэк.—Баллы начисляются только по дисциплине и из за достижений в учебе,а не из за того,что ученики участвовали в интригах директора. Вальбурга записала ещё один новый пункт: 6)Изменить систему поощрения. —Только из-за этого я бы вообще перестал зарабатывать эти баллы,—недовольно хмыкнул Рудольфус. «Миссис Уизли улыбнулась им. — Нелёгкий выдался год? — В общем, да, — признался Гарри. — Большое вам спасибо за свитер и сладости, миссис Уизли. — О, не стоит благодарности, мой дорогой, — откликнулась она. — Ну, ты готов? Голос принадлежал дяде Вернону — такому же усатому как год назад, такому же багроволицему с такой же яростью взирающему на племянника. Дядя был явно возмущён его наглостью. Подумать только — стоять среди обычных людей с огромной совой в клетке! За дядей виднелись тётя Петунья и Дадли, с ужасом глядевший на двоюродного брата. — Вы, должно быть, родственники Гарри! — воскликнула миссис Уизли. — В каком-то смысле, — прорычал дядя Вернон. — Поторопись, мальчик, я не собираюсь ждать тебя целый день. Дядя Вернон отошёл в сторону, а Гарри повернулся к Рону и Гермионе. — До встречи, — улыбнулся он. — Надеюсь, что у тебя… что у тебя будут весёлые каникулы… — неуверенно выдавила Гермиона, явно поражённая нелюбезностью дяди Вернона. — О, не сомневайтесь! — воскликнул Гарри. Рон и Гермиона с удивлением заметили, что он широко ухмыляется: «Мои родственники ведь не знают, что на каникулах нам запрещено прибегать к волшебству. А значит, этим летом я хорошенько повеселюсь с Дадли…» —Молодец,Гарри!–крикнули Джеймс и Сириус. —Расходимся по спальням,—объявила Минерва. Взрослые сразу же заволокли Дамблдора в его кабинет вместе с остальным преподовательским составом предъявлять свои претензии.