sold out

Босс входит в номер и видит Ыля в одном лишь полотенце, повязанном на бедрах. Желваки ходят от такого вида, и Ноыль, будто специально не замечая его присутствия, проскальзывает в ванную. — Ты быстро. О, да, конечно, он быстро. После такой публичной выходки хочется выслушать объяснения. Может показаться, что у них стоит запрет на такого рода фото, что в принципе в их отношениях присутствуют какие-то запреты, но нет. Было бы странно, учитывая, как они доверяют и любят друг друга. Особенно у Ноыля есть публикации, где он, совершенно не стесняясь, демонстрирует свое тело, или у Босса, который любит выкладывать сторис из спортзала с приподнятой футболкой. Просто Ноыль сделал это слишком неожиданно, и это было слишком горячо. Без какого-либо контекста, без какой-либо причины, просто милая подпись в твиттере для своих фанатов. — Кстати, я попросил персонал принести завтрак. Такой очаровательный парень доставил заказ, даже немного засмущался, когда я открыл дверь, — Ноыль говорит это елейным, спокойным голосом, поправляет волосы, как будто пытается уложить, хотя они уже давно высохли и в этом нет абсолютно никакого смысла, и совершенно не смотрит на отражение Босса в зеркале. Тот начинает закипать. Упирается в раковину, руки ставит по обе стороны от бедер и сам становится ближе, вжимаясь в это блядское полотенце. Господи, Ыль в самом деле затеял игру. — Ты встречал его так? — Босс, не моргая, смотрит на отражение своего парня, и взгляд этот не сулит ничего хорошего. Ноыль — сука такая — игриво проводит пальцем по губам, нанося бальзам, и улыбается невинно и непонимающе одновременно. Научился же играть не только на камеру. — Конечно. Я же только из душа, — за его голос хочется придушить. — И что еще делал этот милый парень? — О, он был так вежлив! Сказал, что чуть позже принесет комплимент от отеля. Наверное, какой-то десерт или типа того. Мне кажется, должно быть вкусно, – он это говорит так буднично, будто вспомнил какой-то интересный факт. Будто в него сейчас не вжимаются всем телом. Босс носом утыкается в шею. Ждет, что скажет Ыль дальше, хотя план действий уже намечен давно. Им обоим хочется сыграть в эту игру. Хоть они постоянно присутствуют вместе на мероприятиях, из-за плотного графика не получается видеться так, как хочется — без посторонних глаз и ушей. Только для себя жить тяжело, особенно когда ты — медийная личность и особенно в такой сфере, где каждый ваш совместный шаг фиксируется поклонниками и любопытными папарацци. И даже в ситуации, когда почти целый месяц без выходных они проводили в рабочих поездках, истощались до предела и выходили из номеров только по необходимости, сейчас желание было так сильно, что Босс взял бы Ыля прямо здесь, нагнув у зеркала. Черт, они же делали то же самое на съемках. Естественно, в дозволенных рамках, всего лишь по сюжету, но это было так горячо, что не попробовать уже наедине было невозможно. Сэррус тогда вжал Пхугана в стол и взял сзади. У Босса чуть крыша не поехала, когда Ыль слишком натурально стонал на съемочной площадке, из-за чего стафф сомневался, что они вообще тут играют, но наедине он делал это так сладко, что держать себя в руках было тяжело. И сейчас Босс сжимал бедра Ноыля, сильнее вдавливая его в поверхность раковины, и дышал. Просто, блять, дышал. Контролировал дыхание. Достаточно просто быть с Ноылем рядом, чтобы себя потерять. От него сейчас пахнет отельным гелем для душа, таким резким и одновременно вкусным, что Босс кончиком языка ведет по коже. Ыль от жеста выгибается, упираясь в пах, и чувствует стояк. Ему нравится дразнить, нравится изводить. Особенно приятно делать это на публике, когда им нельзя совсем перейти черту, и эти игры становятся слишком опасными. Их взаимодействия давно стали понятны всем: так не дружат, так не общаются коллеги, так не смотрят на людей, которые безразличны. Но им нравится держать интригу в отношениях, нравится закидывать фанатов неоднозначными намеками, а за камерами любить так, как никто представить не может. — Знаешь, этот парень еще сказал, что я классно выгляжу. И форма у меня отличная. Было приятно слышать комплимент от такого милого сотрудника. Надо обязательно оставить чаевые, — Ноыль дышит тяжело. Его талию крепко сжимают пальцы, мускулистое тело вжимается вплотную, не оставляя и миллиметра свободного пространства. Он закидывает последнюю фразу, и глаза Босса вспыхивают ревностью. Ыль смотрит на темный взгляд в отражении, и внизу живота все сводит до дрожащих коленей. Боссу больше поводов не нужно. Он закидывает парня на плечо и несет в комнату. Полотенце почти сползает, оголяя все больше участков кожи, и Ноыль чувствует, как ладонь сжимает внутреннюю сторону его бедра. Только бы выдержать все эти касания, эти губы на животе, пальцы у горла. Выдержать и не кончить только от близости тела напротив. Босс резко переворачивает его на живот, зацеловывает спину, не забывая высовывать язык. Как же он любит его облизывать. Их кинки можно буквально вычислить по всем постельным сценам на съемках, и Боссу, вообще-то, плевать, что это становится известно всем. Он не любить Ноыля не может, ему надо отдаться всецело в любом процессе. Босс мнет кожу на бедрах, на себя тянет, чтобы чувствовать желанное тело. Ноыль отклянчивает задницу и трется о штаны. Через плечо следит за реакцией и победно улыбается, когда видит совершенно поплывший взгляд. Босс обладает хорошей выдержкой — ему каждый фанмит сдерживаться приходится, — но такой блядский Ноыль выводит за секунду. — Смазка? Ыль кивает в сторону подушек, и это тоже выводит. Все удобства разложил в прямой доступности. Босс выдавливает гель, подставляет два пальца и понимает, что входят они беспроблемно. Наклоняется к лицу, и хочется провалиться сквозь землю от его взгляда. — Прости, я сделал это без тебя, — Ыль невинно улыбается, хотя видно, что сам на грани держится. Он все спланировал заранее. Какое гадство. Все рассчитал. Знал, что не сдержится, что это будет быстро. Если бы его еще растягивали, он бы точно не выдержал. Он и так безбожно течет от всех касаний, нельзя было позволить позорно кончить от пальцев. — Ты же знаешь, как мне нравится это делать, — Боссу, конечно, нужно поговорить, пока раскатывает презерватив по члену. Конечно, ему нужно свести с ума окончательно. — Просто взял и лишил меня любимой части. Он не входит. Специально языком треплет. Удивительно, как только сам сдерживается. Ыль под ним издает непонятные звуки, дышит глубоко и через нос, но тормоза летят нещадно: — Трахни уже! — заводит руку, чтобы сделать все самостоятельно, но Босс резко перехватывает запястья и сжимает в замок. Резкий толчок выбивает первый стон, и Босс несколько секунд дает привыкнуть. Ноыль еще узкий, видимо, не сильно старался над подготовкой, и Босс сдерживает рык от ощущений. Это запредельно. Это, господиблять, невозможно. Они любят разнообразный секс, но то, что происходит сейчас, какой-то новый уровень близости. Ноыль отдает весь контроль, позволяет обездвиживание, принимает член полностью. Им бы хотелось видеть друг друга, смотреть в глаза и ловить ухмылки, но сейчас в них говорит слишком сильное желание. Ладони, сжимающие кожу до покраснения, правильно ощущаются на тонкой талии. Ыль стонет сладко, почти скулит на грубых толчках, и Босс позволил бы продолжить, если бы они были в своем доме, где никому нет дела до их личной жизни, но сейчас приходится зажать его рот рукой. — Прости, малыш, так надо. Факт того, что ему заткнули рот, Ноыля совершенно не расстраивает. Даже больше — распаляет. Тихим сексом это не назовешь — ладонь вообще ничтожна в поглощении звуков, но факт того, что им нужно сдерживаться — хотя бы постараться — бьет по сознанию хлеще, чем шоты соджу в Японии. Тогда тормоза сорвало знатно, до сих пор приходится придумывать оправдания перед фанатами на встречах. «Это был поцелуй?» «Нет же! Мы просто…» «Мы просто охуеть как без ума друг друга», — вот, что хочет постоянно говорить Босс. У него крышу сносит от Ыля. Шестеренки в мозгах перестают работать, когда он рядом. В такой позе быстро становится неудобно. Рука затекает, да и Ыля все-таки хочется больше касаться, поэтому Босс сильнее упирается в рот ладонью, тянет на себя и заставляет встать на колени. Небольшая передышка дает Ноылю шумно выдохнуть, но даже если он и устал, то ни за что не покажет. Он слишком голоден, чтобы выбирать секс медленней. — Откинься на меня, — Босс все-таки чувствует легкую дрожь в теле парня и старается сделать процесс комфортней. Возражать не хочется, и Ноыль откидывает голову на плечо. Рот все еще зажимает ладонь, но уже чуть слабее, и Ыль сначала пытается обхватить пальцы губами, а потом и вовсе облизывается. Еще один пунктик в их сексе, который не раз показывался на всеобщее обозрение. Так уж получается, что они слишком хорошо знают друг друга и что может понравиться, что неосознанно действия переносятся на реальность. Они не умеют просто играть. Если надо сделать персонажей живыми, чтобы все поверили в химию между ними, чтобы приходилось ставить на паузу серию из-за слишком горячих сцен, они покажут настоящих себя. Они расскажут безмолвно, как любят друг друга, и ни за что не станут притворяться. Они выводят все сцены в абсолют, обнажают все свои грани и фантазии. Только они так могут. Поза наконец позволяет делать толчки размашистей, и Босс вбивается в желанное тело до упора. Второй рукой обвивает талию Ыля, заставляя вжаться спиной в его грудь. Кожа к коже, мурашки к мурашкам. Четырехкамерное бьется в чужие лопатки, скоро проломит грудину от ощущений. Босс чувствует, как сокращаются стенки, как Ноыль сжимается вокруг него, и глушит стон в шею. Рука Ыля вплетается в волосы, сжимает и оттягивает, а сам он еле держится на коленях. Ноги на мягкой кровати расползаются, равновесие держать становится труднее из-за легкого головокружения, ведь все, что получается различить перед глазами – плывущий потолок номера. — Никто не смеет видеть тебя таким, кроме меня, — слишком собственнически звучит голос Босса, и Ыль теряет себя окончательно. Ради такого секса он готов изводить еще сильнее, играться с эмоциями и выводить из себя. Ему нужен такой Босс — дерзкий, грубый, который имеет на него право. Который будет ревновать до засосов на видных местах и в то же время быть самым нежным и заботливым. Который может сорваться в один момент, а может покорно ждать, пока Ыль демонстрирует все свои навыки обаяния. Который будет сжимать его талию и лишь одним взглядом испепелять всех, кто вообще посмеет посмотреть на его парня. Это все один Босс, и он только Ыля. Он принадлежит ему. Они оба — зависимости, что никогда не откажутся друг от друга. Босс чувствует скорую разрядку и помогает Ноылю, медленно проводя по члену и надавливая на головку. Он знает каждый вдох, каждое движение своего парня, как он отзывается. Все, как он любит и как хочет. Это тело выучено наизусть. В момент оргазма Ыль возвращает ладонь Босса ко рту — самостоятельно сдержать стон не получится, — и тот до боли закусывает шею, кончая следом. Тяжелое дыхание опаляет кожу, тела липнут друг к другу, и в этот момент кажется, что сильнее эмоций испытать невозможно. Каждый раз их связь выходит на новый уровень, дышать получается только друг другом — собственного кислорода оказывается мало. Босс мягко отпускает Ноыля, укладывает, чтобы было комфортно, и ложится рядом. Невесомо проводит кончиками пальцев по следам зубов на шее и тут же оглядывает номер. — Нужно сделать холодный компресс. У тебя же завтра встреча с фанатами. Осознание содеянного бьет только сейчас. Ноыль весь в его отметках. От паники спасает ладонь, хватающая за запястье. — Забей. Ты все равно не спасешь этот засос, — он выглядит слишком расслабленным для человека, который собирается общаться с сотней фанатов вживую и еще с миллионами, кто увидит все материалы в сети. — У тебя шея вся красная. — Разве ты делаешь это в первый раз? — хитрая улыбка трогает губы, и Ноыль облизывается, вспоминая, чем заканчивается их секс в девяносто девяти процентах случаев.— Я попрошу гримеров все сделать. Хотя, я думаю, они и так догадаются. — В следующий раз я буду аккуратен, — Босс и вправду взволнован. Все еще касается укусов, хотя кажется, что это приносит только боль. — Не стоит. Мне понравилось так, — Ноыль перехватывает его руку и целует ладонь. Сейчас перед ним самый милый парень, которого можно только представить, но какое-то время назад именно он был причиной секса из-за ревности. Именно он шептал все эти запрещенные вещи с мыслями о другом парне. — Хочешь повторить? — Босс настрой перенимает. — А ты хочешь увидеть мое новое полуголое фото в интернете? Два-ноль Босс безбожно проигрывает.