Грёзы демона Кроули

      Прохладный ветер треплет уложенные в модную причёску волосы. Впереди виднеется алеющее небо, разрезанное горизонтом, отделённое железнодорожной полосой по которой мчится железный монстр. Даже из далека слышен его страшный вой и вибрацию земли под ногами от которой мелкие камешки пускаются в пляс. Так и хочется улететь вслед за ним. Вместо этого, поправив неизменные очки с затемнёнными линзами, Кроули разворачивает Бентли на девяносто градусов в сторону Лондона.       Вдалеке темнеет Темза, чёрная и холодная, сверкающая бликами от верной её спутницы - луны. А впереди широкая, гладкая чёрная полоса дороги, уходящая в даль. Так и хочется растелиться на нём, стать единым, забыть о насущных проблемах. Вообще забыть обо всём и наконец найти чёртов покой. Но ни дорога, ни чувство скорости в малышке Бентли не дают Кроули желанного умиротворения. Вместо этого тяжёлые мысли сгущаются, норовя задушить своего обладателя.       Азирафаэль. Везде этот ангел! Создаёт проблемы, вечно попадая во всякие передряги. И кому как не демону его из них вызволять? И вот даже сейчас, когда ненаглядный ангел находится в километрах от мчащейся на всех порах Бентли, умудряется занимать всё мыслительное пространство Кроули. Всё бы ничего, да все эти мысли никак не подходят демоническому отродью.       Холод ветра вблизи Темзы обволакивает тело в то время как душу греет воспоминание утра среды прошлого месяца.       Первое что видит Кроули при пробуждении — облако белых, таких воздушных, чем то напоминающих облачка, волос. Этот ни с чем не сравнимый проницательный взгляд таких родных голубых глаз. Сейчас они смотрят как то иначе, более.. настороженно, обеспокоенно? Что за бред!?       Резко поднявшись на мягком диванчике, свалив вслед за собой подушки и плед заботливо накинутый на него Азирафаэлем. Кроули озирается в поисках своих очков. Не хватало ещё его ангелу прочесть в его глазах на сколько тот в замешательстве от пробуждения в книжном, а не в квартире. Где он совершенно точно засыпал если ему не изменяет память. Вот только.. Что если он и не заснул вовсе. Помнится там была бутылочка красного оставшаяся ещё со времён Шекспира. А может и не одна.. Кажется причиной его возлияний был Азирафаэль. Его такой милый, добрый, обворожительный образ его любимого ангела. Совершенно не похожего на всех его прочих собратьев из Рая. Такого родного, но столь чертовски далёкого..       Ну а вот и причина возлияния. Последнее время Кроули слишком часто предавался самобичеванию по поводу безответных чувств к его ангелу. Тот в упор не видел всю ту щемящую сердце нежность, привязанность и желание быть рядом, защитить от чего бы то ни было, что демон испытывал к светлому чуду. Его такой мудрый, но совершенно некомпетентный в отношении чувств Кроули. — Дорогой, то что ты вчера сказал, я.. — Прикусив губу, ангел пытался осмыслить как выразить всё то, что вертелось на языке и при этом не оскорбив и не отпугнув гордого демона. — Стоп-стоп-стоп. Ангел, я надеюсь ты понимаешь, что я был безнадёжно пьян. И сейчас воспринимать мои бредни в серьёз совершенно того не стоит. Знаешь, иногда со мной такое бывает когда я переберу.. Всякие бредни.. В общем забудь, это не имеет никакого отношения к действительности. — Бредни? Вчера ты был весьма убедительным. — в голосе чувствовалось раздражение. Ангел не поверил ни на йоту словам демона. Видно, что что-бы не сказал Кроули ранее, это произвело на ангела весьма большое впечатление и сейчас он до сих пор переваривал услышанное. — Надеюсь это не было чем-то, что могло бы тебя обидеть, ангел. Я бываю иногда слишком груб. Весьма безосновательно надо сказать. — по своему поняв тревожную серьёзность друга. — Нет! Напротив, это было.. Я хочу сказать..       Щелчком пальцев приведя себя в порядок, демон прошёл к журнальному столику на котором покоились его очки. Кои являлись по совместительству маской, позволяющей скрыть эмоции столь явно проскальзывающие на таких живых змеиных глазах. Вернувшись к ангелу, он обнаружил его всё в той же напряжённой позе, бурно обдумывающего слова сказанные Кроули по пьяни. — Азирафаэль, что бы я не сказал, просто выкинь это из своей очаровательной головы. — То, что ты чувствуешь ко мне, — на этих словах Кроули буквально оцепенел. Если бы он что-то пил в этот момент, то непременно бы поперхнулся. Что он мог наплести своему ангелу в алкогольном бреду!? Он явно недооценил воздействие алкогольных напитков на его сверхъестественную сущность. — Это очень.. Я хочу сказать, что ты мне тоже очень дорог. И я питаю к тебе самые что ни на есть тёплые чувства. Ты мой самый дорогой друг. Даже единственный.. Но всё это.. Пойми меня, это всё для меня слишком быстро. Знаешь, думаю мне надо время, что бы всё как следует обдумать.       Теперь стало ясно что именно демон наплёл своему ангелу. Его ответ заставил сердце Кроули сжаться. Он не отверг его, не стал презирать, как страшился того демон. Но он явно был в замешательстве, и по нему было видно, что откровения Кроули стали для него неожиданностью. Значит, он и не предполагал раньше что демон может испытывать нечто столь светлое по отношению к ангелу. — Да я.. Что ж, я пока пойду. Ты.. В общем я буду на связи. — замявшись, Кроули попятился к выходу, нерешительно переступая порог ставшего таким родным книжного.       Хотелось свалить куда подальше. Как можно дальше от Азирафаэля и захлестнувших демона чувств. К его положению отлично подходило выражение "Не в своей тарелке". Всё казалось словно ватным, игрушечным, но никак не настоящим. Не верилось что до Азирафаэля дошли чувства демона. Хоть и таким весьма пренеприятным образом. Казалось, что мир разделился на до и после.       То что их отношения потерпят изменения было очевидным. Но сам демон был к этому не готов. Как впрочем и сам ангел. Азирафаэль не человек, ему нельзя почистить память. Да и если бы это было бы возможным, Кроули не думал что способен пойти на это.       И вот уже несколько часов колеся на своём Бентли, Кроули направлялся в сторону книжного магазина. Пару минут назад ему пришло уведомление от Азирафаэля. Тот просил зайти к нему. Что ж, кто он такой, что бы отказывать своему ангелу? Из всех возможных путей добраться до книжного он избрал доехать на Бентли. Это было не так скоро, но Кроули нуждался в этой кратковременной отсрочке что бы хоть немного собраться с мыслями перед тем как увидеть своего ангела после той скомканной встречи.       Приблизившись к знакомой улице, на Кроули напало нервное оцепенение. Сердце казалось станцует танго, последнее в своей жизни. Отвратительное чувство будто проглотил что то, чего не следовало даже касаться.       Кроули уговаривал себя покончить с этим как с больным зубом. Быстро и без лишних прелюдий. Во имя уменьшения страданий. Но было не так то просто, поскольку сейчас от его друга сейчас зависело через чур многое. Ибо если Азирафаэль его отвергнет, это будет потрясение похлеще Апокалипсиса. Личный Апокалипсис демона Кроули.       Переступив порог показательно уверенным шагом, демон нашёл ангела на привычном месте в кресле у высоких стеллажей кедрового дерева. Рядом был диван на котором совсем недавно Кроули так сладко спал. — Кроули! Ты пришёл. — заметив демона, Азирафаэль поднялся с насиженного места и устремился к стоящему у дверей демону, что невольно затормозил, так и не дойдя до цели. — Разве я когда-то не приходил к тебе когда ты звал меня, ангел?       Смутившись, Азирафаэль собрался с мыслями и перешёл сразу к делу, не давая демону времени на дальнейшие терзания домыслами. — То что ты мне сказал навело меня на определённые мысли. Сам бы я долго доходил до этого. Но после того как ты всё мне рассказал я не могу оставаться малодушным. — подойдя к замершему другу, ангел опустил на его плечо руку, что показалась сейчас такой обжигающе горячей, произнёс совершенно серьёзным тоном. — Я хочу быть с тобой. Хочу быть не просто другом. Ты и я, на нашей стороне, как это было всегда, но иначе. Кроули, я хочу сказать что твои чувства взаимны. Может мне понадобилось дольше времени что бы это понять, но я тебя люблю! Дорогой, прости что тебе столько времени пришлось ждать. Но сейчас ведь мы можем наконец быть вместе.       Глядя ошарашенными глазами на объект своих грёз, Кроули не мог заставить себя поверить в происходящее. Попробовал пошевелиться, но не вышло. Тело будто стало каменным. Попытался что-то ответить, но из горла вырвался лишь глухой выдох.       Азирафаэль поняв своего демона без слов, протянул к тому руки и увлёк в самые желанные, невероятно нежные объятия. Объятия его ангела. На глазах навернулись жгучие слезы, а внутри всё обволокло чем то тёплым, вспыхнула нестерпимая радость которой так хотелось поделиться со своей половинкой. Наконец отмерев, зарылся носом куда-то в ключицу. Он здесь, настоящий и не собирает кидать Кроули на одинокое существование.

***

      Проснувшись к трём часам ночи, когда свежий воздух задувал в форточку, а луна превратилась в круглый диск. Ярко жёлтые глаза уставились в высокий потолок, пока их владелец приходил в себя, оглядывая уже ставшее привычным помещение.       Кинув взгляд на телефон, Кроули увидел уведомление сообщающее о пришедшем сообщении от Азирафаэля. Предательски дрожащими руками разблокировав нехитрый пароль, демон зашёл в переписку с ангелом. Тот предпочитал обходиться без гаджетов, как в старые добрые времена, но ради Кроули был готов сделать исключение.       Всего две строчки.       Какие то пару слов пробежали перед глазами Кроули, заставив его сердце болезненно сжаться и ухнуть куда-то в глубины адских пучин. По началу даже веря, судорожно отрицая происходящее.       Сжавшись в болезненный клубок, Кроули пытался прийти в себя, выровнять дыхание. Но не выходило. Боль была сродни падению с небес, но более жгучей и опустошающей. Словно мир обрёл совершенно иные черты, пугающие своей уродливостью. Ему было плевать на Рай и на Ад. Азирафаэль же был для него всем. Словно по року судьбы все помыслы и надежды заключались в этом пернатом чуде. Но что остаётся теперь, когда он лишился существа, что составляло его мир?       Когда время осознания прошло, навалилась непостижимая ранее тяжесть. Всё как-то потеряло смысл, ощущение будто от Кроули отломили добрую половину, вырвали с корнем, оставив оставшуюся гнить от полученных ран. Тяжёлой тенью накрывало осознание не только бесповоротного изменения жизни, но и изменения самого Кроули. Последнее пожалуй пугало куда больше первого.

      ... я тебя прощаю.