особенный

      Чонин совершил ошибку. Чёртову оплошность, которую ему не простят. Он предупреждал Феликса быть осторожным и осмотрительным, но сам же пошёл против правил. Глава просил привести к нему этого человека. Про дни раздумья никто ничего не говорил. Но Ян поступил опрометчиво. Этот старик точно не упустит момента воспользоваться этим.       Но самое важное было в том, что он втянул в это Ли. Феликс стоял не так далеко от брата и взволнованно следил за тем, как тот ходит кругами, не находя себе места. Они должны вернуться сегодня, иначе все посчитают, что они сбежали. И как теперь объяснить, что ответ будет только через три дня?! Будто его кто-то послушает!       — У нас нет выбора, — тихо говорит он, будто пытаясь убедить в этом самого себя. — Да что это тупой старик вообще может сделать?       Сделать он мог многое, на самом деле. И некоторые его способы наказания Чонин испытывал на себе. Иногда это был голод до сумасшествия. Ян не выходил из решётки около месяца, из-за чего вот-вот готов был напасть на любого, в ком текла свежая кровь. Ему было не важно, человек это или животное, ведь голод и жажда сковали желудок настолько сильно, что хотелось лезть на стены.       От воспоминаний об этом бросало в дрожь. Парень не хотел всё это испытывать вновь, а чтобы нечто такое познал Феликс, он просто не мог допустить.       — Несмотря ни на что, говори, что ты ничего не знаешь, — говорит Чонин, пока у Ли от услышанного глаза от удивления распахиваются.       — Но ведь это не так. Я тоже к этому причастен, значит, я тоже должен получить наказание!       — Ёнбок, — тихо шепчет Ян, смотря на младшего умоляющим взглядом. — Я не смогу простить себя, если с тобой что-то случится. Если эти твари сделают что-то тебе, а я не смогу противостоять им, как я могу рассчитывать на твою безопасность?       — А как же ты? — Феликс не хотел оставлять старшего одного. Он понимал, почему брат так делал, но не мог позволить произойти этому. Они ведь семья!       — Со мной всё будет в порядке, не переживай, — пытается улыбнуться парень, но улыбка на его лице выглядит так измучено, что Ли, смотря на всё это, проклинал всю эту чёртову жизнь. Чем Чонин заслужил всё это?!       — Давай, нам пора возвращаться, — тихо вздохнул старший, направляясь в сторону дороги, от куда они пришли.       Феликс обернулся, смотря на деревню оборотней, из которой они недавно ушли и закусил губу.       — Надеюсь, с тобой всё будет хорошо, — последнее, что прошептал он, перед тем, как отправится вслед за Чонином.

ʚʚʚ⪻♡⪼ɞɞɞ

      — Где Глава?       Парень от неожиданности вздрогнул. Он был уже готов напасть на нежданного гостя с кулаками, но когда увидел Чонина, лишь тяжело выдохнул и засунул руки в карманы куртки.       — Господи, Чонин, зачем так пугать?       Ян на это ничего не ответил, продолжая прожигать парня взглядом, будто это могло чем-то помочь. Они были знакомы не первый год, из-за чего, хоть и нехотя, узнали друг о друге очень многое, поэтому на товарища это не действовало.       — Ёнджун, мне срочно нужен Глава, где он?       — Я не его секретарь, — отмахнулся тот, смотря за спину напарника, где стоял веснусчатый блондин. — А что, это так срочно?       — Да. Мы не смогли выполнить его поручение.       — Неужели это было настолько сложно? — недоумевах парень, скептически изгибая бровь.       — Нет, — выдохнул Ян. — Просто я поступил опрометчиво и дал им на раздумья три дня, хоть Глава ничего про подобное и не говорил. И я решил, что лучше сознаюсь в этом самостоятельно.       — Ты с ума сошёл?! — Ёнджун подбежал к товарищу и закрыл ему рот ладонью, осматриваясь по сторонам, пытаясь найти лишние ненужные уши. — Если он узнает об этом, то и живого места на вас не оставит. Скажи, что их вожак просто отказался отдавать вам этого человека и дело с концом! Перестань делать какую-то не обдуманную херню, Ян Чонин!       — Ничего страшного, я заслужил это.       — А где же твоё рвение к свободе?! Где твоё желание жить, мелкий ты ублюдок?! Какого чёрта ты творишь? Ты там нигде головой не приложился, пока шёл?!       — Какое тебе вообще дело? — начинает злится Чонин, из-за чего Феликс мелко вздрагивает, но не подаёт виду.       — Большое! Ты мой напарник и друг. И мне плевать, если ты считаешь меня надоедливой занозой в заднице. Но я не хочу, чтобы с тобой и твоим братом что-то случилось!       Ян смотрит на Ёнджуна, открыв рот, пытаясь выдавить из себя хоть слово. Старший считает его другом, хотя сам парень никак не общался с ним, если этого не требовала ситуация. Но Чхвэ всё равно считал его не просто напарником. И эти слова так глубоко проникли в душу, что Чонин тупо смотрит на вампира, не зная, что ему делать.       — Он ведь всё равно узнает правду, — вздыхает он, сжимая губы в тонкую линию.       Многие считают, что спектр чувств и эмоций Чонина примерна такая же, как у спички. Когда её поджигатешь, то огонь горит совсем не долго и хватает только на один раз. Его же огня хватает только на Феликса, он не планировал ни с кем здесь сближаться. Ведь терять будет больнее, а потери в этом месте неизбежны.       — И что я не должен узнать? — хриплый голос звучит от куда-то из темноты, заставляя всех троих покрыться нервным потом. Было наивно полагать, что этот дед не узнает ничего, но всё же Чонин хотел бы сейчас отложить встречу с ним, хоть буквально несколько минут назад рвался покаяться во всех грехах мира.       — Глава... — тихо начал Ёнджун, слегка кланяясь в знак приветствия.       — Может, я не должен был узнать, что этот маленький поршивец подослал оборотней в ту деревню? Или я не должен был узнать, что он не следовал приказам, которые я ему отдавал? Или может быть о том, что он не дал убить ту девку, лишив тем самым всех еды? Или то, что вы оба ослушались меня?       С каждым его словом глаза Чонина расширялись всё больше и больше, пока Феликс сжимался всем телом, пытаясь стать невидимым. Ян, будто не веря своим ушам, повернулся и посмотрел на брата, будто пытаясь найти подтверждение всему тому, что срывалась с уст старика. Но Ли смотрел в пол, не решаясь поднять глаза на старшего. И это означало то, что всё сказанное было ничем иным, как чёртовой правдой.       — Сколько я ещё должен терпеть все эти выходки? Думал, я не узнаю? — ухмылка на губах Главы стала слишком заметной, хоть он всё ещё стоял в темноте. — А ты намного глупее, чем я думал.       — Глава, — Ян падает на колени. Ему было плевать, кто что подумает, ведь жизнь и безопасность брата были намного важнее какой-либо гордости. — Прошу извинить его. Он больше никогда не будет вытворять чего-то подобного, я клянусь вам в этом. Накажите меня, но, умоляю, не трогайте его.       — Ёнджун, приведи ко мне Феликса, — командает старик, делая пару шагов вперёд, так, чтобы его силуэт стал более явным для чужого взора. — А потом отойди обратно и держи Яна, не дай ему сдвинуться даже на миллиметр.       — Но Глава...       — Ты тоже решил ослушаться меня? — в его голосе слышна нотка раздрожения. — Делай то, что я сказал, иначе я направлю на тебя всех вампиров, которые тут живут, и прикажу им тебя разорвать на мелкие куски, так, что даже родные родители не узнали бы.       Парень смотрит на друга, закусив губу. В его взгляде виднелись сожаление и страх, но он не мог пойти против Главы. Это ничего не изменит, исход всё равно будет одним — он получит то, что хотел. И не важно, сколько крови придётся пролиться, ему никогда нет дела ни до кого, кроме себя. Чёртов эгоист, который показал свою силу и держит всех на коротком поводке, чтобы никто не вздумал перечить ему.       Ёнджун аккуратно взял Феликса за руку и повёл в темноту, туда, где виднелся это ненавистный силуэт. Ли не сопротивлся, не видел в этом смысла. Парень лишь оглянулся назад и посмотрел на брата, который всё ещё стоял на коленях. Их взгляды встретились, грудь Чонина сжалась в панике, а лицо младшего озарила грустная улыбка.       Ёнджун же шёл и смотрел в пол. Он только что говорил такие громкие слова, а теперь забирает у Яна дорогого ему человека, чтобы передать его прямо в руки смерти. И какой он друг после этого?       Когда силуэт старого вампира был на расстоянии вытянутой руки, оба остановились. Чхвэ всё ещё держал Феликса за руку, крепко сжимая его ладонь в своей.       — Долго ещё будешь здесь стоять? — грубый голос раздался совсем рядом. — Иди на свое место.       Ёнджун стиснул зубы и, переступая через себя и свои желания, отпускает руку Ли, уходя к Чонину. Он берёт его за предплечья, не сильно их заламывая. Ян ничего не говорит, его взгляд был прикован к фигуре блондина, что стоял там совсем один.       — Прости, — шепчет парень, но Ян не обращает внимания на это. Ёнджун не виноват в этом, любой бы на его месте поступил бы так же. Даже он сам.       Старый вампир подходит к блондину и поднимает двумя пальцами его лицо, чтобы посмотреть прямо в глаза, из-за чего Ли ёжится.       — Прекрасно, — хмыкает Глава и сжимает щёки парня, вызывая у того вздох. — В твоих глазах столько разных эмоций. Кажется, будто они живые. Аж бесит.       Старик подносит свободную руку к груди Феликса и кладёт её прямо там, где было сердце.       — Но сейчас я исправлю это. Твои глаза станут такими же бездонными, как и мои.       В ту же секунду рука монстра разрывает кожу и ломает рёбра. Кровь брызгает в стороны, окрышивая собой когда-то белый пол. Но Главу это не смущает, он копошится в груди юноши, пока не находит то, что искал. Он сжимает в запястье сердце и поворачивается к Яну, будто хвастаясь своей добычей.       Чонин дёргается в руках Ёнджуна, желая высвободиться. Он не может позволить Феликсу умереть снова. Он должен защитить его ценой своей жизни. Но Чхвэ удерживает его крепко, пытаясь не смотреть на окрававленное тело Ли.       — И так будет со всеми, кто посмеет ослушаться меня, — говорит громко старик, сжимая орган в своей руке, раздавливая.       — Нет! — кричит Ян. Слёзы начинают скатываться по щекам от безысходности.       — Запри его в клетке, а тело выкинь куда-нибудь, — отдаёт приказ он и уходит, даже не смотря в их сторону, скрываясь в непроглядной тьме.       Только тогда Ёнджун отпускает младшего, который уже задыхался в слезах. Он не знал, что ему делать. Казалось, что этот кошмар запечатался в подкорке его мозга навсегда. Уже бездыханное тело блондина лежало, а из него всё ещё вытекала кровь. Чхвэ, почувствов приступ тошноты и головокружения, сразу же отвернулся. А Чонин смотрел только на Ли.       Он мёртв, он больше никогда не обнимет его, больше никогда не улыбнётся своей солнечной заворожительной улыбкой.       — Почему, — тихо шепчет Ян, подползая ближе к брату и беря его руку в свою. — Почему всегда ты умираешь из-за меня? Почему это всегда ты? Почему...       — Чонин, — Ёнджун кладёт руку на плечо парня, сжимая. По его щекам тоже катились слёзы, которые тот так и не смог сдержать. — Прости меня.       — Почему ты винишь в этом себя? — Ян смотрит заплакаными глазами на старшего, закусив губу, чтобы не закричать. — Это только моя вина. Я не смог защитить его.       — Пошли, — Чхвэ берёт парня за руку, немного приподнимая, чтобы тот встал.       Чонин не спрашивал куда и зачем, он лишь глупо шёл за товарищем, неся тело младшего на руках и смотря в его глаза. Теперь они были и правда пустыми.       Выкопав неглубокую яму лопатой, которую Ёнджун взял с собой, он закрыл блондину веки. Ян проследил за этим действием внимательным взглядом, а потом посмотрел на Чхвэ. Немного сомневаясь, он положил тело младшего в яму.       — Я буду скучать, Ёнбок, — тихим шёпотом проговорил он.       — А теперь беги, — внезапно проговорил парень с лопатой. Ян глупо посмотрел на него, но когда до него дошло, что только что сказал старший, он удивлённо переспросил:       — Что?       — Я не смогу смериться ещё и с твоей смертью, — объясняет он. Образ, как рука проникает в чужое тело и вынимает от туда окрававленное сердце, будет сниться ему в кошмарах каждую ночь на протяжении многих лет. — Ну же! Чего встал, как вкопанный!       — Я не могу...       — Можешь! — возразил ему Ёнджун, смотря на парня пристально покрасневшими из-за слёз глазами. — Просто беги. Не важно куда, главное подальше от сюда. Ты меня слышишь?       — Но...       — Просто беги уже! Я прикрою и замету твой след.       Чонин стоял и не верил в услышанное. Чхвэ на полном серьёзе говорит ему бежать? С ума сошёл? Или он решил, что у него есть одна лишняя жизнь?       — Чонин, прошу, — он опустил голову, пряча взгляд. — Это последняя моя прозьба, клянусь. Просто беги и не оглядывайся, хорошо? Ты же можешь это выполнить?       Ян ещё какое-то время смотрит на страшего, а потом резко срывается с места и бежит. Он будет бежать, пока лёгкие не лопнут, а ноги не перестанут держать его. Не важно, где в итоге он окажется.       — Надеюсь, с тобой всё будет в порядке, — прошептал уже в пустоту Чхвэ, принимаясь за работу.

ʚʚʚ⪻♡⪼ɞɞɞ

      Утреннее солнце поднималось из-за горизонта, освещая тёмный лес. Сынмин идёт по тропинке между деревьями, время от времени нагибаясь, чтобы сорвать нужных ему трав. Это место показал ему дедушка ещё в детстве, поэтому парень частенько сюда заглядывал, зная, что здесь точно есть то, что ему надо. Хотя эта была не единственная причина. Это место также навивало воспоминания, когда его любимый и единственный член семьи был жив. Родителей он никогда не знал, поэтому и не скучал никогда по ним.       Хёнджин был где-то не далеко, но не достигал зоны видимости, чтобы не отвлекать и не мешать Киму. И он это очень ценил. Парни знали друг друга слишком хорошо. Они вместе росли, всегда вместе куда-то ходили. Казалось, в жизни Сынмина Хвана было настолько много, что он даже не мог представить, что ему делать, если тот вдруг исчезнет       Из мыслей его вырывает шорох и удар чего-то об землю. Возможно, это было какое-то животное, но интерес взял верх и Сынмин, не долго думая, решил проверить, что всё же произошло. Он пошёл в даль леса, от куда был слышен звук, оглядываясь по сторонам. Но когда он увидел тело человека, сердце замерло в страхе.       Ким был одним из лучших лекарей в стае. А ещё, не смотря на свой характер, он был довольно добрым и всегда стремился помочь, ведь именно так учил его дедушка. Поэтому он подошёл к телу неизвестного парня и уже хотел было проверить наличие у него пульса, как за спиной раздалось обеспокоенное:       — Не трогай его!       Сынмин повернулся на звук и с непониманием посмотрел на Хвана, изгибая бровь в вопросе.       — Это вампир. Именно он приходил сюда прошлой ночью.       Хёнджин подошёл ближе, брезгливо рассматривая тело, которое лежало и не подавало признаков жизни. Он схватил парня за руку, чтобы помочь встать и увести его от этой твари на приличное расстояние.       — Но мы не можем оставить его здесь, — сообщил Сынмин. — Не думаю, что он опасен для нас. У него явное изнеможение, да и прошлой ночью их было двое. Думаю, у них что-то произошло.       — Может, это какой-то их коварный план, — не сдаётся Хёнджин, не выпуская парня из рук.       Ким вздыхает и разворачивается лицом к Хвану, чтобы быстро податься вперёд и невесомо поцеловать его в уголок губ. Парень замирает от неожиданности, немного ослабив хватку на руке Сынмина, посему тот аккуратно убирая чужую.       — Со мной всё будет в порядке, — обещает он, тихо выдыхая. — Лучше отвести его к Чану или Чанбину. Они решат, что сделать с ним потом.       Хёнджин нехотя соглашается и они оба подходят к незнакомцу, что всё это время лежал неподвижно. Ким не знает, что ему нужно сделать, ведь вампиров они никогда не лечил. По факту они уже были мертвы, поэтому дыхание и пульс было бы глупо проверять.       Но парень вдруг резко распахнул глаза, из-за чего Сынмин немного вздрогнул, а Хван насторожился, готовый в любую секунду вступить в бой с врагом.       — Он убил его. Убил. Он умер. — как в бреду шептал тот, не замечая вокруг себя никого.       — Успокойся, здесь ты в безопасности. Пока что.       Вампир поднял взгляд на оборотней. Сначала он даже не шевелился, явно раздумывая, что ему делать. Но потом парень неожиданно вцепился в руку Сынмина, заставляя того слегка зашипеть из-за боли.       — Вы должны мне помочь! Он не оставит от вас ничего! Но я знаю их план! Пожалуйста, повертье мне!       — Отпусти его, — рыкнул Хёнджин. Вампир, будто только что осознав, что он сделал, резко отстранился от лекаря, будто обжёгся. — И с чего вдруг нам тебе верить? Не ты ли приходит сюда и просил нас отдать вам Минхо?       — Они убили моего брата, — тихо шепчет парень. — Я не знаю, что мне делать без него. Я хочу отомстить этим тварям, хочу, чтобы они страдали так же, как и он. Я хочу убить их. Но для этого мне нужна ваша помощь.       Оборотни переглянулись между собой, будто раздумывая, нужно ли верить ему. Слова из уст вампира звучали очень убедительно и правдиво.       — Я правда хочу помочь вам победить их.       — Хорошо, — кивает Ким, вставая и протягивая руку для нового знакомого. — Тогда мы отведём тебя к вожаку.