Вчерашний вечер

Приглушённый свет в комнате, мягкий диван. На экране телевизора проигрывался какой-то фильм, с Анджелиной Джоли в главной роли. Вроде бы какой-то боевик или что-то в этом роде. Напротив Маши, на журнальном столике стояли два бокала красного вина, пачка сигарет и зажигалка. В воздухе веяло спокойствием и теплотой. Мария сидела с закинутыми ногами на диване, укутавшись в плед.  – Чего-нибудь ещё хочешь? – спросила неизвестная фигура. – Нет, вина достаточно, – промурчала девушка. – Хорошо, я себе салат тогда сделаю. Если захочешь –скажи, положу и тебе. На настенных часах стрелка показывала почти четыре утра. Глаза Маши уже слипались, тело было абсолютно расслаблено. Силуэт за спиной изредка поворачивался и смотрел на неё. Когда сюжет фильма близился уже к концу, фигура подошла к журнальному столику и жадно схватила пачку сигарет с зажигалкой. Достав из пачки сигарету - положила коробок на место. Силуэт отдалился и спустя 5 минут вернулся обратно. Мария уже спала. Он накрыл её пледом и поцеловал в макушку. От такой нежности девушкаприоткрыла глаза. – Сколько сейчас времени? – пробормотала Мария Генриховна. – Четыре тридцать утра. – Давай ложиться спать, мы завтра проспим опять до двенадцати дня, – с раздражением сказала Мария Генриховна. – Давай, – с нежностью сказал абрис человека. Они почесали в сторону спальни. На стенах комнаты красовались несколько фотографий. На одной из них была Мария, счастливая и довольная. Обстановка уюта и порядка: чистое и вкусно пахнущее бельё, диффузор, разносящий свой аромат по всему пространству. Оба туловища приземлились на кровать: – Мне с тобой хорошо, Таня, – мягко шепнула Мария. – А мне с тобой – нет, – громко и отчетливо сказала девушка. Мария натянула свои брови почти до потолка, её глаза блестели. Она смотрела в глаза близкого человека и не понимала, почему так происходит. У них же было всё отлично… – Маша, проснись, проснись, – говорил ей среди ночи муж. – Что случилось, почему ты плачешь? – с любопытством смотрел на неё мужчина. – Всё нормально, да, – говорила девушка.  – Просто кошмар приснился? – интересовался супруг.  – Ага…типа того… – Тебе принести воды с валерьянкой? – Буду признательна… Мария нервно провела руками по лицу, лоб её был мокрым. Она не сразу поняла, почему ей приснился такой сон. Девушка еще час лежала и думала о том, что ей приснилось и по какой причине. Маша – далеко не глупая девушка, в студенчестве увлекалась различными науками, в том числе и психологией. Лёжа в кровати, она пыталась анализировать всё, что увидела во сне. Но, к сожалению, мозг никак не хотел ей подчиняться. Единственный вывод, к которому Мария пришла – это то, что хотя бы во сне на время онабыла счастлива. До определённого момента. Утром Маша уже не помнила половины деталей сновидения. Такое ощущение, будто ей кто-то стёр память.Она, конечно, помнила суть сна и помнила про Таню, но больше ничего. И это, честно говоря, расстраивало её. Когда она делала макияж, к ней зашёл муж и начал расспрашивать про то, что произошло ночью. Но и ему и себе, она не смогла рассказать ровным счётом ничего. Уже в школе, сидя за столом в своём кабинете, завуч вспомнила о важной детали – Маша была готова лечь в одну кровать с Таней, как тогда. Мария наконец-то смогла высказать свои чувства, но видимо, они оказались никому не нужны. Было уже поздно? Или же это было только начало? Ответов ни на один вопрос, который она задала вслух, не поступило. Нужно было отвлечься как-то от всего этого, поэтому она принялась за свои прямые обязанности. Стук в дверь отвлёк её от проверки отчётных документов. В кабинет вошла маленькая девочка – Лиза Третьякова из пятого класса. Вид у ребёнка был испуганным. – Здравствуй, Лиза, что случилось? – сказала завуч. – Там мальчики дерутся, очень сильно, там кровь везде. Мне страшно, помогите, пожалуйста! – с дрожью в голосе сказала школьница. – Так, не переживай, сейчас со всем разберёмся, – с полным спокойствием сказала Мария Генриховна. Не самом деле, она понимала, сколько сейчас будет шума вокруг этого происшествия. Мария резко встала изо стола, схватила свой телефон и взяла девочку за руку. – Веди меня. Где эти драчуны?  – Они тут на втором этаже, возле туалетов. Я расписание на завтра смотрела и увидела их. Там ещё возле них несколько девочек стояли. – Ты ко мне сразу прибежала, как только видела? – Да… – Умничка!  Подойдя к туалету, Мария наблюдала картину, точь-в-точь описанную Лизой. Два подростка дрались уже из последних сил. Их рубашки и правда были запачканы кровью – у одного из мальчиков был разбит нос. Рядом стояли три девчонки, что-то шептали друг другу. Мальчиков разнять никто и не пытался даже, что за дети! – Я не поняла, что здесь происходит? – с максимальной строгостью сказала Мария Генриховна. Все вокруг вздрогнули. Мальчики на пару секунд замерли, даже сам шок был в шоке. Было неловкое молчание, после которого последовал не менее строгий вопрос: – Ну? Долго будете отмалчиваться?  Парни стояли с заведёнными за спину руками и молчали. Одна из девочек уже хотела сказать, но рядом стоящая девочка её одёрнула, мол «не надо». – Ясно, все ко мне в кабинет, – с некой усталостью сказала завуч. Через пять минут в кабинете находилась уже вся «банда». Все так и молчали в тряпочку, ни слова не проронили. Глаза детей были опущены, все в этом помещении понимали, что ничего хорошего в этой ситуации уже не будет. Скорее всего завуч сообщила об этом инциденте директору, а тот обязан во всём этом разобраться. Ещё и родителей вызовут, в общем, плюсов никаких.  – Директор уже в курсе. Ваши родители вскоре тоже будут осведомлены, – слегка давила на парней завуч. – Не хотите уже рассказать, что произошло? – Если можно, то я бы хотела наедине поговорить, – тихо сказала одна из девочек. – Конечно можно, только остальных сейчас куда мне деть? Мне нужно побеседовать с каждым из вас, – подметила Мария Генриховна. – Поэтому, в ваших же интересах поговорить со мной и всё рассказать как можно скорее, – продолжала завуч. – Они подрались из-за меня, – резко высказала девчонка. – То есть все об этом знали и не разнимали их? Единственная Елизавета – молодец, позвала меня на помощь. Так бы до сих пор дрались бы? Школа – культурное место, тут не место для драк. Если вы не научились ещё решать дела словами, то могли бы делать это на улице хотя бы! Это ещё повезло, что никто кроме вас шестерых этого не видел! – с яростью говорила Мария Генриховна. – Приведите себя в порядок, умойтесь и сходите к медсестре. У Ярослава, кажется, серьезная травма носа, нужно осмотреть, – продолжала завуч. – Пока что все свободны! Дети вышли из кабинета, а Маша снова осталась одна. Как же такие моменты выматывали. Было в этом, конечно, в этом и что-то бодрящее, но получалось такое воздействиекрайне редко. – Как же я устала…нужно в отпуск, – бормотала себе под нос Маша.