Вместо слов

Первое, что я услышал — звонкий вскрик. Короткий и очень громкий. Он закончился также резко, как и начался. Я, было, подумал, что мне показалось. Хотя, какое к чёрту "показалось"? Я словно очнулся после долгого сна, и мне явно не могло послышаться. Внезапно перед закрытыми веками возникли лучи света. Слишком яркие, аж до неприятного покалывания. Я услышал чьё-то сбившееся дыхание. – Г-господин?.. Тяжесть, до этого ложившаяся на веки, неожиданно исчезла. Я открыл глаза. Передо мной предстал невысокого роста человек. Он часто-часто моргал, почёсывая небритую щетину. Я спокойно осмотрел его. Неприметная, слегка испачканная в глине одежда, явно сшитая вручную. На ногах крепкие потёсанные ботинки. В мозолистых пальцах зажат фонарь, которым он бесстыдно светил прямо на меня. – Господин, вы в порядке? – Дрожащим голосом переспросил мужчина, обеспокоенно осматривая меня. – Не могу пошевелиться, – ответил я, продолжая хмуриться от яркого света. – Простите, я сейчас, – человек поспешно отвёл фонарь в сторону, после протянул ко мне руку. Я зажмурился от резко появившегося тепла. Свет разлился вокруг, заставляя жмуриться. Потеряв равновесие, я чуть не упал, однако мужчина вовремя подхватил меня под руки. – Будьте осторожнее, господин! Здесь повсюду валяются острые булыжники! Я попытался подняться на ноги. Тяжесть давила на суставы, казалось, любое движение доставит только больше страданий. – Позвольте мне помочь, – мужчина присел на одно колено, – залезайте на мою спину. Я без лишних возражений повиновался, хотя, он сделал всё за меня — подхватил меня под колени. Человек, кряхтя и дрожа, направлялся в сторону выхода. Я внимательно осматривал стены. Я был в пещере. По стенкам стекали редкие капли жидкости, между камней сновали ящерицы и крысы. Стоило нам выйти из пещеры, мужчина свалился на землю и закашлился. – Прошу прощения, немного не рассчитал силы, – прохрипел он. – Не извиняйтесь, – я, снова закрыв глаза от света, пытался медленно шевелить руками, лёжа на земле. Под пальцами я ощущал прохладные травинки. – Господин, мне нужно позвать на помощь, вы ведь подождёте? Пожалуйста, никуда не уходите, я совсем скоро вернусь с помощью! Я ничего не ответил. Послышались отдаляющиеся быстрые шаги. Медленно приоткрыв глаза, я увидел солнце. Тёплые лучи прогуливались по моему лицу, пальцам, ногам и плечам. Мне пришлось отвернуться. Слишком долго смотреть на солнце было невыносимо. Я попытался вспомнить хоть что-то. Кто я? Как я оказался в пещере? Я знаю этого мужчину? Мысли обрывались слишком рано. В голове было пусто, но это не пугало. – Господин! Я повернул голову в сторону крика. Ко мне приближался уже знакомый мужчина. Рядом с ним, придерживая полы юбки, спешила женщина. – Барт, как так можно?! Даже рюкзак ему под голову не положил, что за невежество! – Запричитала она, качая головой. – Простите моего мужа, он не хотел вам навредить! – Он не навредил, – я равнодушно пожал плечами. – Так, Нэнси, поднимаем его с двух сторон, – мужчина закинул рюкзак на плечо и подхватил меня под плечи. – Сейчас, – она осторожно обхватила меня за ноги. Так, шатаясь и пыхтя, они дотащили меня до деревянного домика. Во дворе, выпучив глаза и раскрыв рот, на меня смотрела девочка. Парочка, бранясь и спотыкаясь, занесли меня в дом. Теперь я начал думать, что нужно поскорее размяться, ибо с таким методом я рискую вообще расшибиться. – Итак, я Нэнси, это мой муж Барт, во дворе играет Холли... А как зовут вас? И как же мне себя представить? И вдруг по мозгу будто прошёлся разряд тока, под кожей пронеслась волна жжения. Пальцы рук затряслись. На левой руке возникла голубая линия, ведущая с кончика среднего пальца, заходящая на запястья и заканчивающаяся в районе локтя. Муж и жена внимательно следили за каждым моим движением. Кто-то звал меня. Мне слышался отдалённый голос. В памяти прояснилось моё имя. – Ли. – Уже хорошо, – облегчённо закивал Барт, – господин Ли, вы знаете, как оказались в том месте? Я отрицательно помотал головой. – На вас наложили печать, – мужчина протянул мне руку, – если бы не моя магия, я не смог бы вас спасти. – Магия? – Переспросил я. – Да, – Нэнси подтвердила, – в роду Рохау все прирождённые маги. У всех проявляется способность снятия печати. – Не нахваливай меня только, – удручённо отмахнулся Барт, – если бы эту печать не ослабило время, никто не смог бы её сломать. Видимо, вы попали туда очень давно. Может, из-за воздействия времени ваши мышцы слишком размякли. Нужно размяться. – Вы не знаете, что за линия проявилась на моей руке? – Задал я интересующий меня вопрос. Барт осторожно коснулся кожи на руке. – Это может быть всё, что угодно. Скорее всего, проклятая метка, но я не могу быть уверен, ведь вы пробыли в заточении печати неизвестное количество времени. Вы были закрыты за плотной стеной булыжников, и вряд ли кто-то намеренно проклял вас. Об этом лучше спрашивать у знающих людей — заклинателей. – Спасибо. – Возможно, вы хотите есть? Я приготовила овощное рагу, – Нэнси заботливо поправила подушку под моей головой. Я прислушался к своим ощущениям. Ничего не хотелось. Но эта женщина выглядела слишком доброй, чтобы отказывать ей. – Я бы поел. – Отлично, накрывай пока на стол, я помогу господину Ли размяться. И я подберу вам что-то более удобное, вам наверняка будет неудобно в этом, – Барт указал на мою одежду. Мысленно я согласился. На мне была лёгкая накидка, подвязанная на поясе, и шорты. Далеко в таком не уйдёшь. Барт предложил мне свою старую одежду: рубашку и протёршиеся зелёные штаны, которые мне пришлось подвернуть. Вещи оказались мне велики, но я не возражал — это было всяко лучше предыдущего варианта. После того, как мышцы пришли в нужную форму, двигаться стало гораздо легче. И рагу, приготовленное Нэнси, казалось очень аппетитным. – Вкусно, – признался я. Насыщения я не чувствовал, как и голода, но приятное тепло разливалось по телу, вызывая лёгкие мурашки. – Всегда пожалуйста, – Нэнси довольно улыбнулась. – Ты ведь хотела сходить на рынок? Может, проводишь господина Ли к заклинателю? – Ах да, совсем забылась, – усмехнулась женщина, – думаю, я могу взять с собой Холли. Она будет рада поиграть с дочкой Сары. – Я останусь, – предложил Барт, – займусь огородом. – Может, лучше наконец-то починишь песочницу? – Вопросительно взглянула на него Нэнси. – Почему бы и нет? Схожу за инструментами. Спасибо за вкусный обед, любимая, – он коротко чмокнул жену в щёку и, убрав тарелку со стола, направился на улицу. Нэнси переодела дочь и протянула мне корзинку. – Господин Ли, поможете? На обратном пути заглянем на рынок, может, вы вспомните какие-то окрестности. – Хорошо, – я взял предложенную мне корзину. Чем быстрее я восстановлю память, тем лучше, но сейчас нужно было выяснить, что за линии появились на моей руке. Домик заклинателя находился на другом конце деревни. Туда мы добрались без происшествий, разве что жители смотрели на меня с некоторым удивлением. – Не беспокойтесь, они не намерены вас обидеть. В нашей деревне каждый друг друга знает, вот и удивляются появлению незнакомца, – подбодрила меня Нэнси. – Я не беспокоюсь, – ответил я. Возле небольшого строения, стены которого были изрисованы различного рода символами, значение которых не было мне известно. – Мы пришли, – Нэнси постучала в дверь четыре раза. – Да? – На порог вышла хозяйка, вытирая руки о фартук. Одета она была в холщовые брюки и светлую майку. Она скользнула по мне внимательным взглядом. – Сара, – она протянула мне руку. Я непонимающе покосился на Нэнси. Она, казалось, не знает, в чём заключалось моё недоумение. – Ну же, пожмите мне руку и представьтесь, – Сара не сменила позу. – Ли, – я пожал её крепкую ладонь. – Приятно познакомится, Ли. Вы не выглядите местным. Вам потребовались мои услуги заклинателя? – У меня появилась линия на руке. – Господин Ли пытался вспомнить своё прошлое. Барт сказал, что это может быть проклятием, и ты поможешь определить, так ли это, – дополнила Нэнси, – я могу поиграть с Софией, пока вы проводите сеанс. – Была бы очень благодарна, – Сара отошла на шаг в сторону. Только сейчас я заметил тихую девочку, хватающуюся за фартук матери. Малышка смотрела на меня неотрывным взглядом, будто пытаясь прожечь во мне дыру. Я уставился на неё в ответ. – Ну же, София, пойдём играть с Холли, – Нэнси легонько потянула девочку за руку. Она, немного помешкав, пошла за женщиной. – Пройдём внутрь, – пригласила меня Сара. Дом изнутри был пропитан запахом душистых трав, фруктов и пряностей. Казалось, было некуда ступить: повсюду — на полу, на мебели, на стенах — висела различная незнакомая мне атрибутика, какие-то картины, самодельные амулеты и прочие пёстрые вещи. – Прошу прощения за беспорядок, сегодня вся в заботах. Присаживайтесь. Сара сдвинула раскрытые книги со стола, убрала навешенную на спинку стула одежду и села напротив. – Итак, что вы почувствовали, когда возникла эта линия? – Женщина аккуратно осматривала мою руку сквозь специальную линзу. – Жжение. И покалывание, но не на руке, а в голове. – В голове? – Переспросила Сара, слегка нахмурившись. – Да. Наверное, если она так напряглась, это значит что-то плохое. Но женщина развела руками и её лицо приняло обычный расслабленный вид. – Не хочу вам врать, я не до конца понимаю, что это. Барт прав, с первого взгляда действительно похоже на проклятую метку. Но цвет этой линии подозрительно схож с цветом ваших глаз, а меток таких цветов я не встречала. К тому же, даже если они существуют, метки возникают не совсем таким образом. Вы могли проснуться и случайно обнаружить её на своём теле. А судя по предыстории, вы напрягали память, и она возникла после этого. Вас не прокляли, я уверена. – Вы не знаете кого-то, кто мог бы мне рассказать об этом? – Боюсь, вы возлагаете чересчур большие надежды на нашу деревню, – огорчённо вздохнула Сара, протирая линзу от пылинок, – мы отделены от городской жизни плотной стеной гор. Здесь даже арбайтеров толком нет. – Арбайтеров? – Я переспросил. – Они следят за тем, чтобы каждый житель страны исполнял закон. Здесь же такая роскошь ни к чему — каждый друг друга в лицо знает. Здесь царит доверие и умиротворение. Но это же и минус. Я одна из немногих в этой деревне, кто хоть что-то понимает в магии, так же как и Барт. Я вас уверяю, если бы я могла, я бы сразу сказала вам номер дома, в котором живёт тот, кто поможет вам. – Спасибо. – Извините, что не смогла помочь вам в полной мере, – она печально усмехнулась, – надеюсь, вы всё же найдёте ответы на свои вопросы. Нэнси встретила меня возле калитки, ведущей на участок Сары. – Как прошло? – Взволнованно поинтересовалась она. – Она не знает, что это такое. – Кажется, вы совсем не разочарованы, – женщина подхватила дочку на руки, – это очень важно в наше время — придерживаться оптимизма. – Вы хотели пойти на рынок. – Да, конечно, – Нэнси нервно хихикнула, – вам не нравится обсуждать ваши чувства? Я заметила, что вы ведёте себя очень скованно. – Скованно? – Мне пришлось переспросить это странное слово. – Я ничего не чувствую. С чего бы мне вести себя скованно или не скованно? – Извините, я не хотела вас задеть, но вы отвечаете так односложно... – Вы меня не задели, я не ощущаю обиды. – Как скажете. Мы направились в сторону рынка. Нэнси постоянно косилась в мою сторону. – Вам нравится здесь? Я так резко остановился, что женщина аж вздрогнула. – Здесь красиво, – признался я, – чистое небо, дикие цветы, прохлада горных ветров... Это прекрасно. – Вам нужно побывать на озере Либеспар, – задумчиво ответила Нэнси. – Либеспар? – Название звучало абсолютно незнакомо, и в голове не всплывали воспоминания об этом месте, но почему-то где-то в груди стало теплее. – Там растут милые цветочки, которые даже зимой цветут, – наконец вставила своё слово Холли. – Она очень любит это озеро, как и все мы, – Нэнси нежно потрепала дочку по волосам. – А ещё там ходит красивый человек, – губы девочки растянулись в широкой улыбке. – Холли, необязательно говорить господину Ли о нём, – тихо шепнула ей мама. – Что за человек? – Я обратился к Холли. Нэнси по непонятной причине замешкалась. – Высокий и печальный, – мечтательно произнесла малышка. Я на секунду подумал, почему она выбрала для описания именно эти слова. Ни доли конкретики. Высоких и печальных людей в этом мире наверняка много. Впрочем, зачем мне этот человек? Разве что потому, что любая информация сейчас могла быть полезной. Но только потому, что я ничего не помню, расспрашивать даже о незначительных вещах? – Наша страна не самая богатая, но сюда в свои летние поместья часто приезжают графы и графини, – слегка запинаясь, пояснила Нэнси, – я думаю, что это один из них. Люди из знати бывают жестоки, я не хотела бы, чтобы вы и Холли рисковали, находясь рядом с такими людьми. – Я не собираюсь его искать, – спокойно возразил я, – просто расспрашиваю. Даже малейшая деталь может помочь мне что-то вспомнить. – Конечно, – она обеспокоенно вздохнула, решив подробнее описать незнакомца, – никто из местных не в курсе, кто он. Его богатые одежды говорят сами за себя — он точно не житель этой страны. Его лицо никто не видел. Он стоит на берегу Либеспар часами, затем исчезает также незаметно, как и появляется. Он никого к себе не подпускает, даже детей. Почему-то я уверена, что к нему не подошли бы даже арбайтеры. – Мам, мы пришли! – Холли слезла с рук Нэнси и потянула меня за указательный палец. – Пойдём, я помогу подобрать травы для чая! – Хорошо, – кивнул я и пошёл вслед за девочкой. Продавцы и покупатели до сих пор немного удивлённо смотрели на меня, но заметив улыбающуюся Нэнси позади, моментально расслаблялись. Холли тянула меня от одного прилавка до другого, постоянно тараторя что-то о вкусных фруктах, хлебе и молоке, попутно засовывая в корзину всё новые и новые продукты. Интересно, почему она так оживилась? Ей понравился разговор про озеро? На обратном пути Нэнси говорила мягче. – Мы не сильно отличаемся от городских жителей. Да, они не запоминают каждого прохожего, но для них свобода, равенство и уважение также важно, как для нас. Наша королева никогда не была жестока, для неё важно сохранить мир и покой в стране. За разговором мы постепенно приближались к дому. Внезапно я выставил руку вбок, остановив тем самым Нэнси и Холли. – Господин Ли? – Интонация женщины тут же изменилась. – Тихо, – приказал я, всматриваясь в происходящее во дворе. Возня рядом с входной дверью не прекращалась. Я уже ринулся вперёд, чтобы выяснить наконец причину шума, как Нэнси вцепилась в моё запястье. Её пальцы оказались непривычно крепкими. – Нет.