Вино

      Ралдорон стоял и смотрел на то, что осталось от лица одного из легионеров предателей. Амит сидел рядом с трупом и что-то хлебал из шлема Пожирателя Миров. По его губам текло красное, заливая много раз покрытое шрамами лицо Расчленителя. — Привет, Амит. — Ралдорон мимоходом зарубил какого-то смертного солдата, который пытался выстрелить из своего лазерной винтовки в капитана 5 роты. Кровь брызнула, пачкая каменные обломки, которые были какой-то статуей. Ралдорон поморщился, ощутив сухость во рту, которая тут же ушла, скованная волей.       Амит даже не привстал, лишь повернул голову и кивнул, словно приглашая присоединиться к трапезе. Страшной трапезе, которую Ралдорон больше не хотел видеть. Но Амит был тем, кто всегда плевал на традиции и установки, часто обедая прямо на поле боя. Иногда тем, что попадалось на поле боя. Или теми, кому не повезло. — Обедаешь? — С издевкой этот вопрос срывается с губ прежде, чем он осознает это. — Сейчас время… — Амит бросил время на небо, но оно было закрыто тучами пыли и дыма и изредка вспыхивали вспышки орбитальной бомбардировки, которую обрушивали предатели на Дворец. Расчленитель отложил шлем предателя и одел уже свой шлем, сверился с хронометром, снова снял шлем и вернулся к трапезе. — Сейчас время ужина, Первый капитан. — Ужина… — Клыки первого капитана удлинились и хрип вырвался из горла. Хотелось пить. Красная Жажда вернулась и вцепилась с новой силой в его горло и желудок. — Сейчас не время для ужина и ты это знаешь. Слишком много сражений ждут нас. Слишком многих предателей нужно убить. — Нет, брат. Сейчас как раз время отдохнуть и поесть. У нас есть максимум полчаса прежде чем они полезут снова. — Амит вновь отхлебнул из шлема и утробно заурчал от удовольствия, которое ему доставляла красная жидкость, которая плескалась в шлеме. Она пахла… прекрасно. И это Ралдорону не нравилось. Не нравилось, что у него удлиняются клыки, в стремлении вонзить их в плоть, ощутить кровь, которая течет в пищевод… Он мотнул головой, отгоняя мысль о трупе который лежал в пяти шагах от него. — Не боишься, что тебя застрелят? — Ралдорон сделал несколько шагов и оказался рядом с капитаном. Сел прямо на каменную колону, рядом с которым лежало еще одно тело легионера из сынов Красного Ангела. Оно было с головой, что не могло не радовать первого капитана кровавых ангелов. — Нет. Тут так много пыли, что даже я без шлема не вижу дальше своего носа. А остальные… — Амит протянул ему шлем, предлагая выпить.       Жидкость в нем опьяняла, сводила с ума, крушила все запреты и клятвы. Ралдорон не хотел поддаваться Жажде, но что-то заставило его снять шлем, который с шипением слетел с его головы и взять шлем из рук Расчленителя. Зажмуриться и попросить прощения у отца за невозможность противостоять своей звериной природе, а затем опрокинуть содержимое в глотку. Кровь, перемешанная с… вином? Хотя вином это назвать было сложно. Это был нектар, один из вкуснейших и невероятнейших напитков, которые пробовал Первый капитан. Он не заметил, как жидкость закончилась, оставив после себя чувство сытости и удовлетворения.       Амит улыбался. Ралдорон был теперь похож на него, такой же перемазанный в крови и пыли, которая налипла на его лицо. Ваальская настойка, сделанная из яиц пустынного скорпиона и замешанная на крови оставляла эффект бешеной эйфории и удовлетворения. И теперь Рал смотрел на него очень знакомым и голодным взглядом. Такое он видел у ветеранов Несмертного Легиона, когда впервые увидел их в бою. — Нассир. Мне нужно… — Ралдорон попытался встать, но не смог. Мышцы его не слушались. — Что ты сделал? Как? — Дал тебе то, от чего мы пьянеем, пусть и ненадолго. Вкус на любителя, но только этим мы и нажираемся, чтобы забыться. Волков с их мьёдом здесь нет, а кумыс Шрамов мне не нравится. — Нассир забрал у него шлем, который Первый Капитан все еще держал в руках и вновь сделал глоток. Невероятно, но после того, как Ралдорон опрокинул на себя этот «сосуд», в нем еще оставалась кровь, смешанная с ваальской настойкой. Напиток, который придумали Расчленители и который уже назвали «Слезы Ангела» и получил хождение среди легионеров Кровавых Ангелов. И вновь протянул шлем Ралу. — Там еще осталось. Будешь?       И Ралдорон не отказался, делая глоток. Он не умел пить из шлема и струйки напитка побежали по его подбородку. Невероятным образом, но с каждым глотком уходила усталость и подавленность. Ушло и ощущение чего-то неправильного, будто в его мозгу ушли цепи.       Когда жидкость закончилась, Ралдорон задал вопрос, который давно крутился у него на языке. — Ты помнишь, Нассир? Как ты играл на рояле в крепости Геры? — Над головами прошёл отчаянно дымя «Громовой Ворон» Кровавых Ангелов, уходя от преследования двух черно-зеленых «Ксифонов» Сынов Хоруса. Лазерные лучи разрезали тучи пыли, открыв небольшой просвет на ночное небо, усеянное звездами космических кораблей. — Все были в восхищении. Особенно лорд Сангвиний. — Из всего, что у тебя было в твоих честных мозгах, ты вспомнил именно это? — обида Амита была явственна и осязаема. — Я надеялся, что все забыли о том концерте… Так они и сидели на каменных ступенях ожидая, пока новые отряды предателей не вызовут их на бой, пока не пойдут вновь тысячи культистов и предательских полков Армии, пока… пока… пока…

Пока не наступит Конец и Смерть.