Mechanics of love

Сегодня был тот день, когда Сэм наконец решил опробовать свою новую машину — жёлтый Camaro, который он так гордо привёз домой. Я всё ещё не могла отделаться от странного чувства, которое охватило меня на авторынке, когда фары машины сами загорелись, но решила не портить ему настроение. Он был на седьмом небе от счастья, и я не могла отказать, когда он предложил прокатиться. — Эми, давай съездим к озеру! Это недалеко, и я хочу проверить, как она едет, — сказал он, сияя, как будто выиграл лотерею. Я надела лёгкую блузу в цветах бохо и джинсы с заплатками, завязала волосы в небрежную косичку и взяла с собой блокнот на случай, если захочу набросать что-то по дороге. Сэм уже сидел за рулём, нервно постукивая пальцами по обивке. Camaro выглядел всё так же потрёпанно, но двигатель урчал ровно, и я решила, что, может, мои опасения напрасны. — Готова, сестрёнка? — спросил он, поворачивая ключ зажигания. Машина взревела, и я почувствовала лёгкую вибрацию под ногами. — Готова, но если мы врежемся в дерево, я тебя убью, — пошутила я, усаживаясь на пассажирское сиденье. Салон пахнул старой кожей и бензином, а на приборной панели виднелись какие-то метки, как будто кто-то пытался что-то выцарапать. Я покачала головой, отгоняя странные мысли. Мы выехали из города, и Сэм начал набирать скорость. Дорога была пустынной, окружённой полями и редкими деревьями, а солнце светило так ярко, что я щурилась, глядя в окно. Радио внезапно включилось само по себе, и из динамиков зазвучала какая-то старая песня — "I’m a Believer" группы The Monkees. Я рассмеялась. — Сэм, ты что, настроил радио на ретро? Это что, машина для бабушек? — поддразнила я, глядя на него. Он нахмурился, глядя на панель. — Нет, я ничего не трогал. Может, оно само включилось? — он нажал кнопку, пытаясь переключить станцию, но радио продолжало играть, теперь уже "Sweet Home Alabama". — Странно, — пробормотал он, но потом пожал плечами. — Ну и ладно, звучит неплохо. Я наклонилась ближе, чтобы лучше слышать. Песня сменилась на что-то медленное, и я заметила, что мелодия как будто подстраивается под наш разговор. Когда Сэм сказал: — Эми, ты всегда такая серьёзная, расслабься! — радио вдруг заиграло "Don’t Worry, Be Happy". Мы оба замерли, глядя друг на друга. — Это что, шутка? — спросила я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Сэм, ты уверен, что эта машина не проклята? Он рассмеялся, но в его смехе было больше нервозности, чем веселья. — Да ладно тебе, Эми, это просто совпадение. Может, у неё умное радио или что-то в этом роде. — Умное радио? — я подняла бровь. — В машине, которая выглядит, как будто её собирали в гараже? Не смеши. Но несмотря на мои слова, я не могла отрицать, что это было странно. Мы продолжили ехать, и радио снова оживилось, на этот раз заиграв "Born to Be Wild". Сэм ударил по рулю, смеясь. — Смотри, она нас поддерживает! Мы же дикие, правда, Эми? — Дикие, да, — я улыбнулась, но внутри меня росло беспокойство. Машина словно слушала нас, реагировала на каждое слово. Я посмотрела на приборную панель — значки и фары мигнули, хотя мы стояли на светофоре. Сердце заколотилось быстрее. "Это просто техника, Эми, не придумывай", — сказала я себе, но интуиция кричала, что здесь что-то не так. Мы добрались до озера, и Сэм припарковался у воды. Я вышла, вдохнув свежий воздух, пропитанный запахом травы и влаги. Сэм начал рассказывать, как он планирует ездить на машине в школу, на вечеринки, может, даже на свидания. Я слушала, но мысли путались. Эта машина… она была не просто железом. Я чувствовала это. — Эми, ты в порядке? — спросил он, заметив мой задумчивый взгляд. — Да, просто… эта машина странная, Сэм. Ты же заметил, как радио ведёт себя… И фары… они как будто живые. Неужели тебя это не смущает? Он закатил глаза. — Эми, ты всегда видишь что-то мистическое. Это просто старая тачка, ничего больше. Я хотела возразить, но решила промолчать. Может, он прав, и я слишком много фантазирую. Но когда мы возвращались, радио снова включилось, на этот раз заиграв "I Will Always Love You". Я посмотрела на Сэма, и мы оба рассмеялись, но смех был нервным. Что-то в этой машине было не так, и я знала, что это только начало.

***

Ночь опустилась на город, и я сидела в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на рисунке. Но мысли всё время возвращались к той поездке. Camaro Сэма был странным, слишком странным. Радио, фары, эта вибрация, как будто машина дышала. Я покачала головой, отгоняя мысли, и решила лечь спать. Но сон не шёл. Около полуночи я услышала тихий звук — двигатель, урчащий где-то снаружи. Я подскочила, выглянула в окно. На улице стояла темнота, но я ясно видела жёлтый силуэт Camaro, медленно выезжающего со двора. Сердце заколотилось. "Сэм, ты что, решил ночью покататься? Без прав?" — подумала я, но потом заметила, что в машине никого не было. Она двигалась сама по себе. Я быстро надела кроссовки и выбежала из дома, не разбудив родителей. Сэм спал в своей комнате, я проверила — он даже не шевелился. Значит, это не он. Я схватила телефон и набрала его номер, чтобы проверить, но он не ответил. "Чёрт, что за фигня?" — пробормотала я, чувствуя, как страх смешивается с любопытством. Я решила следовать за машиной. В гараже стоял мой старый велосипед, и я выкатила его, надеясь, что смогу догнать. Camaro двигался медленно, как будто не спешил, и я видела его фары в темноте, как два светящихся глаза. Я ехала по пустынным улицам, сердце билось так громко, что, казалось, эхо разносилось по всему городу. Где-то вдалеке лаяла собака, и ветер шевелил листья деревьев, создавая жуткую атмосферу. Через несколько минут я поняла, куда он направляется — к старой свалке за городом. Это место было заброшенным, с ржавыми машинами и кучами металлолома, и я всегда избегала его. Но Camaro остановился там, фары погасли, и я спряталась за деревом, пытаясь понять, что происходит. Велосипед бросила рядом, стараясь не шуметь. И тут я заметила движение. Машина… она начала меняться. Фары втянулись, кузов растянулся, металл заскрипел, как будто кто-то ломал его изнутри. Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Это было нереально — машина превращалась в что-то огромное, с руками, ногами, головой. Я видела, как из её корпуса выросли манипуляторы, а оптика загорелась, как два ярких фонаря. Это был робот, гигантский, выше любого здания, и он двигался, как живой. Я отступила, споткнувшись о корень, и упала на землю. Сердце билось так, что я боялась, оно выскочит. "Это сон, это просто сон", — повторяла я, но боль в ладони от падения была слишком реальной. Робот повернулся, и я заметила, что его оптика — глаза — смотрели прямо на меня. Они были яркими, почти человеческими, и в них читалось что-то… любопытство? Страх? Я не знала. Я достала телефон, дрожащими руками набрала Сэма. На этот раз он ответил, сонный голос был полон раздражения. — Эми, ты что, с ума сошла? Полночь на часах! — Сэм, проснись, твоя машина… она живая! Она превратилась в робота, и я на свалке, и… — я запнулась, слыша, как мой голос дрожит. — Что? Ты шутишь? — он явно не поверил. — Нет, Сэм, я серьёзно! Приезжай сюда, быстро! — я повесила трубку, не дожидаясь ответа, и посмотрела на робота. Он стоял неподвижно, но я чувствовала, что он наблюдает за мной. Я хотела бежать, но ноги не слушались. Вместо этого я села на землю, обхватив колени, и попыталась успокоиться. "Если это конец, то, по крайней мере, я увижу что-то невероятное перед смертью", — подумала я, и это было странно успокаивающе. Через десять минут я услышала шум — Сэм приехал на своём велосипеде, запыхавшись и с растрёпанными волосами. — Эми, где ты? — крикнул он, и я махнула рукой из-за дерева. — Здесь, но тихо, он может услышать, — прошептала я, указывая на робота. Сэм подошёл, и его глаза расширились, когда он увидел гиганта. Camaro больше не был машиной — это был металлический колосс с жёлтой бронёй, и его оптика светилась в темноте. — Это… это что, пришельцы? — прошептал он, хватая меня за руку. — Не знаю, но он не нападает, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Он просто стоит. Может посылает кому-то знаки? Мы смотрели на робота, и я почувствовала, как страх смешивается с восхищением. Это было как из моих рисунков, как из книг, которые я читала. Но это было реально, и я не знала, что делать дальше. Сэм сжал мою руку, и я поняла, что мы в этом вместе, как всегда.

***

Робот стоял неподвижно, но его присутствие было ошеломляющим. Я видела, как металл его корпуса отражал лунный свет, как его манипуляторы — руки — слегка шевелились, будто он размышлял. Оптика, его глаза, были яркими, почти гипнотическими, и я не могла оторваться. Сэм рядом со мной дрожал, но не от холода — от страха и удивления. — Эми, что мы будем делать? — прошептал он, сжимая мой локоть. — Он нас заметит, и что тогда? — Не знаю, — честно ответила я, чувствуя, как моё сердце бьётся где-то в горле. — Но бежать, наверное, поздно. Он уже знает, что мы здесь. Робот сделал шаг вперёд, и земля под ногами задрожала. Я схватила Сэма, оттаскивая его за дерево, но робот остановился, наклонив голову, как будто разглядывая нас. Его оптика мигнула, и я заметила, что он не выглядит агрессивно — скорее, он был… любопытным? Это было странно, но я почувствовала, что он не хочет нас атаковать. — Может, он дружелюбный? — сказала я, больше себе, чем Сэму. — Дружелюбный? Эми, это робот размером с дом! — прошипел он, но его голос дрожал. Я посмотрела на робота, и вдруг он заговорил — не голосом, а через что-то вроде радио, которое мы слышали в машине. Из его корпуса раздались звуки, и я узнала мелодию — ту самую, "I’m a Believer". Это было так неожиданно, что я рассмеялась, несмотря на страх. — Смотри, он опять с радио, — сказала я, толкнув Сэма. — Может, это знак? — Или он нас разыгрывает, — буркнул Сэм, но я видела, как он расслабился чуть-чуть. Робот сделал ещё один шаг, и теперь мы видели его ближе. Его броня была покрыта царапинами, как и кузов машины, и я поняла, что это действительно наш Camaro. Но как? Как машина может стать этим? Я вспомнила, как фары мигали, как радио реагировало на нас, и всё стало на свои места — это был не просто автомобиль, это было что-то большее. — Эми, он движется, — прошептал Сэм, и я заметила, как робот наклонился, его манипуляторы протянулись к нам. Я замерла, ожидая худшего, но вместо атаки он просто остановился, его оптика светила прямо на нас. Я почувствовала, как страх отступает, и вместо него приходит что-то новое — восхищение. Это было как из моих рисунков, как из моих мечтаний о чем-то большем, чем эта жизнь. Я сделала шаг вперёд, несмотря на протесты Сэма. — Эми, ты что, с ума сошла? — шипел он, но я не слушала. Робот наклонился ещё ниже, и я увидела, как его оптика сменила цвет — теперь они были мягче, почти теплыми. Я протянула руку, не зная, зачем, и он замер, как будто размышляя. Его манипулятор, огромный и металлический, медленно опустился, и я почувствовала, как холод металла коснулся моей ладони. Это было странно, но не страшно. Я смотрела в его оптику, и мне показалось, что я вижу в них что-то человеческое — искру, как будто у него было сердце, как у нас. — Кто ты? — прошептала я, чувствуя, как голос дрожит от смеси страха и любопытства. Машина, всё ещё возвышаясь над нами в своей роботизированной форме, слегка наклонила голову. Оптика робота мягко светилась голубым, и в этом свете было что-то успокаивающее, несмотря на его огромные размеры. Он сделал шаг ближе, металл его корпуса тихо скрипнул, и я невольно отступила, но не смогла отвести взгляд. — Я — Бамблби, — произнёс он, его голос был смесью слов и слогов из разных радиоэфиров и песен, с лёгким механическим оттенком, но удивительно живым. — Автобот... с планеты Кибертрон. Сэм сжал мою руку так сильно, что я почувствовала его пульс. Его лицо всё ещё было бледным, глаза широко распахнуты. — Автобот? — переспросил он, будто пробуя слово на вкус. — Это… что это вообще значит? Бамблби повернул голову к нему, и я заметила, как его металлические пальцы слегка шевельнулись, словно он подбирал слова. — Мы — разумные... существа, — начал он. — Защитники. Я здесь.., чтобы... помочь вам. — Помочь нам? — вырвалось у меня. — Но почему мы? Мы же просто… Я осеклась, не находя слов. Бамблби смотрел на нас, и в его взгляде было что-то, что заставило меня замолчать. Он не спешил отвечать, и тишина повисла между нами, прерываемая лишь шелестом ветра в полях. Мое сердце колотилось, а в голове крутился вихрь вопросов. Это было слишком невероятно, чтобы поверить, но слишком реально, чтобы отрицать. Сэм шагнул вперёд, его голос дрожал, но в нём чувствовалась решимость: — Если ты друг, то что тебе от нас нужно? Бамблби выпрямился, его силуэт вырисовывался на фоне темнеющего неба. Он открыл рот, чтобы ответить, но замер, словно прислушиваясь к чему-то вдали. Я тоже напрягла слух, но услышала лишь тишину. Его оптика мигнула, и он тихо произнёс: — Скоро... узнаете. Лидер сам... расскажет. Мы с Сэмом переглянулись. Страх и возбуждение переплелись во мне, и я поняла, что это не конец разговора, а лишь его начало. Что-то огромное ворвалось в нашу жизнь, и я знала, что нам предстоит узнать больше — гораздо больше.