Водные забавы

Солнышко припекало, и вода в бассейне была невероятно теплой. Но ни это, ни цветные коктейли с бумажными зонтиками, ни загорелые красавцы-спасатели не радовали Руми. Шел пятый день его «отдыха» с родителями, а омега уже готов был на стену лезть от скуки. Все потому, что пить ему запретили. Родители даже подсуетились и выбили у администрации отеля какой-то специальный браслет, который показывал всем, что его обладатель несовершеннолетний. Но это было вранье! Руми стукнуло восемнадцать в прошлом году. Ох, и славно они тогда отметили! И собственно поэтому он и был наказан. Попойка в честь дня рождения вышла знатная. Руми единолично вылакал не меньше литра виски и куролесил всю ночь. Говорят, что он танцевал на барной стойке, раздевался и приставал к альфам, буквально в штаны им лез. И все у него сложилось в этом плане, потому что родители, наконец разыскав блудное чадушко, вытаскивали его голого из постели, просто пропитанной спермой. Руми ничего из того дня не помнил, к сожалению, но похоже он поучаствовал в какой-то наидичайшей групповушке. И с тех пор мечтал повторить, да родители отчего-то уперлись и стали ему все запрещать. Руми теперь пасли почти круглосуточно. Дома постоянно находился папа и целый штат прислуги, по приусадебному участку разгуливали охранники, на учебу его отвозил водитель. И только в школе Руми мог выдохнуть. Но и тут родители ему подгадили: то ли подкупили кого, то ли припугнули, — и никто больше не хотел участвовать в веселых похождениях Руми. А он был любитель погулять! Пока его не прихватили на горячем, успел отметиться почти во всех ночных клубах города. По поддельным документам, конечно. Пил, танцевал и трахался. Это дело Руми любил и тосковал сейчас без крепкого горячего альфьего члена. Красавчики-спасатели, что следили за порядком в бассейне, были идеальными кандидатами в любовники, но и тут Руми прижали. Папочка следил за каждым его шагом и таскал везде с собой, хоть Руми и отбрыкивался по привычке. Еще год назад, когда его ограничили во всем, он взбунтовался, стал качать права, требовать свободы, но родители были непреклонны. И вообще угрожали сослать его в монастырь в горах. Руми испугался тогда и вынужден был принять правила игры. Но все равно не понял, почему у родителей так изменилось к нему отношение. И только из выпуска новостей узнал, что его отец стал сенатором и должен был быть теперь образцом для подражания для обычных людей. А распутный сынок портил всю картину. Руми перевернулся на лежаке и подложил руки под голову. Ему было скучно. Все ленты социальных сетей он уже пролистал, с оставшимися и одобренными родителями друзьями пообщался, а день еще даже до середины не дошел. Он решительно не понимал, почему его папе нравился такой отдых. Поваляться у бассейна они могли и дома, но их зачем-то понесло на тропический остров. Они все равно никуда с территории отеля не выходили. Перемещались между номером, рестораном и внутренним двориком с бассейном, вокруг которого стояли лежаки, на которых лежали такие же богатые мужья и сыновья сильных мира сего. Руми уже основательно сварился, поэтому бросил папе: — Я пойду поплаваю. — Чтобы я видел, — немедленно отреагировал тот. — Конечно, — фыркнул Руми. Рассуждая здраво, ну куда он мог из бассейна деться? В плавках и с дурацким детским браслетом на руке? Омега спустился по ступенькам, постоял немного, разглядывая очищенную неестественно голубую воду, и вздохнул. Будь он один, он бы нашел, чем заняться. На побережье было столько клубов, столько вечеринок проводилось под открытым небом. А сколько на них было выпивки! А каких альф можно было встретить! Закачаешься. А он тухнет тут от скуки в элитном отеле в обществе таких же тухлых аристократов первого разлива. Руми сморщился и зашел-таки в воду. Бассейн был нестандартной конструкции. Не обычный прямоугольник, а нечто фентезийное, с поворотами, колоннами, отдельными чашами, где можно было затаиться. Правда, ненадолго, ведь не увидев отпрыска в воде, папочка мог отправиться на поиски. Руми поплавал немного и выбрал себе одну из чаш, где был виден родителю, и устроился на подводной скамье. Он бултыхал ногами и лениво разглядывал рисунок из плитки на дне, размышляя что же хотел изобразить дизайнер. Рядом вдруг послышался громкий всплеск, и омега повернул голову. В этом бассейне никто, в принципе, не мог произвести столько шума. Тут некому было шуметь — одни престарелые омеги и альфы, но тот, кто сиганул в воду и вынырнул сейчас неподалеку, был молодым. И красивым. Руми уставился на него и чуть ли слюной не закапал. Вот это был самец! Роскошный, крупный, брутальный альфа. С таким можно всю ночь кувыркаться, в разных позах и на разных поверхностях. Альфа между тем выпрямился в полный рост и провел руками по волосам, убирая их назад. Руми проследил за этим движением и застонал от бессилия. Если бы не папочка, он бы уже рванул к альфе и повис бы на нем, как коала. Руми нужен был только секс, точнее, ему нужно было быть оттраханным по самое не могу. И такой альфа был для этого подходящей кандидатурой. Альфа оглянулся и заметил-таки наблюдателя. Его губы растянулись в хищной ухмылке, он шагнул в сторону Руми, но тут ожил ненавистный папочка. Над бассейном раздалось: — Руми, где ты? Руми скривился и еле заметно помотал головой, глядя на альфу. Тот посмотрел в сторону лежаков, увидел кричавшего омегу и с сожалением вернул взгляд Руми. — Руми! — кажется, папочка уже спешил к бассейну. — Я здесь, — нехотя отозвался молодой омега и двинулся к лесенке на выход. Альфа благоразумно отошел подальше, но, когда Руми проходил рядом, подмигнул ему и ткнулся языком за щеку. Руми опять едва заметно кивнул и прикрыл глаза, чтобы азартный блеск не выдал его раньше времени. — Ну где ты ходишь! — налетел на него папочка на берегу. — Я нигде не хожу, — буркнул Руми. — Я тут сидел, в бассейне. — Быстро за мной! — велел папочка и схватил его за руку. Руми успел обернуться, пока его не утащили, и повторил жест альфы. Тот кивнул с довольной улыбкой. Ура! Отдых переставал быть томным!

***

Остаток дня Руми вел себя образцово-показательно. Не перечил, не язвил, не закатывал глаза на реплики родителей, хоть ему и было трудно. Он всеми силами старался усыпить бдительность родителей, особенно папочки, как своего главного соглядатая. Отец даже на отдыхе работал и очень редко присоединялся к ним у бассейна. Похоже, Руми был отличным актёром, потому что ему разрешили перед сном посидеть на балконе одному. Правда, с открытой в комнату дверью. Ну, а вдруг бы он убежал. Ага, с восьмого этажа отеля. Но и такому Руми был рад. Он просто сидел и смотрел вдаль, на горящее огнями побережье, представляя себя там, в гуще веселья. Но ничего, рано или поздно от него отстанут, или родители ослабят контроль, и он вырвется на свободу. И тогда ищи ветра в поле! Руми оторвется по полной, мстя родителям за год почти монашеской жизни. Следующий день ничем не отличался от предыдущего. Завтрак в ресторане и ленивое лежание около бассейна. Вот только Руми изнывал от желания увидеть того альфу снова. Что-то ему подсказывало, что они непременно встретятся. И так и случилось. Руми снова ушел от папочки в бассейн, немного поплавал и расположился в той чаше, где сидел вчера. Он ждал, оглядывая окрестности, и заметил альфу издалека. Тот вышел из отеля в белых шортах, туго обтягивающих бедра, с голым торсом и наброшенным на плечи полотенцем. Спустился по ступенькам, нырнул в увитую плющом арку купального комплекса и выбрал себе свободный лежак. Альфа тоже оглядывался, но Руми пока не замечал. Зато омега просто пожирал его глазами. Ох, на берегу этот самец выглядел ещё лучше, и Руми разглядел его целиком, от макушки с темными, почти черными волосами, до пяток. И посмотреть там было на что. У омеги руки зачесались в желании потрогать это роскошное тело. И шикарный член, от которого, даже в расслабленном состоянии, топорщились плавки. Но вот альфа, наконец, подошел к бассейну и нырнул с бортика. Глубоко тут не было, он быстро достал до дна и всплыл, разбрызгивая вокруг воду. Опять провел по волосам, убирая их назад, и наткнулся на голодный омежий взгляд. Альфа повел плечами, красуясь, оглянулся, не заметив пока контролирующего младшего омегу старшего, и не спеша двинулся к Руми. С каждым шагом он замедлялся, а Руми нетерпеливо ерзал на своем сидении. У него от одного взгляда на альфу зачесалось в заднем проходе, и член стал твердеть. Хотелось чего-то. Чего-то яркого и безрассудного. Альфа не стал подходить близко. Остановился в нескольких шагах поодаль, тоже сел на подводную скамеечку. Будто скучая, оглянулся вокруг, небрежно оперся локтем о бортик, а вторую руку опустил под воду. Руми проследил его движение и облизнулся. Водная поверхность искажала изображение, но понять, что альфа принялся мять свой член, было можно. Руми быстро посмотрел на лежащего папочку и подвинулся немного в сторону альфы. Тот одобрительно хмыкнул и запустил руку в плавки. Руми подвинулся ещё. Они оба молчали, но тут все был понятно без слов. Еще один стремительный взгляд в сторону лежаков, и Руми оказался напротив альфы, который уверился окончательно в желании омеги и приспустил плавки, вываливая член наружу. Из-за воды было плохо видно. Все искажалось, переливалось, но Руми было плевать. Он протянул руку и ухватился за крепкий толстый стояк и чуть не застонал от накатившего удовольствия. Альфий член был горячий и приятный на ощупь. Руми закусил губу и принялся водить по стволу вверх-вниз. Было неудобно и не особо скользко, не получалось приласкать альфу как следует. Он скорее двигал только кожу туда-сюда, но альфа не роптал. Он полностью откинулся на бортик, отдав омеге бразды правления. Руми было жарко и сладко. Вся ситуация была крайне возбуждающей. Их могли застукать. Кто угодно. И папочка, и просто пожелавшие поплавать другие отдыхающие. Ох как Руми рисковал! Ведь если его поймают на месте преступления, то точно сошлют в монастырь на перевоспитание, а потом выпихнут замуж за какого-нибудь старого толстого отцовского приятеля. Он понимал риски, но не мог остановиться. Его собственный член крепко стоял и уже болезненно ныл от возбуждения. В заднице было склизко от выступившей смазки. Хотелось заткнуть пульсирующую дырку и всласть поскакать на альфе. Ну или взять его член в рот и сосать до тех пор, пока челюсть не онемеет. Руми прикусил губу, чтобы не стонать в голос, и заработал руками усерднее. С каждым движением он чувствовал, что его собственный оргазм приближается, поэтому торопился, боясь, что не успеет. Альфа кончил за секунду до того, как над бассейном раздался папочкин крик: — Руми! Руми! Где ты? Руми бессильно уронил руки. Он так и не кончил. Зато альфа выглядел довольным. Омега не смотрел на него, пока дрочил. Глянул только в конце, встречаясь с черными глазами. Альфа ему подмигнул и качнул головой, как бы говоря: «Тебя там зовут». — Руми! — снова послышалось от лежаков. — Немедленно иди сюда! — Иду, — крикнул омега в ответ. Его голос прозвучал хрипло, и он поспешил прокашляться, чтобы папа ничего не заподозрил. Альфа насмешливо хмыкнул, когда омега двинулся на выход, а потом вдруг дотянулся и ущипнул его за зад. Руми вскинулся, обернулся гневно, но ничего не сказал и не сделал. Альфа оскалил белые зубы в подобии улыбки. Он-то получил, что хотел, а Руми теперь мучиться от неудовлетворённости до ночи. При родителях-то особо не подрочишь. Свое вечернее умывание Руми растянул по максимуму. Да, воспоминания об альфьем члене были живы в его памяти, кончил омега быстро, но одного раза ему явно было мало. Член поднимался еще дважды, и Руми яростно водил по нему кулаком, кончая и не чувствуя облегчения от разрядки. В третий раз он даже пальцы в зад затолкал. Кончил, конечно, куда без этого, но застонал от разочарования. С членом в заднице, да на узле все было в разы ярче. Валяясь в ванне и отдыхая от разочарующих оргазмов, Руми поклялся себе, что непременно потрахается с этим альфой. Найдет способ сбежать от своих сторожей и будет всю ночь объезжать альфье достоинство. И пусть его потом сошлют в монастырь. Зато он натрахается напоследок.

***

На следующий день альфа пришел пораньше и уже был почти твердым, когда вынырнул рядом с Руми. Омега сразу к нему подвинулся и запустил руку в плавки. Вот только альфа в это раз не изображал статую, а оказал Руми ответную услугу. Как только его большая ладонь сжала возбуждение омеги, тот широко распахнул глаза и открыл рот. Такого он не ожидал от этого самца, но альфа оказался джентльменом. Взаимная дрочка была шикарна. Руми в два раза чаще кусал губы, замирал на мгновение, когда альфа делал ему особенно хорошо, щекоча местечко под яичками. Его пальцы все ближе подбирались к дырочке, и вот один наконец-то скользнул внутрь. Руми не сдержался, закатил глаза и испустил стон чистого наслаждения. Альфа хмыкнул и усилил напор. Им все еще было неудобно. Лицом к лицу, с опущенными вниз руками особо не поактивничаешь. Омега и так еле держался на плаву. Ему нужно было слишком много всего контролировать: и папочку, в этот раз лежащего на спине и имеющего больше возможностей, чтобы за ним следить, и член альфы, который норовил выскользнуть из рук, и свое положение в воде, а то он грозился нырнуть с головой и утонуть от тягучих, но недостаточных ласк любовника. Альфа, видя, что омега не справляется, оглянулся, не увидел опасности и дернул его к себе, не доставая пальцев из зада. Руми взвизгнул, но альфа зажал его рот свободной рукой, расположил на своих бедрах и вогнал два пальца полностью до костяшек. Руми обрел точку опоры и задвигался, наконец-то, сам, отдаваясь любовнику с азартом и желанием. Альфа следил за выражением его лица, за закатывающимися глазами, приоткрытым ртом, румянцем на щеках и давил на простату, доставляя еще больше удовольствия. Омега в ответ тоже ускорился, активнее задвигал руками, и через пару мгновений они оба кончили. Вода рядом с ним стала мутной, но это были сущие мелочи. Руми сейчас было так хорошо, как уже давно не было. Вчерашние горькие оргазмы стерлись из памяти, омега готов был расцеловать любовника и заодно поплакать у него груди о своей незавидной доле, но как обычно вмешался папочка. Руми с сожалением соскользнул с альфьих пальцев и поспешил на берег, приводя себя на ходу в порядок. Он обернулся и послал любовнику быстрый воздушный поцелуй. Пожалуй, вечер он переживёт, а завтра снова залезет на альфу, и, глядишь, им удастся продвинуться дальше.

***

Когда альфа потянул его голову к своему паху, Руми чуть не взвыл от радости. Он уж думал, что до минета любовник не созреет. Поэтому решил не упускать возможности, набрал побольше воздуху и нырнул. Противная бассейная вода заливалась в нос, не давала насладиться собственным вкусом и запахом альфы, но Руми старался, двигал по члену губами, выпускал пузырьки воздуха изо рта и выныривал, чтобы быстро вдохнуть. У него, как он и хотел, свело челюсть, и уголки губ засаднило. Все-таки альфа был крупным, длинным и толстым. Как, наверное, он будет хорошо ощущаться внутри, в жаждущей дырочке! «Хочу! Хочу! Хочу!» — завопил Руми у себя в голове и чуть не пропустил папочкин крик. Омега переполошился, потому что разобрал недовольные нотки в голосе родителя, а значит его звали уже не в первый раз. Руми хотел вынырнуть, но альфа вдруг надавил ему на затылок и удержал под водой. Руми забился, затрепыхался, но альфа давил и давил на затылок и поддавал бедрами наверх. Он кончил и только после этого разрешил омеге всплыть. — Руми! — резанул по ушам недовольный крик. — Ну я тебе задам! Руми распахнул рот, а альфа вдруг качнулся вперед, припечатал его красные губы жарким, слюнявым поцелуем и, быстро нырнув, уплыл куда-то в сторону. — Руми! — рявкнул папочка совсем рядом. — Вот ты где, поганец! Почему не отзывался? — Я задремал, — прохрипел Руми. Альфий член все еще ощущался у него в горле, вот и трудно было говорить. — Услышал твой голос, перепугался и ушел под воду. Чуть не утонул, — он глянул на папу. Тот не выглядел впечатленным рассказом. — Марш из бассейна, бестолочь, — прошипел он и пошёл по бортику к лежаку, всем своим видом выражая недовольство. Руми оглянулся, ища глазами предателя-альфу, но не увидел его. Омега потрогал губы пальцем, потер уголки, ощутив микро-трещинки, и улыбнулся. Несмотря на то, что они чуть не спалились, ему понравилось. И член сосать понравилось, и неожиданная грубость альфы понравилась. Это только больше омегу завело. Вот бы после такого альфа еще бы развернул его к себе спиной и засадил бы с размаху да по самые яйца. И отодрал качественно и мощно. Чтобы задница еще пару дней горела. Ах, мечты-мечты…

***

Руми проснулся с ощущением, что сегодня произойдет что-то невероятное. Он трепетал в предвкушении, был немного рассеянным и задумчивым, потому что прокручивал в голове сцены их с альфой игр в бассейне. Все предварительные ласки у них уже были: и дрочка, и взаимная дрочка, и минет, — а значит пришла пора двигаться дальше, переходить на новый уровень. Руми вспоминал размеры альфы, и его дырочка сладко сжималась от желания заполучить в себя длинный толстый член. Альфа тоже, видимо, это представлял, ведь сразу дернул омегу к себе, не размениваясь на приветствия, и поцеловал. Руми подавился воздухом, задрожал и поспешил оплети альфу руками-ногами, словно боялся, что любовник от него сбежит. Но альфа никуда бежать не собирался. Он наоборот показывал, что хочет получить сегодня все по полной программе. Он перевернул омегу спиной к себе и вжался в его задницу пахом. — О, да! — пискнул Руми и сам закрутил бедрами, притираясь к стояку. Ему не терпелось. Он боялся, что папочка опять пойдет искать его и обломает весь кайф. Поэтому нужно было спешить. Про остальных отдыхающих Руми как-то не думал. Но они не часто плавали в бассейне, предпочитая ополоснуться под душем и снова лечь на лежак. Альфа между тем активно наминал его ягодицы и порыкивал в шею. Руми зашарил руками за спиной, освободил альфий член. Да! Вот это совершенство! Кайф в чистом виде. Нужно было торопиться, поэтому омега приник к бортику, выпятил задницу и приспустил плавки, надеясь, что альфа все же догадается, что он готов. Тот, к счастью, был крайне догадлив и вставил-таки Руми. И взял сразу быструю скорость. Руми взвыл, настолько это было неожиданно. От воды смазка вымывалась из задницы, скользить альфе было трудно, а Руми от этого было некомфортно, но все равно он кайфовал и тоненько поскуливал, отдаваясь без раздумий этому незнакомцу. Они даже имен друг другу не сказали. Но это было к лучшему. Лучше отстаться безымянными, так наслаждение было острее. Альфа толкнулся в последний раз и благоразумно выскользнул из дырки, кончая снаружи. Руми хныкнул от несправедливости — он не успел за любовником! Но альфа прижал его к себе, прикусил кожу за ухом и в несколько жёстких движений помог кончить. Руми счастливо прикрыл глаза и откинул голову любовнику на плечо. Ему было хорошо. Конечно не так хорошо, как с членом в заднице, но хоть что-то. Он все еще ощущал фантомные движения альфы, а дырочка его сокращалась и трепетала. И они в этот раз управились вовремя! Папочка Руми даже еще не спохватился из-за отсутствия сыночка под боком. Альфа лизнул Руми в ухо. Омега хихикнул, а потом ощутил что-то в своей руке. — Ночью, — вдруг хрипло шепнул альфа, сжал напоследок член омеги и испарился. Руми разжал кулак и увидел маленький пузырек. «Белсомра». Омега посмотрел в сторону лежаков. Что ж, вот и его путь на свободу. Он без сомнений и раздумий подсыпал родителям снотворные таблетки за ужином и проследил, что они точно заснули крепким медикаментозным сном. И закружил по номеру в порыве радости. Ура! Сегодня его мечта станет реальностью. Руми переоделся. Вместо пижамы надел лосины и длинную футболку, на ноги кроксы и выскользнул из номера. Он не сделал и двух шагов ко коридору, как его подхватили на руки. Руми пискнул, но ему зажали рот, и он увидел черные глаза своего любовника напротив. Омега вытаращился, а потом оплел талию похитителя ногами, совсем не сопротивляясь похищению. Альфа так и донес его до своего номера на другом этаже. Целоваться они начали в прихожей. Руми начал. Все время, пока они шли по коридорам и ехали на лифте, он сдерживался. Просто пожирал альфу глазами, а тот в ответ гладил его по заднице. Но как только закрылась дверь номера, омега ожил. Ринулся вперед и крепко засосал своего совершенного любовника. Альфа в долгу не остался, ответил ему со всем жаром и страстью. Как же было классно целоваться на берегу! И трогать альфу беспрепятственно, ощущая его теплую гладкую кожу и тугие мышцы. Волосы у него оказались шелковистыми и приятными на ощупь, так что Руми не стесняясь лохматил их в разные стороны, елозя по телу любовника, который до сих пор удерживал его на весу. Страсть затопила их с головой, вещи свои они беспорядочно скинули прямо в прихожей, а соединились в первый раз на банкетке под зеркалом здесь же. Руми уперся руками в стену, альфа наступил на банкетку ногой и вогнал член омеге в зад. Руми вскрикнул, замер, но альфа не стал его щадить и задвигался. Быстро и жестко, как омега и мечтал. А еще альфа с оттяжкой хлопнул его по заднице, так что место удара загорелось, и на мягкой половинке остался алый след альфьей пятерни. Руми не выдержал и выплеснулся, пачкая зеркало. Альфа развернул его к себе, заставил сесть и с рычанием кончил на лицо. А потом быстро поднял и принялся целовать, собирая капли своей спермы губами и делясь ими с Руми. Омега почувствовал, что снова возбуждается, и хныкнул: — Еще! — в перерывах между поцелуями. Альфа довольно зарычал и переместил их в спальню. Там обнаружилась очередная банкетка или, скорее, небольшой диван с мягкой спинкой, теперь уже в изножье кровати. Альфа пристроил омегу туда, а сам опустился перед ним на колени и взял член в рот. Он был так красив сейчас, как греческий бог. И действовал свободно и умело. Словно сосать омежий член было для этого образчика мужественности чем-то обыденным. Руми было слишком хорошо. Он заерзал уже от одного только минета, а альфа решил его добить — подтолкнул колени к плечам и ткнулся языком в дырку, причмокивая и порыкивая от удовольствия. Омега так и кончил от его языка и пальцев. Сперма выплеснулась ему на грудь, и Руми обмяк, тяжело дыша. Но отдохнуть ему на дали. Перевернули на живот, перекинули через спинку дивана и вошли плавным толчком. В этот раз альфа был напорист, но достаточно нежен. Он не таранил задницу омеги, скорее натягивал Руми на свой член, правда глубоко, по самые яйца. Руми гнулся в спине, повинуясь рукам альфы и балдел от глубины проникновения. Казалось, альфий член доставал ему прямо до сердца. «Вот такого бы любовника, да на всю жизнь», — промелькнуло у омеги в голове и тут же исчезло, потому что думать о чем-то постороннем, когда тебя так качественно имеют, невозможно. И в этот раз альфа не стал доводить до конца. Вышел из растраханной влажной дырки и кончил Руми на ягодицы, а потом пальцем запихнул всю внутрь, пока омега себе дрочил. Третий оргазм был ошеломительным. Руми и после предыдущего не успел очухаться, сейчас же просто трясся и сполз по спинке дивана, не в силах держаться ровно. И снова ему не разрешили разлеживаться — перетащили на кровать, устроили поудобнее, надавили на подбородок и въехали мягким пока членом в рот. Руми послушно лежал, позволяя трахать себя в рот, но альфа с каждым разом входил все дальше, а член его становился все тверже, и омега потихоньку заводился сам. А еще давился, ведь любовник у него был просто гигантом. Руми уже весь был в слезах, слюнях и предсеменной жидкости, что натекла с члена альфы, который все не мог успокоиться и лишь ускорялся. Он загонял себя полностью, прямо до горла, и тогда Руми начинал хрипеть и бить любовника по ляжкам. Альфа скалился и в следующий раз задерживался на мгновение дольше. Руми наконец вырвался, повалился на бок и закашлялся, отплевываясь. Он обернулся, размазывая по лицу все жидкости, в которых успел испачкаться, и наткнулся на голодный черный взгляд альфы. Тот стоял на коленях и медленно, даже как-то угрожающе водил кулаком по колом стоящему члену. У Руми зачесались руки в желании прикоснуться к нему. Он подполз ближе, ухватился обеими руками и принялся водить туда-сюда, глядя на альфу снизу вверх. Такая покорность была оценена и вознаграждена. Альфа вздернул Руми за подбородок к себе и крепко поцеловал, не обращая внимания на перепачканное лицо. Альфа устроился на спине, а Руми оседлал его, опускаясь медленно и аккуратно, ведь было все ещё немного некомфортно. Но через пару опускании он привык, приноровился и отпустил себя, скача быстро и неистово, так, как и хотел. Альфа не мешал, но и не помогал. Он просто принимал то, что Руми хотел ему дать, и давал, то, что омеге было нужно. Они и кончили в этой позе. Руми сжал член альфы в себе, не позволяя выскользнуть, и получил-таки в себя узел. Забился от дополнительного давления и растяжения, выгнулся, чуть не падая назад, а потом уперся руками альфе в грудь, переживая вспышку наслаждения. Как же давно Руми не трахался с узлом! Как он успел по этому соскучиться! А еще по сперме, что заливала его сейчас изнутри. Ее было много, Руми это физически ощущал. У него внутри все сдавилось, живот немного округлился. Он провел по нему рукой и содрогнулся. Никогда еще такого не бывало. Руми рискнул и посмотрел на любовника, распростертого под ним. Альфа выглядел спокойным, но его черные глаза, вопреки всему, будто горели огнем. Он раздувал крылья носа, впитывая их перемешанные запахи. Руми тоже принюхался. Пахло потом, спермой и еще чем-то сладко-острым. Невероятно правильным. От этого омега вздрогнул, застонал и несколько раз поднялся-опустился, насколько ему позволял узел. Альфа от этого ожил, коротко рыкнул и придержал Руми одной рукой за бедро. Сам даже наверх приподнялся, чтобы они не разъединились, и успокоился. Последний оргазм вытянул из Руми все оставшиеся силы. Он обмяк и повалился вперед, но вскрикнул, когда узел опасно натянул края дырочки, грозясь ее порвать. Альфа зашипел, оттолкнулся от кровати и сел, прижимая к себе омегу и сильнее насаживая его на член. Руми закатил глаза. Он думал, что уже пуст, но все равно смог кончить. Альфа уткнулся ему в излучину плеча и задышал, сжимая зубы. Он тоже вымотался и хотел отдохнуть, поэтому придержал омегу под спиной и подвинулся как мог назад. Уперся спиной в подушки и мягкое изголовье кровати и закрыл глаза. Полчаса они и так посидят, а потом их отпустит, и можно будет устроиться поудобнее.

***

Альфа разбудил Руми рано утром. Омега проснулся от легких поглаживаний, которые через некоторое время переросли в откровенные облапывания. Руми выпятил попку, альфа скользнул утренним стояком внутрь, и время пролетело незаметно. Руми боялся, возвращаясь в номер, что родители уже проснулись, ну или просыпались ночью, и с порога разразится скандал, но все было тихо. Шторы в родительской спальне были опущены, и папа, и отец мерно сопели — Руми послушал их некоторое время и ушел к себе. Он тщательно вымылся в номере альфы, поэтому скользнул под одеяло и вытянулся с намерением еще немного поспать, ведь ночью они оба отчего-то проснулись и снова потрахались. Ну и утром был еще заход в кровати, а потом в душе. Тело омеги пело от полученного удовольствия. Руки-ноги тряслись, дырочка сладко сжималась, и сердце в груди замирало, когда Руми вспоминал поцелуи альфы по всему телу. Он был очень внимателен и не оставил на открытых участках тела ни единой метки, хоть им обоим и очень хотелось. Только след на заднице. Краснота быстро сошла, но Руми все еще ощущал все пять пальцев. Он причмокнул губами и заснул с блаженной улыбкой на лице.

***

Руми подумал, что раз уж им удалось нормально потрахаться, про игрища в бассейне можно будет забыть, но как же он ошибался. Он увидел любовника, пока лежал на берегу, и тут же кинулся в воду, стоило альфе ему еле заметно кивнуть. Сексом этот быстрый короткий бульк было сложно назвать, но Руми старался набрать побольше таких моментов соединения с любовником, чтобы было что вспоминать унылыми одинокими осенними, зимними и весенними вечерами, ведь шанс, что за Руми перестанут следить был нулевым. Вот он и отдался первому встречному альфе с благодарностью, что тот взял, да еще и придумал, как нейтрализовать родителей. — Ночью, — снова велел альфа, опаляя жарким дыханием затылок омеги. Руми кивнул, хоть его согласие и не требовалось. Снова его родители получили вечером порцию снотворного и уснули, а Руми отправился навстречу сексу.

***

Они трахались по ночам все оставшееся время, а днем встречались в бассейне и продолжали то, что не доделали ночью. Рисковали попасться кому-то на глаза и даже чуть не попались однажды. К счастью, не папочке Руми. Но и посторонний омега совсем не обратил внимания на зажавшуюся в углу парочку и просто проплыл мимо. Альфа все время, пока омега был рядом с ним, не прекращал трахать Руми и зажимал ему рот рукой, ведь омега всегда так ярко реагировал на его член. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Вот и отдых Руми подошёл к концу. Он ничего не сказал альфе, но по тому, как он в ту ночь отдавался — яростно, без остатка, но с каким-то надрывом — тот наверняка все понял. И даже проводил омегу утром до номера. Прижал к себе, огладил ладонями лицо, заглянул в печальные глаза и поцеловал нежно-нежно, мягко и сладко. Руми, сдержав слезы, ответил, запечатлев образ своего летнего любовника надолго в памяти, а расплакался уже в номере, где его никто не видел. Он был расстроен, что все так быстро закончилось, но в тоже время очень благодарен своему спасителю, ведь без альфы Руми совсем бы со скуки загнулся.

***

Полгода прошло с летних каникул. Руми, погрязшему в школьной рутине, вообще казалось, что это беззаботное время было сто лет назад. Ему оставалось учиться последний год. Он все еще хотел выбраться из-под опеки родителей, подыскивал колледжи, максимально удаленные от его родного города, подтягивал отметки, прилежно учился. И ни с кем не трахался, пусть и возник один кандидат на его попку. Один из альф, что был на два года младше, вырос достаточно, чтобы набраться смелости и предложить Руми перепихнуться в кладовке. Омега тогда смерил его взглядом, оценил перспективы и, хоть трахаться и хотелось, но послал энтузиаста куда подальше. Отчего-то Руми не мог забыть своего летнего любовника и по ночам, когда становилось особо тоскливо, доставал из памяти картинки их жарких постельных игр и дрочил до отупения. Но удовлетворения не испытывал. Все больше какую-то черную тоску. На рождество они с родителями посетили традиционный бал в мэрии. Руми потанцевал с какими-то толстосумами после настоятельного требования папочки, и от него отстали на этом. Он уже почти смог уговорить родителей отпустить его учиться в колледж, как его выдернули с занятий в школе и срочно доставили домой. Руми испугался, что что-то случилось с отцом, но нет, он был жив и здоров. И чем-то очень доволен. — Садись, — велел он, и Руми послушно опустился в кресло. — Так вот. Ты выходишь замуж. — Что? — вскрикнул Руми и вскочил. Этого ему еще не доставало! Что за новости?! — Нет, отец! — Да, — отец припечатал ладонью по столу. — Очень выгодный брак. Очень хороший альфа к тебе посватался. Свадьба через две недели. — Нет, отец, — обреченно выдохнул Руми. — А как же школа? — встрепенулся он. Был шанс отодвинуть ненужное бракосочетание. — Мне же нужно школу закончить. Да и потом, мы же говорили про колледж! — Это сейчас не важно, — отмахнулся отец. Он прислушался к какому-то шуму в коридоре: — Кстати, познакомься со своим будущим мужем. Прошу любить и жаловать — Оскар Гарсия. Дверь в кабинет открылась, Руми с безразличием взглянул на вошедшего, но у него тут же отвисла челюсть, потому что он увидел своего летнего любовника. Хотя узнать его было трудно: мистер Гарсия был одет в костюм и излучал спокойную силу и превосходство. Он скользнул взглядом по кабинету, по отцу Руми, который кинулся навстречу дорогому гостю, и наконец-таки увидел Руми. Мистер Гарсия расплылся в хищной улыбке, а Руми понял, что ему несказанно повезло. Он вытянул счастливый билет и скучно теперь точно не будет.