А наутро снова будет дождь

      Каждую их встречу Минги говорит, как сильно он любит Юнхо. Юнхо в ответ не говорит ничего, так как не считает нужным это делать. В их случае всё итак слишком очевидно. Минги готов весь мир преподнести к ногам Юнхо, лишь бы тот был счастлив и улыбался. Иногда Юнхо тяготит присутствие столь сильно влюблённого в него Минги, но прервать их странные недоотношения Чон не может, так как сам не понимает, что именно он чувствует. Это не любовь, но что-то смежное с ней. Минги смотрит так, будто для него Юнхо — весь мир; видит в нём ярчайшие рассветы и романтичные закаты, россыпь блестящих серебряных звёзд на тёмном полотне неба и праздничные фейерверки, каждый из которых горит ярко и грозится сжечь их обоих дотла. Юнхо же видит лишь безнадёжного романтика, которому просто не повезло влюбиться в такого человека, как Юнхо. И вот. Это происходит снова. Снова он звонит Минги, слёзно и излишне театрально просит, чтобы тот приехал. Минги соглашается, будто не понимая, что его используют. Или же он просто делает вид, что не понимает. Да всё равно, пока это выгодно им обоим. Юнхо нервно меряет небольшую квартиру шагами; ему нужно чем-то занять себя, пока Сон не будет тут, рядом с ним. Пусть Юнхо не мог подарить любовь в ответ на чувства Минги, присутствие друга всё же успокаивало. Да и что скрывать — если бы не эти его чувства, Минги мог бы быть самым лучшим другом. Усмехаясь на свои же мысли, Юнхо вспоминает о подготовке. Надо сделать всё до того, как Минги будет здесь. Пусть Чон и не влюблён ответно, он всё же не монстр, чтобы заставлять ждать.

***

Когда же Минги наконец-то появился на пороге квартиры, Юнхо облегчённо выдохнул. Он искренне был рад видеть Минги, пусть и в их странном, поломанном понимании любви. Сон был как всегда безумно красивый, будто излучающий свет от своих чувств. А высветленные до белизны волосы ещё больше придавали схожести с огромным щенком. Больше, чем обычно, когда он вёл себя глупо и открыто, находясь рядом с Юнхо. Иногда Чон и правда жалеет, что не испытывает ничего хотя бы отдалённо похожего в ответ, ведь Минги практически идеальный. Из них бы могла получиться самая лучшая пара, которую когда-либо видел мир, но чувства самого Юнхо почему-то решили иначе. — Ты сегодня выглядишь невероятно очаровательно, знаешь об этом? — едва ли не мурлыча от радости, Минги мягко обхватил лицо Юнхо; Сон каждый раз рассматривал друга так, будто видит его впервые. Он всегда восторженно переводил взгляд с глаз на так сильно манящие его губы, а затем снова возвращался к глазам. Этот раз исключением не стал. Минги с неподдельным восхищением вглядывался в густо подведённые глаза, а после же, в нервном возбуждении покусывая нижнюю губу, опустил взгляд на губы Юнхо, что кроваво алели в полутьме комнаты. — Нравится? — довольно улыбнулся Юнхо, за талию притягивая Минги вплотную к себе, — это новый тинт, со вкусом вишни. Хочешь попробовать? Два раза предлагать не нужно. Минги жадно накрыл губы Юнхо своими, не заботясь более о манерах, едва только фраза про вишню успела прозвучать. Кто бы что ни говорил, но поцелуи с Минги это нечто. То, как он вкладывает в абсолютно каждый огромную часть своей любви, дорогого стоит. И совершенно неважно, какого рода поцелуй: пуританский и чисто символичный, когда Сон, едва касаясь губами, со вселенской нежностью оставляет невесомый поцелуй на костяшках пальцев или же на подобии того, что совершался сейчас. Юнхо кажется, будто через этот чёртов поцелуй Минги хочет из него душу вывести — так ему хорошо на данный момент. Нервозность отступила; место её заняло желание. Руки Юнхо опустились на натренированные ягодицы Минги, сжимая. Ответом послужил шумный выдох Минги, что оторвался от истязания губ Юнхо. — Я так скучал, — Минги запустил руки в волосы Юнхо, чтобы в следующую минуту начать приятно массировать, — мы не виделись целую неделю. В ожидании ответа Сон продолжал рассматривать парня напротив. Конечно, тот как всегда идеален, но Минги недостаточно одного лишь этого момента. Он мог бы часами просто любоваться, забыть про еду и сон, лишь бы Юнхо позволил быть рядом. — Неделя выдалась и правда тяжёлой. Но теперь это не так важно, она уже в прошлом. — буднично сказал Юнхо. В воздухе витало нечто, что нельзя было назвать неловкостью, но это нечто было не совсем приятным; от него в голове появлялись ненужные мысли и вопросы, чего хотелось меньше всего. И почему они ещё находятся здесь? Не в плане физическом, хотя гостиная всё же не лучшее место, по мнению Юнхо. По мнению Минги тоже. Ещё бы он не согласился, раз его Юнхо так думает. Забавно, но оба понимали: разговоры были лишними, потому что они встретились явно не ради них. Первым продолжил Чон. Он всё же был инициатором встречи, а потому, легко подцепив пояс на джинсах Минги, потянул на себя, как бы говоря «нам нужно сменить локацию». Минги понял его без слов. Легко подхватив Юнхо под коленками, Сон поднял его на руки и направился в сторону спальни. Дойти туда Минги мог в полной темноте, с завязанными глазами или при любых других условиях — так часто он был там. И даже сейчас, когда Юнхо так правильно, так грубо трахал рот Минги своим языком, последний всё же смог дойти, пусть и ударившись по пути о дверной косяк. Но это неважно. Сейчас вообще ничего не имело важности, кроме такого открытого Юнхо, что крайне маняще расположился на руках Минги. Сон бережно уложил партнёра на кровать, после мягко разводя его колени в стороны. Расположившись между длинных модельных ног, Сон продолжил прерванный на пару минут поцелуй. Чон с готовностью отвечал, удобно устроив руки на плечах Минги. — Давай сегодня без нежностей? — первое, что попросил Юнхо, едва только Сон соизволил оторваться от его губ. Теперь тинт выглядел будто размазанная по лицу кровь. Крайне вызывающе. — Постараюсь, но ничего обещать не могу. — Поменьше обещай и просто делай, как я прошу, понял? — А если нет? Но, несмотря на свой ответ, Сон действительно принялся за дело. Каждое движение Минги делал с величайшей аккуратностью, будто перед ним не человек, а хрупкая фарфоровая ваза — медленно, с долей обожания в каждом прикосновении он раздевал Юнхо, не отводя взгляд ни на секунду. Первым был чёрный приталенный лонгслив, что так хорошо подчёркивал широкие плечи и удивительно узкую талию. Какой же Юнхо всё-таки красивый. Но, как бы сильно ни хотелось поскорее освободить Юнхо от всего, Сон не мог позволить своим желаниям взять верх — он хотел как следует отыграться за прошлый раз, когда Юнхо оставил его без разрядки. Да, времени на тот момент было совсем немного, но всё же это было не совсем приятно. Так что теперь Юнхо вынужден терпеть сегодняшние выходки Минги. — Жаль, что ты не видишь себя со стороны. — со всей присущей ему любовью Минги маниакально, скрупулёзно зацеловывал свою любовь, начиная скульптурным лицом и заканчивая так нравившимися ему тонкими ключицами. — Что, настолько всё плохо? — негромко рассмеялся Чон, устраиваясь поудобнее. — Снова твои глупые шутки. Ты же знаешь, что ты самый красивый человек в мире, не придуривайся. — Минги улыбался довольно и искренне. Так, как может улыбаться только до крайности влюблённый человек. Казалось, что ещё немного, и можно будет услышать довольное мурлыканье. — Ты тоже красивый, — произнёс Юнхо в ответ, — кстати, этот цвет волос идёт тебе гораздо больше, чем предыдущий. Подчёркивает глаза. — Ты так думаешь? — ещё больше приободрился Минги, глядя словно доверчивый пёс. Только хвоста не хватает для полноты картины. Юнхо не очень часто делал комплименты внешнему виду — не считал это нужным. Но Сон помнил подробно каждый из них, в его сознании бережно хранилась даже мимолётная похвала, брошенная Юнхо в случайный момент. Расчувствовавшись, Минги снова принялся покрывать лицо любимого быстрыми, порывистыми поцелуями. — Давай не будем тратить время на долгие прелюдии, Ги? — мягко попросил Юнхо, что не могло не найти отражение на лице Минги. Он лишь с пониманием кивнул, наспех стягивая с себя пиджак. Под пиджаком не было ничего, кроме кожаного жилета. И, если бы его надел не Минги, Юнхо бы счёл такой образ вульгарным. В целом, на его друге это очень даже смотрелось, как будто он взял за основу вестерны, но подогнал под себя. Если честно, Чон любил рассматривать аутфиты Минги — в них всегда было много деталей, пусть на первый взгляд могло показаться, что на парне надеты только базовые вещи. — Ты сегодня что, ковбой? — усмешка проступила на лице Юнхо, пока он любовался видом, открывающимся с его перспективы. Крайне шикарным видом, если честно. Если самому себе можно завидовать, то Юнхо именно это и делает. — К сожалению, прокатиться я смогу в другой раз. Что насчёт поработать руками, м? — в ответ на недоуменно поднятую бровь партнёра Минги поспешил добавить, — хочу, чтобы ты снял с меня жилет, всего-то. — Ты ведёшь себя так же, как в первый раз, фу. Юнхо притворно закатил глаза, будто он сейчас был крайне недоволен, но всё же достаточно быстро вещь оказалась откинута примерно туда же, где уже был лонгслив. — Сложи руки над головой. — тон был резким, но взгляд был полон безграничной любви. Юнхо послушно свёл руки над головой, ожидая, что будет дальше. А дальше Сон нарочито медленно стянул с себя пояс, чтобы в следующую минуту издевательски-плавно провести по груди Юнхо. — Может, оставить здесь пару следов? — спросил он так, будто интересовался, какая сегодня погода за окном. — Я сейчас тебя за дверь выставлю за такие вопросы, — огрызнулся Юнхо, нетерпеливо ёрзая, — просто выеби меня так же хорошо, как обычно, Ги. — Целых два комплимента за вечер, надо же! Ты сегодня удивительно щедрый, знаешь ли. — без тени обиды ответил Минги, всё же принимая во внимание сказанное Юнхо ранее. Раз он так хочет… — Что ты делаешь? — из интереса спросил Юнхо, когда его запястья оказались в крепких тисках пояса. — Фиксирую твои руки, чтобы ты даже не подумал притронуться к себе. — Ладно, но в следующий раз я отыграюсь по полной, знай это. — Хорошо, что сейчас тебе всё равно. Я что, влюблён в извращенца? — негромко рассмеявшись на собственную шутку, Минги стянул с Юнхо его невероятно узкие брюки, — И часто ты забываешь надеть бельё? Или же это знак, что ты всегда готов к нашим встречам? — Ты бы лучше уделил внимание делу, а не трёпу. — тем не менее Юнхо мягко рассмеялся в ответ. Минги игриво подмигнул, прежде чем стащить с себя оставшуюся одежду. Иногда он был просто невозможным, но в целом Сон самый близкий человек, что есть у Юнхо. Не считая одного, Минги был идеальным. — Можешь не растягивать, я давно готов, — нетерпеливо выдал Юнхо, пока Минги по старой привычке доставал из прикроватной тумбочки смазку и презерватив. Как однажды в язвительной усмешке подметил Хонджун, его друзья были словно давно уже женатая пара, знавшая друг друга наизусть, — можно и без защиты, только давай уже быстрее. — Ты уверен? — Минги хотел было продолжить фразу, но, увидев недовольный взгляд, передумал. Кажется, издёвок и правда было уже достаточно, можно начать. И всё-таки, несмотря на угрозы Юнхо, Сон со всей любовью и нежностью растягивал партнёра, начав сразу с двух пальцев. Тот всё же был благодарен; правда, вслух он этого не скажет. Когда же вместо видимого недовольства Юнхо начал подмахивать бёдрами в такт движениям пальцев, Минги наконец-то заменил пальцы на кое-что получше. — Неужели я дождался? — довольно улыбаясь, выгнулся Чон. Минги же, прикусив губу, до упора входил. — Стоит ли мне ещё совсем немного помучить тебя? — Сон знал, что явно напрашивался, но ему так хорошо сейчас, что ничто значения не имеет. Ничто и никто, кроме Юнхо, что в нетерпении ёрзал под ним. — Стоит, если хочешь оказаться кастрированным. — сложно было понять, шутит ли Юнхо в этот раз. — А если хочу с тобой на свидание? — Да что угодно, только, пожалуйста, хватит уже нежностей. Я схожу с тобой куда угодно, Ги, только… Гневная тирада, готовая вот-вот обрушиться на голову Минги, внезапно была прервана рваным стоном. До побелевших костяшек Чон сжал ладони, когда друг наконец-то резко и грубо двинул бёдрами, проходясь по заветной точке. А затем ещё и ещё, набирая быстрый темп. Крепко сжимая бёдра партнёра, Минги со всеми возможными комплиментами и довольнейшим выражением лица вдавливал его в поверхность кровати. Не сбавляя темпа, Минги наклонился, чтобы оставить несколько болезненных, но при этом приятных укусов на шее Юнхо; благо, тот не был против. Наоборот даже — специально подставился. Сложно было сказать, насколько сильно Юнхо любит такого доминантного Минги. Жаль только, что это, скорее, исключительные случаи, ведь обычно Сон донельзя нежный и тактильный; пока Юнхо не доведёт друга до состояния расплавленного мороженого, Минги не даст ничего сделать с ним. Дабы отсрочить разрядку, которая явно была близко, Минги сменил темп: теперь он входил плавными неторопливыми движениями. Юнхо с удовольствием вторил. Получалось просто идеально. Когда-то давно, когда они только начали встречаться вот так, Минги называл эти движения приливами и отливами, над чем потом Юнхо долгое время шутил. В чём-то Сон, возможно, был и прав, но от этого факта серьёзнее всё не звучало. Несмотря на то, что ремень сдавил запястья, Юнхо было просто отлично. По лицу Минги можно было сказать то же самое. — Ты такой красивый сейчас, знал бы ты, насколько. — в очередной раз Сон утянул партнёра в поцелуй, только сейчас он был наполнен непередаваемой нежностью. Сам же Чон не думал, что он настолько красив, каким его видит Минги — с размазанным макияжем, в слезах от того, насколько ему хорошо, да ещё и ругающийся на каждое действие вдобавок. Но, раз его лучшему другу нравится, значит, есть в нём действительно что-то очень красивое. Юнхо едва не подавился воздухом, когда Минги снова ускорился. Казалось, будто воздух вокруг раскалился добела и ничего кроме них самих и их стонов в унисон не существовало. Идеальнее момента не придумаешь. Юнхо, не без помощи пальцев Минги, что прошлись по его члену, кончил первым; тело сотрясала крупная дрожь, а в голове не было ровным счётом ни одной мысли. Кончив следом, Сон без сил опустился на партнёра, прикрыв глаза. Какое-то время они только лишь тяжело дышали, стараясь прийти в себя. Минги слышал, как сердце Юнхо возвращается к нормальному ритму; для него это была самая лучшая музыка, какую он когда-либо слышал. — Я тебя обожаю, Юю. — тут же принялся за нежности Минги, стоило только слабости во всём теле пройти. — Ты бы для начала развязал мне руки, а потом хвалил. — рассмеялся Юнхо. — Точно! Извини, я совсем забыл про это…- Минги наспех снял с тонких запястьев любимого стягивающий их пояс, после чего принялся с любовью целовать каждый сантиметр кожи, что был стянут тугой вещью. — Так что насчёт свидания? — вдруг вспомнил Минги, щенячьим взглядом глядя на Юнхо, — ты вроде как согласился… — Я не могу отказаться, когда ты смотришь вот так. Ладно, будет тебе свидание, но только одно. Хорошо? — сдался Юнхо под пристальным взглядом друга. Чон мягко обнял Минги, в нежном жесте поглаживая по спине. Тот поспешил обнять партнёра в ответ, прижимаясь к нему всем телом. Кто знает, что получится из этой их затеи. Может, они на самом деле смогут быть вместе в том самом романтическом плане?