Интермедия Иного

Он удивился. Его редко обнимали, да и то это было всего два человека. И только в детстве. Он не ожидал такого. Сильно не ожидал. Но не был против. Пусть Искра или кто-то другой будет обнимать его когда угодно, ему знакомый человек, в хорошем слове. Но он лишь промолчал, не находил он слов для этого, а просто кивнул. Искра так и уснул, он ещё просыпался пару раз от холода, иногда пытаясь укутаться в свитер получше. Но в целом, скоро он уснул рядом со Слепым. Так и проспал до самого утра. Брюнет тоже спал, иногда и понимая, что Искре холодно и старался сделать наоборот. Но всё же чаще сон был впереди него, поэтому глубокая дрёма ему давалась больше. Утром он проснулся раньше, лежал так же, в той же позе, как и уснул. Просто стал прислушиваться к сердцебиению Искры, к его дыханию. Искра проснулся позже, он открыл сонные глаза и протёр их. Он посмотрел по сторонам, слегка приподнимаясь на локтях. Слепой сразу встал, но медленно, ощущая всё своё тело, паралельно хрустя. Всё же спать в одной позе было вредно, а если так делал вожак, то на утро был словно пересохший сухарь, который хрустел от каждого нажатия. Он потянул руки вверх, отдавая ощущение по спине и по локтям, но всё так же хрустя костями. —Доброе утро. — сказал Слепой, зевая. Искра принял сидячее положение и взглянул на Слепого. Ему казалось что он ещё спит, но оказалось он ошибся. —Доброе. Как спалось? — уже по обыденности спросил парень. —Как обычно. Снова в подвал пойдёшь? — спросил он его уже смотря в сторону чердака. —Может, а может на чердаке останусь. Делать всё равно нечего. — ответил Искра, посматривая в сторону своего музыкального инструмента. —Ясно. Пойдёшь со мной или останешься? — спросил его Слепой. —С тобой это куда? — вопросом на вопрос ответил Искра, не до конца понимая. —Ты совсем не помнишь о чём я говорил ночью? — последовал следующий вопрос от вожака, на что тот повернул голову к парнишке. Искра немного помолчал, размышляя что именно Слепой говорил ему. —Помню, но что именно? То, чтобы я держался рядом? — спросил Искра, пытаясь ещё чего-нибудь вспомнить. — Верно. Остальное ведь уже не важно куда, главное рядом. Разве нет? —Скорее ты прав. Если так мыслить, то я с тобой. — Искра встал и отряхнулся от пыли, которая была на его свитере. В ответ больше ничего не послышалось. Слепой развернул голову, пошёл. С чердака он не слезал, а прыгал, не боясь за что-то зацепиться и упасть. Стал прислушиваться где тот. Когда они слезли с него, брюнет направился в столовую. Закуря конечно же. Да и в столовой, когда сел за столик четвёртой, многие удивились присутствию Искры. Как ни как утро. А что выдумает Слепой, никому не было известно. Искра просто сидел, есть он не решался, ему и прошлого раза хватило. Может чай попьёт да и всё. Он разглядывал свои руки, не смотря на удивлённые лица остальных состайников. Слепой поднёс сигарету ко рту Сфинкса, тот сделал затяжку сразу выдыхая дым в потолок, закинув голову. Смотря туда. Сам же вожак ничего не говорил Искре по поводу еды, зная что будет, если тот поест хоть что-то. Поэтому он лишь попивал чай, от чая ему ничего не было, что было хорошо. Он вспоминал сон который ему приснился, но тут же в голове появлялись слова Слепого и становилось куда спокойней. —Не узнаю нашего Искру! Что же случилось за одну ночь-то? — тут же вскрикнул Табаки, посмотря на парнишку. —Мы это уже вряд ли узнаем. — сказал Сфинкс, хотя знал и сам ответ на это. —Но что случилось-то? — решился спросить Лэри, смотря на Искру. —Ничего такого. — лишь и ответил парень, продолжая пить свой чай. От Лэри послышался вздох. Но всё же он понимал, как и все остальные, что от них никак не добьёшься правды. От чего все таки продолжили свой диалог до этих двоих. На обеде Искра снова не хотел ни в какую есть, вот прям черт заставишь. Говорил что его тошнит, да и глаза как то покраснели, походу снова простыл. —Идём в комнату, больной. — сказал вожак. Тот встал, он не стал говорить про недоеденные ложки, зная, что всё равно перенесет их. Зашёл он за спину Искры, положив руки на его голову как на парту, но вот запястья все равно висели поодаль локтей. То ли ждал, то ли ещё что-то. Просто стоял так, положив руки на его голову. —Я не больной... — он пытался не верить этому, но кажется всё таки замёрз на крыше ночью. Он чихнул, шмыгая носом. —Я не болею. — пытался оправдываться белокурый. —Ты только что чихнул. — предъявил доказательство брюнет, слегка наклонив голову вниз. —Это просто... Просто нос зачесался. — попытался оправдаться парнишка снова. —Идём. Надо было с собой одеяло брать всё таки. — сказал вожак. —Не уж то...? — у Лэри стали появляться странные мысли на счёт последних слов брюнета. — Лэри! Как ты мог о таком подумать!... Хотя, возможно. — всё таки выговорил Шакал. —О чём вы там подумали? — спросил их Слепой. Искре стало тоже интересно о чём они подумали, это было понятно даже по его больным глазам. Лэри отвёл свой взгляд —Возьму твою кровать. — сказал Слепой и после удалился, под выкрик «Эй!». — Сам подумал, сам отчитывайся. — выдвинул свое заявление Сфинкс. Тут и до Искры дошло и он удивился, очень удивился. Но долго не просидел, пошёл в комнату, температура поднялась и тому совсем стало худо. Он укрылся одеялом с ног до головы, но даже так было холодно. Все продолжали разговаривать, хоть и всё равно сошлись на нет. Слепой если и выбирал кого-то, то девчушку. Одна из таких была буквально избалованной и до жути не приятной особой. Чуть ли не весь Дом, не хотел с нею повстречаться. Хотя если и ходили, то ради своих утех. После-сразу же уходили. Так, что никто и не догадывался, что была встреча. Хотя об этом молвить было нельзя. Парням и девушкам нельзя было общаться в Доме. Слепой посмотрел в сторону Искры, ощущая,что тому холодно. Поэтому он добавил ещё пару одеял к нему. — Спасибо... — послышался где-то из под одеял хриплый, робкий голосок. Совсем разболелся. — Давай всё таки уже теплее одеваться. На улице скоро осень. — сказал на это вожак и сел на свою кровать. —А я разве не тепло одет? И так свитер ношу... — ответил Искра, но свитер его был лёгкий и особо сильно не грел. — Было бы тепло, не заболел бы. И так всю ночь прижимался ко мне согреться. — он сказал правду, так и было. На крыше парнишка совсем замёрз, что пытался укутаться в чужом свитере. — Пф, не преувеличивай. Не было такого. — ответил Искра, он не помнил этого, потому что спал. Голову он вытащил из под одеял и взглянул на Слепого. На это лишь брюнет прошёлся ладонью по своему свитеру. Он набрал пару волосков. Белых, таких же, как у Искры, даже в карман залетело одно из его колец, которое тот тоже достал. Искра удивлённо смотрел на это, а после тот вздохнул. — Ладно, был не прав. Прости. Я не виноват что мне кольца не по размеру, а вот за волосы уж реально извини. Ну, холодно то было. — попытался оправдаться парнишка, будто вожак мог на него накричать за это. Он положил кольцо рядом с ним, а волосы выкинул на первое попавшуюся вещь. — Вот теперь до лета на крыше и не спим. — ответил он, но почему то не обращал внимание на извинения. —Ну нет, это слишком жестоко. — проговорил Искра. Он любил там быть, любил спать и просто разговаривать. Но потом он вспомнил про подвал с чердаком, но всё же крыша это другое. Это будто отдельный мир, уголок. Ночью этот мирок был только их, где можно было разговаривать и делиться всем на свете. — Тогда на мед.Осмотр тебя в Могильник заведет — Это ещё хуже. Тогда... — он ненадолго замялся, — я на чердаке спать буду. —Холодно. —А одеяло для кого сделано? — Таскать на себе будешь несколько сразу?У нас столько в комнате нет, да и всем оно понадобится зимой и осенью. — Нет, почему? Только своё планировал. — Тебе его не хватит. — Почему ты так думаешь? —Опыт был. — ответил на его вопрос брюнет, уже и сам зарываясь в одеяло. — И как? — спросил Искра, наконец надевая кольцо на палец. — Спрашивай уже не у меня. —Ладно. — ответил парнишка, а после чихнул. — Но всё же, хотел кое-что спросить, если ты не против. — И чего же? — Может расчешешься? — спросил Искра, взглянув на вожака вновь. — У тебя просто волосы спутанные, думаю не очень удобно. Но дело то твоё. — Когда сам посчитаю нужным. — он сказал это беря в руки зажигалку, но вспоминая приторный вкус сигарет сразу отложил. Немного посидев в тишине, Искра начал уже понемногу бредить, температура сыграла свою роль. —Интересно, а если я заселюсь в подвале, не буду выходить, меня можно посчитать подвальной крысой? —Кто ж знает, может и кличку поменяешь. — выдал он. Слепой встал, сел на край кровати Искры. Он и сам был в одеяле, носил его словно плащ с капюшоном. Протянув руку, он стал держать ладонь на лбу Искры. Всё же горячий. Нужно его бы и впрямь лечить. Но понимая, что остальные по приходу, тоже завернуться в одеяла, тот просто лёг рядом с ним. Деля своё одеяло на двоих, что бы тому было теплее. Зарылся он с головой. Поскольку не хотел высовываться, в уже прохладную комнату. Всё, что было не под одеялом, было лишь запястье. —А меня точно-точно не убьют? Не зарежут как тогда? Обещаешь? — спросил Искра, смотря на Слепого, из под полуприкрытых век, ему бы поспать хорошенько. А то забьёт бедному вожаку всю голову своим температурным бредом. —Говорил же на крыше... — пробормотал слепец, слегка затихая. Минуты три, возможно и четыре, он выдал ещё одно слово. — Обещаю. — после этого белокурый походу успокоился и начал засыпать. Он спал рядом со Слепым, слегка сжимая кусочек одеяла около лица, пытаясь согреть нос. Слепой прислушивался к его движениям. Но не предавал этому значения, пока не понял для чего он это делает. Тому было легче подышать на него ртом, чтобы тёплое дыхание доходило до носа Искры. Что как раз таки вожак и сделал. Искра тут же прекратил свои попытки согреть нос и спал спокойно, почти не шевелясь, наконец его не мучали кошмары и холод. Вскоре возвратились и остальные с завтрака, Слепой вылез из под одеяла. Сказал тихим голосом чтобы те тащили снова лечебные свойства. Заболел всё таки снова парнишка. Но никто не удивлялся, что тот в кровати с Искрой. Слепой часто спал рядом со Сфинксом, да и то, что у них общая кровать, где спят все сразу, ни о чём не говорила. Это не было удивительно. Искра спал недолго, его так температурило, что он даже дрожать начал. Простужался он очень легко. А когда проснулся, сонно огляделся, попытавшись встать. Слепого на его кровати уже не было. Он уже сидел на своей. А вот на тумбочке, рядом с кроватью Искры лежали «лечебницы». Там было всякое, не понятная жидкость, тёплое молоко, даже где-то завалялась маска для лица. Противно голубая, как в больницах. Но зато хорошо сидела на Искре. Подходила под его образ, под его глаза. Остальные сидели на общей кровати, рассказывая всякие байки под мелодии Горбача. Курильщик что-то писал в своём блокноте, посматривая на других. Искра начал лечиться, не хотел он болеть от слова совсем. Не мог сидеть на одном месте, ему бы погулять, на крышу сходить, а не сидеть в комнате. Он выпил молоко, посидел пока температура до тридцати семи хотя бы спадёт и взяв маску, направился прочь из комнаты. Даже в таком состоянии нормально посидеть не мог. Не хотел. Хоть и чувствовал себя плохо, а сидеть не хотел. —Интересно, куда он больной-то пошёл. — Чёрный выдавал это по большей части с безразличием. —Тебе какое дело? Пусть идёт. — сказал Сфинкс. —Ну как же, за ним так Слепой ухаживает, а он уходит. — закатывая глаза, Чёрный уткнулся в книгу. —Так богомольцы! В этой комнате ничего не бывает без моего ведома! — выкрикнул Шакал, по большей части с радостью, чем со злостью. Но не успев даже выйти за порог комнаты, парнишка свалился б обморок. Совсем ему худо стало как-то, как бы в Могильник не запихнули. Македонский увидев это, сразу подошёл. Поднял его и положил на его кровать, укрыв того одеялами и пледами. Взяв конечно же свои. Искра очнулся только поздней ночью. Уже было ему получше, но не совсем. Парень привстал, оглядывая всю комнату. Темно. Никого не было в комнате. Абсолютно, кроме самого Искры. Даже в коридорах не было шагов и голоса попросту исчезли, за стенами было так же. Тихо. Дом как будто бы опустел. Ни единой души не было. Это пугало, слишком пугало. Где все? Непонятно. Выйти было немного страшно. Да и в таком состоянии. Эта тишина давила, ужасно пугала и не давала спокойно вдохнуть. Искра переоделся в другой свитер, потеплее. Встав, он тихонько направился на чердак. Сам того не понимая, почему он вечно оглядывался. Было странно видеть Дом в таком состоянии. Лестница ведущая на чердак была на самом последнем этаже. На четвёртом. Так же там находился и зал. Зал был большим, но самое странное было, что там полно народу. Уже из полуоткрытых дверей можно заметить толпу, сцепившихся в круг. Ряда, наверное, три было точно, от туда доходит противный жёлтый цвет от ламп. Все что-то обсуждали. Шептались, а кто-то и вообще говорил в полный голос, но даже так, всё равно слышались в этих голосах дрожь и удивление. Спустя время от туда выехал Курильщик, за ним и Шакал. Вид у колясника был ужасный. Словно мертвый. Но тот сразу удалился даже так. Искра ничего не понимал, но предчувствие у него было плохое. Словно что-то серьёзное произошло, а он об этом даже не знает ничего. Уже сидя на чердаке, он размышлял об этом, перебирая разные вещи и вспоминая тот вид Курильщика. Наверное, ещё час слышались голоса с коридора. Все уходили по комнатам, пытаясь пережить то, что увидели. Никто не хотел возвращаться обратно. Всем было жутко. Искра сидел на чердаке, прислушиваясь. Он не хотел возвращаться, было просто страшно. Он-как маленький ребёнок, боится выйти туда, словно ему и впрямь могут перерезать горло. Он сидел до утра, он не вышел даже к обеду, ни к ужину. Он просто сидел, прислушиваясь к Дому, строя свои мысли. После ужина к нему забрался Слепой. Он был в другой одежде. Но почему-то оставался босиком. Пальцы снова оказались на лбу парня. Так же издав звук стука об лоб. —Ты не был на ужине и на обеде. — сказал брюнет, поставив одну руку себе на бедро. Искра лишь слегка ойкнул, он не ожидал такого. Он вообще не сильно ждал что придёт Слепой. —Да, я знаю. Никак уйти не мог отсюда. — ответил парнишка, откидываясь обратно к стене. —Какая причина? — спросил его вожак. Он убрал свою руку, но уже ту засовывая в карман. Вторая же все так же стояла на боку. Под ногтями было нечто красное. Было похоже на застывшую кровь, чем на краску или еду. —Плохое предчувствие. Где все были прошлой ночью? Что вообще случилось? — вдруг спросил Искра, замечая что-то красное под ногтями у Слепого. От этого стало не по себе. —Могу лишь сказать, что Помпея больше нет. От слова совсем. — протороторил тот, садясь на одну из коробок. —Почему? Из-за чего? — спросил Искра, но не очень тревожно. За Помпея он не переживал. Да и в принципе не должен. Парнишка обратил внимание ещё раз на ногти Слепого, поэтому посмел предположить что он его и убил. Холодок пробежал по спине. Стало немного тревожно от этой догадки. Белокурый и подумать не мог что Слепой способен на такое. Но раз уж образ брюнета в голове на этот счёт нарисовался первый, значит всё таки мог? — Думал ты уже прознал с коридоров. — выдал Слепой, но после тяжело вздохнул. — Как ты думаешь, кто мог бы его убить? «ты.» — тут же пронеслось в голове. Но сказать такое, было страшно. Искра сам не понимал свой страх. Почему он должен так этого бояться? Слепой ведь, не убьёт просто так, должна быть причина. Вздохнув, он всё таки осмелился и сказал. —Смею только предположить что ты. Ты не подумай ничего такого, просто, я обратил внимание на твои руки. А именно ногти, под ними словно засохшая кровь. — выдвинул своё предположение белокурый. —Словно? — спросил его брюнет, с такой странной интонацией, будто это было и не «словно». —Получается, я прав? — спросил Искра, хотя уже и сам начал понимать, что правильно подумал. Он кивнул. Поставив сзади себя руки, для удобства, чтобы была более удерживающая его поза. Тот смотрел на него, с каким-то спокойствием. Он убил человека, а выглядит так, как будто этого и не было. — А причина есть какая-нибудь? — спросил Искра. Он не понимал почему Слепой так спокоен, он разве не боится что на него на стучат воспитателям? Директору? Белокурый не понимал как он остаётся таким хладнокровным почти всегда. Как он может говорить о таком спокойно. — Ты бы хотел, что бы Домом управлял полнейший идиот? Не думаю. — он смотрел в его сторону, всё ещё не убирая головы. —Ладно, я понял. — сказал Искра и немного помолчав, спросил уже на другую тему. — Это получается, мне завтра снова шесть ложек есть? —Семь на обеде, шесть на ужине. — после этого он откуда-то достал зажигалку и другие сигареты, с другим вкусом и запахом. —А почему на обеде больше чем на ужине? — спросил Искра, понимая что он не справится с этим завтра. — Когда ты только заболел, ты не смог доесть последнюю. Этот обед и ужин ты пропустил. — ответил, прикрывая конец сигареты рукой брюнет, что бы прохладный воздух не попал. —Тебе бы идти, заболеешь хлеще. Искра вздохнул от слов вожака про ложки. — Не, я свитер переодел на более тёплый, так что не должен. —Ты всё равно болеешь же. — закончив с сигаретой, тот закурил, вдыхая в себя. —Мне уже лучше. Температуры же нет. — оправдался белокурый. — Так и поверил. — с сарказмом, похожий на правду, выдыхая пробормотал Слепой. — Да я правду говорю. Как доказать? — нахмурился Искра, скрещивая руки на груди. — Потрогай свой лоб, подойди ко мне и дай свою руку. — достаточно спокойно, но так же принудительно говорил слепец, одновременно куря. Искра так и сделал. Потрогав свой лоб, он встал и подал свою живую конечность Слепому. Рука была тёплой, как всегда. Он слегка её помял. Она была тёплой, но все равно где-то под тридцать семь было точно. Как он догадывался было не совсем понятно, но чувство обоняния и слух были точно на высоте. А как насчёт тепла никто ещё не знал. Но спустя время, он ткнул в его тыльную сторону ладони сигаретой, хотя мог и самим огоньком. —За ещё одно враньё - ожог в форме пятна будет тебе теперь обеспечен. Парнишка тут же отдёрнул руку и слегка потёр то место куда ткнул вожак чуть ранее. Это было не столько больно, сколько неожиданно. —Почему так? — недовольно начал возмущаться белокурый. — Лучше бы стукнул... Я не врал. Я же не падаю в обмороки. —Тридцать семь есть. Это уже точно. — сказал Слепой, снова кладя сигарету в рот. —И что? Температура небольшая то. Даже температурой не назвать. — он вспомнил как давно ещё его отправляли с такой температурой в школу, говоря что он не болен. Снова вспомнилась Наружность. Школьные будни и упрёки матери. Лишь бы сплавить его куда подальше, чтобы не мешал ей с мужчинами, остальное - не важно. От этих воспоминаний он невольно поморщился, вспоминать такое сейчас ему не хотелось. —Норма - тридцать шесть и шесть. Не учили такому? Больше тридцати шести уже больной. — ответил на его вопрос вожак и вывел его из воспоминаний. Но теперь и полностью хозяин Дома. —Представь, не учили, — не выдержал Искра, — меня могли выпроводить из дома с такой температурой на все четыре стороны. Говорили что не болен, а тут такое. Вот и как теперь привыкнуть? — хмуро сказал ему белокурый. Его светлые брови хмурились, из-за чего на лбу появились еле еле заметные морщинки. Он не знает и сам чего так разозлился на Слепого, ведь он по идеи ничего плохого не сделал ему, лишь сказал правду и пытался помочь. —Свыкнется. — как-то уж слишком спокойно проговорил брюнет. Он снова закурил, но на последней затяжке он её потушил, не обо что-то, а об себя, не корчась даже от возможной боли. Небольшая вспышка гнева тут же стихла внутри Искры и он выдохнул, прекращая хмурится. Вновь перевёл тему. —Может ты мне на обед оставишь шесть ложек, а? А лучше пять. Ну серьёзно, я не в состоянии столько съесть. —Ладно, пять. Но больше никаких поблажек. — Спасибо. А тебе нормально? — спросил Искра, по поводу того, что тот потушил сигарету об самого себя. — Знаешь, чем чаще это делать, тем быстрее становится по барабану. — ответил на задающий вопрос и вожак скатился по коробке вниз, но спиной всё равно прижался к ней. Пока всё остальное было на полу. — Знаю. — снова немного посидев в тишине Искра неосознанно обнял Слепого. Парнишка всегда любил физический контакт, а здесь, в Доме ему явно этого не хватало. Слепой накрыл его спину одной рукой, слегка прижав. Он не был против, но просто не хотел это выражать слишком ярко, да и не умел. Искра буквально сиял от радости, что Слепой не против. Ему так нравилось обнимать кого-то, особенно если его обнимали в ответ. Они так немного посидели, а после Искра отстранился, вспоминая о крыше. — Слушай, а можно на крышу? Хотя бы на минут десять. — с надеждой в тёплом голосе спросил белокурый. Брюнет вздохнул. Но спустя минуты две, он всё же кивнул, но сразу пошли слова: — Десять минут, не больше. Искра улыбнулся ещё ярче, глаза его горели. — Хорошо, не больше, обещаю. Душой клянусь. — он счастливый, выбрался на крышу и сел как обычно, к краю. Слепой полез за ним. Как обычно сел рядом и уже в голове просчитывал секунды. Он хоть и слышал, что тот пообещал, но не хотел, что бы парнишка забыл. Это он умеет же, может сидеть долго, не замечая сколько прошло времени. Счастливый Искра сидел смотря в небо. Его радость обычно можно было даже почувствовать, он был прям солнечным. Прошло время и парнишка даже без напоминания встал, он не хотел получить ещё один ожог или щелбан. Слепой встал вслед за ним, осторожно и медленно. Крыша стала замерзать. Пахло старостью, приближение дождей. Всё же осень скоро. Сентябрь. А это значит придётся снова сидеть каждый день за партами в кабинетах и слушать нудную лекцию от учителей Дома. Искра зашёл на чердак и лёг в какой-то пыльный угол, где видимо собирался спать. — В комнату. Не тут. — сказал Слепой, как обычно говоря с последних ступенек. — Почему? — спросил парнишка. Он явно планировал начать спорить с брюнетом. — Хочешь сильнее заболеть? В эту субботу будет медосмотр. — Понял.В комнату,так в комнату. — он встал. Вопросы тут же отпали и желание начать спор тоже. — Вот только, я вряд-ли усну. Не хочу снова видеть тот кошмар. — проговорил парень, слегка поморщившись. — Не думай о нём. Чем больше думаешь, тем чаще будет сниться. — выдал он эти слова совершенно рандомно. Но потом сразу стал спускаться вниз, в коридоры. — Я не думаю, просто само ощущение тогда было слишком реальным. — Искра спустился вслед за Слепым и шёл рядом с ним. Стараясь не отставать. — Научись распределять сны от реальности. — после этого он продолжал идти, но уже молча. —Я постараюсь. — последнее что сказал Искра. Дойдя до комнаты он завалился на свою кровать и укутался в одеяло с головой, прижав ноги к себе и отвернувшись к стене. Перед этим он снял наконец протез. Ребята другие почему-то не спали. В комнате был слабенький свет от лампочек, похожих больше на свечки. Общая кровать всё так же озарялась своими постоянными гостями. Слушая истории от других, новыми увлечениями и достижениями за эти пару суток. О том, что было сегодня, что было тогда, что было год назад. Но реже всего напоминали о происходящем в зале. Хоть и многие почему-то стали реже общаться с Курильщиком, а Черный стал чаще бывать с ним наедине. Было и вправду странновато, но что ж теперь поделать? Вот именно, что уже ничего. Искра уснул почти сразу, но долго поспать ему не удалось. Ему снова приснилась своя же смерть. От этого становилось тревожно. Утром он остался в комнате, на удивление не уходя в подвал или на чердак. Сидел, рисовал что-то. На обеде как обычно ел с неохотой, а точнее почти не ел. Не хотелось ему, вот прям совсем. На кухне скрипели столы, стулья, иногда прогибался под кем-то пол. Доносился не приятный, но вполне привыкший звук. Так же звучали звонкие ложки, бьющие по тарелкам или чашкам. Все группы собрались, ели своё. Но тут уже стало обширно объясняться о Помпее. Об его последнем бое. Слепой же ел своё спокойно, запивая киселем, который был непонятно из чего, но спасибо было за то, что тот хотя бы выглядел как напиток. — Надеюсь, ты помнишь, что через несколько дней, ты будешь есть четыре ложки. — пробормотал вожак, выдавливая свои слова в чашку. — Как такое забыть. — ответил Искра, немного морщась из-за своей еды. Не очень она ему нравилась, но выбирать не приходится, так что ест что дают и молчит. Будто у него выбор есть, конечно его нет, мать давно ему ничего не шлёт. Да и не слала никогда, всё что у него было тогда, были заначки, которые он сам для себя и покупал. Поставив чашку на стол с тихими звоном, Слепой стал дожидаться Искры. Прислушиваясь к каждому его движению, глотку, ложке. — Снова слякоть! Ни покататься, ни выйти!Как так можно! — вскрикивал Табаки, упираясь локтями в стол. — Для меня очень красивая. — выдернул из себя Горбач, попутно поедая хлеб и кормя свою ворону. — Время года - страшная вещь. — ответил на все это Лорд, поднося кружку к губам. Искра всё таки съел нужные ложки, пить он не решился. Он прислушивался к разговору всех за столом, а когда доел взглянул на свой ожог который оставил ему Слепой ночью. Ожог был небольшим, размера стёрки на карандаше. Но это розовое пятнышко быстро заживало. Покрытый кружок прозрачным слоем «пленки», слегка виднелось на руке Искры, ведь всё же удалось хозяину Дома попасть прям на середину тыльной стороны ладони. Но никто не спрашивал откуда оно. Сами понимали, сами такое делали. Но не каждый так часто это осмеливался воспроизвести в явь. — А я говорю осень противна! В ней и учёба, слякоть, сырость! Уж жуть то какая! — протрезвонил Табаки, чуть-ли не над ухом Горбача. — Прекрати, у всех разное понятие. — сказал Сфинкс, умолкнув Шакала. Белокурый встал и направился в подвал. Осень была для него не чем то противным, как говорил Табаки, но и не таким хорошим. Что-то нейтральное. Что-то о чём можно вспоминать, но только грустное, хороших воспоминаний с осенью у него не было. Он медленно плёлся, осматривая стены. По дороге стены как обычно были исписаны, изрисованы. Но вот одна из надписей стала выделяться. Она была слегка больше остальных, с красивым почерком. В конце даже имелась подпись. «МАЛЬЧИКИ, НЕ ВЕРЬТЕ, ЧТО В РАЮ НЕТ ДЕРЕВЬЕВ И ШИШЕК. НЕ ВЕРЬТЕ, ЧТО ТАМ ОДНИ ОБЛАКА. ВЕРЬТЕ МНЕ, ВЕДЬ Я СТАРАЯ ПТИЦА, И МОЛОЧНЫЕ ЗУБЫ СМЕНИЛА ДАВНО, ТАК ДАВНО, ЧТО УЖЕ И НЕ ПОМНЮ ИХ ЗАПАХ. Мысленно с вами всегда. Ваш Папа Стервятник.» Дальше пошла уже подпись, но та закрывалась уже другой надписью. Теперь это был маленький рисунок, чем-то напоминающий птицу и нечто ещё. Крота? Возможно. Но теперь на стене есть новое «животное». Поэтому все даже не подозревали, что это подпись. Поэтому никто и не говорил об этом. Стены были выпуклыми, с трещинами. Окна были закрашены чёрной краской с двух сторон. Но даже так, в коридоре было все равно светло. Направлялся Искра к подвалу, может побрякушки найдёт. Во рту до сих пор присутствовал тот самый мерзкий привкус еды. Скрывшись в подвале, парнишка пробыл там до самого ужина. Снова перебирал бумаги, вещи, у него там уже даже что-то на подобии матраса есть из бумаг. Он нашёл новый кулон. Он был круглый, на чёрной верёвочке как и все остальные кулоны Искры. На ужине он ел быстрее, снова спеша. Ему пришла в голову одна идея, поэтому долго задерживаться он не хотел. — Ты сегодня быстрее, что удумал? — спросил его Слепой, доедая свой бутерброд. — Много всего. — сказал Искра, снова не говоря напрямую и не выдавая своих планов. Он быстро доел и пулей выбежал из столовой. На это брюнет даже сам заинтересовался. Убрав своё со стола, он медленными шагами направился в сторону подвала. Сам прекрасно зная где находится парнишка, хотя тут даже и думать не надо. Или крыша с чердаком, или подвал, в крайнем случае, комната. Но тот в ней бывал не так часто. А ходить на чердак без разрешения вожака уже было нельзя. Оставался только подвал. Уже подходя к нему, Слепой выдал себя из-за скрипа в полу. Всё же, везде нужно давно поменять многое в Доме. Белокурый аж вздрогнул, груда бумаг из-за его резкого движения свалилась и он чертыхаясь из-за своей неуклюжести, обратно их начал собирать. Вокруг Искры лежали бумаги, безделушки, даже одежда, поэтому он так спешил. А ещё, он себ уголок незаметный сделал. Но на то он незаметный, чтобы никто не замечал. — И что же ты решил сделать? — спросил его Слепой, спускаясь по лестнице. Он держал свои руки в карманах. Всё так же медленно спускаясь, слышалось лишь прилипание ног к слегка холодным, каменным ступеням. Он приблизился к этому самому уголку, но сел чуть меньше метра от него. Искра помолчал минуту, правильно подбирая слова. —Ну, я тут просто нашёл пару безделушек, даже одежду. На удивление она не такая уж и потрёпанная. — уже более воодушевлённо сказал белокурый, как говорил в столовой. — А ещё, ты случайно не помнишь,что я бредил под температурой? Там было что-то с подвалом связано. — проговорил Искра, беря в руки найденный им свитер и разглядывая лучше. —Не посчитал твой бред под температурой важным. — извинился брюнет, достав сигареты и протянув одну из них Искре на вытянутой руке. — Ладно, ничего. Главное что пока что мой сон не сбылся. — он взял сигарету своей живой рукой. Спустя некоторое времени их общения, можно было заметить, что Искра всегда прикасался к людям или брал от них что-то именно живой конечностью, почти не используя протез в физическом контакте. Слепой зажёг свою сигарету и передал зажигалку Искре. — Вещие сны значит. — проговорил он, выдыхая свежий дым. Искра взял зажигалку и зажёг свою, после отдав вещицу владельцу. — Не факт. Но всё же, нельзя знать наверняка. — Может быть, а может нет. В этом и суть вещих снов. — он говорил совершенно спокойно. Была тишина. В подвале из решёток на улицу капали маленькие капли с сырой травы. Скоро поднимется туман, а на улице становилось сырее обычного. Искра молчал, куря сигарету. Он не знал о чём можно поговорить, да и стоит ли. Он прилёг на «матрас» из бумаг, продолжая курить. Он так устал, что уже и не помнит ,когда,спокойно спал. Именно, спокойно, а не просто вырубался от усталости. Слепой и сам молчал, думая о том, что могло бы быть. Он сидел смирно, хоть и не скажешь, что с Искрой кто-то есть. Он сливался среди тёмных углов. Но спустя время тот всё же встал. Направился к одной из стены и докурил сигарету полностью. Он провёл бывшим огоньком по стене, что-то написав там. Но этого не было видно, было темно. Искра привстал, попытавшись прочитать, но понял что не получится, поэтому лёг обратно. Немного помолчав, он спросил. — Слушай, а ты давно на флейте играл? —Не знаю .Давно.— ответил на его вопрос вожак и закончив с окурком, тот снова сел на своё же место. Искра докурил сигарету и посмотрел на Слепого. После он снова задал вопрос. — Сыграешь сегодня на флейте? — вежливо спросил парнишка. — Горбач стал флейту прижимать к себе. Или найти гитару или ничего не выйдет. — сказал брюнет, прижав к себе одну ногу. —Да чёрт... Ладно, а где гитару взять можно? — поинтересовался Искра, также смотря на Слепого. — Или в шкафу, или в бардаке у Табаки. — ответил на его вопрос, тот и сам задал следующий. — Тебе так нравится моя игра на флейте? — Очень нравится. Серьёзно, твои мелодии это нечто. Не то чтобы у Горбача хуже, нет. Просто твои легче, у него они потяжелее, что-ли? Вообщем, мне нравится. Да и под твою игру мне кошмары не снятся. — Вот оно что. — проговорив это, тот снова замолчал. Не зная что уже и добавить. Но после всё же произнёс. — Что же ты так сильно хочешь знать о Доме. — то ли вопрос, то ли утверждение. Но во всяком случае, вожак был спокоен. — А? — он слегка приподнялся. — если это был вопрос, то много всего. — ответил белокурый, смотря на Слепого. — Не легче спросить у кого-то, чем вот так? — уже задавая вопрос, Слепой даже наклонил голову в сторону речи парнишки. —Легче, но я так не хочу. Хочу сам всё узнать. — промолвил Искра. — Тут многое, но и многих нет. Ты не узнаешь обо всём через бумаги. — Тогда буду узнавать ещё по другому. Найду способ. — Искра немного побаивался задавать вопросы, потому что обычно, раньше на них либо не отвечали, либо грубо и непонятно объясняли. Так что он привык сам добывать информацию, пытаясь задавать как можно меньше вопросов. Здесь же, всё было как-то не так. — Все могут отвечать не вопросы, но не каждый может сказать тебе так, что бы было понятно. — сказал Слепой, положив свою голову на бумажный «матрас». — Вот именно. А переспрашивать будет глупо, для меня. — ответил Искра, взглянув в сторону Слепого. «Матрас» на удивление был мягкий, тут было много бумаг. — Если хочешь чего-то, добивайся этого. Хоть через кровь. — сказал вожак. Его голова всё так же лежала на тех бумагах, шея отдыхала, а руки были положены на свой живот. Он был совершенно спокойным, давая задавать любые вопросы и по крайней мере, делать всё, что вздумается парнишке. Искра молчал, а после неосознано погладил вожака по голове, пытаясь успокоить нервы. — Может ты и прав. — тихо проговорил парнишка, прикрывая глаза. Слепой молчал. Он прекрасно чувствовал эти прикосновения и копания в голове. Его волосы были тяжёлыми, но вполне мягкими и слегка грязными. Вожак не так часто мыл голову, поэтому и не каждый раз при виде его она чистая. Но по крайней мере, они оставались всё такими же мягкими. Хоть и спутанными, а рука Искры сильно выделялась в тёмной гущи волос брюнета. Слепой тоже прикрыл глаза, хотя и вовсе не нуждался в этом, ведь всё равно ничего не видел. Ощущение были даже приятны, но об этом он не говорил. Не считал это нужным. Рука парнишки аккуратно гладили грязные волосы, словно боясь повредить их. Конечность у него была холодной и приятно остужала голову. Искра умел правильно обращаться с прикосновениями к людям. Немного так ещё погладив его, он уснул. Рука осталась также на голове у Слепого. Слепой не шевелился, но всё так же лежал. Даже пролежал так всю ночь, тоже иногда засыпая. Сон его длился не таким уж и длинным, но даже так, он успел даже выспаться. Всё так же ощущая на себе руку парнишки, ощущая его пальцы на голове, то как ладонь Искры уже слегка стала теплее. Ощущал всё это и молчал.