Уроборос

«Что делать теперь?»

Вопрос повис в воздухе, словно тяжёлая гиря, давящая на атмосферу. Между тем напряжённую тишину всё же решил нарушить Джин, попеременно включая фонарик на своем портативном устройстве. — Считаю данную ситуацию не совсем удачной. — тихо начал агент, переводя взгляд на принца. Лицо Александра отражало не то смущение, не то растерянность. — Что с тобой? Александр оставался красным, и лишь спустя пару минут, осознав их не совсем корректную позу, Джин почувствовал лёгкую неловкость. Агент быстро сделал два шага назад, стараясь вернуть себе привычное спокойствие. Выглянув в небольшое окно, вид из которого открывался на тихую деревню, утопающую в ночной тишине, агент разочарованно выдохнул. Высота была… Достаточно внушительной. Прыгать точно не вариант. Потому он лишь медленно опустился на холодный каменный пол, наблюдая, как из окна струится мягкая полоска лунного света, наполняя комнату лёгким сиянием. Пол был достаточно холодным и неприятным на ощупь, но, тем не менее, лучше уж сидеть так, чем на стуле, который буквально разваливался от каждого движения. — Полагаю, идей нет, верно? — слабо улыбнулся Алекс, присаживаясь на пол рядом с агентом. — Если только в окно. — тут же съязвил Джин, выражая крайнее недовольство. Конечно, ситуация была так себе. В конечном счёте они оказались заложниками старой комнаты, вместо того чтобы отдыхать где-то в покоях. Тишина вновь окутала это небольшое пространство, словно плотное одеяло, и казалось, что каждый погрузился в свои мысли, не решаясь начать разговор. Да и… О чем они вообще могли поговорить? Джин, как и всегда, не отличался особой разговорчивостью, скорее, наоборот. У них не было общих увлечений или интересов, и в целом они были совершенно разными людьми. Агент был немногословен, достаточно замкнут и крайне равнодушен к тем или иным ситуациям, что делало его явной противоположностью принцу. В то время как Александр искал в общении поддержку и понимание, Джин предпочитал оставаться в тени, избегая излишних слов. Время тянулось предательски медленно, в воздухе витала неопределённость, создавая ощущение, что они застряли в этом мгновении навсегда. Словно в ответ на молчание, издалека донёсся звук — тихий шёпот ветра, пробирающегося сквозь трещины в стенах замка. — Детство. — тихо произнёс Александр, словно разрезая тишину. — Боюсь, не совсем понял вопроса. — с некоторой паузой ответил Джин, словно его выдернули не то из воспоминаний, не то из сонного состояния. — Расскажи про своё детство. — голос Алекса звучал довольно тихо. «Словно ребёнок, жаждущий узнать ту или иную информацию» — пронеслось в голове Джина, когда он уловил на себе столь пристальный взгляд. Детство… Трудно вообще сказать, что оно у него было. Технополис — город передовых технологий и высоких достижений, где каждое утро начиналось с сигнала будильника, напоминающего о том, что время не ждёт. С самого раннего возраста агент погрузился в мир, где единственным смыслом существования было развитие и самосовершенствование. Здесь не существовало понятия «личный выбор», за тебя уже давно всё решено. С самого рождения тебе нужно лишь учиться, окружив себя книгами и компьютерами, а также получать как можно более высокие оценки на экзаменах. Каждое утро ты встаёшь и направляешься в учебный центр, где занятия начинаются с раннего утра и продолжаются до позднего вечера. Днями напролет ты изучаешь сложные алгоритмы, разрабатываешь программы и погружаешься в мир виртуальной реальности и современных технологий. — Боюсь, что понятие «детство» в моём случае довольно растяжимо. — наконец произнёс Джин, его голос звучал несколько монотонно. — Я никогда не знал, что такое просто быть ребёнком с какими-либо потребностям и желаниями. Всё было сосредоточено лишь на достижениях и успехах. Взгляд Александра стал более внимательным, и агент почувствовал необходимость продолжить: — Я помню, как однажды создал своё первое изобретение. Это было достаточно захватывающе, учитывая реалии Технополиса и то, сколько времени было потрачено на достижение результата. Я работал над ним ночами, не замечая, как время проходит мимо. В итоге, когда я представил его Доктору, я лишь услышал: «Хорошо, но ты мог бы сделать лучше». Агент ненадолго замолчал, словно воспоминания былых лет не вызывали у него ничего, кроме чувства отвращения и полного разочарования.

«Все мы — заключённые. Моё место — среди кодов и программ»

— Я не знал, что такое дружба. — продолжал Джин, глядя в пол. — У меня не было времени на это. Ни у кого не было. Такими нас «создали». Все мои сверстники были заняты тем же, чем и я. Словно машины, запрограммированные на успех, без права на ошибку, без права на эмоции. Джин замолчал, погружённый в воспоминания о том, как его детство было заполнено ожиданиями и требованиями Главного Компьютера и Доктора Икс. Воспоминания менялись, словно слайд-шоу, вызывая всё больше дискомфорта. Внезапно перед глазами вспыхнуло пламя. Чёрный клубящийся дым стремительно поднимался вверх к полупрозрачному куполу, а он лишь стоял неподалёку, наблюдая, как взрослые вокруг стараются исправить ситуацию. Их лица были искажены страхом и решимостью, однако он не чувствовал ни страха, ни решимости — только холодное безразличие. Казалось, он уже давно искоренил из своей памяти этот фрагмент, позволил себе забыть, но… Подсознание вновь демонстрировало его, словно возвращая в ад, из которого никогда не будет выхода. «Кажется, я слишком много разболтался» — пронеслось в голове агента, и он, стараясь не смотреть на принца, чей взгляд отражал нескрываемый интерес, отвернулся и прикрыл глаза. — Думаю, этого достаточно. — спустя недолгую паузу сказал Джин, поправляя чуть помятый край пиджака. — Уныло и серо. Ничего интересного. — Спасибо. — тихо проговорил Александр, слабо улыбнувшись. Это было необычно — слышать, как кто-то рассказывает о себе что-то, что теперь знает лишь он. Почему-то где-то внутри стало тепло и приятно, словно Алекс открыл новую страницу жизни агента, о которой раньше даже не подозревал. — Повторюсь, ничего интересного. — сквозь сонливую усталость повторил агент, стараясь отогнать от себя мысли. — Вероятно, твоя жизнь была куда более активной. «И зачем я сейчас это сказал?» — тут же поймал себя на мысли Джин, мельком взглянув на принца. Конечно, Александр был членом королевской семьи, прямым наследником престола, в общем — золотым ребёнком. Детство принца явно было лишено каких-либо ограничений, скорее наоборот, он явно получал абсолютно всё, что хотел. — Что касается меня. Некоторые фрагменты детства я не помню. — усмехнулся принц, словно это было каким-то пустяком. — Слуги говорили, я часто сбегал из замка, а после произошёл какой-то несчастный случай, из-за которого я долгое время не приходил в себя. Голос принца звучал слишком спокойно, словно произошедшее ничего не значило, словно это мелочь, о которой можно говорить с лёгкостью. На его лице всё так же оставалась лёгкая улыбка, а взгляд отражал искренность, что удивляло агента. — Помню, что отец часто ругал меня за то, что я плохо выучивал кодекс. — продолжал принц. — А Сэр Ульф постоянно ходил по пятам, даже не скрыться, даже не побыть в одиночестве, не погрустить о смерти матери. Вечный контроль в четырех стенах. Александр недовольно поморщился, вспоминая ту королевскую рутину, в которую он буквально нырнул с головой. Заучивание кодексов, тренировки, потом снова учёба, уроки светских манер… Скукота. Этим воспоминаниям не было конца, и каждый раз они вызывали у него лишь усталость и раздражение. — А потом отец отправил меня в академию.— тихо сказал принц, а после замолчал, опустив взгляд в пол, как будто это было слишком тяжёлым бременем для него.

«Думаю, теперь мы друзья, верно?»

«Друзья должны доверять друг другу. Ты что, мне не веришь?»

«Делать больно могу тебе только я!»

— Впрочем, неважно. — слабо улыбнувшись, принц взглянул на агента. — Моё детство было не таким уж и ярким, как ты думаешь. Агент ничего не ответил, лишь слабо улыбнулся в ответ, попеременно выключая фонарик на своём устройстве. Вокруг вновь повис мрак, обволакивая пространство, оставляя лишь маленькую полоску света, струящегося из окна. Глаза предательски слипались, хотелось спать. Казалось, эта ночь будет бесконечно долгой, словно время само решило замедлить свой ход. Они не знали, что будет дальше, но в этот момент, в этой старой комнате с холодным каменным полом и мягким светом луны, оба чувствовали, что в конце концов не одиноки.

***

      Утро следующего дня встретило Джина холодным светом, пробивающимся сквозь небольшое окно. Агент открыл глаза и мгновенно ощутил, как его тело предательски болит от неудобной позы. Казалось, каждая мышца протестует, напоминая о том, что он спал буквально сидя, без возможности хоть как-то расслабиться. Чуть позже внимание агента привлекло и то, что Александр, бессовестным образом, разместился у него в ногах, уютно свернувшись клубком, словно домашний кот. Принц выглядел совершенно безмятежным, его лицо, освещённое мягким светом, отражало спокойствие, которого Джин, к сожалению, не мог себе позволить. — Доброе утро! — вдруг раздалось откуда-то справа, и агент невольно дрогнул, почувствовав, как сердце забилось быстрее. На стуле недалеко от них сидел Кристоф, закинув ногу на ногу, с несколько издевательской улыбкой на лице. Джин, не в силах сдержать раздражение, ничего не ответил. Вместо этого он слегка ударил принца в бок, от чего тот нехотя проснулся, потянувшись, как будто только что вышел из долгого сна. — Что? — пробормотал Александр, открывая глаза и моргая, словно не мог понять, где он и что происходит. Волосы принца были растрёпаны, а в глазах все еще сохранялся след ночного сна. — Утро. — отрезал агент, не скрывая своего недовольства. — И, похоже, ты занял мои ноги. Удобно тебе было? Принц, всё ещё не до конца проснувшись, посмотрел на Джина, а затем на Кристофа, который, казалось, наслаждался столь неловкой сценой. Глаза принца ещё не успели адаптироваться к свету, и он моргал, пытаясь осознать происходящее. — Не похоже, что ты оказался здесь по какой-то случайности. — тихо произнёс Александр, нехотя поднимаясь с пола и ощущая, как тело начинает немного болеть. — Моя работа заключается в том, чтобы следить за всем и всеми. — всё с той же улыбкой проговорил советник, протягивая руку агенту, который до сего момента так и продолжал молча сидеть на полу, словно не зная, как реагировать на происходящее. — Не говори мне, что... — начал Александр, скрестив руки на груди, однако его прервали. — Всё верно, юный принц. — съязвил Кристоф, его голос звучал с налётом насмешки. — В конце концов, нужно было вас проучить за проникновение в королевские архивы. — Ты… — принц ощущал, как внутри закипает раздражение. Отношения Алекса и Кристофа всегда были несколько натянутыми. Советник никогда не разменивался на мелочи, говорил прямо, словно его не волновала ответная реакция. Надменный и эгоистичный, он обладал каким-то шармом. Несмотря на то, что Кристоф пользовался достаточно отрицательной популярностью среди слуг замка, каждый из них всё же уважал его за умение держать себя на высоте в любой ситуации. — Подливаешь масло в огонь! — с укоризной произнёс Александр, стараясь подавить всплеск эмоций. — Не надоело играть в эти игры? — Игры? — Кристоф рассмеялся, его смех был лёгким и достаточно беззаботным. — Это не игры, юный принц. Это жизнь. И ты должен научиться воспринимать её такой, какая она есть. Александр вздохнул, понимая, что это не первый раз, когда они вот так спорят. Их обсуждения часто выливались в жаркие дебаты, где каждый отстаивал свою точку зрения. Кристоф не стеснялся высказывать своё мнение, даже если оно шло вразрез с мнением принца. Это качество как раз и привлекало Александра — ему нравилось, что советник, в отличие от большинства, не надевает на себя маску притворства и мнимого уважения. — Хочу умыться и поесть. — тихо произнёс Джин, словно нарушая возникший перед ним спор. Голос агента звучал довольно уставшим и отрешённым. Он лишь равнодушно прошёл вперёд, отворяя дверь и следуя по узкому коридору, стены которого были украшены старинными гобеленами, изображающими сцены из истории Кингсленда.       Завтрак прошёл довольно тихо и обыденно. Джин, сидя за столом, наконец почувствовал, как силы понемногу возвращаются. Начало дня не отличалось ничем от предыдущего: слуги всё так же сновали по коридорам, рыцари тренировались, кто-то стоял на страже, а кто-то занимался охраной фестиваля, проводимого в королевстве. День летел достаточно быстро и даже как-то незаметно наступил вечер. Чем агент вообще занимался? Сначала он настраивал панель в Хамелеоне, затем, решив немного размяться, отправился на прогулку по небольшому участку, заставленному лавками с товарами. Однако чуть позже агент таки пожалел о своём решении: толпа торговцев буквально окружила его, предлагая свои товары. После этого Джин направился в королевскую библиотеку, надеясь найти уединение. В тишине и спокойствии он погрузился в чтение наспех взятой книги, рассказывающей о героических подвигах рыцарей. Однако времяпрепровождение было прервано, когда в библиотеку вломилась влюбленная пара, которая явно игнорировала его присутствие. Стараясь не сталкиваться со слугами, минуя рыцарей и прочих служителей, Джин прошёл по каменной винтовой лестнице, ведущей на небольшой каменный мост, соединяющий две башни замка. Это место всегда привлекало его своим уединением и спокойствием. С высоты открывался великолепный вид: впереди виднелся густой лес, где деревья, окутанные вечерним туманом, казались призрачными силуэтами. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в теплые оттенки оранжевого и пурпурного, погружая всё вокруг в мягкий полумрак. Позади, вдали, мерцали огни деревни, словно звёзды, упавшие на землю. Оттуда доносились слабые звуки песен и музыки бардов, создавая атмосферу праздника. Агент облокотился на каменные перила моста и прикрыл глаза, наслаждаясь лёгким ветром, который обдувал его лицо, принося с собой свежесть вечернего воздуха. Вокруг царила тишина, лишь издалека доносились звуки вечернего праздника. Спустя некоторое время, где-то позади раздались слабые шаги, заставив Джина нехотя открыть глаза. — У тебя просто талант. — с усмешкой проговорил агент, заметив в паре метров от себя принца. — Преследуешь меня. Александр слабо улыбнулся, облокотившись спиной о каменную стену. Принц выглядел достаточно изнурённым и уставшим. С самого утра его завалили работой. Сначала Алекс стал жертвой нравоучений сэра Гарольда, потом его затянули в очередную изнурительную тренировку, а чуть позже заставили разбирать политическую обстановку вместе с отцом и прочими служителями. Впрочем… Он оттуда сбежал, как только появился хоть малейший шанс. — Просто стечение обстоятельств. — тихо ответил Алекс, поправляя упавшие на глаза волосы. Его взгляд скользнул по горизонту, где солнце медленно опускалось за деревья. — Второй раз? — слабо улыбнулся агент. — Второй раз. — повторил принц, слегка усмехнувшись. Внимание принца привлекли мерцающие огни деревни, которые, казалось, манили к себе. Воспоминания нахлынули, как волны: каждый осенний фестиваль в детстве он тайком сбегал из замка, чтобы вновь ощутить ту непередаваемую атмосферу. Когда замок постепенно стихал и отправлялся ко сну, в деревне, наоборот, начиналась жизнь. Барды играли прекрасные мелодии, в кабаках разливали сладкий эль, а повсюду сновали люди, водя хороводы на главной площади, танцуя и смеясь. Эта жизнь притягивала принца, словно свет фонаря в непроглядной тьме. И пусть отец в очередной раз отчитает его за побег, он никогда не терял возможности окунуться в эту атмосферу вновь. — Ты бывал в деревне? — тихо проговорил принц, взглянув на агента. — Всякий раз по приезду в Кингсленд. — достаточно равнодушно начал Джин, поправляя галстук. — Я старался обходить это место стороной. Всегда многолюдно и шумно, в общем, не для меня. — Сейчас, во время фестиваля, там особенно прекрасно. — на лице принца появилась лёгкая улыбка, полная воспоминаний о радостных моментах. — Меня не привлекают подобного рода… — начал было агент, но его тут же схватили за руку, утягивая за собой. — Идём! — голос Александра звучал уверенно, он стремительно шёл вперёд, спускаясь вниз, не отпуская руки Джина, который всячески сопротивлялся. — Я познакомлю тебя с другой стороной Кингсленда. — Алекс, нет! — Джин, да. «Ну почему снова я…» — пронеслось в голове агента, прежде чем они покинули пределы замка.