Неудачный отыгрыш

      Мидей глупо похлопал глазами. Затем потёр переносицу большим пальцем и, несколько раз моргнув, вновь в недоумении уставился на Фаенона. — У меня нет слов, — честно признался Мидей, обходя мужчину и рассматривая со всех сторон. — Я и не слов от тебя жду, — Фаенон развёл руками и расплылся в двусмысленной улыбочке, выдвинув корпус вперёд, дабы быть ближе к Мидеймосу.       Фаенон нередко заставлял Мидея терять дар речи, показательно цокать и закатывать глаза, однако порой парад безумства достигал критической точки, что никакие слова не способны были в полной мере описать кипящие в Мидее эмоции.       Так и сейчас: Фаенон стоял в самом центре их спальни, облачившись в карикатурное платье — да простят Мидея все боги — горничной. Он нарочито поднял подъюбник, демонстрируя, как белый полупрозрачный чулок плотно обхватывал накачанную ногу, оставляя характерный след от резинки.       Фаенон, очевидно, красовался. Знал, что Мидей с любопытством взирал на неразглаженный воротник и объемные рукава. Знал, что смотрел не только с любопытством, но и с восхищением. — Мне не нравятся ролевые игры, — вынес вердикт он спустя долгие минуты молчания, провоцируя Фаенона на возмущённый возглас. — Издеваешься? — Из тебя вышел бы плохой горничный. — А я должен был нарядиться в сантехника? — Я бы ушёл из дома. — Слесаря? Механика? — Я бы ушёл из дома, — повторил Мидей, снова обходя партнёра, осторожно коснувшись открытого участка спины. — Значит, если ты не ушёл, выбор был правильным, — горделиво вздёрнув нос, решил Фаенон, потеревшись ягодицами о пах мужчины.       Вместо ответа Мидей ласково поцеловал мужчину в макушку, позволяя ему блаженно расслабиться в своих руках.       Одного мгновения было достаточно, чтобы подхватить Фаенона на руки и, самую малость вскружив, усадить на близстоящий стол и резким движением раздвинуть ноги.       Фаенон восхищённо ахнул, самостоятельно разводя длинные ноги в стороны, чтобы Мидеймос мог удобно устроиться меж них. Он двинул бёдрами, подползая ближе к краю стола. — И всё-таки тебе нравится, — заключил мужчина, пока его сводили с ума трепетными мимолётными касаниями губ. Касаниями, ибо это едва ли можно было назвать полноценными поцелуями.       Мидей не позволял Фаенону мгновенно вкусить весь свой пыл, что, между прочим, было ему совершенно несвойственно. — Понятия не имею, где ты это взял, но, знаешь, опыт достаточно… — Восхитительный? — влез Фаенон, попытавшись стянуть с партнёра майку. — Необычный, — поправил его Мидей, стаскивая вещь самостоятельно.       Ровно через секунду в губы Фаенона врезались чужие, дерзко и торопливо сминая их, протискиваясь языком между податливых уст.       Мужчина ухватился за крепкую шею возлюбленного, полностью — к своему собственному удивлению — позволяя ему взять контроль над собой. Однако столь щедрый порыв продлился лишь ничтожный десяток секунд, пока Мидеймос не стиснул зубы на его шее, заползая рукой под подол платья, нащупывая нагую ягодицу, болезненно впившись в неё пальцами. — И что, я даже не заслужил прелюдий? — Фаенон отодвинулся, скуксился и фыркнул, едва не залившись звонким смехом от выражения лица Мидея, что выглядел будто испуганный львёнок, непонимающий почему им недовольны. — А тебе они нужны? Мне казалось, что, учитывая твой внешний вид, ты давным-давно готов и смысла тянуть нет. — Я всегда тебе время уделяю, вообще-то, — в голове тотчас всплыли моменты, как разгоряченный и мнимо раздраженный Мидей твердил, что медлить нет смысла, вот только сам буквально умолял взглядом не прекращать приятную пытку. — Ага, и ужасно растягиваешь то, что можно было закончить быстрее. — А если не всегда хочется быстрее? Вдруг мне хочется плавно, — он поднял ногу, надавив носочком с чуть сползшим чулком на выпуклость на штанах. — Медленно, — он скользнул чуть выше, изящно выгнутыми пальцами оглаживая напряжённый живот с роскошным рельефом стального пресса. — И до безобразия тягуче? — нога мгновенно вернулась на член, отчего Мидей звучно сглотнул, каждой клеточкой своего тела ощущая запредельную энергию Фаенона.       Мидей сконфуженно пялился на Фаенона, чьи шуточные претензии он воспринял всерьёз. Ну, разумеется, Фаенона всё устраивало. В противном случае он бы сказал об этом ранее. Однако, когда под юбку залезла чужая голова, он точно не мог ничего сказать, стоило ему почувствовать пленительную узость жаркого рта вокруг своего члена.       Голова Мидея полностью скрылась под тканью юбки. Он витиевато очертил языком контур венок, поднялся к головке, уместил её на языке, чувствуя солоноватость предэякулята. Мужчина, сжав ягодицы, придвинул Фаенона ещё ближе к себе, насадившись ртом почти до конца. — И вот опять ты торопишься, — послышался голос Фаенона, после чего Мидей вылез из-под юбки, с негодованием разглядывая осоловелый лик мужчины. — Я сейчас вообще ничего не понял. Тебя резко перестал устраивать наш секс, шакал?        Фаенон не сдержался. Он разразился звучным хохотом, пластом расползаясь по столу, как будто все его кости стали желейными: до того неестественно выглядела его поза. — Мне нравится абсолютно всё так же сильно, как и видеть удивление на твоём лице. — Значит, вздумал издеваться? — Мидей вопросительно изогнул бровь, в одночасье приняв решение по дальнейшей экзекуции над партнёром, дёрнув его за ногу, после чего тот мгновенно принял прежнее положение.       Мидеймос вновь скрылся за подолом юбки, щёлкнув указательным пальцем по багряной головке и распахнув губы, вобрал её в рот, принявшись нерасторопно обсасывать, чтобы Фаенон понял, как порой не хватает резкости.       Фаенон застонал, уместил ступни на плечах Мидея и откинул голову назад, упираясь в стену, пока мужчина самозабвенно отсасывал ему, двигая головой и языком так плавно, словно весь мир находился в замедленной съёмке. Он втягивал щёки, периодически выпускал головку изо рта и нарочито заползал языком в уретру, погружал в рот самый кончик члена и снова выпускал.       А затем Мидей спустился ниже. К мошонке. Однако долго он там не задержался и под аккомпанемент приглушённых стонов и всхлипов Фаенона, отчаянно сминающего платье, начал вылизывать влажный анус, окончательно выбивая Фаенона из колеи. — Беру свои слова назад! — прокряхтел мужчина, когда член сжали у основания, елейно скользя языком по безвкусной коже, словно та была самым изысканным деликатесом.       Мидей что-то невнятно промычал, ввинчивая язык внутрь, двумя пальцами придерживая края сморщенного отверстия для лучшего проникновения. — Меня полностью устраивает наш секс, только кончить дай, изверг, — проскулил Фаенон, сам свой голос не узнавая.       Однако Мидей решил, что дело до конца доводить нужно. Вот только «делом» в данном случае был отнюдь не оргазм Фаенона. Он вынул язык, несколько раз широко мазнул по коже вокруг ануса и наконец-то вылез из-под юбки, удовлетворённо рассматривая лик Фаенона, который в экзальтации метался по столу. — Помнится, ты как-то был недоволен тем, как я делаю минет, — напомнил мужчина, демонстративно облизнув губы, окончательно вынудив Фаенона поплыть разумом. — Я лишь сказал, что делаю лучше и… — И мы во всём разобрались, да. Но я закрыл гештальт. Весьма удачно, не находишь? — Ага, удачно. Вставишь теперь? — Только если ты та-ак просишь, — Мидеймос специально растягивал гласные, мысленно записывая это в касту своих побед.       Фаенон возразить не успел: его вновь оторвали от поверхности, вернув на пол. Дрожащие ноги не могли полноценно его удержать, однако Мидей подоспел вовремя, прижимая к стене шатающуюся фигуру. Фаенон сделался донельзя восприимчивым к любым прикосновениям.       Мидей сомкнул зубы на удачно подставленной шее, упиваясь своей ведущей ролью, раз за разом трепетно целуя и безжалостно кусая, создавая волшебный контраст, от которого его самого вело не меньше разморенного Фаенона. Собственное возбуждение давало о себе знать, и Мидей держался исключительно на силе воли, облегчённо вздохнув, когда впопыхах, не отрываясь от шеи партнёра, нашарил ширинку, стягивая джинсы.       Губы продолжали истязать чужую некогда белоснежную шею, пока Фаенону оставалось бездумно цепляться за гладкую стену, словно он мог за что-то ухватиться. Мидей всасывал кожу, оставлял заметные следы от зубов, что превращались в сливо-багряные отметины, болезненно-сладостными бутонами оседая внизу живота.       Внезапно Мидей отскочил от Фаенона, с гордостью разглядывая свои старания.       Фаенон в панике обернулся. На его лице, несмотря на все ухищрения, всё ещё была фирменная гаденькая улыбочка. — Сдался? — Это кто ещё тут сдался, шакал? — Мидей сгрёб в кучу подол платья, вздёрнул его и всучил Фаенону. — Держи, — прошипел он, затем пристроился сзади, любуясь влажными от слюны, смазки и пота ягодицами, ненароком шлёпнув.       Фаенон небрежно скомкал платье, потихоньку начиная ощущать дискомфорт от обилия ткани. Однако это остановить его не могло, так что, не сомневаясь в своих намерениях, мужчина вильнул бёдрами. — Презерватива нет, — заключил Мидей, когда раздвинул ягодицы, рассматривая колечко мышц. — Нет? К чёрту, давай без. Не впервые.       Мидей уж было хотел возразить, однако Фаенон был прав: не впервые. Кто они такие, чтобы всё делать так, как положено, когда обстановка не позволяла медлить ни секунды? — И долго ты готовился? — Достаточно, чтобы убить тебя, если ты посмеешь взять меня пальцами. — Прямо-таки убить? — с крохотной долей тоскливости переспросил Мидей, прекрасно зная, что это единственный человек, перед которым он, сам Мидеймос, может пасть. Пасть в любви. Безграничной и всепоглощающей.       Но отвечать Фаенон не стал. Впрочем, оно и к лучшему.       Мидей спешно толкнулся, протискиваясь внутрь головкой. Он позволил Фаенону укусить себя за руку, пока сопротивление мышц всё ещё не позволяло полноценно войти. — Недостаточно, — сетовал Мидей, второй рукой аккуратно гладя Фаенона по спине. — Тебе кажется. В самый раз, — лишь на миг выпустив ладонь Мидея изо рта, сказал мужчина.       Мидей принялся двигаться, стараясь найти наиболее комфортный угол. Перегнувшись и завидев на лице, вжатом в стену, довольную улыбку, он единой фрикцией проник до конца со звучным шлепком, тотчас сорвавшись на бешеный темп.       Фаенон голосисто и заливисто застонал. Он не выпускал из крепкой хватки чужую руку, то кусая её, то просто чересчур сильно сжимая.       Какофония шлепков, стонов и хрипов предельно ясно давала понять, что обоих точно всё устраивает.       Фаенон путался в рукавах, в какой-то момент не выдержал и выпустил подол из руки. Тот, разумеется, непозволительно мешал. Мидей, не долго думая, забрал свою руку у возлюбленного и под возмущённый возглас Фаенона разорвал ткань, превращая юбку платья в два громадных куска ткани, болтающихся по бокам.       Мидеймос не желал слушать возмущённые вопли Фаенона о испорченном платье. Он решил, что сильнее трахать его — отличная идея, ещё сильнее увеличивая амплитуду толчков, хрипло постанывая. — Я не продержусь долго, — сообщил Фаенон, старательно пытаясь пробраться дрожащей рукой к члену, совершая возвратно-поступательные движения рукой. — Я тоже, — признался Мидей, чувствуя, как сильные фрикции становились ленивее, а попадания по простате случайнее.       Перед тем, как тело Фаенона пронзила томительная истома, и всего его пробила дрожь, Мидея пробило на сентименты. — Фаенон, — позвал мужчина его. — А-а? — Люблю тебя. Запомни это. Даже тогда, когда ты меня злишь. Всё равно люблю, — он развернул к себе лик партнёра, ласково поцеловал его, встречая губами его последний стон перед оргазмом, пробившим всё его тело.       Мидей на очередном толчке покинул тело Фаенона, толкаясь уже в собственную длань, пачкая её жемчужными полосами спермы.       Фаенон, дабы не упасть, схватился за стол, не заметив, как Мидей нагло вытер свою руку о разорванную ткань. — Правда любишь, когда злишься? — А иначе как? Люблю. Если скажешь, что ты — нет, я найду серьёзный повод обидеться. — Момент не порть. Люблю тебя.       Сразу после сказанного Фаенон потянулся к плечам, избавляя их от ткани платья, разминая всё тело. Через несколько десятков секунд он уже стоял перед Мидеем полностью нагим, совсем позабыв о платье. — Второй раунд? — поинтересовался Мидей, падая на кровать. — Должен же я отыграться, — изрёк Фаенон, приземляясь рядом с Мидеем.