Когда гаснут свечи

А это того стоило? Шепот разума эхом разносился в сознании Кейла, пока он наблюдал за свадебной церемонией Альберу. Свадьбой человека, которого он когда-то называл своим. Их утренние поцелуи, теплые объятия, вечера, сотканные из шепота и ускользающих мгновений, – все это казалось теперь всего лишь сном. Даже их интимные ночи, наполненные искренностью и доверием, навсегда отпечатались в его памяти. Он знал. Знал, что Альберу любил его так же сильно, как и он сам. Но от судьбы не убежать – их пути были разными с самого начала. Мир не осуждал их чувства, но и не приветствовал их. В нем просто не было для них места. Сердце сжималось от боли, когда Кейл видел, как Кроссман улыбается своей жене, как нежно целует ее, как уверенно держит за руку. Он знал, что будет этой ночью, – конечно же, страсть, долг, ритуал единения. Она – идеальная партия: благородных кровей, наследница великого рода, с безупречной осанкой и нежным лицом, усыпанным веснушками. Ее волнистые волосы, цвета.. чего-то бесконечно мерзкого, возможно, даже дерьма, но, безусловно, ценного для кого-то другого. Кейл зажмурился и медленно сосчитал до десяти. Он должен был предвидеть это. Должен был знать, что романы с наследными принцами заканчиваются именно так. Так почему позволил себе снова влюбиться? Почему поддался? Ведь он всегда знал – счастье ему не суждено. Дорогие сердцу люди уходили один за другим, и Альберу теперь был лишь очередным именем в этом бесконечном списке. Кейл глубоко вдохнул, сжимая бокал в пальцах так, что костяшки побелели. Вино было терпким, но оно не могло смыть горечь, застрявшую в груди. В зале раздавался смех, музыка мягко струилась между разговорами гостей, свечи отбрасывали теплый свет на золотые узоры стен. — Вы не танцуете? Голос вывел его из размышлений. Кейл поднял взгляд и встретился с холодными серыми глазами. Это был один из приближенных Альберу – человек, чье имя он даже не хотел вспоминать. — Не в настроении, — сухо ответил он, делая глоток вина. — Понимаю, — собеседник чуть склонил голову, задумчиво разглядывая Кейла. — Но Вы ведь знали, что это случится. Знали с самого начала. Кейл усмехнулся. — Ты думаешь, знание делает боль меньше? Его собеседник не ответил. Он лишь бросил короткий взгляд в сторону новобрачных, а затем чуть склонился к уху Кейла. — Тогда почему Вы пришли? Почему? Он и сам не знал. Может, чтобы убедиться, что все действительно кончено. Может, чтобы выжечь остатки надежды, если она еще теплилась в глубине души. А может, он просто хотел увидеть, как Альберу смотрит на нее, так же, как когда-то смотрел на него. Кейл отвел взгляд. — Потому что мне нужно было поставить точку, — тихо сказал он. — Раз и навсегда. Собеседник кивнул, словно чего-то ждал. — Тогда не задерживайтесь. Кейл усмехнулся еще раз. Да, он и не собирался. Кейл поставил бокал на стол, ощущая, как в груди закипает раздражение. Он бросил последний взгляд на жениха и невесту, их сияющие лица, на руки, сплетенные в крепком, почти показном единении. Что ж, он сделал то, что должен был. Пришел, посмотрел, убедился. Теперь можно уходить. Развернувшись, он двинулся к выходу, но, не успев пройти и нескольких шагов, ощутил, как кто-то схватил его за запястье. Легкое, но настойчивое прикосновение. Он резко обернулся, уже собираясь вырваться, но замер. Альберу. Глаза наследного принца смотрели на него пристально, напряженно, будто пытались сказать больше, чем позволяли обстоятельства. — Ты уходишь? — тихо спросил он, наклонившись чуть ближе. Кейл едва заметно приподнял бровь. — А что мне здесь делать? Альберу не ответил сразу. Пальцы на запястье Кейла чуть сжались, но потом медленно разжались, словно он сам не был уверен в своем праве его держать. — Прости, — прошептал он. Кейл горько усмехнулся. — За что? За то, что женишься? Или за то, что я вообще думал, будто у нас есть шанс? Альберу отвел взгляд. Это было достаточно красноречивым ответом. — Прощайте, Ваше Величевство, — сказал Кейл, на этот раз отводя руку первым. Он вышел из зала, не оборачиваясь. Шаги глухо отдавались в мраморных коридорах дворца. Сердце стучало ровно, почти без эмоций. Он знал, что так будет. Тогда почему чертовски больно?