Признаться (не)вовремя

      Настольная лампа освещала небольшую комнату. Эндрю сидел на кровати, скрестив ноги. Алеющий закат плавно опускался на спокойный город, приближая завершение очередного и долгого дня. Прикусив край шариковой ручки, парень в сотый раз перечитывал получившиеся строки.

Закаты разные бывают,

Порой пылают ярко-ало,

Порой темнеют черно-синим

И дарят людям звездный иней.

      Эндрю сочинял достаточно редко. Он не любил выражать свои чувства вслух, но когда их накапливалось слишком много, то выплескивал все эмоции в маленький черный блокнот. Стихотворения были простые, небольшого размера и всегда посвящены одному человеку. Точнее одной рыжей безбашенной проблеме, из-за которой сердце Миньярда каждый раз ускоряло темп в несколько тысяч раз.       Они с Нилом познакомились еще три года назад, когда Джостен перешел к ним в школу. Новенький парень с ярко-рыжими волосами и невероятными ледяными глазами сразу привлек внимание Миньярда. Он казался какими-то волшебным, будто сбежал к ним из Хогвартса. Нил быстро влился в коллектив, очаровав половину школы. Он был красивым, дерзким, смешно шутил, еще и невероятно умел играть в футбол, из-за чего капитан школьной команды, Кевин Дэй, сразу же взял рыжего к ним. Эндрю хотелось узнать новенького поближе, потому что тот казался не таким, каким себя показывал. Но Миньярд никогда не отличался умением нормально знакомиться. Стандартные фразы: «Привет, давай пообщаемся?» казались максимально бредовыми, поэтому он просто молча наблюдал со стороны, подмечая новые особенности.       Но на одном из уроков физкультуры все резко изменилось. Эндрю приходил в себя после кросса, когда сзади подошел Сет, парень из параллели, и грубо толкнул его в спину. Он злился, что в последние секунды Миньярд обогнал его на дистанции. Эндрю, не ожидав толчка, глупо упал вперед, разбив об асфальт оба колена. — Блять, — прошипел блондин, потирая место царапин, — Сет, я тебя сейчас… Он даже не успел повернуться и договорить, когда услышал сильный удар. Гордон громко матерился, вытирая кровь из-под носа. Эндрю не сразу понял, что произошло, и кто за него заступился. — Будешь знать, как нападать со спины, — раздался голос Нила. Он подошел к Эндрю и, присев, тихо спросил: — Ты как? В порядке? — в его глазах плескалось какое-то беспокойство, которое почему-то вызвало у Эндрю приятный трепет. — Явно получше Сета, — с легкой ухмылкой ответил Миньярд.       Джостен расплылся в широкой улыбке и подал ему руку. Но стоило Миньярду ответить на рукопожатие, как чей-то кулак прилетел Нилу в скулу, и он, отшатнувшись, упал. Эндрю тут же увидел Сета, который зло смотрел на Джостена. Он хотел что-то сказать рыжему, но не успел, получив от блондина удар в левый глаз. Сет вновь отвернулся и громко заматерился, посылая Нила и Эндрю куда подальше. Миньярд подошел к Джостену и, отзеркалив его жест, подал руку: — В порядке? — Явно лучше Сета, — широко улыбнувшись, ответил Нил.       В тот день парни и подружились. Сначала они просто сидели вместе на уроках, скрашивая друг другу нудные учебные часы. Потом стали вместе ходить курить на крышу, гулять после школы и зависать в приставку у Эндрю дома. Нил действительно оказался не таким, каким его все знали. Дерзкий спортсмен на самом деле являлся очень добрым и чувствительным парнем со сложной судьбой и жестоким прошлым. Его отец был настоящим чудовищем, от которого маленький Джостен сбежал со своей матерью. Они долгое время скрывались от сумасшедшего родственника у дяди, но мать сильно заболела и через несколько лет скончалась. Отец еще пару раз пытался забрать своего сына у брата жены, но все попытки не увенчались успехом. Спустя два года после кончины матери, его упекли за решетку, и Нил с дядей Стюартом переехали в Америку.       Эндрю считал, что ему нравится просто общаться с Джостеном, потому что тот никогда не жалел его, всегда слышал «нет» и умел понимать, о чем он говорит. Но в прошлом году Миньярд стал замечать, что чувствует по отношению к рыжему что-то необычное. Ему хотелось проводить с ним все больше и больше времени, чаще касаться, радовать какими-то мелочами и просто молча любоваться им. А когда на одной из прогулок в парке Нил, устав после тяжелого учебного дня, положил голову на колени Эндрю, трепет захлестнул Миньярда. Сердце бешено колотилось, а дыхание участилось в несколько раз. Ему казалось, что он сейчас взлетит куда-то высоко от нежности, накрывшей его с головой.       Этот случай произошел год назад. С того самого дня Миньярд стал называть Джостена проблемой. Проблемой, от которой у блондина сносило крышу. Тогда Эндрю и завел свой маленький черный блокнотик, в котором за эти полчаса появилось еще одно четверостишье.

А ты сидишь с ним рядом вместе,

В наушниках играют песни,

Глядите увлеченно в небо,

Считая звезды и кометы.

— Эндрю, ты спать вообще собираешься? Завтра в поход ведь не встанешь, — сонно пробормотал Аарон, зашедший в комнату. — Ага, — прошептал Эндрю и, еще раз перечитав строки, выключил настольную лампу.

***

      Солнечный свет ярко освещал комнату. Обычно надоедливый будильник сегодня казался не таким ужасным. Эндрю плавно разлепил свои янтарные глаза, в которые сразу же проникли весенние лучи. Встав с кровати, парень направился к большому черному рюкзаку. В нем лежало много различных вещей: запасная футболка, теплая кофта, спрей от комаров, пачка зефира, маленькая аптечка. А рядом валялась скрученная четырехместная палатка и спальный мешок.       Сегодня в школе намечался поход с ночевкой на лесное озеро. Те, кто там бывали говорили, что место достаточно живописное, а школьники, отдыхающее на нем в прошлом году, весь учебный год рассказывали истории из того путешествия. Изначально Эндрю не горел желанием идти в этот поход, так как не особо любил проводить столько времени на природе. Но его быстро уговорили. Сначала Аарон, который очень хотел пойти, чтобы собрать новые растения для своего гербария (зачем он ему был нужен, старший блондин в душе не чаял), а оставлять брата Эндрю не привык. А потом еще и обворожительно улыбающийся Нил заявился к нему в комнату со словами: — Мы обязаны пойти в этот поход! Прикинь, как будет круто! А если мы ночью пойдем купаться? А если еще…       Нил восторженно перечислял варианты, чем можно будет заняться, и, глядя на такого довольного и лукавого рыжего кота, Эндрю просто не смог сказать нет. Он вообще редко отказывал ему, а если и делал это, то Джостен никогда не возражал и не спрашивал причины. Это Миньярду, конечно же, очень нравилось. Поначалу он пытался избавиться от своей симпатии и никак не проявлял ее. Но с каждым днем его взгляд замирал на рыжем парне всё чаще, слова при нем путались, а мысли плавились. Пару месяцев назад Эндрю впервые попробовал как-то намекнуть на свои чувства. Четырнадцатого февраля в школе работала почта валентинок, куда Миньярд закинул острожное черное сердечко. На его обратной стороне было написано «Джостен, ты меня бесишь!». Когда Нил увидел эту открытку, он громко рассмеялся и, повернувшись к Эндрю, сказал: — Спасибо, друг! Я тебя тоже обожаю.       Честно, в этот момент Миньярду просто захотелось выпилиться. Как можно было посчитать валентинку от Эндрю за дружеский прикол?       С того дня блондин стал специально придумывать способы, как намекнуть Нилу на свои чувства, чтобы посмотреть, когда до него наконец дойдет. Вчера он даже предложил Джостену найти себе пару, имея ввиду самого себя. — Нил, ты нравишься половине школы. Для тебя найти себе кого-то вообще не составит труда, — убеждал его Миньярд, докуривая вишневую сигарету. — Да ну, Эндрю, я даже не знаю какой партнер мне нужен, а искать кого-то точно не хочу, — ответил Джостен, забрав у блондина чапман. — Главное найди того, кто будет тебя по-настоящему ценить и уважать, поддерживать, а главное, вытаскивать из разных передряг и, если что, защищать от конченного Сета, — ухмылялся Эндрю, в душе надеясь, что рыжая проблема его поймет. — Возможно, ты прав, — смеялся Джостен.       Аарон в сотый раз проверял свой рюкзак, надеясь, что он не оставил ничего важного. Эндрю, уставший ждать своего слишком правильного брата, решил выйти раньше него.       Солнце уже заметно припекало, что Миньярду даже пришлось снять любимую толстовку и повязать на пояс. Разные мысли гуляли в его голове, пока он шел к автобусу. Сегодня был пятидесятый день, как Эндрю решил намекать рыжему о своих чувствах. Интересно, начал ли Джостен хотя бы догадываться о сильной симпатии своего друга?       Музыка в любимых наушниках громко играла, придавая весеннему дню еще более яркого настроения. Миньярд даже незаметно улыбался, покачивая головой в ритм песни. Вдруг, повернув голову налево, Эндрю увидел небольшую клумбу, усеянную красивыми небесно-голубыми цветами. Маленькие растения плавно покачивались на ветру и блестели на солнце. Миньярд подошел поближе и разглядел, что это за цветочки. Незабудки. Любимые цветы Нила, которые всегда напоминали ему о маме. «Ну нет. Это уже слишком»— пронеслось у Эндрю в мыслях, когда навязчивая идея нарвать букет для Джостена появилась в его сознании. С другой стороны, от этого жеста Миньярд бы ничего не потерял. Нил вряд ли поймет, что этот букетик не просто дружеский подарок. А если до рыжей проблемы и дойдет его суть, то это станет для Эндрю настоящей победой. Простояв еще пару минут, Миньярд все-таки наклонился и сорвал несколько стебельков. Маленькие незабудки сверкали точно звездочки, а их небесный цвет напоминал нашему герою-любовнику глаза человека, которому были посвящены все мысли. Получившийся букет Эндрю спрятал в карман рюкзака. Завершив свое дело, блондин поспешил к автобусу, где уже собралось достаточно много ребят.       Аарон болтал с Кевином и Ники, громко рассказывая про очередной ужастик, на который он недавно ходил. Элисон, Мэтт и Дэн ели кексы, приготовленные Рене специально для похода. Ребята громко обсуждали предстоящее путешествие, и каждый из них верил, что оно пройдет незабываемо. Но среди старшеклассников Эндрю никак не мог найти Нила. Не проспал ли этот чудик поход? Миньярд несколько раз прошелся взглядом по компаниям ребят, но рыжей проблемы так и не увидел. Вдруг кто-то подбежал со спины и осторожно прикрыл руками карие глаза. — Угадай кто, — лукаво прошептал Нил, раскрывая пальцы. — Идиот какой-то, — сухо ответил Эндрю, хотя от этого детского жеста сердце предательски ёкнуло. — И тебе доброе утро, бука! Готов к походу? Взял с собой зефир? А теплые вещи, а то… — снова затараторил Нил, но его заткнули. Поцелуем.       И нет, к сожалению, он был не от Эндрю. Миньярд вообще стоял рядом, приоткрыв рот, и ничего не понимал. Черные длинные волосы полностью скрыли от глаз лицо рыжего парня. Высокая девушка прильнула к Нилу еще плотнее, практически сбивая его с ног. Но тут Джостен забрал инициативу на себя. Он развернул черноволосую красотку и, немного наклонив, продолжил быстро целовать.       Поначалу Эндрю был удивлен, но вскоре это чувство сменилось на что-то другое. Злость, ненависть, отвращение и ужас смешались внутри него в единый бурлящий коктейль. Миньрду хотелось подойти к этой нахальной брюнетке и оттащить ее за волосы. Но Нил… он отвечал ей, а значит, она ему действительно нравилась. От этого осознания становилось ещё больнее. Эндрю казалось будто его ударили под дых. Ему нужно было уйти, побыть где-то одному и, возможно, выкурить пару сигарет. Влюбленная парочка наконец-то оторвалась друг от друга. Взгляд Джостена был мутным, но не таким довольным как у девушки. Это была чирлидерша Марисса Бейкер, бегающая за Нилом с момента его прихода в школу. Миньярд помнил, как они с рыжим смеялись с её глупого и наивного поведения. И чем же тогда сейчас эта брюнетка зацепила Джостена? Яркой внешностью? Взрывным характером? Идиотским юмором? Эндрю не понимал. Тяжелое как сталь чувство ревности окутывало его, не давая нормально вздохнуть. Он резко развернулся на пятках и пошел в сторону небольшого сарая, который скрывался от посторонних глаз. Хотелось курить. Неимоверно сильно. Поэтому, убедившись, что никто из учителей не увидит его, Миньярд достал пачку. Никотин немного остудил мысли, летающие в разные стороны. Вместе с пачкой Эндрю достал и выкинул тот букетик, который собрал ранее для Джостена.       Через несколько минут блондин услышал чьи-то шаги. Он быстро спрятал свою сигарету за спину. — Эндрю, ты здесь? — послышался знакомый голос рыжей проблемы. Нил заглянул за угол, где как раз-таки стоял Миньярд. Лицо блондина не выражало никаких эмоций, но от него веяло чем-то опасным, злым, что вызвало у Джостена рой мурашек. — Ты куда сбежал? Автобус отправляется уже через десять минут. Нам нужно ещё занять места, — медленно и тихо объяснял Нил, боясь ещё больше разозлить Эндрю. Хотя он и не понимал, из-за чего Миньярд так раздражен. — И давно ты с ней сосешься? — с глухой яростью спросил Эндрю, делая очередную затяжку. Нил, услышав вопрос блондина, быстро протараторил: — Оу, ты про Мариссу. Ну, после вчерашнего разговора с тобой, я подумал, что действительно нужно кого-то найти и… — И ты выбрал Мариссу? Почему? –грубо перебил Эндрю. — Я ведь ей давно нравлюсь и знаю об этом, — протянул Нил, — Вчера позвал ее погулять, потом предложил типа встречаться. Честно, пока не понимаю всех этих отношений. Может потому что Марисса мне не особо нравится, но… — Стоп, то есть ты нашел себе девушку, которая даже не нравится, просто потому что мы вчера с тобой об этом поговорили? — удивленно спросил Эндрю. — Ну да. Эндрю, ты же мой лучший друг, и я всегда к тебе прислушиваюсь, — с серьезным видом ответил Нил. — Джостен, ты просто идиот! — процедил Миньярд и, выкинув сигарету, взял Нила за руку, — Пошли, автобус скоро уезжает, да и Марисса тебя уже заждалась. — А она не едет в поход. Её не отпустили из-за плохой успеваемости, поэтому Бейкер меня только провожала, — поделился Нил, а потом, ехидно улыбаясь, добавил, — Так что я весь твой, дорогой. — Рот закрой, — прошипел Миньярд, но его уши предательски заалели, сдавая блондина с потрохами.       Когда парни подошли к автобусу, директор, Дэвид Ваймак, как раз пересчитывал ребят по списку. Провожающее уже разошлись, поэтому сделать это стало гораздо проще. — Так, всё, все на месте. Давайте быстрее закидывайте вещи в багажник и садитесь, иначе мы доберемся до озера только к ночи, — сурово прикрикивал директор. — Ну наконец-то, — выдохнул Кевин, — Я бы уже половину матча противника отсмотрел, пока тут стоял. А еще… — Дэй, замолчи, — ткнул его бок Аарон. — Да, Кев, помоги лучше нам вещи убрать, — сказала Элисон.       Дэй закатил глаза, но все-таки пошел помогать девушкам. Пока все остальные старшеклассники раскладывали свои вещи, Эндрю и Нил прошли в конец автобуса и сели на крайний ряд около окна. Через пять минут туда подсели Кевин, Аарон и Ники. Миньярд не хотел сейчас ни с кем общаться и слушать бесполезную болтовню парней, поэтому вновь достал из карманов свои наушники. Он предложил один из них Нилу, и тот, кивнув, принял его у Эндрю.       Музыка звучала достаточно оглушительно, когда автобус наконец тронулся. Нил плавно барабанил мелодию пальцами по своей коленке. Эндрю внимательно наблюдал за ним, погружаясь в свои мысли.       То есть вчера Джостен не понял, что под партнером Миньярд подразумевал себя, а не кого-то другого? Интересно, какие же тогда должны быть намеки, чтобы Нил наконец узнал о влюбленности Эндрю? Какой же рыжий дурак. Миньярду хотелось и смеяться, и плакать от его невнимательности и наивности. Ему казалось, что он делал всё, чтобы Нил раскусил его и либо сказал «нет», либо… Нет, про второй вариант блондин старался даже не думать. Конечно, он надеялся на взаимность от Джостена, особенно когда тот флиртовал с ним, помогал во всем и старался поднять настроение, но быть уверенным в его чувствах Эндрю не мог.       Нил перестал выбивать ритм и просто положил свою аккуратную руку на колено, прикрыл глаза. Тонкие вены выступали на его кисти, костяшки пальцев были слегка покрасневшими, будто после драки. Эндрю нервно закусил губу, стараясь избавиться от невероятного желания нежно прикоснуться к руке Джостена. Ему хотелось переплести их пальцы, погладить линию выпирающих костяшек, оставить невесомый поцелуй на тыльной стороне ладони… Но он не мог. Во-первых, здесь сидело куча ребят, которые их видели. А во-вторых, Миньярд не позволял себе сделать что-то по отношению к Нилу без его согласия. Поэтому Эндрю медленно отвел взгляд и уставился в окно. Пейзаж быстро менялся. Автобус уже был на окраине города, так что домов становилось все меньше и меньше. Вскоре городские джунгли сменились на высокие раскидистые деревья, перекрывающие ясный солнечный свет. Эндрю только прикрыл глаза, когда что-то тяжелое резко упало на его плечо. Рыжая макушка Джостена теперь маячила прямо перед карими глазами. Видимо чудик уснул от духоты в автобусе, а его голова опустилась на упругое плечо Эндрю. Сердце блондина забилось быстрее. Казалось, что его стук, разливающийся по телу, сейчас услышат все присутствующие. Он осторожно припустился на сиденье, чтобы Нилу было удобнее, и положил свою голову поверх рыжей макушки. Невольная улыбка ненадолго появилась на его лице, а руки подрагивали от переполняющих Эндрю чувств. Проваливаясь в сон, Миньярд принял решение, что хочет признаться своей рыжей проблеме. Сегодня.

***

      Автобус добрался до удобной стоянки за час, после ребята шли еще минут двадцать вверх, и наконец они были на месте. Высокие ароматные деревья, чистая зеленая трава, пение птиц, свежий воздух и огромное хрустальное озеро — всё это создавало атмосферу чего-то невероятно интересного, радостного и романтичного… Разбить палаточный лагерь стало настоящим приключением. Оказалось, что никто ни разу не ставил большую четырехместную палатку, а инструкцию от нее еще сто лет назад разрисовал маленький Аарон. (Вообще это сделал Эндрю, но так как у его близнеца плохая память, он свалил всё на него). И вот Ники, Эндрю, Нил, Аарон и Кевин, вызвавшийся им помочь, крутили в руках детали для сбора тканевого домика. — Я и не думал, что это так сложно, — заистерил Ники, бросая на землю каркас, — Ещё и есть хочется. Хэй, Дэн, а когда будет готов перекус? — Точно до того, как вы закончите с палаткой, — смеясь, ответила девушка.       Ники взвыл, за что Кевин бросил в ноющего Хэммика одним из металлических крючков. Тот крикнул ещё громче и, обидевшись, ушёл к Рене выпрашивать её кексы. Теперь их осталось четверо. Хотя по факту — трое. Эндрю, устав наблюдать за этими потугами, осторожно вытащил свой черный блокнот из рюкзака и сел под дальнее от палатки дерево. Он перечитал написанные ночью строки, пытаясь придумать продолжение. Взгляд устремился на серьезного и сосредоточенного Джостена, пытающегося разобраться с головоломкой палатки. Ему не хватало только высунутого языка для полной картины. Миньярд усмехнулся про себя и вновь склонился к блокноту. Все его мысли, конечно, были заняты Нилом. Точнее, вариантами как ему признаться.       Эндрю составил себе в голове примерный план, что, как и где он может сказать. Но все наброски казались дурацкими и бессмысленными. Страх, что Нил откажет почему-то стал накрывать Миньярда. А что если рыжий будет насмехаться над ним? Что если осудит чувства Эндрю? Это было бы самым страшным исходом его действий, которого блондин больше всего боялся. Чтобы отвлечься от плохих мыслей, Миньярд погрузился в написание стихотворения, и спустя пятнадцать минут на странице блокнота появилось новое четверостишие:

Вас не волнует ничего,

Вы точно выпали из мира.

Точнее мир весь сжался в вас

И в вашей нежности единой.

      Перечитав строки несколько раз, Эндрю незаметно кивнул, как бы одобряя свою работу. Взгляд блондина метнулся на место, где уже была установлена их палатка. Ники довольно закидывал внутрь вещи, а Аарон расстилал свой спальный мешок. «А где?..» — Чем занимаешься? — раздался веселый голос Нила откуда-то сверху. — Ничем, — отрезал Эндрю, резко закрывая блокнот.       Миньярд молился всем богам, что Джостен подошел недавно и не успел прочесть его стихотворение. Ему не хотелось раскрыть перед Нилом свои чувства так: глупо и случайно. — Хорошее стихотворение, — сказал рыжий.       Его голос эхом повторился несколько раз в ушах Эндрю. Твою мать. И что теперь делать? Как объясняться перед ним? — Кто автор? — искренне поинтересовался Нил.       Миньярд уставился на него, не понимая, прикидывался Джостен или реально не понимал. Кто может быть автором стихотворения, если оно написано подчерком Эндрю, со множеством исправлений, зачеркиваний и явно читающимися чувствами к кому-то? — Никто, — буркнул Миньярд и поднялся с земли. — А мы палатку собрали. Как же громко Кевин на всех орал, — рассказывал Нил, пытаясь перевести тему, которая абсолютно точно не нравилась Эндрю, — Но в итоге он всё это время командовал нами неправильно, и нас выручил Мэтт. Он занимался раньше туризмом, ты знал? Я, кстати, уже разложил наши вещи. Аарон и Ники спят в правом отсеке, а мы с тобой в левом. О, а ещё девочки приготовили жареную картошку, пойдем пообедаем?       Эндрю кивнул. Блондин слушал внимательно, но не вникал в смысл сказанных Джостеном слов. Он наблюдал за тем, как аккуратные губы Нила двигались в процессе разговора, как они расплывались в улыбке, как раскрывались, обножая белоснежные зубы, когда он весело смеялся. Миньярд смотрел так внимательно, почти пристально, словно в губах рыжего начинался и заканчивался весь мир. Эндрю хотелось заткнуть рот Джостена поцелуем, плавным, нежным, искреннем, трепетным. Таким, от которого бы у обоих сорвало крышу. Полностью утонув в своих желаниях, Миньярд осторожно зацепился и переплел их с Нилом мизинцы. Он хотел увести рыжего от всех и наконец-то с ним поговорить. — Эндрю, держи твою порцию, — раздался сзади голос Дэн.       Девушка держала картонную тарелку, на которой было выложено ароматное жаркое. Миньярд перенял свою порцию свободной рукой и повернулся к Нилу. Тот казалось вовсе не придал значения их переплетенным мизинцам, будто это было чем-то обыденным. Когда Джостен получил свой обед от Рене, парни направились к свободному месту на лавочке-бревне, чтобы насладиться долгожданным приемом пищи. Ребята сели рядом друг с другом, соприкасаясь плечами.       Все старшеклассники разбрелись по разным частям их палаточного городка. Кто-то играл в волейбол, кто-то весело смеялся, наслаждаясь обедом и попивая травяной чай, кто-то спал, а некоторые купались в холодной воде хрустального озера. Ваймак и Эбби, присоединившаяся к ним недавно, сидели возле стола, молча наблюдая за подростками. На удивление Эндрю, атмосфера в этом месте царила очень приятная и умиротворяющая. Он даже не мог подумать, что походы так расслабляют и успокаивают людей.       Спустя полчаса, когда на лес стали опускаться первые сумерки, Ваймак предложил сыграть в «Заражение». Или по другому — прятки с увеличением количества водящих. Сначала выбирается одна вода, и когда она находит кого-то из игроков, тот тоже становится «зараженным». Директор четко очертил границы, где можно было прятаться, собрал всех участников в круг и попросил закрыть глаза. Теперь Дэвид должен был выбрать первого водящего, от которого будут заражаться остальные. Все заранее договорились, что на нем будут оставлять маленькую пометку зеленкой. Эндрю стоял рядом с Нилом, закрыв глаза, когда услышал, что Ваймак прошел мимо них, не отметив ни его, ни рыжего. Это было хорошо, потому что Миньярду хотелось спрятаться вместе с Джостеном, чтобы при лучшем раскладе, суметь поговорить с ним без лишних глаз и ушей.       Вскоре началась игра. У ребят было пять минут, чтобы придумать место для пряток. Нил схватил Эндрю за руку и потащил к берегу озера. Блондин не понимал, где там можно скрыться, но послушно шел следом. — Справа от берега растут несколько высоких деревьев, а за ними есть небольшая яма. Сможем забраться туда, и нас точно не найдут первыми, — словно прочитав мысли Миньярда, пояснил Джостен, — Кстати, как думаешь, кто вода? — Ставлю на мою худшую копию. Ваймак как раз останавливался с кем-то около него, — сурово пробурчал Эндрю, когда парни уже подбежали к тому месту. Яма, про которую говорил Нил, оказалась совсем небольшой. В нее бы с трудом влез один из них, не то что двое. — Давай пока вместе посидим за деревьями, а если увидим водящих, то быстро опустимся заберемся в яму, — предложил Джостен, на что Эндрю согласно кивнул.       Как только парни затаились, они услышали громкий свисток, оповещающий о начале игры. Теперь у водящих было полчаса, чтобы найти и заразить всех участников. Эндрю и Нил сидели на корточках, прижимаясь к друг другу, и громко прерывисто дышали. Джостен потому что был сосредоточен на игре, а Миньярд из-за переполняющих его чувств. В мыслях крутились разные слова-признания, и сейчас Эндрю пытался выбрать лучший вариант. Самый осторожный, понятный и четкий, передающий его сокровеннейшую влюбленность. Нервно выдохнув и сжав от страха кулаки, Миньярд начал: — Нил, — прошептал Эндрю, и, когда тот обратил своё внимание, продолжил, — Знаешь, я долго думал, и… — Эндрю, подожди, там кто-то идет, — вдруг проговорил Нил, выставив палец перед носом блондина, затыкая его. — Нил, нам надо поговорить… — вновь попытался Эндрю через пару минут. — Давай после игры. Я боюсь, что нас найдут, и мы, — начал Джостен, но на этот раз Миньярд закрыл его рот рукой. — Да или нет? — серьезно и немного зло прошептал блондин. Эндрю не знал, что подействовало на Нила лучше: строгость в голосе, грозный взгляд карих глаз или вторая рука, держащая его рыжий затылок. — Да, — уверенно ответил Джостен.       И Миньярд его услышал даже сквозь гул собственного сердца. Он слишком нервно и резко прильнул к невероятным губам Нила. Яркий взрыв эмоций напоминал брызги краски на холсте гениального художника. Эндрю без Джостена был точно белый лист. Вся его жизнь до появления в ней рыжей проблемы была бессмысленна, наигранна и даже фальшива. С появлением Нила, поначалу как друга, а потом как возлюбленного, Миньярд сам стал меняться. Из абсолютно угрюмого и грустного мальчика, не умеющего общаться с людьми, он превратился во всё ещё холодного, но гораздо более мягкого и чувственного человека, способного на настоящую любовь. И эта любовь сейчас накрывала его сбивающей с ног волной. Самым приятным было то, что Нил отвечал на поцелуй с той же страстью и трепетом, что и Миньярд. Их губы сливались в едином танце, двигаясь в общем, невероятно прекрасном ритме. Рука Джостена зарывалась в блондинистые волосы, сильно спутывая их. Эндрю же наоборот старался расправить непослушные рыжие кудри, чтобы притянуть его ещё ближе. Вдруг Нил наклонился назад, падая в ту самую яму и утягивая Миньярда за собой. Эндрю оказался сверху, прижимая Джостена к земле. Рука Нила аккуратно опустилась на талию блондина и чуть-чуть сжала её. Из губ Эндрю вырвался хриплый и довольный вздох. На эту реакцию Джостен легонько улыбнулся в поцелуй и продолжил двигать губами с новой силой. Миньярду хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Хотелось остаться здесь рядом, лежа на Ниле, навсегда. Но вдруг из дальних кустов послышались чьи-то шаги. Блондин навострил уши и, к сожалению, убедившись, что ему не показалось, нехотя оторвался от Джостена. Смотреть на его припухшие губы и опьяневшие от эмоций глаза оказалось лучшим зрелищем. Эндрю не смог сдержать нежной и искренней улыбки. — С тобой целоваться точно приятнее, чем с Мариссой, — хищно ухмыльнувшись, пошутил Нил.       Улыбка Эндрю тут же затухла, а лицо стало серьезным и отстраненным. Миньярд попытался встать, но Джостен вновь легонько надавил на талию. — Эй, я же пошутил, — шептал Нил, — Ты великолепен, Эндрю, особенно когда улыбаешься.       Уши и щеки Миньярда предательски покраснели, поэтому, чтобы скрыть смущение, блондин уткнулся носом в плечо своей проблемы. — Но ты прав, — продолжил Джостен, — Нам нужно серьезно поговорить. Давай ночью, когда все уснут, встретимся здесь же и всё обсудим. Хорошо? Эндрю одобрительно кивнул. — Отлично. А сейчас нужно, к сожалению, разойтись, а то нас найдут. Миньярд молча поднялся с Нила и осторожно вылез из их прикрытия, оставив Джостена одного.

***

      Через полчаса игра подошла к концу. Самой последней отыскали Рене, которая спряталась неподалеку от лагеря в зарослях каких-то ягод. А первым зараженным действительно оказался Аарон, как и предполагал Эндрю. Его, кстати, нашли почти сразу, как он вышел из прикрытия, поэтому он, проигнорировав правила игры, спокойно пошел в палатку, где уснул до самого вечера.       Нил, даже после того как выбыл, сидел в той яме и думал о том, что произошло между ним и его другом. Наверное, уже бывшем другом, потому что как можно быть друзьями после такого? Нил не понимал, неужели Эндрю как-то прознал про его чувства и решил так поиздеваться? Он ведь знал, что Джостен ему никогда не откажет. Нил влюбился в Миньярда почти сразу, как перешел к ним в школу. Его зацепил холодный и отстраненный вид этого парня, он был непохожим на других. А после случая с Сетом Джостен понял, что сильно влип. Нил стал как-то ухаживать за Эндрю, списывая всё на дружескую заботу. Он невесомо касался его рук, помогал с решением каких-то проблем, будь то обычные уроки или конфликты со сверстниками, всегда слушал, а главное слышал то, что Миньярд хотел сказать. В крайний год это всё переросло в привычки их дружбы, поэтому подобные действия стали поступать и от Эндрю. Нилу безумно нравилось, когда блондин брал его за руку или говорил комплименты, что бывало крайне редко. Сердце Джостена ускоряло темп каждый раз, когда он смотрел на такого красивого и обворожительного Миньярда дольше обычного. Ему всегда хватало просто возможности наблюдать за блондином, поэтому он даже не рассчитывал на что-то большее. Но когда Эндрю прижался своими обветренными губами к Нилу, мир второго просто обрушился. Джостену казалось, что он падает, разбиваясь на тысячи осколков, но через несколько секунд собирается воедино вновь. С каждым новым движением губ он все плотнее прижимался к Эндрю. Рыжий плавился от прикосновений сильных рук, от сбившегося дыхания, от блондинистых волос, которые всё сильнее спутывались. Нил, не выдержав, повалил их назад и обнял Эндрю за талию, а когда Миньярд сладко выдохнул в его губы, сердце Джостена точно сделало сальто. Он не смог сдержать довольной улыбки. Нил будто опьянел от накрывающих его чувств. Но когда Эндрю отстранился, плохие мысли стали пробираться в голову.       И теперь Джостен сидел, пытаясь разобраться в том, что же конкретно произошло. Неужели Эндрю тоже в него влюблен? Но зачем же тогда он говорил найти себе партнера? А если у него нет чувств, то для чего он так отчаянно целовался с ним? Или Джостен все придумал? В общем, он окончательно запутался.       Небо уже окрасилось в темно-синий цвет, и первые звезды показались на горизонте. Ребята сидели возле большого костра. Кто-то притащил с собой гитару, и теперь Ники задорно играл разные душевные песни, которые ему загадывали. Эндрю всё еще спал в палатке, а Нил готовился к их ночному разговору. Из-за того что Миньярд уже проспал ужин, он решил собрать со стола разные вкусности, которыми блондин сможет перекусить. Ещё Джостен нашел чей-то плед, походный фонарик и спрей от насекомых и тоже забрал с собой. Он попросил у Рене сделать её фирменный травяной чай в небольшой термос, который был у него, чтобы греться холодной ночью у воды. «Хотя при лучшем раскладе греться я буду в объятиях Э… Так стоп, рано об этом думать» — пронеслось в голове у Нила, и он, помотав головой, вновь ушел в их с блондином место, чтобы оставить вещи.

***

      Спустя час всех детей пересчитали и отправили в свои палатки. Эндрю лежал рядом с Нилом, и они оба не спали, ожидая, когда заснут все остальные. Миньярд пропустил ужин и теперь безумно хотел есть. Хотя от окутывающего его волнения, голод заметно затихал. Нил выглянул из палатки и, убедившись, что никого нет, сказал: — Можем идти, только очень тихо.       Эндрю кивнул и, пока Джостен не видел, достал из рюкзака черный блокнот. До того, как уснуть, Миньярд потратил уйму времени, чтобы наконец закончить свое стихотворение. Он думал про их с Нилом историю, про посиделки дома, про долгие молчаливые прогулки, про сигареты на двоих, про долгожданный поцелуй, а ещё про невероятный взгляд голубых кристальных глаз. Миньярд каждый раз тонул, доплывая до самого дна этого моря. Когда они долго смотрели друг на друга, то их взгляды смешивались: темная бездна карих глаз сочеталась с контрастирующим спокойным льдом. Дописанные строки вышли такими искренними и настоящими, что Эндрю даже подташнивало от количества чувств, выраженных в них. Но он был крайне доволен получившимся стихотворением.

Весна пришла в окошко к Вам,

Так неожиданно и резко,

Что океан кристальных глаз

Смешался с темной карей бездной.

Влюбленные, порой слепые,

И сумасшедшие слегка,

Но все они зато счастливо

Смотрят на звезды в небеса.

      Нил вышел первым, Эндрю сразу же вышмыгнул за ним. Парни двигались крайне осторожно, стараясь обходить все ветки и разбросанные вещи. Они знали, что у Ваймака и Эбби очень чуткий сон, поэтому пытались их не разбудить.       Вода в озере слабо колыхалась, создавая впечатление бьющегося зеркала. Когда Джостен раздвинул ветки деревьев, где находилось их тайное место, Эндрю увидел аккуратно постеленный плед, нарезанные фрукты, несколько пачек зефира, термос и походный фонарик. Откуда все это взялось? Он непонимающе уставился на Нила. Тот, заметив недоумение парня, смущенно ответил: — Ну я подумал, что ты будешь голодным из-за того, что не ужинал и собрал немного еды. А чай и плед, чтобы не мерзнуть. Я тебе ещё толстовку свою взял… — Спасибо, — перебил его Эндрю.       Миньярду была очень приятна такая забота от рыжей проблемы. Он, конечно, давно привык к ней, но сейчас всё это ощущалось по другому. Как-то более правильно. Блондин опустился на землю, Джостен сделал то же самое. Эндрю вновь благодарно посмотрел на Нила, и стал понемногу поедать свой ужин. Рыжик смотрел на него, не отрываясь, словно контролировал или наслаждался тем, как он ест. Но на самом деле Джостен всего лишь не знал, что и как сказать, поэтому всё это время пытался собраться с мыслями.       Парни сидели в тишине уже пять минут. Эндрю осторожно таскал свои фрукты и зефирки, запивая их чаем Рене, а Нил молча наблюдал за блондином, который выглядел очень уютно и умиротворенно. — Я начну, — выдал Миньярд, нарушив тишину.       Нил кивнул и осторожно прикоснулся к руке блондина, подбадривая его продолжить. Ему с каждой минутой становилось более интересно и волнительно, что же Эндрю в итоге скажет. — Нил, я всегда был человеком-одиночкой, который никого к себе не подпускал. Но тебя, с первого дня как ты пришел, мне почти сразу захотелось принять в свое личное пространство, — сумбурно начал Миньярд, постоянно делая паузы и вздыхая, — Ты единственный, кто меня не бесит, и это заставляет ненавидеть тебя сильнее с каждым днём, — быстро прошептал Эндрю, а после отвернулся. Он достал откуда-то маленький черный блокнот, который в обед Нил уже видел, когда подходил к блондину. Пролистав несколько страничек, Миньярд протянул книжечку Джостену. — Я не умею выражать свои чувства словами, но неплохо делаю это на бумаге. Это стихотворение я написал, думая о тебе, — совсем неуверенно шептал Миньярд, — Как и все другие, — добавил он очень тихо, но Джостен его услышал. Глаза Эндрю светились какой-то мольбой и нежностью, что Нил нервно выдохнул, ощущая, как в животе завязывается приятный трепетный узел. Он взял у блондина блокнот и стал читать.

«Закаты разные бывают,

Порой пылают ярко-ало,

Порой темнеют черно-синим

И дарят людям звездный иней.

А ты сидишь с ней рядом вместе,

В наушниках играют песни,

Глядите увлеченно в небо,

Считая звезды и кометы.

Вас не волнует ничего,

Вы точно выпали из мира.

Точнее мир весь сжался в вас

И в вашей нежности единой.

Весна пришла в окошко к Вам,

Так неожиданно и резко,

Что океан кристальных глаз

Смешался с темной карей бездной.

Влюбленные, порой слепые,

И сумасшедшие слегка,

Но все они зато счастливо

Смотрят на звезды в небеса.»

      Тонкие длинные пальцы подрагивали вместе с черным блокнотом. Щеки в веснушках заполыхали ярким огнем, а губы приоткрылись в немом восторге. Нил и не знал, что Эндрю умеет так писать… Чувственно, нежно и искренне. Его строки вызывали мурашки, и горячее, обжигающее тепло растекалось по телу Джостена. Внутри бурлило столько чувств, что он даже не знал, как их правильно выразить. — Эндрю, — ошарашено прошептал Нил, — Это… Это невероятно красиво… Я… Я даже не знаю, что сказать.       И он и в правду не знал. Никто никогда не посвящал ему стихотворений. А это… оно было таким чувственным и искренним, что Джостену хотелось прямо сейчас налететь на Эндрю и крепко, нежно прижаться своими губами к его, а после шептать новые слова благодарности и любви. — Почему ты поцеловал меня в ответ? — неожиданно, четко и серьезно спросил Миньярд. — Потому что хотел, — уверено выдал Нил, — Я мечтал об этом последние три года. Со дня нашего знакомства.       Эндрю удивлено уставился на него. Что? Как это три года? Не веря своим ушам, Миньярд прижал свою крепкую руку к шее Джостена, чтобы проверить его пульс: не врет ли он? Сердце под его рукой билось быстро, но не из-за лжи, а от нежных чувств, пленяющих Нила. Эндрю понял это, потому что сам испытывал то же самое. — Что?.. — неуверенно спросил Миньярд, — Но как я мог не замечать твоих чувств ко мне все это время? — Эндрю, ты изменил свое отношение ко мне в том году, когда понял, что влюбился, а я так относился к тебе с самого начала, поэтому ты и не замечал разницы в моем поведении. Её просто не было. Я вел себя с тобой так всегда и не собирался ничего менять. Я замечал твои ответные действия в этом году, но мне казалось, что это просто дело привычки, и я надумываю. Поэтому в день святого Валентина списал твою открытку на дружеский прикол, потому что мне не верилось, что такое возможно. — А Марисса? — Ты сам сказал найти мне партнера. Признаюсь, я дурак, подумал, что ты просто хочешь от меня избавиться. Поэтому нашел ту, что мне точно не откажет. Прости, я идиот, — делился Нил, а Эндрю собирал в голове этот сложный пазл.       Голова Миньярда опустилась на сложенные на коленях руки. Он пытался сопоставить все события, которые происходили последние несколько лет. Теперь в его голове всё сходилось: забота Нила, его прикосновения, флирт и сегодняшний поцелуй. Несмотря на слова рыжего, Эндрю всё равно не мог понять, как он не замечал всего этого.       Джостен видел напряженную спину Миньярда, который занимался анализом и самокопанием. Не хотелось, чтобы блондин думал про всё это сейчас. Их чувства взаимны, а это самое главное. От этого осознания в груди потеплело, и Нил, улыбаясь, тихо прошептал: — Дрю? — озвучил он прозвище, которое часто употреблял про себя. Миньярд тут же поднял голову и врезался своим взглядом в глаза Джостена. Милое прозвище резало слух, но отзывалось в сердце блондина несколькими лишними ударами. — Можно тебя поцеловать? — Да.       В этот миг воздух между ними словно стал ещё плотнее. Джостен наклонился, горячее, прерывистое дыхание парней смешалось в одно.       Нил коснулся щеки Эндрю кончиками пальцев — осторожно, будто боялся спугнуть этот хрупкий момент. Их губы встретились и слились в едином танце. Сначала поцелуй был лёгким, почти невесомым. Но в этом трепете было гораздо больше: абсолютное доверие, искренность, принятие и первая влюбленность. Пальцы Эндрю скользнули вверх по плечам Нила, сжались на тонкой ткани футболки.       В ответ на это Джостен осторожно притянул его ближе, и, забравшись горячими ладонями под кофту, нежно очертил линию спины. Миньярд мелко вздрогнул, но любимые руки по-настоящему плавили всё внутри него, вызывая новую волну удовольствия. Миньярд вновь довольно выдохнул, и, на этот раз, сам утянул Джостена за собой, устроив его на своей груди. Теперь была очередь Нила томно вздыхать и зарываться руками в волосы. Рыжий с каждой секундой всё сильнее вжимался в тело Эндрю, который сам придавливал его к себе своими сильными руками. Любовь и страсть горели между ними, смешиваясь с каким-то новым, неизведанным восторгом. Парни буквально разделяли на двоих свое дыхание, сердцебиение и сладкое возбуждение…       Поцелуй, казалось, длился целую прекрасную вечность. Медленно отстранившись, Эндрю увидел, как губы Нила дрожат в улыбке. Джостен смотрел на него, наблюдая за таким затуманенным, обжигающим и невероятным взглядом карих глаз. Удобно устроившись на груди Миньярда и притянув к себе пачку зефира, Нил со вздохом спросил: — Эндрю, почему мы такие дебилы? — Не знаю, — честно ответил Миньярд, перебирая рыжие пряди, — Видимо нам обоим было суждено страдать от нашей тупости и мучиться от «невзаимных чувств», — ухмыльнулся блондин. — Зато теперь я знаю, что точно тебя никуда не отпущу, — прошептал Нил, зарываясь носом в ключицу блондина. — И я, — куда-то в макушку ответил Эндрю.       Они лежали в тишине, наслаждаясь лишь шумом воды и листьев. Миньярд гладил Нила по голове, а тот с упоением поедал оставшийся зефир. Вдруг Джостен приподнялся и, хитро улыбаясь, спросил: — А ты дашь почитать мне остальные стихотворения? — Ну уж нет. Тогда ты будешь считать меня слишком милым и ванильным, — недовольно протянул Миньярд. — А я тебя уже таким считаю, — слукавил Джостен. — Иди в жопу, — буркнул Эндрю, делая вид, что обиделся, — Я вообще-то в этих стихах душу выворачивал, чтобы со своими чувствами справиться, а ты их вот так просто прочитаешь? Как-то нечестно получается. — А за поцелуй дашь почитать? — приподнялся Нил и посмотрел своими большими кристальными глазами, которые в свети луны казались ещё ярче. — Это смотря, как будешь целоваться, — прошептал Эндрю в сантиметре от губ Нила.       Джостен не колебался. Он уверенно наклонился вперед, не оставляя ни единого шанса усомниться в своём намерении. Видимо, ему настолько сильно хотелось прочесть стихотворения блондина. В этом поцелуе не было ни резкости, ни поспешности — только тёплая, глубокая нежность, будто это должно было случиться именно сейчас и именно так…       Весна — пора любви и вдохновения. В это время весь мир как будто оживает и начинает цвести новыми яркими цветами, дарящими людям свой обворожительный аромат. Весна Эндрю пахла лесом, озерной водой и дурацкими липкими зефирками, которые Нил так довольно поедал перед поцелуем. Теперь Миньярд был уверен: тепло в его сердце с этого, пятидесятого дня, будет царить вечно.