Драбблы по Артону

      Дождь мягко стучал по подоконнику, создавая спокойный, убаюкивающий фон. В спальне было тепло и уютно — только приглушённый свет от торшера и серый кот Марсель, который вальяжно развалился поперёк кровати.       Арсений проснулся первым. Он повернулся к Антону и несколько секунд просто смотрел на него. Антон спал спокойно, слегка нахмурив брови, будто даже во сне решал какую-то сложную задачу. Арсений улыбнулся и провёл пальцами по его щеке. Антон сразу отреагировал — потянулся навстречу прикосновению и открыл глаза. — Доброе утро, — тихо сказал Арсений и поцеловал его. Нежно, но уверенно, как он всегда это делал. — Доброе, — Антон ответил на поцелуй, улыбаясь в губы. — Ты уже давно не спишь? — Минут десять. Любовался твоим спящем состоянием.       Они лежали лицом к лицу, переплетя ноги под одеялом. Марсель, почувствовав движение, перебрался ближе и требовательно ткнулся головой в руку Арсения. Тот почесал кота, а Антон протянул руку и тоже погладил пушистый бок. — Сегодня твоя очередь готовить завтрак, — напомнил Антон с лёгкой улыбкой. — Знаю, — Арсений поцеловал его в висок. — Блинчики буду, не против? Хочу тебя побаловать. — Не против, — он мягко улыбнулся — тогда я нам кофе сделаю, — Антон приподнялся на локте. — Но даже не смей привыкать к тому, чтобы меня постоянно обслуживать, Попов.       Арсений тихо рассмеялся и притянул его обратно за талию. — Договорились. Но блинчики мои.       Они встали почти одновременно. Пока Арсений колдовал у плиты, Антон варил кофе и разливал всякие добавки к блинчикам по маленьким ёмкостям специально для соусов. Марсель крутился у ног обоих, громко мурлыкая и пытаясь стащить что-нибудь вкусненькое. Иногда они встречались взглядами через кухню и улыбались — спокойно, по-домашнему.       Вернувшись в постель с подносом, они устроились рядом. Арсений сидел, опираясь на подушки, Антон — чуть ближе к нему, положив голову ему на плечо. Они ели, периодически перекладывая друг другу самые вкусные кусочки, и тихо обсуждали вчерашний фильм.       После завтрака Арсений потянулся к полке и взял «Убийства по алфавиту». Это была их традиция — читать вместе по утрам выходных. — Твоя очередь начинать сегодня, — сказал Антон, удобно устраиваясь у него на груди.       Арсений открыл книгу и начал читать низким, ровным голосом. Антон слушал, иногда вставляя комментарии или задавая вопросы. Они всегда любили совместное чтение, потому что таким образом у них всегда было что обсудить и это раз за разом служило поводом узнать друг друга ещё лучше. В какой-то момент Антон положил ладонь Арсению на грудь, прямо над сердцем, и просто слушал, как оно бьётся под его пальцами. Арсений на секунду прервался, накрыл его руку своей и переплёл их пальцы. — Люблю, когда ты так делаешь, — тихо сказал он. — Мне тоже нравится, — ответил Антон, поднимая взгляд. — А ещё мне нравится слушать твой голос. Что бы ты там ни говорил — у тебя из нас двоих действительно лучше получается читать вслух. Тебе бы книги озвучивать.       Арсений тихо хмыкнул и повернул голову в сторону Антона, отрываясь от строк. Они посмотрели друг на друга несколько долгих секунд. Потом Арсений наклонился и поцеловал Антона — глубоко, но без спешки. В этом поцелуе было всё: и нежность, и тихая страсть, и ощущение, что они точно на своём месте.       Марсель, почувствовав, что его на время забыли, возмущённо мяукнул и запрыгнул между ними, растянувшись во весь рост. Оба засмеялись. — Ревнует, — сказал Антон, почёсывая кота. — Пусть ревнует, — Арсений улыбнулся и снова притянул Антона к себе. — У него есть право. Но ты всё равно будешь в приоритете.       Антон устроился удобнее, обнимая Арсения за талию. — Аналогично. — ответил он спокойно и твёрдо.       Дождь за окном продолжал идти. В комнате пахло кофе, старыми страницами книги и домашним теплом. Два взрослых мужчины, которые просто любят друг друга — сильно, спокойно и очень по-настоящему ощущали себя самыми счастливыми на свете. В них процветала уверенность в том, что рядом именно тот человек, с которым хочется провести все остальные утра.       И это было их самое лучшее счастье.