Роль милого студента достанется мне

— Братец, - без намека на радость и ненависть в голосе позвал Эрен мужчину, что стоял к нему спиной. Зеленая трава шелестела под ногами, ветви деревьев покачивались от легкого ветра.  После вчерашнего бара голова немного гудела. И это сказывалось на встрече с братом, с которым у него, скорее, складывались нейтральные отношения, нежели с их общим отцом. Зик не осуждал. Для Эрена этого было уже достаточно.  С утра он покинул общежитие и уехал в квартиру, принадлежащую ему лишь по документам. Родители подарили с надеждой, что сын будет учиться в медицинском и жить в ней. Здесь хранилась его «успешная» жизнь врача. Дорогие костюмы, искусный интерьер, начищенные кухонные принадлежности вплоть до чайных ложек. Он чувствовал, как каждый раз переступая порог этого места, еда подступала к горлу и стремилась наружу. Но Зик порой просил составить компанию на научных конференциях, собраниях и вечерах. Брат был генетиком, что тоже не мало привлекало Эрена ходить на подобные мероприятия.  В сегодняшний день повезло с погодой. Одна площадка расположилась под открытым небом. Другая, основная, в высоком одноэтажном кирпичном здании, но фактически стеклянном. — Эрен! - обернулся Зик и с распростертыми объятиями направился к брату. Густые борода и волосы цвета зрелой пшеницы, очки, теплая улыбка и голубые искрящиеся глаза. — Тебе так идет костюм и галстук. Давно не виделись.  — Что не семейная встреча, то удавка на шее, - обнял брата одной рукой Эрен. — Не проводил бы столько времени с отцом, может, виделись чаще.  — А тебе все бы позлить его, - взял Зик бокал шампанского с подноса мимо проходящего официанта и протянул Эрену.  — Время — обед. Светская жизнь явно не по мне, - принял бокал из рук Зика Эрен.  — А дешевое пиво смотрю к лицу, - рассмеялся и хлопнул брата по плечу Зик. — Пойдем, послушаем, может, что умного говорят.  Зик Йегер представил на конференции свои последние открытия — передача генов, исследование стволовых клеток костного мозга, возможность создания яйцеклеток и сперматозоидов из них. Эрену нравилось наблюдать за братом в такие мгновения. Зик любил медицину, горел ею и заражал своей любовью. Не к самой медицине — к делу своей жизни. Эрен хотел однажды почувствовать тоже самое. Найти себя, когда его природу пытались не раз перепрограммировать. Не жалея сил, стремились обмануть суть и воссоздать нечто новое. Его гены оказались не теми, что ожидал отец, а Зиком он гордился. Или гордился наличием своей фамилии под нашумевшими исследованиями.  Эрен вернулся в город до того, как ученые превратили мероприятие в исследовательскую пьянку. Машина с шофером брата доставила до квартиры. Его вновь приветствовал хорошо обустроенный жилой комплекс со своим парком и уютными заведениями. Здесь умиротворенно и дышалось легче. Было даже жалко, что выбор отца пал именно на эту квартиру, порог которой не оправдавший ожиданий сын еле пересекал. Шофер открыл пассажирскую дверь. Эрен проверил, не оставил ли вещи в салоне и ступил навстречу очередному мероприятию. «Это уже не смешно» Из ветеринарной клиники с черным котенком на руках вышел в домашней одежде профессор Аккерман. Эрен так и замер у машины. Водитель поинтересовался, может ли он ехать, и бедный студент отпустил его, пожелав хорошей дороги. Двое застыли на расстоянии трех метров друг от друга. Писк черной шерсти в руках мужчины предпринял попытку разрядить обстановку.  — Тему курсовой выбрал? - спросил Аккерман, безразлично смотря на студента.  — Что? - Эрен усомнился в своем слухе, но профессор не повторял вопрос. — Думаю, да.  — Тебе неделя на написание. До следующих выходных скинешь все, что будет, на почту.  Не дожидаясь реакции, Аккерман потянулся свободной рукой в карман штанов за ключами и, не подавая больше никакого виду, шагнул в сторону соседнего подъезда.  — А если не скину? - крикнул в спину удаляющейся фигуре Эрен. Профессор обернулся у подъездной двери, посмотрев на несмышленого студента с приподнятой бровью, и скрылся, не удостоив ответом.  «Ну, хоть дома разные» *** — Это обязательно? - канючил Конни перед Сашей, обессилено опустив руки вниз. — Пусть первокурсники страдают. Они еще свеженькие.    — Не ной, - шлепнула тетрадью по лбу Конни староста. Она стояла перед первым рядом парт. Похлопала в ладоши, привлекая всеобщее внимание. Эрен тихо прошел на задние ряды. — Сегодня всеобщий праздник в честь начала учебного года и, так составили расписание, перед этим дружеский матч по мини-футболу между группами магистров, нас меньше всего на факультете. На неделе можем посмотреть игры других курсов и групп. По жеребьевке мы играем с историками. У нас личный мотив! Профессор Зое сказала, мы должны их сделать! Это наш шанс уделать их сразу в начале года. Чтобы все сегодня были на стадионе факультета! А вечером концерт на центральной площади. И самое главное, там будет ЕДА! — Концерт! В понедельник! - возмутился Жан  — Помимо историков есть и другие группы. Если ты вдруг забыла, то впереди нас каждая из них. Что толку от этого «дружеского» матча, - снова подал голос Конни.  — А вы что жалуетесь, я не поняла? Мы должны сделать историков! Тем более костедробильная машина не поступал в магистратуру.  — Он в том году меня покалечил на футболе, - продолжал Конни давить на жалость.  Стадион. Мини-футбол 17.00.  — Ты же говорила, что его не будет, - смотрел Конни на разминающихся ребят.  — Ээ… Ну, ошибочка вышла, - сжалась под взглядом одногруппника Саша, невинно улыбаясь и перебирая свои заметки. — Там… всего два тайма по 20 минут на одной половине поля. На второй половине параллельно будут играть другие.  — И Райнер выкинет меня в первые 60 секунд, - скривил недовольно губы Конни.  — Так! Собрались. Чтобы стерли ухмылочку с лица Брауна! Мальчики, вот бумажка с правилами и количеством участников. Форму выдадут там, - вытянула руку староста куда-то за спину, чуть не попав случайному студенту по носу. — Но сначала вся группа идет за университетскими футболками. Футболки остаются нам, форму, мальчики, потом верните. Девочки… я взяла с собой бутерброды! — Ээ! - потянулся к рюкзаку Саши Жан, за что получил по рукам. — Дай перекусить.  На ближайший час студенты разбрелись по своим локациям. Эрена забрали на мини футбол. В команде должно быть четыре полевых игрока и один вратарь. Конни, Жан, Армин, Марко выбежали на разминку. Эрен решил постоять на воротах, рассчитывая, что противники забивать не будут.  Пару человек осталось в запасе. Весь спортивный комплекс факультета оказался заполнен студентами. Посмотреть на магистров пришли и остальные. По незакрывающимся ртам и большим глазам легко определялись неделю назад зачисленные выходцы школы. Первый курс впитывал студенческую жизнь всеми органами восприятия.   Начался первый тайм.  Эрен так и не запомнил, кто такой Райнер. Вроде тот белобрысый, что разыграл мяч с Армином. Мяч полетел к Конни, или вернее сказать, что к нему полетел здоровенный студент, разогнавшись так, чтобы Конни и правда подтвердил свою теорию о вылете с поля.  Помимо Райнера команда противника ничем не выделялась. Мяч теряли, в ногах путались. Только один высокий и худощавый парень контактировал с напористым игроком. Гол в их ворота арбитры зафиксировали на третьей минуте. От Конни. Он бегал быстро. С другой стороны, как тут не бежать со всех ног, когда тебя преследует костедробильная машина.  Игра возобновилась. Мяч вел Жан, помогал Армин. И когда первый уже был готов принять пасс от второго, откуда-то со спины по его ногам проехались катком. Жан упал, получив подножку. А Райнер — желтую карточку. Жана заменили и баланс сил заметно изменился. Новенькому элементарно не хватало смелости противостоять Райнеру. Тогда как Жан, Конни, Армин и Марко знали нападающего противников не первый год. К концу первого тайма больше ни одного гола не было забито.  — Я выйду на поле, - подошел к Армину Эрен. Тот кивнул, не имея ничего против такого решения.  — Новенький? - вот, значит, о какой ухмылочке говорили ребята. Эрен не увидел смысла отвечать на глупый вопрос и прошел мимо.  Свисток. Начало второго тайма. Армин снова разыграл мяч и направил к Эрену. Он побежал вперед, обегая противников и передавая мяч Конни. И когда мяч возвращался к Эрену, он перепрыгнул через ноги Райнера, который снова попытался сбить. Еще один гол был забит.  «Как предсказуемо» — Ноги длинные, а язык проглотил?! - прилетело от Райнера в Эрена вместе с ударом в плечо.  — Не задавай глупых вопросов, - устояв на ногах, прошел мимо соперника Эрен. — Эй! Куда ты снова пошел?! - догнал Райнер и толкнул в спину. Лицо Армина побледнело. Все четверо на поле рванули предотвращать то, чему уже не суждено было остановиться.  — А ты мне указывать будешь?! - развернулся Эрен и толкнул в грудь белобрысого агрессора. Встречный кулак не заставил себя долго ждать.  — Райнер, ты совсем ебанулся?! - крикнул кто-то поблизости. Две команды бежали разнимать студентов. И куча преподавателей.  Эрен в ответ ударил Райнера в нос. Тот, уже вырываясь из рук команды, успел достать кулаком до скулы новенького.  — Бертольд! Отпусти! - прорычал Райнер.  Эрен сделал несколько шагов назад в окружении команды. Арбитры прекратили матч, не ставший дружеской встречей, преподаватели увели студентов на разные концы поля подальше друг от друга.  К ним с аптечкой подбежала профессор Зое. С шокированными глазами и бутербродом в зубах неслась староста. Эрена разместили на лавке.  — Ну, ребятки, вы даете, - не злясь, села рядом со студентом Ханджи. — Дай осмотрю.  — Не надо. Я в порядке, - пытался отмахнуться Эрен от помощи.  — Надо, - приказом прозвучала Ханджи, приступив сначала к обработке разбитой губы. К заведующей кафедры присоединились медработники и через 15 минут вынесли вердикт, что и правда, все будет в порядке.  — Профессор Зое, а другого цвета не было? - наклонив голову в бок рассматривал лицо соседа по комнате Армин.  — А чем тебе пластыри с сердечками не угодили?! Я же вас люблю, - возмутилась Ханджи на вопиющее неуважение.  — С сердечками? - повторил за профессором Эрен и достал телефон, включая фронтальную камеру. Хмыкнул и убрал обратно в карман.  Саша отчитывала ни за что ни про что Армина. Конни и Жан защищали провозглашенного капитана команды. Марко качал головой и сидел рядом с Эреном. На лице новенького расцвела меланхоличная улыбка.  «Хорошо» - подумал он.