Роль милого студента достанется мне

— Зачем мне шампанское? - набрал номер коллеги Аккерман, так и не двигаясь с места. — И все остальное.  На столе стояло ведро со льдом и шампанским. Свежие цветы с ненавязчивым ароматом. Незажженные свечи на высоких подсвечниках. Вид не впечатлял, как и весь романтичный мусор. Ладно хоть на двуспальной кровати не разбросаны лепестки роз. Куда такие размеры? Поперек спать? И что за конструкция из полотенец? Неплохо было бы еще ванну проверить.  — Не тебе, а Эрену, - возмутилась Ханджи на возмущение Леви. — Сдался ты мне. И вообще. Я не хочу вас отвлекать. Не пожелаю никому оказаться на месте отвлекающего, поэтому в номер принесли сразу. Вторая бутылка в холодильнике, если что.  — «Если что» это что? Если мой студент от подобного вида захочет напиться? — Так он уже твой? - подметила Ханджи и, не дожидаясь очередного недовольства, попрощалась. — Хороших выходных, коротышка. Пока-пока.  Леви, приняв свою тяжелую судьбу, еще какое-то время думал, стоит ли попросить все убрать или оставить, как есть. Он не знал предпочтений Эрена. И беспокоить до конференции точно не хотелось. Сегодня обычный ужин, завтра… Потом. Сейчас отдых.  Студенту отдыхать и вовсе перехотелось. Нервозность взяла вверх. Профессор уверен? Ужин вдвоем? Но, наверное, Эрен будет не единственным студентом, замеченным в ресторане с научным руководителем. Все выходные. Ладно. Стало чуть спокойнее.  Спать все равно больше не хотелось. Студент предпочел прогнать в сотый раз текст и ответы на возможные вопросы. Позже профессор написал сообщение с просьбой к Эрену быть готовым в 17.00. Несколько слов и студент вспомнил, что в ресторан, или куда-то там еще, стоило все же идти не в спортивном костюме. Вернее, с профессором стоило идти не в спортивном костюме. На ресторан было все равно. Эрен, обреченно простонав, побрел разбирать вещи. Эти перепады настроения когда-нибудь сведут его с ума.  В университете им помогли сориентироваться организаторы. Эрен и Леви осмотрели конференц-зал, в котором завтра в обед начнется официальное открытие, приветствие профессоров и спонсоров. Официальная нудятина, если кратко. Так же в этом зале пройдут выступления приглашенных спикеров по расписанию. На второй день к ним присоединятся профессора с научными работами. Фуршет ближе к вечеру каждого дня. Столы и другая мебель, старательно расставляемые персоналом, почти готовы.  Списки всех участников конференции закрепили на стендах. Молодых специалистов распределили по аудиториям и времени. Эрен нашел себя, и они с профессором направились в нужную аудиторию. Студент передал флешку одному из организаторов. Тот скопировал весь материал на ноутбук, посмотрели его сразу на большом экране. Все готово. Осталось-то завтра 15-20 минут постоять на сцене и ответить на вопросы. Мелочь.  *** — Ты уверен? - первое, на что наткнулся Эрен, выйдя из номера в первый день конференции, это изучающий взгляд, задержавшийся на рубашке. Взгляд, вцепившийся в открытую шею и плавно поднявшийся по ней вверх до хвойных глаз.  Студент еще после прочтения записки месяц назад знал, подаренную ему рубашку, он не наденет. Из принципа. Поэтому надел белую с черными брюками и жилеткой. А долго провозившись с галстуком, выкинул его.  — Да, - ответил и не прервал зрительного контакта студент. Его толкнули в грудь в еще открытый номер.  Аккерман прошел за студентом, закрывая за собой дверь. Спина Эрена почувствовала стену, грудь — тепло профессора, шею потянули вниз. Холодные пальцы заставляли кожу студента гореть, требовательные губы — хотеть большего, ворвавшийся язык — сдаться. Длинные руки Эрена обвили талию Леви, окутали, сжали с единственным желанием не отпускать.  — Если мое присутствие сбивает тебя, могу выйти из аудитории. Ты не увидишь меня, но я услышу каждое твое слово, - противостоя собственным порывам, оторвался от мягких губ Леви.  — Нет. Будьте рядом, профессор. Просто не смотрите так, - погружался в серую сталь Эрен. Он наклонился ниже. К уху Леви. — Или вы хотите, чтобы мой возбужденный и смущенный облик увидели все? — Еще чего, - выбираясь из мучительно приятных объятий, поправлял костюм профессор. Студент последовал примеру.  Аккерману не стоило беспокоиться. Как только Эрен вошёл в университет, окружающая обстановка захватила его с головой. Как по щелчку пальцев на смену рассеянному состоянию пришли привычная отстраненность, собранность и хладнокровность.  Обилие людей с важными физиономиями и в костюмах, умные слова, сопровождаемые взглядами свысока. Студент постарался развеять дымку с глаз. Реакции действовали быстрее его. Искажали действительность. Здесь, в первую очередь, такие же студенты, как он. И масштаб совсем другой. Проще во всех смыслах.  Сейчас их ждало официальное открытие в конференц-зале. После него профессор предложил прогуляться, выйти на время из кружившего вокруг настроения. У них имелся как минимум час. Эрен с охотой согласился. Не хотелось смотреть на волнение остальных и проецировать на себя. Хотелось смотреть только на угольные волосы, с которыми бы игрался ветер, и профиль лица, который притягивал ровными, идеальными линиями. Он должен это запечатлеть.  Через полтора часа студент, специалист, ученый (все едино) стоял на сцене. Перед ним серые глаза. Не сведенные, а расслабленные брови. Не напряженный, а мягкий взгляд. Уголки губ приподнялись, профессор едва заметно кивнул. Перед ним и для него.  Ни в одном другом месте, Эрен не хотел больше оказаться. Он на своем.  Все в этот день полетело к его ногам. Так быстро, что очнулся студент не сразу. Едва успев дойти до номера, с него сбросили жилетку, стянули не черную рубашку. В ловкости профессору он заметно уступал. Долгие дни и недели, проведенные за научной работой, требовали разрядки. Эрен мог думать только о Леви. Леви не имело смысла больше сдерживаться.  Профессор избавлялся от своей одежды и утягивал студента в один поцелуй за другим. Покрывал кожу алыми следами и укусами. Каждый новый участок не оставался без внимания. Леви направлял Эрена к кровати, впиваясь пальцами в талию, сминая тело, что теперь в его распоряжении. Он остановился у самого края постели.  — Ты не ел с утра. Если голоден… — Голоден, - обхватил ладонями лицо профессора студент и, падая спиной назад, увлек его за собой.  Длинные ноги впустили Леви в плен. Манящий, тягучий, вязкий плен. Пробираясь выше по постели, профессор взял из ящика прикроватной тумбы лубрикант и презерватив.  Эрен приподнялся на локтях. Между тяжелым дыханием, беспрерывными поцелуями и виднеющимися следами от пальцев должна быть возможность посмотреть на того, кто толкал его к пропасти.  Леви смазал пальцы. На смуглых бедрах заметил россыпь точек, взглядом переместился выше. Капли предэякулята стекали на пресс. Следы укусов проявлялись на груди. Пересохшие от дыхания губы влекли к себе. И эти опьяняющие глаза, затягивающие в сумрачный лес.  Эрен полностью опустился спиной на кровать, обнял ногами профессора. Леви приставил один палец к чувствительному колечку мышц. Найдя опору второй рукой, навис над студентом и медленно, но беспрепятственно вошел на всю длину. Угольная бровь приподнялась вверх.  — Профессор, - на выдохе обратился студент. Губы украсила ухмылка. — Я хорошо подготовился к конференции? Палец немного вышел и к нему добавился еще один.  — Да ты издеваешься, - порывисто накрыл губы студента Аккерман, глубоко входя пальцами. Горячие стенки пропускали, принимали и обхватывали.  Волнообразное движение задело простату. Надавило. Студент прикусил нижнюю губу профессора со стоном. Долгожданные ощущения. Надо еще.  Внутри стало пусто. Эрен открыл глаза. Горячая головка прижалась к отверстию. Пресс студента дрогнул. Профессор, расположив одну ногу Эрена у себя на плече, подался бедрами вперед, с каждым стуком сердца проникал все дальше. Он чувствовал жар студента внутри и снаружи. Сливался с ним.  Эрен не смел отвести глаз. Чем больше принимал в себя, тем сильнее горели щеки. Да и как принять все? Но он просто не мог не смотреть на это. Под взглядом серых глаз разум плыл, смывался ураганной волной.  Леви подался назад и вперед. Нежные поцелуи покрывали тело Эрена. Оказывается, эти губы могут и такое. Неторопливые движения профессора бедрами успокаивали. Пальцы обхватили член и, поглаживая, продолжали растворять студента в ласках.  И когда Эрен думал, что привык, Леви надавил весом, приподнимая бедра студента еще выше. Отстранился и рывком вошел на всю длину. Громкий стон вырвался из груди студента, пальцы впились в кожу спины профессора. Эрен вцепился в нее, пронизанный насквозь удовольствием, граничащим со сладостью, наслаждением, заполняющим вены, и понимаем, что это все внутри принадлежит ему. И Аккерману. С каждым движением он брал свое, сминая простыни, заполняя пространство частым дыханием и звуками похоти.  Эрен находился на самом краю пропасти. Он снова почувствовал пальцы на члене. Твердая, разгоряченная плоть изнывала вместе с обладателем. Движения рукой не оставляли ни единого шанса. Он совсем, совсем на краю.  Влажные черные волосы блестели перед глазами. Серый взгляд переливался отблесками стали.  — Профессор… - сорвался вниз студент.  Леви поймал губы Эрена, впитывая стон. Замедлился. Пульсирующий член успокаивался. Студент же передышки себе почти не дал. Подключив поясницу, попытался достать еще больше ощущений и новых граней для своего организма.  — Хитрец, - профессор вышел и перевернул студента, поставив на колени.  Один жадный, ненасытный толчок чуть не уронил Эрена на живот. Горячие стенки с греховной готовностью приняли член обратно. Настойчивые движения жаждали довести обоих до изнеможения, до севших голосов, до дрожи в ногах, до сырой постели. Профессор не остановится. Он еще получил не все.  — Леви, я больше не могу… - еле держал колени на месте Эрен. Они разъезжались под силой Леви, создавая тем самым тянущую боль в мышцах.  За его спиной раздался смешок.  — Эрен, — тяжело дыша, хриплым голосом позвал Леви. — Если на тебе не мои подарки, значит, я. Если не они касаются тебя, значит, мои руки. Если не они оставляют напоминание, значит, мои поцелуи оставят следы. Если ходишь без них, значит, ходить тебе будет трудно.  «Беру свои слова обратно»  Каждое слово возвращало ослабшему Эрену силы. Каждое записывалось. Каждое проносилось перед глазами. Студент хочет быть в руках профессора.  — Профессор, вы не умеете угрожать, - собирались распадающиеся мысли. Улыбка и тихий смех растекались внутри, подгоняемые эйфорией. — Разве знаете все мои вещи? Отличите мою футболку от чужой? — Хочешь проверить? - сжал волосы Эрена Аккерман и поднял того на руки, прогибая в пояснице. Свободная рука потянулась к заново возбужденному члену. От крепких пальцев он обрел еще большую твердость. Эрен готов падать в пропасть.  — Очень хочу… Леви сорвался вместе с ним.