Роль милого студента достанется мне

— Ты еще злишься? Или обижаешься? Что-то ведь не так? - несмело подкрался Эрен к Леви после завтрака. Аккерман сразу взялся за планшет, расположившись на диване. Атмосфера ощущалась неловкой.  — Это появилось не сегодня и не вчера. И это не обида или злость. Скорее… - Леви похлопал по дивану на место рядом с собой. Но, услышав следующее слово, Эрена прибило к полу. — Недоверие. Твое по отношению ко мне спроецировалось на меня. Но я тоже тебя бросал. Поэтому дай мне время. Я не стал относиться к тебе хуже. Было больно и ничего непонятно. Скучал по тебе. Конец семестра, зачеты и экзамены меня не сильно отвлекали. И все же я понимал, что ты делаешь это по каким-то весомым причинам.  Эрен вышел из оцепенения и немного расслабился. Сел рядом со своим профессором, прижимаясь к его плечу. Глаза уловили отдельные слова, мельтешащие на экране планшета.  — Куда полетим? - обратился Аккерман к притихшему студенту.  Хотелось бы подальше от уличной еды, но это маловероятно. Даже в холодильнике профессора постоянную прописку получили сэндвичи и газировка. Приходилось отбирать, как у маленького ребенка, перед приемом пищи. Чтобы аппетит не перебил.  *** Слюна во рту Эрена выделилась быстрее, чем глаза увидели объекты с манящими запахами. Приземлиться не успели, в аэропорту, помимо немногочисленных известных сетевых ресторанов, пестрили вывески с кафе местной кухни.  Если бы голова студента могла вертеться на 360 градусов, она бы не останавливалась. Эрен шел за профессором и не искушался первым попавшимся меню. Аккерман же, как только перед ним разъехались двери выхода из аэропорта, немного (совсем немного) пожалел, что они не выбрали другую страну. И почему здесь температура воздуха ощущалась жарче? Вовсе можно было на своем берегу остаться. Но обоим хотелось побывать на стороне, куда вело каждое их исследование.  Стена еще стояла. Редкие обломки в высоту не такие большие, как описывалось в книгах. Да и не доказали все еще принадлежность этой стены. Она виднелась из самолета и возвышалась с земли. Студент чуть не врезался в профессора. Тот так и застыл посреди выхода. Эрен проследил за его взглядом. Все мысли о еде вылетели со скоростью света от вида его мечтаний и стремлений.  Спешащие загорелые люди, туристы и местные, редкие торговые центры, уйма палаток и лавочек с разнообразными товарами, запряженный скот на пыльных дорогах и машины на избитых асфальтированных — всего этого Эрен не замечал. Перед ним всплывали картинки из книг. Пейзаж дорисовывался уже несуществующими объектами. Глаза заслезились от переполняемых чувств. Прогресс оставил это место много веков назад то ли в назидание, то ли еще по каким-то причинам. Но атмосфера полнилась свободой и самобытностью. Ребелио.  Сидеть на месте не хотелось. Их нашел гид не первый раз курирующий маршрут исследователей из их университета и научного центра. На него когда-то наткнулась Ханджи. Собственно, с тех пор ему больше не получалось отвертеться от нее. Позже к нему прилетел Эрвин. Потом другие преподаватели и студенты.  Наступила очередь Аккермана. До этого момента на его плечи ложилась другая обязанность — искал следы народа Имир в других частях света. Сейчас он у них дома. В еще одном доме, если ссылаться на историю. С последними открытиями Зика это ощущалось по-особенному волнующе и трепетно. Есть риск, что в ближайшем будущем в эту часть нагрянет еще больше туристов. Надо успеть обойти все. Их поселили в туристический район, усеянный как отелями, так и комплексами с небольшими уютными домиками ближе к берегу моря. Выбор Эрена и Леви пал на второй вариант. В их «комплексе» всего три домика. Помимо студента и профессора еще молодая пара молодоженов. Женщина старшего возраста и невысоко роста щебетала возле них с ломаным знанием родного языка прибывших гостей. Гид помогал с переводом. Увидев, постоянно щурившиеся от яркого солнца глаза Аккермана, прибежала в их домик с двумя соломенными шляпами.  Организованного питания не было. Домашняя семейная беседка в доме хозяев. Женщина готовила и на мужа, и на гостей, если последние желали. Муж иногда успевал помогать по кухне, но чаще ремонтировал домики. В частных домах постоянно что-то ломается. Негласный закон. Дети давно выросли и разъехались.  Так начались каникулы.  Пообедав и переждав, пока солнце опустится с зенита, Эрена и Леви повезли в самое проходимое и распространенное место в Ребелио, но так же оно являлось домом, храмом, сохранившейся до настоящих дней обителью веры в Титанов. Вера в человеческую силу духовную и физическую, вера в неизвестное, неопределенное начало всего сущего, вера, что каждый может превозмочь свой предел, что его не существует. Найти свой Путь, что с рождения заложен в каждом. Развить, активировать силу, что спит внутри. Титаны прошлого наблюдали за ними.  Истинное прошлое этого места взяло свое. Стерло чужеземное влияние. Проезжая по узким улочкам, двое не отрывались от наблюдения за происходящим вокруг. Старые «новые» дома демонстрировали свои фрески, площади хвастались сохранившимися фонтанами и плеском воды. Чем ближе к центру города, тем заметнее менялся характер построек. Дома серые, неброские, строгие. Но величие «стены» ощущалось бесстрашием. Она гордо взирала в даль, оберегала и защищала. Выстояла за свой народ.  Эрен и Леви рассуждали до отлета, что они почувствуют, посмотрев в первый раз на эту стену. Изначально она строилась с другими целями. Сейчас же стала благословением. Они прибыли к самому длинному участку. Его не раз реставрировали. Участки поменьше тоже старались сохранить и даже можно было взобраться на самый верх.  Гид их сопровождал до самого заката. Познания его оказались удивительными. Видно, впитывал информацию от профессоров всеми фибрами души. Они забредали в менее людные места. Шли за символами, что только им известны. Искали следы, видели сквозь время. Дошли до самого далекого подъемника. Людей там мало. Поднимались медленно и долго. Аккерман бы предпочел туда залететь. Не любил ждать. Поэтому начал обдумывать возможности быстрого подъема. В парке аттракционов же есть катапульты. Вряд ли такое одобрят в целях безопасности и гуманности. Но лететь было бы более быстрым способом.  Размышления профессора прервал луч солнца. Перехватило дыхание. Сердце заметалось в груди. Огненное зарево стремилось к горизонту. Опускалось на глазах. Вступив на стену, невольно ослабли ноги. Гид провел Эрена и Леви к центру. Везде ограждения, поэтому двоих оставили наедине.  Они не говорили, шум города стих. Над головами пролетали чайки. Ветер игрался с волосами, теплый воздух дарил ощущение невесомости. Зеленые и серые глаза смотрели вперед. К горлу то и дело подступал ком. Сложно верилось в реальность происходящего. Трудно представлялось пережитое этими землями. Здесь царило умиротворение. Все войны позади.