Роль милого студента достанется мне

Осень поставили на паузу. В середине сентября включилось лето. Эрен лучше переносил жару, чем Леви. Но все равно не считал себя любителем обливаться потом. Да и поживи с профессором. Пот мог литься только из-за него и для него. Солнце и влажность воздуха любезно уступали место. Студент освежился в общежитии. Весь вечер просидели с троицей, склонив головы перед вездесущими заданиями. Смысл уже торопиться домой. Эрен решил дождаться профессора. Тот должен скоро освободиться. Студент вышел за территорию кампуса. Поворот. Еще поворот. Под деревом раскинулась тень. Воспоминания прошлого года замелькали перед глазами. Студент не сдержал улыбку. Здесь и дождется своего профессора.  Кир устал. Насыщенность дней превышала его лимиты восприятия информации и мира. Что делал сегодня, вчера, на прошлой неделе — все смешалось в единый водоворот. Обрывки диалогов, исписанные листы тетрадей, обед, улица, снова лекции. Дойти бы уже до дома и обрести покой, тишину и умиротворение. Распластается прямо на полу в прихожей.  Чуть не распластался на дороге. Снова не успел остановить вихрь мыслей и реакций. Одногруппник дергает траву, сидя под деревом. Луч вечернего солнца прицелился ровно в глаз. Неровность дорожки, неуклюжесть в самый подходящий момент жизни.  Кир запнулся и раздраженно что-то буркнул себе под нос. На этом неловкая ситуация могла бы сжалиться над парнем, но не сделала этого. Сидящий от него в десяти метрах обладатель зеленых глаз посмотрел на Кира. Что сделать-то? Еще раз поздороваться? Попрощаться? Кричать что ли. Подойти. Уйти.  Тысячу раз подумаешь перед тем, как знакомиться с новыми людьми. Начало общения — сплошная, тотальная неловкость в степени бесконечность и лень.  — Привет. Еще раз. Ты разве в общежитии живешь? Не с… - Кир прикрыл глаза и с обреченностью победителя по неловкости выдохнул. — Забудь все, что я только что сказал.  — Садись, если хочешь, - изо всех сил старался держать невозмутимый вид Эрен. Не вышло. Заулыбался до ушей. — Поздно ты.  Кир посмотрел на место рядом с Эреном. На свои вещи.  — Тут сухо, - заметил смятения одногруппника студент. — И прохладно.  — Спасибо, - опустился рядом с Эреном Кир. Согнул ноги в коленях и положил на них руки. Как оказывается все это время гудели ступни.  — За что? «За предложение. За общение. За беспокойство. За то, что проводил до дома» - мысленно перечислял Кир.  — Просто спасибо.  Эрен не обманул. Прохладно. Ветер успокаивал перегруженный ум, уносил шум мыслей, остужал кожу, выравнивал пульс. Кир лег на спину. Взгляд голубых глаз зацепился за каштановые волосы, собранные в пучок. Опустился ниже к шее и плечам. Кир закрыл лицо сгибом локтя. Успокаивал не ветер.  — Чего ты так поздно? - обернулся к одногруппнику Эрен.  — Общался с преподавателями, - принял положение сидя Кир. — Не все темы мне понятны, тем более задания. — У нас спрашивай. Мы тоже сегодня долго просидели. Либо к нам присоединяйся, - Эрен хлопал глазами. Кир молчал. Эрен продолжал хлопать глазами. Кир продолжал не понимать, благословение перед ним или проклятье. — А ты как к нам в группу попал? Он бы все рассказал. Он бы поделился каждой мелочью. Он мог бы задать свой вопрос. И мог бы слушать и впитывать ответ. Он бы даже записывал. И смотрел, не отрываясь. Смотрел только на него. «Бы» — то, что не удалить из их истории.  На парковке сняли с сигнализации машину. Эрен просиял быстрее, чем обернулся на звук. Кир хотел посмотреть за спину одногруппника. Только тот уже подскочил на ноги. Новенький забыл, как шевелиться. Вот Эрен сидел перед ним. Вот торопливыми движениями поправляет одежду и стряхивает пыль. Хвостом разве что не машет.  Кир почувствовал на себе взгляд. Острый, стальной, не тяжелый, но пронзающий насквозь. В тени дерева стало слишком холодно. Иглы пробежали по позвоночнику вверх до головы. Предельно ясно, почему студенты держатся от него на почтительном расстоянии. Судя по всему, для Кира данная дистанция еще длиньше.  Создавалось впечатление, что профессор Аккерман стоит не в двадцати метрах, а над душой, крепко вцепившись пальцами в шиворот незваного гостя. Светло-голубые, почти бесцветные глаза смотрели в серые. Кир моргнул. Холод все тех же стальных глаз сменился скукой и безразличием. Новенький сослался на переутомление. И не такое привидится.  — До завтра, Кир, - помахал на прощанье рукой Эрен, видя перед собой только одного человека. Студент побежал к своему профессору.  Может не идти на учебу, думал Кир с утра на следующий день. С другой стороны, бред какой-то. Что его так останавливало? Он, конечно, догадывался. Но разве причина может быть на столько поверхностной. Не пойдет на пары, потому что встретит Эрена. Веское оправдание. Гениальное. Если встретит Эрена, задумается о себе и своем существовании. Если задумается о своем существовании, то осознает, что в нем ничего примечательного нет. В конечном итоге придет к выводу, что сам Кир жалок. Жалость к себе породит ничтожность. Он еще больше убедится, что пустое место. За долгое время первым, кто обратил на него внимание стал Эрен. Вот и всё. Больше нет здесь ничего. Зацепился за первого человека, что посмотрел на него с теплом и пониманием.  Но. Почему. Именно. Эрен?! Этот вопрос Кир задавал себе не один десяток раз. Все одногруппники интересовались им и помогали. Не навязывались, но и не проявляли равнодушие. Здоровались и приветливо улыбались.  Но Эрен.  Кир не хотел этого признавать. Не хотел смотреть злой шутке жизни в глаза. Одна часть него говорила: «Просто присмотрись, а вдруг, мало ли. Может, чего-то не заметил. Может, Эрен тоже чувствует, но боится. Может, тоже есть сомнения. Может, все не так хорошо у них с профессором. Может, не увидел сигналы. Чувства не могли же родиться в одностороннем порядке».  «Может» — еще одно слово, что бестолковой надеждой разрывает на куски.  Вторая часть Кира говорила: «Кому ты сдался».  Он так долго не выдержит. С этим нужно что-то сделать.  «Это» на самом деле есть.