Ночной полёт

Лопасти корабля крутились, разрезая воздух. Джинкс соскочила с выступа, стукнула по панели ладонью и хмыкнула: — Ну что, Экко, готов к полету в неизвестность? Экко ответил не сразу. Вглядывался в узоры, которые они оставили на металле: её беспорядочные облака, его строгие силуэты песочных часов. Лопасти вращались и их цвета словно переплетались, будто споря о том, что сильнее, хаос или порядок. У них была возможность сделать этот корабль частью своей победы, а не крушения. Эта ночь должна была дать ответы. Если этот старый корабль не развалится в воздухе, если управлять им будет не сложнее, чем нарисовать на стене граффити, тогда у них действительно есть шанс в предстоящем бою. — А ты? — спросил он наконец. Джинкс пожала плечами и, ухмыльнувшись, вскочила на борт. Экко шагнул следом. Они запустили двигатель, и корпус корабля вздрогнул. — Ты ведь не надеешься, что он сам полетит, верно? — Джинкс покосилась на Экко, прикусывая губу. — Не надеюсь, — он усмехнулся, — но на тебя, да. Она закатила глаза, но её пальцы сжали рычаг управления крепче. — Держись крепче! Сейчас будет либо шикарно, либо глупо. Двигатели загудели, и корабль дрогнул, отрываясь от поверхности. Неловкость всё ещё висела в воздухе между ними, как тень их прошлого, но Джинкс продолжала шутить, перебивая тишину. Когда они набрали высоту, ветер рванул её волосы, а скулы окрасились румянцем. Экко смотрел на неё в полутьме. Она всё та же — резкая, язвительная, с глазами, в которых бушует гроза. И другая — с новой жёсткостью в позе, с тенями недавних событий, которые не так-то просто было стереть. Под ними, внизу, раскрывался ночной город. Пилтовер светился, утопая в золотых огнях, величественный, роскошный, чужой. Внизу, в тенях, прятался Заун: хаотичный, пульсирующий ядовитым зелёным светом, живой и непримиримый. Их миры сталкивались в этой высоте, словно корабль завис между прошлым и будущим, между светом и тенью, между теми, кем они были, и теми, кем стали. В какой-то момент корабль накренился, вибрация пробежала по корпусу, заставляя балки протестующе скрипнуть. Пол будто ушёл из-под ног, и Джинкс, потеряв на мгновение равновесие, выругалась. — Ой-ёй, вот это качка! Держись, герой, — она ухмыльнулась и её пальцы вцепились в его запястье, цепко, инстинктивно. Экко не отпустил. Их взгляды встретились и задержались друг на друге дольше, чем следовало бы. Двигатели урчали, лопасти дрожали, а между ними оставалось всего несколько сантиметров. — Экко… — произнесла тогда она тихо, почти неслышно. — Джинкс, — выдохнул он в ответ. Его пальцы осторожно скользнули по её щеке, большим пальцем он провёл по скуле, а другая рука, чуть нерешительно, легла на её талию, будто он боялся, что она отстранится. Но она не отстранилась. Напротив, её ладони медленно поползли вверх, дразняще касаясь его шеи, а затем добрались до затылка. Она словно изучала его, впитывая каждую деталь, прежде чем её руки скользнули ниже, к его плечам, крепким, напряжённым. Джинкс задержалась на секунду, её губы чуть дрогнули, дыхание участилось. Было слишком много несказанного, но в то же время всё, что происходило, казалось неизбежным. Она подалась вперед и прежде чем он успел что-то сказать, её губы мягко коснулись его. Поцелуй начался осторожно, почти невесомо, будто оба проверяли, не ошиблись ли. Затем её пальцы вцепились в его плечи, а его скользнули по изгибу её спины, и мир растворился в этом поцелуе. Но стоило ей только приоткрыть губы для него, как всё изменилось. Её губы были мягкие, но настойчивые, и когда её язык коснулся его, Экко затаил дыхание и ответил глубже, крепче, чувствуя, как она слегка дрожит в его руках. Их языки переплелись, и это уже было похоже на электрический разряд, волнующе, дразняще, требовательно. Их дыхание смешалось, а тела словно искали друг в друге опору. Экко наклонился, обхватывая её лицо ладонями, большим пальцем проводя по её щеке. Джинкс притягивала его ближе, словно опасаясь, что он исчезнет, растворится в этом ночном небе. Корабль качнулся, взревел двигателем. Они едва не потеряли управление, но, резко оторвавшись друг от друга, все-таки успели выровнять курс. Джинкс хрипло рассмеялась, облизывая пересохшие губы. — Кажется, мы чуть не разбились из-за… — она ткнула пальцем ему в грудь, — тебя. — Это ты меня поцеловала, — ухмыльнулся он. Она не ответила, но её пальцы ещё несколько секунд цеплялись за его запястье, прежде чем отпустить. *** Ночной воздух был густым, чуть влажным после дневной жары. Они вернулись на базу Поджигателей поздно, когда лагерь уже спал, укрывшись тишиной. Тестовый полёт был успешным. Корабль был готов. Всё работало, как надо. Они справились. В темноте мерцали крошечные огоньки, жуки-поджигатели, целыми роями плывущие над узкими проходами, цепляясь за стены, медленно колыхаясь в воздухе. Экко не торопился уходить спать к себе, оглядывался вокруг, прислушиваясь к ночному спокойствию. Где-то внизу кто-то тихо храпел. — Ну, думаю, всё, — Джинкс пожала плечами, бросая на него взгляд из-под ресниц. — Полет прошёл отлично, корабль не развалился, я не взорвала ничего важного… Думаю все круто. Наверное надо было разойтись по комнатам, лечь спать. Но Джинкс не двинулась с места и скрестила руки на груди. — Давай отметим это, что ли? — она чуть наклонила голову набок, ухмыльнулась ему. — У тебя есть что-нибудь выпить, Экко? Экко вскинул брови, будто застигнутый врасплох, но ответил быстро, почти на автомате: — Эм... Ну да, что-то найдётся, пойдём. Он провёл рукой по затылку, но всё равно усмехнулся, как же иначе? Джинкс уже сделала шаг к нему, словно подразумевая, что решение принято. Экко коротко кивнул и двинулся вперёд, ведя её по знакомым узким проходам базы. В его комнате было темно, лишь легкий свет жуков-поджигателей пробивался сквозь щели, отбрасывая дрожащие тени на стены. Они вернулись после полёта, напряжённые, возбуждённые, но в тишине комнаты что-то изменилось. Остались только взгляды, неровное дыхание и что-то, что кипело между ними с момента их первого поцелуя. Экко быстро прошёл к полке у стены, нагнулся, перебирая свои запасы, что-то пробормотал себе под нос, выдвинул ящик и, наконец, вытащил бутылку из мутного стекла, жидкость внутри была с подозрительным желтоватым оттенком. Джинкс прислонилась к косяку двери, склонив голову набок, наблюдая за ним с задумчивым выражением, которое могло, непредсказуемо, обещать что угодно. — Вот, — он повернулся, протянув ей бутылку, на этикетке которой давно уже ничего не читалось. — Это, наверное, самая ужасная вещь, которую ты когда-либо пробовала. Джинкс с ухмылкой взяла бутылку, подняла её на свет, будто пытаясь разглядеть содержимое, и открутила крышку. Запах тут же ударил ей в нос, резкий, с примесью чего-то травяного и чуть дымного. — Ну, посмотрим, насколько оно отвратительное, — она сделала глоток прямо из горла и тут же невольно закашлялась, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Фу-у-у... Да уж, это даже хуже, чем я думала. Экко усмехнулся, забирая бутылку у неё из рук и пригубив сам. Джинкс смотрела на него, не отводя взгляда. Тот самый огонь, вспыхнувший между ними в воздухе, никуда не исчез. Скорее наоборот, теперь, когда они стояли здесь, в тёмной комнате, он только разгорался. Она забрала у него бутылку обратно и поставила её на ближайшую поверхность, даже не глядя. В её глазах всё ещё полыхал адреналин после полета, но и ещё что-то, возможно вызов, желание и робкая тень неуверенности. Но медлить больше не имело смысла. Игры в намёки были хороши там, на корабле. — К чему эти танцы? Мы ждём пока этот момент станет ещё глупее? — выдохнула Джинкс, поднимая голову, встречаясь с ним взглядом. — Давай уже сделаем это. Голос ее чуть сорвался на последнем слове, но это не имело значения. Экко почувствовал, как его пальцы непроизвольно сжались в кулак. — Джинкс… — он выдохнул её имя, но не успел сказать больше. Конечно он хотел её. Слишком сильно, слишком внезапно, слишком опасно. Но он также помнил, что еще совсем недавно держал её в своих руках, когда она была на грани. Джинкс шагнула к нему, поспешно сбросила куртку на пол и, поймав его взгляд, стянула майку через голову. Её тело странным образом окрасилось мягким зелёным светом жуков-поджигателей за окном, их мерцание отражалось на коже, скользило по изгибам, по линиям шрамов. Она не стеснялась, не скрывала, только смотрела на него, будто ждала реакции. Экко не мог оторвать глаз. Линии её татуировок, завитки голубых облаков казались почти светящимися в полумраке комнаты. Он хорошо знал этот узор, видел его сотни раз, когда она носила свой короткий топ, но сейчас... Сейчас он подмечал каждую деталь иначе. Рисунок заходил на её грудь, плавно огибая изгибы её тела. Джинкс заметила его взгляд и приподняла бровь. — Собираешься пересчитать каждый завиток? — в её голосе скользнула насмешка. Экко хмыкнул, переводя взгляд на её лицо. — Может, и собираюсь, — бросил он в ответ, позволяя себе легкую ухмылку. Экко не сразу осознал, в какой момент оказался сидя. Может, это она осторожно усадила его на кровать, легко толкнув в грудь, а может, он сам опустился, когда её пальцы легонько пробежались по его лицу. И вот уже Джинкс села к нему на колени, словно это было самым естественным в мире. Её руки скользнули по его плечам, а тело прижалось к нему, нежно, несмотря на резкость её слов. — Ну? — прошептала она, наклоняясь ближе, касаясь губами его щеки, уголка рта. — Неужели боишься меня? Экко шумно выдохнул, слегка качая головой, но ничего не ответил. Он прижался к ней, поймал её губы в поцелуе. Её кожа была гладкой, под пальцами чувствовался бешеный ритм ее сердца. Джинкс была такой ласковой и тёплой между своими насмешками, и Экко ощущал, как это контрастирует с её обычной колкостью, или, быть может, каким-то образом дополняет её. Они целовались медленно, словно пробуя друг друга, изучая. Её язык легко проскользнул внутрь, встретился с его, и от этого Экко почувствовал, как внутри всё переворачивается. Внезапно что-то внутри неё вспыхнуло, лёгкое, незаметное, но Экко уловил это. Глаза Джинкс мерцнули, на секунду засветившись розовым, и поцелуй вдруг показался ему опьяняющим, как будто её сияние затопило его сознание, проникло внутрь, растекаясь по венам. Может, это была просто игра его воображения. Может, её мерцание действительно могло влиять на него. Или, возможно, он просто был слишком поглощён ею, слишком отчаянно хотел её, чтобы мыслить рационально. Его руки заскользили вверх по её спине, ощущая каждую дрожь её тела. Экко сглотнул. Горячая волна прокатилась по его телу, но он оставался на месте, будто боялся спугнуть её. — Ты уверена? — его голос был хриплым, едва слышным. Джинкс фыркнула, её губы изогнулись в насмешливой ухмылке. — Ой, да, Экко, я ведь просто так раздеваюсь перед парнями и сажусь к ним на колени, — протянула она с преувеличенной невинностью, одновременно медленно проводя пальцами по его ключице, спускаясь ниже, по груди. Её прикосновения были мягкими, изучающими. Она приблизилась, её губы скользнули по его щеке, к самому уху. — Думаешь, что я не знаю, чего хочу? — её голос стал тише, но не менее дерзким. Экко чуть сощурился, но улыбнулся краем губ. Джинкс вдруг отстранилась на секунду, потянувшись к его комбинезону. Её пальцы , быстрые, нетерпеливые, возились с застёжками, тянули за ткань, пока Экко не рассмеялся, помогая ей. Одежда соскользнула на пол, и тогда она замерла, её глаза скользнули вниз. Кожа Экко в полумраке комнаты казалась почти чёрной, тёплой, гладкой, оттенка крепкого кофе. Её же тело, напротив, было бледным, с голубоватыми прожилками вен. — Хм... — Джинкс провела пальцем от его ключицы до живота, следя, как её палец словно оставляет на нем невидимый след. — Выглядит, будто тебя вырезали из темноты и приклеили сюда. Круто. Экко фыркнул, но не успел ответить, когда она вдруг потянулась к поясу своих штанов и одним резким движением стянула их с себя, оставшись полностью обнажённой перед ним. Ну, разумеется никакого нижнего белья она не носила. Он моргнул, а потом отвёл взгляд, пытаясь сдержать жар, разливающийся внутри. — Тебя что-то смущает? — протянула Джинкс, проводя своим металлическим пальцем по его груди. Экко тихо хмыкнул, чуть склонив голову. — Просто неожиданно. Она ухмыльнулась, наклоняя голову, но её взгляд на миг стал изучающим, почти задумчивым. — А что, та… другая я носила кружевные трусики? — в её голосе скользнула насмешка, но Экко уловил и что-то ещё, колкость, спрятанную за лёгким тоном. Он замер на мгновение, потом коротко вздохнул. — Понятия не имею. — Не успел проверить? — Джинкс склонила голову набок, сжимая губы, будто сама поняла, что заходит слишком далеко. Экко нахмурился, но не ответил. В воздухе повисло напряжение, и Джинкс небрежно пожала плечами. — Просто так удобнее. — бросила она, будто говоря о самой банальной вещи в мире. Он фыркнул, качая головой, а она тихо засмеялась, прежде чем снова поцеловать его, зарываясь пальцами в его волосы, словно возвращая его туда, где между ними не было ничего, кроме этого момента. Экко позволил своим рукам изучить её, проводя по изгибам талии, по линиям рёбер, пока пальцы не легли на её бедра, а затем медленно спустились еще ниже. Это вызвало в нём горячий, мучительный отклик, желание, которое преследовало его в его самых смелых, самых запретных снах. Джинкс замерла, едва заметно вздрогнув, но её глаза вспыхнули интересом. — О-о, — она прикусила губу, наблюдая за ним. — Значит, не я одна об этом думала? Экко тихо выдохнул, стиснув зубы, но не отстранился. Джинкс застонала в его губы, её пальцы зарывались в его волосы, требовательно, притягивая его ближе. Она хотела большего и он знал это. Экко перевернул её, и уложив на кровать, завис над ней, глядя в её лицо. Ее губы припухли от поцелуев, глаза мерцали. — Я не хочу, чтобы ты потом жалела… — его голос дрожал. — Ох, просто замолчи... — прошептала она и притянула его к себе, губами касаясь его шеи. Они сплелись в объятии, горячо, пылко, но в то же время нежно. Его губы оставляли поцелуи на её коже, руки двигались по её телу осторожно, словно запоминая каждую линию, каждый изгиб. В какой-то момент Экко остановился, прижавшись лбом к её лбу, дыхание сбилось. — Ты уже делала это раньше? — вопрос вырвался сам собой, его мучил этот момент. Он сомневался, что Силко позволил бы кому-либо прикоснуться к своей "дочери", но… она так уверенно себя вела сейчас, так легко сбросила перед ним одежду… Джинкс усмехнулась, лениво водя своим металлическим пальцем по его щеке. — А ты? — парировала она. — Я первый спросил. — М-м-м… А сам как думаешь? — её хриплый голос был наполнен дразнящей насмешкой. Но во взгляде плескалось будто всё сразу: похоть, желание… и что-то ещё, едва уловимое. Быть может тень сомнения, упрятанная так глубоко, что она сама её не осознавала. Или же неуверенность. Не в себе, не в нём, а в самом моменте, в том, насколько долго он продлится, не разрушится ли всё в следующий миг. Джинкс не дала ему ответить. Вместо этого её ладонь отправилась вниз, и он вздрогнул, когда её пальцы осторожно скользнули по нему. Экко зашипел сквозь зубы, стиснул их, прежде чем накрыть её руку своей, направляя, показывая нужный ритм. Он встретился с ней взглядом. В её глазах горел вызов, но вместе с этим и явный интерес, жадность к его реакции. — Так? — с притворной невинностью спросила она. Экко закрыл глаза, выдохнул, но не мог сдержать улыбки. Он уже едва сдерживался чтобы не кончить прямо ей в руку. Это было бы так глупо. Он стиснул зубы, подавляя рваный стон, и прежде чем всё зашло еще дальше, его собственная рука скользнула вниз, ловко перенаправляя её ласки. — Почти… — хрипло выдохнул он. Прежде чем он успел сказать ещё что-то, её пальцы замерли. Дыхание сбилось, она напряглась, словно забыв, что делала, не в силах сосредоточиться, пока он касался её в ответ. Джинкс изогнулась под ним, её губы разомкнулись в беззвучном стоне. Он изучал её так же, как до этого она его, медленно, на грани терпения, наслаждаясь каждым ее дёрганым вдохом, каждым дрожащим движением. Она тихо застонала, подалась вперед, навстречу, её ногти впились в его плечи, оставляя тонкие следы на коже, а потом едва слышно прошептала его имя, двигаясь в такт движениям его пальцев в ней. — Ч-черт… — выдохнула она, и в следующую секунду резко качнулась в сторону, вынуждая его ослабить хватку. Ещё миг, и она выскользнула из-под него, одним гибким движением, и оказалась сверху, обхватив его бёдрами. Экко чувствовал, как она дрожит, от возбуждения, от волнения. Он сдержанно провёл руками по её талии. Джинкс задерживала дыхание, словно боялась, что оно каким-то образом выдаст её, и двигалась осторожно, медленно, пробуя, прислушиваясь к ощущениям. Её пальцы давили на его плечи, пока она постепенно принимала его в себя. Экко почувствовал это едва заметное сопротивление, мимолётное, но достаточное, чтобы заставить его сердце бешено колотиться. Он стиснул зубы, ощущая, насколько она тугая, напряженная вокруг него, но не торопил, позволил ей двигаться в своём ритме. Его собственное дыхание сбилось, инстинкты тянули его вперёд, жаждали большего. Хотелось еще глубже, еще сильнее, ибо она была такой восхитительной. Но он сдерживался, цепляясь за последние остатки самоконтроля. — Джинкс, — голос Экко прозвучал хрипло. — Мы можем... медленнее. — Заткнись, — она фыркнула, но её смешок сорвался, когда он провёл ладонями вверх, поддерживая, а затем легко перевернул ее, укладывая на спину.— О... Вот так... лучше. На мгновение она замерла, ресницы дрогнули. Экко заметил, как её руки чуть сжались, словно она не была уверена, двигаться дальше или остановиться. — Всё нормально? — прошептал он, заглядывая ей в глаза. Джинкс улыбнулась, хрипло выдохнула. Вместо ответа её ноги обвились вокруг его талии, а затем одна скользнула выше, закидываясь ему на плечо. Её движение было неожиданным, и он слабо выдохнул, когда почувствовал, как это изменило угол проникновения и глубину. — Вот так. — прошептала она, едва сдерживая дрожь в голосе. Их движения становились всё более смелыми, тела двигались в едином ритме, вспышки удовольствия разгорались, становясь всё сильнее. Её ногти впивались в его спину, дыхание смешалось с его. Экко почувствовал, как она сжимается вокруг него, горячая и пульсирующая, и этого оказалось достаточно, чтобы его собственное тело тут же взорвалось ответной волной. Он глухо застонал, вжимаясь в неё глубже, пока мир не распался на осколки, только её кожа под его губами, её запах, её прерывистые стоны в его ухо. Джинкс обмякла, её дыхание было неровным, а по щеке скатилась капля пота. Она не отпускала его, словно боялась, что если разомкнёт объятия, то всё окажется сном. — Экко, я... — выдохнула она хрипло, и её голос дрожал. Экко не ответил. Просто прижал лоб к её плечу, чувствуя, как их сердца бьются в унисон, быстро, громко. После, лежа в его объятиях, Джинкс небрежно водила кончиками пальцев по его груди. — Ты сейчас слишком гордишься собой, да? Экко усмехнулся, поглаживая её по спине. — Просто рад, что не облажался. Джинкс фыркнула и на мгновение зарылась носом в его шею. Затем подняла голову, её волосы касались его шеи, а взгляд стал изучающим. — Почему ты не пришёл ко мне раньше? — её голос прозвучал тихо. Экко, лежавший под ней, усмехнулся, слегка приподняв одну бровь. — Потому что у меня не было запасной головы, если бы ты решила взорвать ее. Джинкс не смогла сдержать смешка и тут же шлёпнула его по плечу. — Поэтому сначала ты построил машину времени? Да ты просто читер. Но, наверное, это разумно... — она хмыкнула, притворно закатывая глаза, но её руки осторожно коснулись его лица, словно она пыталась запомнить на ощупь каждую черту. Экко смотрел на неё, чувствуя, как внутри всё сжимается от чего-то необъяснимого. Она в самом деле была здесь. С ним. Они действительно только что занимались любовью. Снаружи по-прежнему царила ночь, тихая спокойная. Как будто весь мир затаился, наблюдая за ними, двумя сломанными деталями, которые, против всех ожиданий, подошли друг к другу.