Пожалуйста, поправляйся быстрее

      Нет, это же так угораздило Рина заболеть весной, когда солнышко посылает свои нежные лучики, чтобы наконец все уже согрелись и проснулись от зимнего сна. О! Так еще застудиться так, что с постели еле встанешь, что уж говорить о тренировках, которые пришлось на время оставить, что, конечно, совсем не радовало Итоши.       Оттого он все время либо читал, либо листал новостную ленту в социальных сетях, завистливо морща нос от результатов товарищей по Синей Тюрьме, либо втихаря пытался потренироваться. Почему втихаря и пытался? А, так это потому, что один загорелый молодой человек с белыми волосами, постоянно растопыренными в стороны, взял на себя ответственность во что бы ни стало следить за ходом лечения больного.       Потому, если Рин встал слишком тихо, на его взгляд, или выглядел подозрительно (все оставшееся время), Шидо с несказанным удовольствием напрыгивал на того и, пользуясь случаем слабости, начинал того нещадно щекотать или того хуже, принимался кусаться.       Не с первого раза, но Рин понял, когда уже был весь в засосах от Шидо, что тут лучше занять неугомонный ураган, позволив ему, так уж и быть, сыграть свою роль в выздоровлении. В общем, дал Итоши список того, что надо было купить, но, предвещая, что что-то может все-таки пойти не так, написал только самое важное и проговорил по слогам названия препаратов.       Вы бы видели, как засияли глаза Шидо, как нетерпеливо он выхватил из рук листок, и, накинув на себя верхнюю одежду, удалился, оставив за собой ожидаемую тишину и покой. Это были самые приятные 30 минут в жизни Рина, он даже успел слегка размяться, пока не услышал, как в подъезде начали топать слишком быстро чьи-то тяжелые шаги.       Итоши был вынужден быстро шмыгнуть под одеяло, натянув то до носа, а после только наблюдать, как дверь квартиры распахнулась с такой силой, что хлопнула о стену, оставив от ручки небольшой скол. — Ринчик! Тебе лисичка передала лекарства! — Шидо ворвался в квартиру, размахивая пакетом, из которого уже вываливалась упаковка с подозрительно синими капсулами.       Рин приподнял веко, налитое свинцовой усталостью. Головная боль пульсировала в такт тиканью часов на кухне: у него была патологическая непереносимость громкости Рюсэя. — Я просил ТераФлю. — Вот же! — Шидо лихо потряс коробкой «ТерраФорм» с криво наклеенной этикеткой, возможно из-за того, что юноша нещадно сдавливал ее руками, — Последний в аптеке! Тишина повисла плотнее зимнего одеяла. Рину стало жарко, он раскрылся, чувствуя, как краснеют его щеки, а еще напрягается лоб — как такое можно было перепутать? — Это противоглистное. Шидо замер. Медленно перевернул упаковку. Моргнул. Потом еще раз. Посмотрел на листок, на упаковку и ухмыльнулся. — О. — О, — сухо повторил Рин.       Это зря что ли Шидо в очереди всех разворотил, чтобы купить последнюю упаковку? Ну, бывает, он потер затылок. — Зато теперь у тебя точно не будет паразитов! — невозмутимости Шидо можно было позавидовать, — Кроме меня. Рин закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. В этот момент в его поле зрения въехало ведро мятного мороженого с кусками имбирного печенья. — Твое любимое, я же знаю, — Шидо прилег рядом с Рином на кровати, непонятно откуда вытаскивая маленькую ложечку, на кончике которой сидела смешная кошечка Хеллоу Китти, — чтобы горлышко... — Если ты сейчас скажешь «холод уменьшит отёк», я выброшусь в окно, — остановил того Рин, чувствуя, как начинает закипать его самоконтроль.       Чтобы добро не пропало, Шидо, конечно, всунул себе в рот кусок мороженого, медленно привстав на локтях, чтобы приблизиться к лицу Рина, который лишь отвел взгляд. Рюсэю нравилось, когда он так близко, что ему было слышно его дыхание. — Ладно, тогда следующее блюдо чай! С мёдом! И... эээ... перцем! — Рюсэй коснулся подушечкой пальца щеки Рина, мягко поглаживая ее, — Не дуйся, я вылечу тебя в мгновение ока.       Через пять минут Рин смотрел на кружку с чёрной жидкостью, в которой плавало нечто, напоминающее то ли корень имбиря, то ли кусок коры. — Это яд. — Это любовь! — Шидо уселся на край кровати, как котенок глядя на больного, — Ну попробуй хоть глоточек!       Рин вздохнул. Взял кружку. Сделал вид, что пьёт. — Отвратительно.       Шидо выдохнул, стерев пот со лба, оказывается, он еще и переживал: — Значит, правильно приготовил, — он лег на ноги Рина, гладя его ноги ладонью и глядя на едва подрагивающий кадык на его горле. Итоши терпеть не мог Шидо, ведь когда Рюсэй смотреть на него так, ему даже хотелось перестать ехидничать.       За окном стемнело. Где-то за стеной сосед включал телевизор. Шидо, наконец, замолчал, уткнувшись в телефон, и Рин мог просто смотреть, как свет экрана выхватывает его профиль из темноты.       Он не знал, почему терпит эту навязчивую заботу. Почему не вышвырнул его за дверь. Почему в глубине души этот идиотский чай казался... не таким уж противным. — Завтра купишь нормальное лекарство, — пробормотал Рин, отворачиваясь к стене, хватая уголок одеяла. —Всенепременно! — Шидо тут же оживился, когда о нем вспомнили, он лег рядом, утягивая в крепкие объятия, напоминающие больше удушающий прием, — И ещё... я приготовил для тебя еще одно лекарство.       В одно мгновение Шидо навис на Рином, утягивая того в глубокий, жаркий поцелуй, который все еще отдавал нотками того дурного снадобья, что сделал Рюсэй, но ему было все равно, юноша мгновенно пустил ладонь в черные волосы партнера, слегка приподняв голову.       Итоши тут же начал извиваться, пытаясь вырваться из захвата, но массивное тело над ним не позволяло это сделать, потому он просто ожидал, пусть и слегка приоткрыл рот, чтобы впустить юркий язычок Шидо.       Рюсэй отстранился, он слегка опустился, чтобы приблизить лицо к шее Рина, но тот схватил его плечи, сердито добавляя: — Я говорил тебе не целоваться со мной, заболеешь же, — бирюзовый взгляд сквозил холодом, но покрасневшие щеки отнюдь не от жара говорили о другом. — Я все равно пью из твоей кружки, — Шидо подул на Рина, чтобы пряди на его лице смешно распластались, а после коснулся носом его носа, — Вдруг ты отравишься всей той гадостью, которой я тебя пою.       Рюсэй потянулся за еще одним поцелуй, но перед ним появилась тонкая ладонь Итоши. Шидо хихикнул, обхватил эту любимую руку и поцеловал бережно каждый пальчик, он знал, что от такого Рину точно станет спокойнее. — Не заболею, не волнуйся.       И вновь их тела сплетаются под рождающейся страстью.       А на следующий день они будут лежать с температурой уже вдвоем. Напряженный Рин, в жизни которого стало еще больше Шидо, и довольный Рюсэй, который может бесконечно долго целовать Итоши, после того, как побрызгает спреем горло.       В любом случае лекарства можно и заказать курьером?