Никогда не бывает поздно, пока человек жив.

Я не знаю, для чего это пишу. Просто, наверное, собираю в кучу все накопившиеся мысли. Возможно, мне станет легче от этого. А может быть и нет... В общем-то, посвящаю эти записи своему умершему лучшему другу. Знаю, он их уже никогда не прочтёт, но тем не менее. Я каждый день вспоминаю всё, что мы пережили вместе. И в горе и в радости - всегда Ярик и Коля. Всегда справлялись со всем вместе. Поддерживали друг друга. Каким же я был глупым. Я видел, я понимал, что он чувствует. Но почему я это игнорировал? А когда он сказал прямо... Я и это проигнорировал. Как я мог так играть его чувствами? У меня они тоже были. Теплые чувства к нему. Но я не принимал их. Всегда отрицал и ругал себя за это. Вот они, последствия гомофобии снаружи и внутри. В тот день... В тот день мы с Яриком гуляли ночью. Мы тогда были ещё школьниками, и я часто сбегал из дома по ночам. Я бы не делал этого, если бы не вечно пьяный отчим, которого мать притащила чёрт знает откуда. Наверное, с помойки или свинарника. Настолько отчаялась... И я не хотел быть с ним в одной квартире. Он не бил меня или что-то типа такого, но мне было мерзко, просто отвратительно смотреть на его противное лицо. А Ярик всегда внимательно слушал мои жалобы. В том числе и в ту ночь. Мы стояли на пустом мосту, смотрели на небо. Точнее, смотрел на небо лишь я, а Ярик - на меня. Я всегда называл его коротко - Яр - и тогда, опустив наконец голову, тоже обратился к нему всего двумя буквами. До этого стояли молча. Он смотрел мне в глаза. И в его взгляде я тогда увидел всю Вселенную. На глазах отражался свет космических объектов, что придавало им неземную красоту. Хотя, они и без того поистине прекрасны. Так вот... Он смотрел на меня, а я на него. И снова молча, ведь на моё короткое "Яр" он не ответил ничего. Вот, просто смотрели. А потом он опустил голову. А потом отвернулся и чуть отшагнул. "-Ярик?" - вновь позвал я. Но он снова промолчал. Тогда и я замолк. Почему-то тёплая тишина вдруг стала тяжёлой и холодной. И даже дыхание спёрло на миг. Он явно что-то хотел сказать, я это отчётливо видел. А потом я похлопал его по плечу. Тогда-то он и заговорил: "-Хочется быть к тебе ближе..." . Протянул эти слова он тихо, вздыхая, словно был глубоко опечален. Я пробормотал в ответ: "-Да мы и так донельзя близки, всегда вместе, ведь так?" . "-Ты не понимаешь." - заключил он, а потом оперся о забор и посмотрел вниз моста. На спокойную реку. И добавил: "-Ближе, чем друзья.". Я, совершенно глупый, просто идиот, посмеялся тогда. Просто посмеялся. Просто посмеялся, и с того момента между нами повисла пропасть. Не было уже вечно находящихся вместе Коли и Яра. И я, даже я, такой безмозглый, понимал, почему. Я буквально отверг его. Тогда я думал, что это самое правильное решение. Я старался налаживать личную жизнь после прекращения нашей дружбы. Встречался с девушками даже. Но мне не было с ними интересно. Я был глуп и слеп. Я только тогда начал всё осознавать. Тогда, когда, как считал, стало уже поздно. Первое время Яр появлялся в моей жизни. Смотрел на меня, когда я был с девушкой, например, в школе. И взгляд этот был вовсе не злой, не обиженный, а пустой. Совершенно пустой. И тогда в его глазах не сияли никакие звёзды, и взгляд стал совершенно не тем. Это было словно нож в печень. Я тогда хотел броситься к нему, обнять и начать бесконечно извиняться, а потом признаться в ответных чувствах. Но не делал этого. Я каждый день засыпал с чувством вины и невыносимой тяжестью на душе. Я понимал, что люблю его. Но боялся, был уверен, что уже поздно, поезд уехал. Но на деле никогда не бывает поздно, пока человек жив. Ярик умер спустя месяц после своего признания. Он попал под машину. Было заключено, что это лишь несчастный случай. Но я винил себя. Я был уверен, что это из-за меня. И сейчас я в этом уверен. И я люблю его, на самом деле любил всегда и буду любить дальше. Только теперь всё, что от него осталось, это некоторые вещицы, могила на кладбище, да память.