Сад пауков. #3.5 Фоллокост

      У выхода из класса меня уже ждала не кто иная, как Эллис. Сначала я удивился, увидев младшую сестру возле ряда синих шкафчиков, но тут она наклонилась поправить шнурок, и я заметил свой злосчастный рюкзак у нее за спиной.       Когда она увидела меня, то улыбнулась и протянула мне мою потеряшку.       — Твой водитель чуть с ума не сошел, когда понял, что ты его забыл. Но, похоже, ты и так справился. — Она протянула руку, выхватила у меня из пальцев листок и быстро пробежалась по нему взглядом. — Только посмотри, какой у тебя аккуратный почерк! — Она приподняла бровь. — Рейверы? Папа их видел уже сотни. — Вернув листок, она немного нахмурилась. — Сможешь сегодня уговорить его помочь тебе с домашкой? — Она надула губы, прикусив одну из них. — Он всегда становится чуть веселей, когда вы проводите время вместе.       Щеки вспыхнули. Мне, кажется, польстило, что она заметила это в Силасе, хотя я не был до конца уверен.       — Ага, попрошу его, — ответил я. — Он сказал, что уедет и может не вернуться к моему приходу… говорил, что собирался… — Я осекся, заметив, как рядом с нами мелькнула тень. Обернувшись, я почувствовал, как во мне вскипает злость: рядом стоял Сакарио, жуя чипсы и слушая наш разговор с видом, будто это захватывающий сериал.       — Ты что, охренел?! — взорвался я. — Это вообще-то личный разговор.       — А ты вообще-то в общественной школе, — пожал он плечами, закидывая в рот очередную горсть чипсов. — У тебя моя ручка. Я ее любил. Мы столько всего пережили вместе. — Он протянул ко мне руку, перепачканную крошками и жиром. — И бумагу тоже. Я любил этот листок как родного ребенка.       Я уже потянулся было, чтобы вернуть ручку, но замер. Этот идиот все утро цеплялся ко мне на уроке, а теперь еще и мешает мне разговаривать с сестрой? Да я, блядь, принц. Могу и в рабство его отдать, если захочу. Пора ему понять свое место.       — Теперь это моя ручка. И мой листок, — холодно ответил я. — А ты иди на свой урок и не мешай мне говорить с сестрой.       Сакарио сунул в рот последнюю чипсину.       — Как скажешь, Принси. — Он развернулся и пошел прочь. Я смотрел ему вслед с такой яростью, что не удивился бы, если бы его башка взорвалась к херам. Этот человек был невыносим. Абсолютно.       — Уже успел завести друзей? — приподняла бровь Эллис.       'Он — друг?! Ага, как же.'       Я фыркнул.       — Я вообще без понятия, кто это, но он раздражает он меня до чертиков. — Я снова повернулся к ней и вытащил расписание из кармана. — Мне надо идти на следующий урок. Спасибо, что принесла рюкзак, без него было… унизительно. Все пялились.       'И не только из-за него.'       — Не за что. — Эллис с любопытством оглядела коридор. — Никогда не видела столько подростков в одном месте. — Вдруг она прищурилась, уставившись куда-то мне за спину. — Ты только посмотри на них.       Я обернулся и увидел четверых девчонок, шествующих по коридору. Они выглядели… как ведьмы. Все в черном — черная подводка, черная помада, волосы тоже черные: то ли крашеные, то ли от природы. И на них были странные вещи — юбки, высокие сапоги на каблуках, сетчатые колготки, перчатки, куча браслетов и ожерелий. Все были одеты одинаково, словно они не просто компания, а тайный орден… или ковен.       — Фрики, — пробормотал я. Но когда снова взглянул на Эллис, та продолжала смотреть им вслед.       Одна девушка из странной компании, проходя мимо, улыбнулась моей сестре:       — Ты ведь Эллис Деккер? Принцесса Эллис Деккер?       Принцесса Эллис кивнула.       — Ага, я просто зашла передать рюкзак брату.       — У тебя такие красивые глаза! — Ведьмочка подлетела ближе. Я невольно отступил — от нее так приторно несло духами, что хотелось зажать нос. — И волосы! Ты бы выглядела потрясающе с легким макияжем! Правда, девчонки?       Ведьмовская стая хором заохала. Эллис явно растерялась от такого внимания.       — Папа меня убьет, — нервно рассмеялась она. — Зато у тебя крутые браслеты! Где ты их брала?       Я застонал и привалился к шкафчику. Женщины такие странные. Очень странные.       — В «Жизель» возле торгового центра Скайвью, — ответила другая. У нее лицо было выбелено пудрой до меловой бледности, а в ушах поблескивали серьги в виде черепов. — И еще в нескольких местах, но в «Жизель» выбора больше. — Она протянула руку. — Какой тебе больше нравится?       Я провел рукой по лицу и мысленно воззвал ко всем мертвым богам — пусть уже меня насмерть ударит молния или прозвенит этот долбаный звонок.       — Серьезно? Спасибо! — Я снова включился в происходящее. Ведьма сняла с руки черный браслет с серебряными кельтскими завитками и надела его на запястье Эллис. Видимо, он понравился моей сестре больше остальных. — Обязательно загляну в «Жизель».       — Мы часто тусим в том торговом центре, может, еще увидимся, — сказала девушка. Затем взглянула на меня и… улыбнулась. Помада на ее губах была похожа на собачье дерьмо, полежавшее пару дней на солнце. — А брат у тебя красавчик. Фиолетовые глаза? Просто мечта.       Я уставился на нее с ужасом. И от нее, и от всего происходящего.       — Мне… надо идти на урок. — Но бросить Эллис здесь значило нарваться на неприятности. Я должен был проследить, чтобы она ушла. — Пошли, мне надо найти свой класс до звонка.       Эллис посмотрела на меня, будто на надоедливого комара. Жаль только, что мне было абсолютно плевать. Я схватил ее за руку и вырвал из толпы ведьм, закатив глаза, когда она радостно выкрикнула им слова прощания и пообещала встретиться позже.       'Ага, «папа» будет в восторге.'       Эллис уехала домой и даже не обиделась на то, что я ее утащил. Наоборот, она казалась взволнованной тем, что наконец завела подруг. До этого она дружила только с Аньмэй Чжоу, и они постоянно ссорились.       Я заглянул в расписание — следующим был английский, десятый класс. Женщина за стойкой подсказала мне где находится нужный кабинет, и я решил сразу же направиться туда, чтобы успеть занять себе место. В кино крутые парни всегда сидели на последнем ряду, а я, в общем-то, хотел быть крутым.       Но стоило мне свернуть в нужный коридор, как прозвенел звонок. Я ускорил шаг, юркнул в класс английского и занял место у стены на самом дальнем ряду. Люди стали входить один за другим, и каждый, абсолютно каждый, кто переступал порог, бросал на меня взгляд, а потом смотрел во второй раз, будто не поверив своим глазам. Обычное дело, такое случалось каждый раз, когда я появлялся на публике, но меня это все еще раздражало.       Я сделал вид, что занят: достал папку — на четырех кольцах, с тканевой обложкой и молнией, чтобы незакрепленные листы не вываливались, — и учебник, по которому мы будем заниматься.       — Ни хрена себе. Это же Илиш, мать его, Деккер.       Я поднял глаза — и сердце мое пропустило удар.       Тодд.       Десятый класс… Значит, Тодд учился в десятом. Он учился со мной в одном классе. В одном классе!       Я уставился на него, онемев. На его серые, с живым огоньком глаза, на идеально уложенные черные волосы, на ямочку на левой щеке…       ‘Блядь. Я же откровенно пялюсь на него. Скажи что-нибудь.       Илиш, скажи что-нибудь.       Блядь, хоть что-нибудь.’       — Не ожидал тебя здесь увидеть, — выпалило мое тело до того, как я успел его остановить.       'Нет.       Нет-нет-нет, что ты несешь?! '       Тодд рассмеялся и снова мне подмигнул. Он толкнул локтем какого-то парня у себя за спиной и кивнул в мою сторону:       — Принц Скайфолла, оказывается, крутой парень. Смотри, ему не западло сидеть рядом с простыми смертными. — Он подошел ко мне и уселся на стул сбоку, откинулся назад и ослепительно улыбнулся. — Просто не смог меня забыть, да?       Я опять уставился на него, в ужасе от того, насколько точно он подметил… ну, почти. Но здравый смысл вовремя напомнил, что он просто шутит, вряд ли он действительно знает, почему я здесь. Я успел взять себя в руки прежде, чем сморозил очередную глупость.       — Ага, размечтался, — выдавил я с натянутым смешком. — Если уж мне придется замещать короля Силаса, надо же понять, как живет народ. Да и, если честно, в том небоскребе смертельно скучно. Захотелось приключений.       'Вот это да, Илиш. Молодец. Так держать! '       Улыбка Тодда стала шире. Господи, он был таким… другим. По сравнению с последним придурком, сидевшим со мной в предыдущем классе, этот парень был как глоток свежего воздуха. Сакарио бы не помешало у него поучиться.       — А что с твоей рукой? — спросил он.       'Кстати, о придурках…'       Я опустил взгляд на следы от ручки и натянул рукав до запястья, прикрывая синие линии.       — Один идиот с предыдущего урока, — отмахнулся я. — Такие встречаются в любом классе, правда?       Тодд взглянул на меня с веселой усмешкой и ткнул в бок своего друга — круглолицего, с кудрявыми волосами и очками в толстой оправе.       — Милый же, скажи? Это он меня отвлек, когда мы с Марио поцапались.       Тот, второй, взглянул на меня, вскинул брови:       — И я понимаю, почему Марио так взбесился. Флиртовать с принцем…       Глаза Тодда округлились. Он резко обернулся и шутливо ударил друга в плечо.       — Ему ж лет двенадцать, заткнись. Боже, чувак…       — Мне уже тринадцать! — поспешно вставил я. ‘Он… он флиртовал? Значит, я ему тоже понравился? ' — С-седьмого февраля. День… день рождения.       Уши Тодда слегка покраснели. В левом он носил сережку на хряще. Я всегда мечтал проколоть уши, как у Силаса, но он сказал, что мне можно будет, когда… когда стану подростком.       — Точно, вспомнил. Прости, Илиш.       Он снова улыбнулся, вернув себе прежнюю непринужденность, и собрался было сказать еще что-то, как вдруг кто-то кашлянул. Мы оба обернулись — весь класс уже заполнился, а у доски стоял наш преподаватель.       — Ну вот, раз все уже на месте… С возвращением, надеюсь, все хорошо провели выходные и отпраздновали Скайдей.       Он перевел взгляд на меня и слегка приподнял подбородок.       Разглядев преподавателя английского получше, я понял — он был довольно привлекательным молодым мужчиной. Черные волосы, завивающиеся на концах, длинная челка, спадающая на выразительные синие глаза. Густые брови. Аккуратно подстриженная бородка.       — А у нас тут и новый ученик. Добро пожаловать, принц Илиш. Я — профессор Бритен. Уверен, мой курс покажется вам детской забавой, но надеюсь, вы окажете мне честь и будете его исправно посещать.       Он улыбнулся, и я неожиданно поймал себя на мысли, что он мне нравится.       — Кто знает, может, скоро я сам буду его преподавать, — отозвался я и тоже улыбнулся. Постарался выдать это за снисходительную ухмылку. Даже не верится, что я это ляпнул. Кажется, жить рядом с острым на язык Силасом пошло мне на пользу.       Профессор Бритен рассмеялся и постучал пальцами по краю стола, потом оттолкнулся от него:       — Буду следить за Вашими успехами, Ваше Высочество.       С переднего ряда раздался презрительный смешок. Его издал здоровяк, выглядевший куда старше остальных. Он со стуком закинул ногу на парту — на нем были армейские ботинки, явно легионерские.       'О, отлично. Придурок из Легиона.'       — Ваше Высочество? Да ему тринадцать. И почему мы вообще должны прогибаться под гребаный протокол, как будто он тут главный? Если королевский карапуз хочет почувствовать себя простолюдином, пусть и обращаются с ним, как с одним из нас.       Ну нет, здоровяк был неправ. Какой «карапуз»? Я уже был почти одного роста с Силасом.       В классе повисла тишина. Половина учеников уставилась на меня, вторая — на парня, сидящего передо мной.       Профессор Бритен прочистил горло и указал на дверь:       — Вон. Немедленно. Позвони на базу Скайленда и скажи отцу, чтобы назначил со мной встречу.       Юноша с коротко стриженной головой и мощной шеей наклонился вперед:       — Ты серьезно? Да ты, блядь, издеваешься!       Он с грохотом ударил по парте ладонями.       — Вовсе нет. А теперь марш, Тиберий. Если ты не поднимешь свою задницу и не выйдешь отсюда, я сам позвоню королю Силасу и расскажу, что ты только что сказал о его принце. И отец твой это тоже услышит.       Тиберий снова стукнул по парте, а затем резко оттолкнул ее. Он подошел к профессору и дернулся на него, словно собирался наброситься, но тот и бровью не повел. Это почему-то только подзадорило Тиберия. Он ухмыльнулся, развернулся на каблуках и направился к двери. Прямо перед тем как выйти, он бросил на меня такой злой, пронзительный взгляд, что, казалось, хотел прожечь дырку в черепе. Я спокойно выдержал его, не моргнув. Здоровяк исчез, хлопнув дверью.       Профессор тяжело вздохнул и пробормотал себе под нос парочку неприличных слов.       — Прошу прощения, принц Илиш. Его отец, когда не на службе, напивается и избивает его. Вот он и вымещает гонор на тех, кто кажется ему опасным.       По классу прокатилась волна шепота и сдавленного смеха. Даже я не сдержал улыбки.       — Ну что, продолжим?       Урок английского проходил спокойно, и мне было интересно. Тодд, похоже, был прилежным учеником, потому что ни разу не заговорил со мной и даже не поглядывал в мою сторону. Зато профессор Бритен постоянно обращался ко мне с вопросами, и я ни разу не ошибся в ответах. Он восхищался моей начитанностью, отчего мне казалось, что я парю над стулом от гордости.       Под конец занятия он задал нам книгу для чтения. Мы должны были прочитать «Дающего», антиутопию о мире, в котором правительство контролирует буквально все, а любые эмоции и свободы под запретом. Я почти не сомневался, что Силас сам включил ее в школьную программу, чтоб лишний раз всем напомнить, как им повезло. Профессор хотел, чтобы мы читали по десять глав за раз, а потом писали эссе с личными впечатлениями. Сдать их нужно было к концу года. Я тихо фыркнул — настолько это показалось смешным.       Профессор посмотрел на меня:       — И что вас так развеселило, принц Илиш?       — Да просто… — я пожал плечами. — Я такие книги за день читаю.       — Боже… Заткнись, — прошипела какая-то рыжеволосая девочка. Я вообще не понял, что ей не понравилось.       Пока профессор не продолжил:       — Он прав. Для пятнадцатилетних это действительно слишком просто. У вас месяц на прочтение. А ты… — он посмотрел на меня с искоркой в глазах. — «Дающего», «Над пропастью во ржи»…       — Читал.       — «Убить пересмешника»…       — Трижды.       Профессор прищурился и медленно пошел ко мне:       — «1984»?       — А Вы как думаете?       Класс уже тихо хихикал. Я скрестил руки на груди и ухмыльнулся.       — А Вы сами их читали, профессор?       Профессор Бритен оперся рукой о мою парту, наклонился и улыбнулся:       — Не нарывайся, принц. Я все-таки твой учитель.       — Ну, наслаждайтесь, пока можете, профессор.       Мы уставились друг на друга, и за спиной у него класс дружно выдал громкое: «Ооооо!»       Профессор обернулся на этот звук, потом снова взглянул на меня.       — «Сумерки», — сказал он просто.       Я моргнул, уставился на него, потом прищурился:       — Что?       — Ты читал их, Илиш? Ну конечно читал. Уверен, ты за Эдварда, да?       — Что?! — Я чуть не задохнулся от возмущения. — Ни за что бы не стал читать такую чушь!       Профессор цокнул языком и скрестил руки:       — Значит, я нашел что-то, чего принц Илиш не читал. Хочу, чтобы ты прочел все три книги до конца учебного года и написал эссе по шесть тысяч слов на каждую. «Затмение» осталось незаконченным черновиком, но ты, я думаю, справишься.       Смотря в мои в ужасе распахнутые глаза, он довольно ухмыльнулся и добавил:       — Приятного чтения, принц Илиш.       Класс взорвался от смеха, а я вжался в стул. Вот в этот самый момент я бы с радостью согласился на капсулу с цианидом под коронку. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Меня только что переиграл гребаный скайлендец!       Остаток урока прошел без происшествий. Я то и дело пытался перехватить взгляд Тодда, чтобы заговорить или хотя бы встретиться глазами, но он меня будто не замечал, только изредка тыкал в спину своего друга, сидевшего впереди, чтобы побесить его.       Когда прозвенел звонок, я собрал свои вещи и поднялся. Чувствуя затылком все те же прожигающие взгляды, ожидающие, когда я выйду, я быстро выскользнул в коридор, не проронив ни слова. Мне не нравилось, что они выжидают, но я и не знал, могу ли попросить их не делать этого. Это был один из протоколов, введенных Силасом, и я не хотел его злить, нарушив правила.       Я остался у двери, надеясь все-таки перекинуться парой слов с Тоддом, завязать разговор, признаться в вечной любви… ну, знаете, обычная болтовня. Но пока я ждал, из класса вышел профессор Бритен. Завидев меня, он расплылся в улыбке:       — Ну как тебе первый урок? — спросил он, облокотившись на шкафчик и прихлебнув из кружки с кофе.       — Понравилось, — ответил я, надеясь, что он не поднимет тему моего позора под конец занятия. — Я писал короткие сочинения раньше, но никогда — на заданную тему. Это заставляет мыслить нестандартно, выходить за рамки привычного, и мне это нравится.       Нам задали сочинение на тему «День, который я никогда не забуду». У меня уже наметились кое-какие идеи. Профессор сказал, что писать не обязательно по реальным событиям, можно подключить фантазию. Может, я и правда опишу этот день? Его я точно не забуду.       — Превосходно. Рад, что мне удалось заинтересовать самого принца Илиша, — с игривым огоньком в глазах сказал профессор Бритен.       Похоже, я его чем-то зацепил, и это одновременно льстило и немного тревожило. Лишь бы его интерес не повлиял на оценки. Я хотел заслужить свой высший балл умом, а не получить в подарок. Или, что хуже, чтобы все решили, будто мне его поставили только потому, что я принц.       — По понедельникам у нас всегда творческое задание. Я задаю по небольшому рассказу на неделю, чтобы, так сказать, разбудить творческое мышление подростков, — пояснил он.       — С нетерпением жду следующего, профессор Бритен, — ответил я с улыбкой. Не знаю, чем он мне понравился, просто от него веяло чем-то… добрым. Мне было комфортно рядом с этим человеком. Наверное, потому что он относился ко мне по-человечески. Я же пришел сюда за школьными знаниями, а не для того, чтобы передо мной стелили красную ковровую дорожку.       — Да зови меня просто Райан, — отмахнулся он. — А «профессор Бритен» пусть останется для… как вы нас называете? Простолюдинов? Чиновников? Скучных обывателей?       Я рассмеялся, и он тоже. Он мне все больше нравился.       Но тут взгляд профессора, а вернее — Райана, вдруг пересекся с кем-то за моей спиной, и выражение его лица резко изменилось. Я обернулся.       Мимо нас проходил Тодд.       И он, похоже, был в ярости.       Подтверждением моих подозрений стал взгляд, которым он смерил профессора. В нем читалось нескрываемая ненависть — я почти физически ощутил, как волна раздражения прошла по коридору. Все это сбивало с толку. На вечеринке Тодд был спокойным и расслабленным, да и до начала урока вел себя вполне нормально.       Профессор Бритен тут же отвел взгляд синих глаз от Тодда. С его лица исчезла улыбка, но как только он заметил, что я на него смотрю, снова улыбнулся.       — И что у тебя дальше по расписанию?       Тодд удалялся прочь, будто тяжелое грозовое облако. Плечи напряжены, шаг — резкий, жесткий.       — Что это было? — спросил я прямо. Было очевидно, что Тодд злился на Райана, и я хотел знать за что.       — О… ничего страшного, — попытался отмахнуться профессор, нервно усмехнувшись. — Не бери в голову…       — Что случилось? — повторил я, на этот раз скрестив руки на груди.       Он поерзал и потер переносицу.       — Не заставляй меня давить на тебя титулом, Райан.       Профессор бросил на меня мученический взгляд, поднял свою красную кружку с синим узором и принялся пить. Медленно. Очень медленно. Самый долгий глоток в моей жизни.       Но ничего. Терпение — моя добродетель.       — Тодд злится из-за глупостей, — наконец выдавил он. — Он просто… эээ…       — Принц Илиш! Так слухи оказались правдой — сам Принц Скайфолла снизошел до нашей скромной школы! — раздался за спиной голос.       Райан тут же выдохнул с явным облегчением и выпрямился.       — Ладно, мне пора в класс. Не буду вам мешать. Увидимся завтра, принц Илиш.       Я бросил на него прищуренный взгляд, говоривший, что я не в восторге от его ловкого побега, но в ответ получил лучезарную улыбку. И он исчез. Я никогда не видел, чтобы взрослый человек двигался так быстро.       Однако, не желая показаться грубым, я обернулся. Передо мной стоял мужчина с круглым животиком и добродушным лицом. Он поклонился и протянул мне руку. Я ответил рукопожатием и легким кивком. Видел я его всего раз, но запомнил. Это был директор Старшей школы Скайленда — Барри Хэншоу.       — Рад быть здесь, — сказал я директору. — У Вас замечательная школа. Я обязательно передам хорошие слова своему хозяину.       Господин Хэншоу, похоже, пришел в восторг.       — Ну, теперь у меня точно хороший день. Могу ли я лично что-то сделать, чтобы Ваше пребывание в нашей школе было еще приятнее? Только скажите, и по щелчку пальцев все будет исполнено.       — О, нет-нет, все прекрасно, — отозвался я, стараясь говорить непринужденно и при этом оглядеться, не подслушал ли кто. Судя по взглядам, протоколы и так раздражали часть учеников, и я не хотел подливать масла в огонь. — Я просто хочу, чтобы меня воспринимали как обычного ученика. Прожить весь школьный опыт, понимаете? Думаю, это пригодится мне, когда я буду помогать королю Силасу управлять Скайфоллом.       Мистер Хэншоу просунул большие пальцы под черные подтяжки и кивнул, отчего его двойной подбородок обзавелся третьей складкой.       — Уважаю это, принц Илиш. Скайфоллу повезло с таким заботливым и думающим о народе наследником. Но мое предложение остается в силе — если вдруг что понадобится, просто скажите. Я лично прослежу, чтобы все было сделано.       Он взглянул за мое плечо и кивнул в сторону коридора:       — Ладно, не буду вас больше задерживать. Идите на обед. У нас хорошо укомплектованная столовая, кормят всех учеников. Прямо по коридору за вашей спиной и направо. Три доллара за комплекс, но для вас, разумеется, бесплатно. — Он усмехнулся. — Хотя не удивлюсь, если вы решите отказаться от такой простецкой еды. Зато у нас есть скамейки под дубами и кленами, их сам король посадил вместе с принцем Перишем. Не буду омрачать вашу тень присутствием старого толстяка.       Он отвесил поклон.       — Прекрасного Вам дня, принц Илиш.       Я попрощался и задумался, стоит ли идти в столовую. Решение пришло быстро — это был шанс познакомиться с новыми людьми. Возможно, я увижу Тодда и…       Шагая в сторону столовой, я хмурился, вспомнив жгучую гримасу, с какой Тодд смотрел на профессора Бритена. Он даже на меня не посмотрел. А теперь, оглядываясь назад… вдруг его молчание на уроке было вовсе не сосредоточенностью, а злостью? На меня?       Эта мысль привела меня в бешенство. Тодд злился на меня? Какая наглость! Клянусь, если выяснится, что я больше не нравлюсь Тодду, я прибью его на месте. У него не было ни малейшего повода меня ненавидеть. Его реакция вообще не имела смысла.       'Что я такого сделал? Просто… поговорил с долбанным учителем.       Поговорил с долбанным учителем…'       Я свернул направо и увидел в конце коридора надпись «Столовая», рядом — нарисованный школьный талисман: синий карракэт второго поколения по кличке Кобальт. За распахнутыми металлическими дверьми открывалось просторное помещение, заполненное круглыми столами и компаниями учеников. Они болтали, ели, вокруг витали аппетитные запахи, а гомон голосов создавал то особенное напряжение, что рождается в местах, где много людей оказывается вместе.       Мое лицо оставалось хмурым, когда я вошел в оживленный зал. С каждым шагом шум и ароматы усиливались. Что-то ускользало от меня в этой странной истории с Тоддом и профессором Бритеном, складывалось ощущение, что стоит мне подумать еще немного, и загадка будет решена.       Может, Тодд — любимчик учителя и ему не понравилось, что тот хвалил меня? Если так, то это до нелепости глупо, я ожидал от него большего.       Но тогда… почему сам профессор так увернулся от моего вопроса и выглядел откровенно довольным, когда мистер Хэншоу неосознанно предоставил ему повод ретироваться?       Я стоял в очереди и разглядывал меню, написанное на табличке: куриные наггетсы, картофель фри, салат, а на десерт — брауни.       'Что-то здесь не складывается…'       Заплатив за еду, я занял пустой стол у окна, подальше от всех. Подтянул поднос, взял один наггетс, откусил половину — и тут же пожалел. Он был резиновым, с какой-то странной текстурой, будто жуешь промасленную губку.       — Смотрите-ка, даже наша еда ему не по вкусу.       Я поднял взгляд, вернувшись с планеты отвращения, и прищурился. Конечно же. Тиберий. Придурок с урока английского, которого выгнали. У этого идиота на меня явно руки чесались, и я до сих пор не понимал, по какой причине.       Не испытывая ни малейшего страха, я поднялся. Тиберий злобно смотрел на меня, с двумя дружками по бокам, один из которых не выглядел военным.       — А рискнешь повторить это дерьмо мне в лицо? — спросил я негромко и с грохотом опустил обе ладони на стол. В груди вспыхнула гордость, когда весь зал внезапно стих.       Тиберий вскинул подбородок. Его зеленые узкие глазки могли бы пронзить меня насквозь, если бы не терялись на фоне длинного носа и оттопыренных мясистых ушей.       — Сядь, принц, — процедил он, практически выплюнув это «принц». — А не то я устрою тебе настоящую школьную жизнь.       Уголок моих губ дернулся вверх.       — Да ладно? И что ты сделаешь? Выбьешь у меня поднос? Дашь подзатыльник? Давай, рядовой, твой принц задал тебе вопрос.       — Так, все, хватит! — раздался голос, от которого все в столовой вздрогнули. К нам направлялся темнокожий мужчина в костюме и галстуке, явно рассерженный. — Прекратите это и возвращайтесь к своему обеду. Тиберий, возьми себя в руки, пока я сам из тебя всю дурь не вышиб.       Тиберий залился краской гнева, нос его заалел, словно у Рудольфа.       — Это он начал! — заорал он. — Спроси любого здесь, Мартин! Он встал, он стукнул…       — Тебе шестнадцать, и мне плевать, — отрезал мистер Мартин. — Ешь молча, Кроуфорд.       Он развернулся и вышел из столовой, даже не бросив на меня взгляда. Последовало несколько присвистов и нервный смех. Мне же было все равно — я уже дал понять, что не из тех, кто обтекает в сторонке.       Поэтому я снова сел и бросил на Тиберия последний, ледяной взгляд.       В ответ меня прожгло ненавистью. Скорее всего, ублюдок злился на всю королевскую семью, а я просто был удобной мишенью.       Я вернулся к своему обеду и ел в тишине. Но краем глаза заметил знакомую фигуру. Тодд шел к выходу с Марио и вторым своим другом. Я подумал, что он меня не заметил, но в дверном проеме он вдруг обернулся. Я успел вовремя отвести взгляд.       И все же краем глаза увидел хмурый взгляд и кривую усмешку.       Что-то внутри меня сжалось… и тут же взорвалось гневом.       Если он ищет конфликта… я устрою ему ебаный конфликт.