Зяблик

Ещё одно утро, проведённое путешественником в гавани ли юэ. Скоро намечался праздник морских фонарей, так что он решил зайти в гильдию и взять пару новых поручений, что бы помочь с подготовкой праздника: кому то требовалась помощь с доставкой материалов, кому то не хватало рук на полях, кто то не успевал доделать нужное количество воздушных змеев в срок. Среди всех этих мелких вопросов глаз зацепился за одно: возле месторской на окраине города расположился лагерь агрессивных хиличурлов, куда Эфир решил направиться в первую очередь: мало ли они кому то навредят. Дав Паймон мешочек моры и отправив в гастрономическое путешествие по Ли Юэ, что бы не мешалась во время боя, он выдвинулся в путь. Пять минут — путешественник уже на месте и осматривается по сторонам, держа меч в руках и готовясь отбить атаку монстров, но к его удивлению в окресностях было так тихо, будто там не то что монстров, даже животных не было. Казалось, что всё было тихо и спокойно, Эфир уже полез в карту проверить не ошибся ли он местом: вдруг перепутал и пришёл не туда. Он достал карту, повертел её в руках — вроде пришёл правильно, но где же хиличурлы? Как вдруг он увидел размазанное пятно уже высохшей крови на молодом деревце, что незаметно стояло поодаль от остальных. Эфир подбежал к нему, осматривая и натыкаясь взглядом на другие красные следы. Сначала они тянулись тонкой дорожкой, но где то метров через двадцать стали появляться целые лужи, которые всё росли и росли в своих размерах. Чем дальше заходил Эфир, тем свежее казалась кровь. Выйдя за стену деревьев — на поляну среди леса его взору открылась страшная картина: полностью зачищенный лагерь хиличурлов. Слала понятна причина абсолютной тишины — вокруг не было ни одной живой души. Ни монстров, ни людей, лишь кровавое мессиво рядом с примитивными постройками: кто то уже разобрался со всем вместо Эфира, но кто? Путешественник подошёл к блтжайшему мёртвому телу — ещё достаточно тёплое, значит умер всего пару минут назад. Загадка стала ещё сложнее: не мог же кто то убраться отсюда в мгновение ока, ещё и совсем без шума и не оставив кровавых следов.. Вдруг, откуда то из под разрушенной постройки раздался тонкий, совсем тихий писк, и Эфир поспешил проверить, что же чвлчется источником звука. Какого же было его удивление, когда из под обломков он достал маленького, бело-голубого зяблика с раненным крылом. Птичка была совсем без сил, лишь дёргалась то ли от боли, то ли от страха, то ли от желания поскорее отсюда убраться — Эфир знать не мог. Но то что он знал точно — то что зяблик может и умереть от кровопотери или ещё чего, если ему не оказать помощь. Он аккуратно взял его в ладони и поспешил к гавани, в хижину бубу. — Бедная птичка! Она же поправится, да? — возволнованная Паймон летала вокруг Бай Чжу, что аккуратно бинтовал зяблику крыло. — Я конечно не ветеринар, но точно могу сказать что птица необычная — любую другую было бы уде не спасти. Я сделал что мог что бы остановить кровотечение, безболезненно всё обработать и наложить необходимые повязки, — он аккуратно завязал бинт и поднял зяблика, передавая его Эфиру — думаю что где то через неделю он полностью придёт в себя, а пока утром и вечером меняйте повязки и наносите на рану эту мазь, — он прттянул путешественнику небольшой бутылёк со светло-зелёной субстанцией — она из цветков циньсинь, способствует заживлению ран и имеет антибактериальный эффект. — Конечно, спасибо вам большое, — Эфир улыбнулся и взял зяблика на руки, убедился что держит праильно и не давит на раны, а после обратился к Паймон. — Уже вечер, давай вернёмся на постоялый двор. Я за сеогдня просто смертно устал — Да, да! Но сначала ужин! Три куриных шашлычка! Нет, четыре! И цыплёнок в медовом соусе! Паймон так волновалась за тебя и этого зяблика, что снова проголодалась! Ещё раз поблагодарив Бай Чжу за помощь, путешественник со своей спутницей отправились на постоялый двор. За беседой и наблюдением за их новым временным спутником, который видимо слишком много за сегодня пережил что бы бодрствовать, дорога прошла незаметно незаметно. Вот они уже поднимались на кухню, что бы заказать ужин для Паймон. Заплатив за всё и оставив спутницу ждать свою еду, Эфир направился в свой номер, подальше ото всей вечерней суеты и шума. Зайдя в комнату, первое что сделал путешественник — снял шарф и сделал из него "гнёздышко" на тумбочке возле кровати, куда усадил птичку, которая на тот момент уже проснулась. Эфир присел, что бы оказаться с зябликом на одном уровне, только сейчас он заметил странную фиолетовую отметинку на его лбу. Даже с забинтованным крылышком тн выглядел так мило, что путешественник всё таки не удержался и протянул к нему руку, аккуратно поглаживая, слегка проводя пальцами по его голове, шее, спине — пёрышки были такими мягкими, что он просто не мог остановиться и сдержать улыбки.