Спокойствия не будет.

      Он был одержим этой идеей настолько, что спустя несколько неудачных попыток решается на отчаянные меры. Нет, парень не думал о том, чтобы навредить, он просто хотел. И это желание крепко засело в черепной коробке, не давая остальным мыслям его как-то отговорить.       Школа давно осталась позади, но их взаимосвязь, казалось, действовала против любых вселенских правил, заставляя вновь сталкиваться. Поттер стал первоклассным аврором, первые несколько лет службы прошли вполне спокойно. Но потом… его настигло природное бедствие, под названием Малфой и вместе с его появлением всё пошло под откос. Не каждый может представить себе Драко в роли аврора, но придётся, потому что история разворачивается в таких условиях. Гарри всегда думал, что тот станет зельеваром и будет вести тихую свободную жизнь. Но нет же, тому кровь с носу нужно было появится в этом месте.       Поттер никогда не мог вести себя адекватно рядом с ним. И если в школе хорошо балы заметна злость, то здесь… одержимость.       Сегодня они не отправлялись в рейд, наоборот, праздновали закрытие крупного дела и веселились на полную катушку. Дорогой алкоголь, шикарный ресторан и куча народа — всё было идеально, чтобы в один момент напоить Драко. Только вот тот не был столь глуп, поэтому держал бокал в руке, даже ни разу не поставив его на стол, от чего чувство раздражение где-то медленно собиралось клубком внутри Поттера. Он уже готов был при всех встать с места и насильно влить пузырёк тому в горло, после чего насладиться последствиями.       Гарри не мог объяснить свою одержимость этим человеком, как и не до конца понимал чувства. Но если сегодня он не трахнет эту привлекательную задницу — мир уже никогда не будет прежним. Фляга свистела долго, отчаянно и сильно.       — За очередную победу! — Молодой, но способный, аврор приподнялся с места и заставил всех остальных чокнуться бокалами.       Биение стекла наполнил окружение, а крики остальных смешивались в единую какофонию. Кто-то уже бил бокалы об пол, считая, что таким образом навлечёт успех и на остальные дела, а изрядно выпившие соратники спали прямо на столе, сложив руки. И только чёртов Малфой выглядел как самый трезвый человек на планете. Гарри не знал, как заставить его выйти, или же поставить бокал на стол, но с каждой пройденной минутой нервы натягивались в тонкую струну, готовые лопнуть в один момент.       Изначально Поттер считал, что его постоянно посещает злость. В школе такое явление было постоянным, и ничего странного в этом он не находил. Но вот прошёл первый год службы с Малфоем. Год, который можно окрестить как ссоры, ругань и беспокойство. Но чем дальше шло время, тем сильнее эмоции перерастали в нечто неизведанное. Когда их взгляды пересекались, сердце не делало кульбит, а сразу же перенаправляло кровь в нижнюю часть тела. Страсть? Похоть? Нет, не так. Будто животные инстинкты овладевали телом и хотелось грубого секса. Просто так, без видимых на то причин.       Стал ли Поттер противиться новым чувствам? Конечно да, но недолго. Невозможно сдерживать что-то настолько сильное.       — Мисс, спешу оставить вас ненадолго. — Драко элегантно поцеловал руку какой-то дамочке, которая тут же зарделась от столь приятного жеста, после чего отлучился.       Это был момент, который Поттер ждал несколько месяцев. Все звёзды на небе сошлись, а значит — пора. Он медленно встал со своего места и пошёл в след за Малфоем, который по всей видимости решил немного освежиться на улице. Погода сегодня действительно радовала, а тёплый летний воздух скрашивал одинокие улочки, придавая им некий шарм.       Когда Гарри закрыл за собой дверь, он облокотился спиной о стену, вставая рядом с Драко.       — Это вредно. — Поттер забрал у него сигарету и бросил на асфальт. Игривые искорки в глазах могли выдать аврора с головой, но в темноте их вряд ли кто-то смог бы заметить.       — Отъебись. — Суровость его голоса поражала, от чего Гарри только сильнее захотел сломать эту гордость. У него дрожали пальцы, а взгляд продолжал бегать по лицу, освещенному лунным светом. Сдерживаться уже стало невозможно.       — Ладно. — Он поднял руки и вновь отвернулся.       Выбора нет. Пора действовать.       Гарри достал из кармана маленький пузырек, после чего выпил содержимое полностью. Ему хватило парочки мгновений, чтобы схватить Драко за горло и силой вжать его в стену. То ли от алкоголя, то ли по каким-то личным причинам, тот не успел среагировать и сейчас был в опасном положении. Пока не началась паника, Поттер влил амортенцию в него, втягивая в жадный поцелуй. Жидкость из одного рта перетекла в другой, и даже несмотря на сопротивление, Гарри не собирался отступать.       — Мх-в! — Всё протестовал Драко, пытаясь оттащить аврора, но силы были не равны. Бороться с одержимым — как пытаться выплыть на берег с грузом на ноге. Бессмысленно.       Гарри жадно впивался в эти губы и не давал шанса выбраться. Часть зелья передалась и ему, от чего чувство возросло в несколько раз. Его руки блуждали по телу быстро, пытаясь взять всё и сразу. Сминая бёдра и подтягивая к себе уже расслабленное тело, душа ликовала от восторга. Малфой так же жадно ему отвечал, а после запрыгнул на аврора, отгоняя здравый рассудок куда подальше.       — М-м-м, нетерпеливый. — Игриво пропел гриффиндорец, после чего утянул сладкое горячее тело в вихре аппарации.       Уже на ходу снимая обувь в свой квартире, Гарри не мог даже представить эту ночь. Амортенция хоть и не вызывает любовь, скорее просто влечение, но этого будет достаточно, чтобы вдоволь насладиться желанным. Он откинул Драко на широкую кровать, а резкими движениями стал стягивать одежду. Член уже рвался на волю, и сдерживать подобные желания стало невыносимо.       — Ну же, Гарри, возьми меня. — Раскрепощенность Малфоя не оставила сомнений. Поттер сильнее впился в губы, разрывая рубашку на нём. Звон пуговиц о паркет остался никем незамеченным.       Как же стало жарко. Драко дразнился, его прикосновения к коже вызывали новые приступы эйфории, от чего Гарри сильнее сжимал его бедра и притягивал к себе. Грубые пальцы резким движением сорвали ремень, а вместе с ним полетела и другая одежда.       — Какой ты сладкий. — Поттер оторвался от губ и не теряя времени стал спускаться ниже. Влажные укусы оставляли после себя яркие пятна, что смотрелось очень эротично. Стоны… чё-ё-ёрт, Гарри не может устоять перед ними.       Вихрь новых ощущений смешивал в себе всё: страсть, неостановимую похоть и самую настоящую одержимость. Гарри не просто хотел секса, он хотел его именно с Драко. И откуда взялась идея было совершенно не важно, потому что Малфой уже лежал под ним и просил большего.       — Ну Гарри…       Невозможно устоять. Невозможно.       Поттер наклоняется ещё ниже и прикусывает бедренную косточку, пока рука уже тянется к низу живота. Он шепчет заклинание, после которого тот слегка вздрагивает.       — Сейчас, Драко, сейчас…       Несмотря на своё дикое необузданное желание, парень вбирает его член и аккуратно растягивает узкий проход.       — Ах-м! Чёртов Поттер! — Вырывается из слизеринца, пока его тело всячески извивается на кровати. Простынь взбивается под ним, капельки пота на лбу медленно стекают вниз, а температура не перестаёт расти. Кажется, что дышать уже нечем. Настолько жар между тел заполонил это место.       Гарри резко поднимается выше и утягивает Малфоя за собой. Он берет его за бёдра и входит в податливое желанное тело, от чего у Драко перехватывает дыхание. Кажется, что весь мир перестал существовать в этот момент, потому что Поттер уже бы не смог остановится. Вкусив запретный плод, ты превращается в грешника, но ему было всё равно. Если за сегодняшнюю ночь придётся попасть в ад и стать злодеем — он это сделает. Словно наркоман, которому не хватает дозы.       — Хороший. — Ухмыляется Гарри и делает первый толчок. Глубоко, до искр перед глазами. И каждый новый — как глоток воздуха для утопающего.       Драко открывает рот и смотрит на него замыленным взглядом. Щеки слегка покраснели, а блеск на губах был настолько пленительным, что Поттер не смог сдержаться. Он вновь проникает в жаркий рот языком, от чего желание возрастает в несколько раз, хотя, куда уже больше. Фрикции глубокие, резкие, из-за чего сознание медленно начинает плыть.       В этом омуте желаний, он совсем потерял себя настоящего

***

      Ранее утро. Полоска света проникает в некогда тёмную комнату и заставляет веки медленно открыться. Гарри пытается задёрнуть одеяло, как делал всегда, чтобы спрятаться, но небольшой груз не даёт этому случиться. Нехотя тот всё же поднимается на локтях, пытается понять причину и видит мирно спящее тело.       Только сейчас его мозг посещают воспоминания вчерашнего дня. Улица, пузырёк, а после кровать и… его одна из самых страшных ошибок. Чёрт.       Мысли метаются в голове как ошалевшие, пытаясь собраться в одну целостную идею.       — Мерлин, что я наделал? — Шепчет Гарри, вскакивая с кровати. — Нельзя быть таким грубым.       Парень осторожно встаёт с кровати и накрывает Драко одеялом. Вихрь медленно сходит на нет, и теперь в черепной коробке осторожно возрождается привязанность.       Всё происходит настолько быстро, что он даже не осознаёт серьёзность ситуации. Гарри не может понять, что эти чувства лживые и неправильные. Он просто следует внутреннему плану и пытается быть рядом с любимым, подарив тому толику комфорта и уюта.

***

      — Вот вы… серийниками занимаетесь. Может, скажите мне, зачем они это делают?       — Ну, мотивы разные бывают.       — Два мотива всего: власть и похоть. Остальные сводятся к этим двум.

— Родион Меглин, сериал «Метод» -