Теннис, любовь и дружба

"Теннис, любовь и дружба"

      Во время игры в теннис между царём и поэтом промелькнула искра. Вот только они этого не заметили. Заметил это граф Бенкендорф.       "Это будет интересно...." — подумал он, а потом увидел шедшешо в его сторону Жуковского.       — Александр Христофорович, я могу с вами поговорить? — неожиданно, но тот остановился рядом с ним.       — Что случилось, Василий Андреевич? — Бенкендорф был заинтересован в том, что скажет ему учитель наследника престола.       — Это касается Его Величества и Пушкина. — ответил Жуковский, после чего его сразу повели в свой кабинет.       — Василий Андреевич, вы тоже заметили искру между императором и нашим поэтом? — спросил начальник жандармов, как только закрыл свой кабинет.       — Только слепой этого не увидит. — таков был ответ на заданный вопрос.       — А они что, слепые? — подняв одну бровь, поинтересовался Александр.       — Видимо да. — фыркнул на это Василий. — У Саши я заметил одно стихотворение, посвящённое императору.       — Ого! И что он ответил на это?       — Что посвятил его своей жене.       — Жене?       — Жене. Но я не поверил этому. Там ясно было видно, что речь идёт о государе.       Тут дверь в кабинет открылась, явив Николая и Александра, которые заинтересованно смотрели на собравшихся.       — Вы не хотите сыграть в теннис? Мы с Александром Сергеевичем против вас. — предложил Романов смотря на Бенкендорфа и Жуковского.       — А почему вы не можете сыграть друг против друга? — поинтересовался хозяин кабинета.       — Вдвоём неинтересно. — ответил литератор, мило улыбнувшись.       — Мы сейчас немного заняты. — произнёс Жуковский, показав на две стопки бумаги, которые они разбирали.       — Ничего страшного. Александр Сергеевич, придётся нам играть вдвоём.       — Ничего страшного, Николай Павлович, сыграем.       Обе эти фразы произнесены с флиртом, что заметили все четверо. Двое из них пошли к выходу из кабинета.       — А вы вместе? — неожиданно спросил Бенкендорф, заметив, как император взял литератора за руку.       — Да! — ответил Романов, а потом закрыл за собой дверь. — Саш, мы идём играть в теннис? — лукаво спросил он.       — Коль, какой теннис, если я сейчас буду посвящать тебе новое стихотворение? — Пушкин коротко улыбнулся.       — И правильно, теннис оставим на потом!       Жуковский и Бенкендорф всё это слышали. Они в шоке переглянулись и покачали головами.       — Быстро они....       — Да, только вчера в теннис играли....