Красный код

Руки мужчины двигались плавно, почти красиво - как у дирижёра, знающего партитуру наизусть. Запястья были расслаблены, движения выверены, экономны, лишённые суеты. Будто в них не было напряжения вовсе, словно он не держал в ладони раскалённый докрасна кусок железа, а всего лишь кисть или перо. Металл шипел. Не громко - противно, влажно, когда касался кожи. Воздух тут же наполнялся запахом жжёного мяса, сладковатым и липким, от которого хотелось зажать нос и отвернуться, но он не отворачивался. Он смотрел внимательно, почти с интересом, водя железкой по телу, оставляя аккуратные следы: точка - пауза - тире. Каждое движение - танец, будто он писал картину. Женщина под ним кричала. Сначала - громко, сорвано, надрывно. Потом крик превратился в рваные звуки, в хрипы и всхлипы, но она всё равно продолжала - снова и снова втягивала воздух пересохшим ртом, будто сам этот процесс стал для неё единственным доказательством, что она ещё жива. Лёгкие жгло, горло саднило, но тело упрямо требовало ещё одного вдоха. Ещё одного крика. Макияж стекал по её лицу грязными потёками. Чёрные дорожки туши смешивались со слезами, забивались в складки кожи, делая лицо чужим, перекошенным. Глаза опухли, покраснели, взгляд метался - беспомощный, затравленный, цепляющийся за всё подряд: потолок, лампу, силуэт над ней. За что угодно, кроме боли. Железо вновь коснулось кожи. На этот раз - груди. Тело дёрнулось инстинктивно, выгибаясь, пытаясь уйти от источника боли, но ремни держали крепко. Запястья и щиколотки уже были содраны до мяса, кожа там пульсировала, но это казалось ничтожным на фоне того, что происходило сейчас. Боль была ослепляющей - не острой, а глухой, расползающейся, будто огонь под кожей. Точка. Тире. Пауза. Она захлебнулась криком, он перешёл в вой - низкий, животный. - Сукииин… сыыын… - вырвалось из неё, слова растекались, язык заплетался, губы дрожали, не слушаясь. Речь рассыпалась на бессмысленные звуки, на мольбы без адресата. Мужчина не ответил. Он будто вообще её не слышал. Его лицо оставалось пустым, отстранённым, почти скучающим. Взгляд скользил по отметкам, оценивая симметрию, расстояние между ними, чистоту линий. Он слегка наклонил голову, будто художник, сомневающийся, не стоит ли добавить ещё один штрих. Металл снова зашипел. Кожа под ним вздувалась, темнела, трескалась. Запах стал сильнее, гуще, почти удушающим. Женщина закашлялась, дёрнулась, её тело обмякло на секунду - и он терпеливо подождал, пока она снова придёт в себя. Он не спешил. Ему было важно, чтобы она чувствовала. Когда он отстранился, на её теле остались символы. Не слова - послание. Аккуратное, выверенное, понятное тем, кто умеет читать. Он ещё раз осмотрел результат своей работы. Декстер оценит. Эта мысль была единственной, что мелькнула в его сознании - не радость, не возбуждение, не триумф. Скорее спокойная уверенность. В отделе тем временем жизнь текла своим привычным, почти обманчиво спокойным руслом. Бумаги перекладывались с места на место, кружки с кофе остывали на столах, кто-то лениво перебрасывался шутками, кто-то ругался на отчёты. Со стороны могло показаться, что ничего не меняется. Но Декстер чувствовал - меняется всё. Пока он и Куинн медленно, болезненно расходились в разные стороны, Маркус действовал сразу на двух фронтах - и делал это с той же аккуратной уверенностью, с какой входил в любое пространство. С Джозефом у них всё сложилось почти сразу: рабочие разговоры незаметно перетекали в более личные, короткие реплики - в привычку обмениваться взглядами, комментариями, понимающими усмешками. Они были хорошими коллегами, а со временем стали и чем-то большим - знакомыми, с которыми комфортно молчать. И параллельно Эймс осторожно, без давления, начинал выстраивать контакт с Декстером. Не навязчиво и не слишком близко, ровно настолько, чтобы это выглядело естественно. Он останавливался у его стола под предлогом рабочего вопроса, задерживался на пару минут дольше, чем требовалось. Иногда комментировал отчёты, иногда просто спрашивал, как продвигается анализ. Его тон всегда был спокойным, нейтральным, будто он заранее давал понять: я не лезу, я просто рядом. Морган принимал эту дружбу. Вежливо и без видимого сопротивления. Он отвечал так, как должен был отвечать Эван Картер - немного отстранённо, но дружелюбно; без резких движений, без подозрений, без лишнего напряжения. Он кивал, соглашался, иногда позволял себе сухую шутку. Со стороны их общение выглядело ровным и даже… нормальным. Но внутри всё было иначе. Каждый раз, когда он видел, как Маркус и Куинн переглядываются через столы, как наклоняются друг к другу, обсуждая детали дела, внутри поднималась та самая глухая, неприятная волна. Ревность не была вспышкой - она была фоном. Постоянным, тянущим ощущением, будто что-то ценное ускользает, а ты не имеешь права его удержать. Декстер ненавидел себя за это. Он сам отступил, и сам создал эту дистанцию.Сам позволил другому занять его место - и теперь расплачивался за это ощущением, которое не вписывалось ни в одну из выстроенных им логических схем. И всё же именно в этом хаосе он и осознал свою ошибку. Отстранение не защитило Куинна. Молчание не стерло связь. Исчезновение не сделало боль меньше - оно лишь изменило её форму. Джозеф по-прежнему тянулся к нему, даже если старался этого не показывать. И подражатель, словно насмехаясь, продолжал подбрасывать доказательства того, что опасность никуда не делась. Декстер больше не мог притворяться, что его отсутствие - решение. Если он не может подойти к Куинну напрямую, значит, нужен обходной путь. Например Маркус. Эймс стал связующим звеном - тем, кто находился между ними, не осознавая этого до конца. Через него можно было восстановить контакт, не ломая выстроенную дистанцию резко, не вызывая подозрений, не руша хрупкое равновесие. Осталось только придумать как. - Ты опять что-то проебал? - возмущался Лоусон, ходя вокруг стола. - Только вчера ведь все документы были у тебя куда-то ты их дел, далбаеб?! - Не думаю что криком ты заставишь папки прибежать обратно. - спокойно парировал Декстер, сделав сухую мину и отвернулся к шкафу, где обычно хранилась куча важной писанины. - Может и не заставлю, но тебя это точно разбудит! - Что тут у вас за разборки? - сказал неожиданно появившийся в дверном проёме Маркус. Он всегда появлялся там, где был нужен именно тогда, когда был нужен. Декстер бы с удовольствием позаимствовал такую черту, например чтобы свалить от сюда и не видеть одновременно двух М. , которых он не переносит. - Картер растерял все материалы по делу! Так еще и сраного отчета у меня нет. - Ааа, ты про этот отчет? - довольно протянул Эймс и вытащил из-за спины файл. - И...это я документы взял. Эван, прости не предупредил. - добавил он, повернувшись к Декстеру. Майкл лишь цокнул языком, выхватывая файл из чужих рук и наскоро удалился из кабинета, недовольно стукая каблуками своих туфель о пол. - Кажется, есть все же люди в отделе, кто ведет себя еще страннее, чем ты!- подняв обе руки, будто сдаваясь, выдохнул Маркус. - Кажется ,он всегда не в настроении. - И не говори. - хмыкнул Морган, впервые соглашаясь с мужчиной. Эймс и правда знал как к себе располагать, ну либо ему опять повезло. - Кстати, честно говоря, твоя работа поражает. - Что? -Ну вот, вчера на выезде, ты так точно определил от куда в жертву стреляли, когда она умерла, ты...даже нашел пулю просто исходя из стороны предполагаемого убийцы и положения жертвы! - восхищался Маркус, описывая подробности. - Это же... Вылеколепно. - Я судмедэксперт. Это моя работа. - смутившись от хвальбы, ответил брюнет. - Я видел много судмедэкспертов, но подобный подход в работе вижу впервые. Ты... Ну не знаю... Ты будто от лица маньяка проецируешь все то, что было. - объяснялся Эймс, оперевшись на дверной косяк. - Хм, даже так...? - удивленно спросил Декстер, подняв голову. Подобное ему говорили впервые, и ведь Морган тоже замечал за собой, что смотрит на ситуацию он не взглядом профессионального рабочего, а скорее как убийцы, ведь так и правда легче, да и он знал, какого находиться в их шкуре. - Ну знаешь, это в конце концов годы обучения, опыт... - Нет ,ну это понятно. Тяжелый долгий труд. Вообщем, хорошо справляешься! - ответил Маркус кивнув и отскочил от двери. - Я бы даже тебя позвал выпить пива со мной и Джо сегодня... Но не знаю, он тебя кажется недолюбливает, вижу вы не сошлись характерами, поэтому не знаю ,как это все... - Ничего, я пойду. - сходу сказал брюнет. -У нас с ним просто небольшая ссора, выпьем пива и помиримся. - Как скажешь ,мужик.- кивнув, сказал Эймс и, махнув на прощание, куда-то ушел. Он и правда мог найти тему для разговора с любым . Декстеру бы пригодилось это умение "социализации", но пока он все еще остается для других просто странным коллегой. Смена уже кончалась, а это значило только одно - пути назад нет, и сегодня ему нужно хотя бы попытаться вернуть себе доверие Куинна. Кажется, единственный шанс, который нельзя упустить. Маркус с Куинном стояли у входа и о чем-то говорили когда Декстер вышел на улицу. Эймс тут же обернулся, подзывая Моргана к ним. - Я позвал Эвана, ты же не против, Джо? - неловко улыбаясь, повернувшись к Джозефу, сказал мужчина, укладывая свою руку брюнету на плечо. - Я... - блондин удивленно скосил брови, сверля Декстера взглядом типа "Какого хуя ты тут забыл?". - Ну, в конце-концов не вечно же злиться друг на друга, да?! Что там за ссора такая может быть? - начал рассуждать Маркус, смотря то на Куинна, то Моргана. - Нет ничего плохого в том чтобы выпить пива вместе и простить обиды! Джозеф тихо выдохнул , отдернув взгляд от брюнета и наконец промямлил что-то типо согласия. Это уже было отправной точкой. Единственное что осталось для Декстера - не наложать. Сказать все как есть, как он думал, и почему говорил то, что говорил. Бар оказался именно таким, каким обычно он был: полутемным, шумным, пропахший разлитым пивом и жареным мясом. Здесь было слишком много голосов, слишком много движений, но именно в этом хаосе легче было раствориться и не смотреть друг другу в глаза. Маркус сразу взял на себя инициативу - заказал пиво, пошутил с барменом, занял столик в углу, будто давно знал это место. Куинн сел напротив Декстера, не слишком близко, но и не демонстративно далеко.Он держался напряженно, плечи чуть приподняты, челюсть сжата. Он почти не смотрел на Моргана, будто тот был чем-то вроде неудобного предмета мебели, о который больно удариться, если забыть, что он здесь. Первые кружки появились быстро. Пена осела, разговор начался - предсказуемо, безопасно, по рабочей линии. - Так, ну есть предположения на счет следующей жертвы плëночника? - Вдруг начал Эймс, отпивая из своего стакана. - Плëночника? - переспросил Декстер. - Ну, всмысле этот маньяк. Никто в отделе так и не придумал ему устойчивое прозвище, а пленка постоянно мелькала в его "работах", так что... - размышлял Маркус, вертя стакан в руках. - Ну да, логично. - отозвался Декстер, также глотнув пива. Он бросил взгляд на Джозефа, сидящего на против который уже допивал свое пиво, с жадностью, будто дикой одержимостью отвлечься на что угодно, лишь бы не быть вовлеченным в их разговор. - Эээ... Ну, после недавних случаев в кафе и барах, я могу лишь предполагать что следующая жертва опять будет в какой-то кафешке. Но ,кто это будет... - Вообще никаких предподожений? - вновь спрашивая, слегка улыбаясь. - Да бля, да хоть тот бармен следующий. Вообще не знаю кто это будет. Жертвы же вообще ничем не связаны. - указывая на какого-то темноволосого мужчину за стойкой, отозвался брюнет. - Ну, разве что, они иногда похожи на кого-то в отделе, но опять же, даже так это еще ничего не значит. - Ну кстати, думаю поэтому поводу стоило бы поволноваться. - подняв брови и кивая, будто соглашаясь с самим собой, сказал Маркус. - Тот же мужик, на Джо который похож был. Может этот плёночник что-то знает об отделе, который ведет его дело? Мало ли каких палок в колеса нам следует ожидать.... - В любом случае, мы пришли сюда пиво пить, а не думать о насущих проблемах. - выдохнул Декстер, замечая как Куинн опрокидывает в себя очередной стакан. - Ну да, что-то я заговорился. Куинн слушал вполуха. Он пил быстрее, чем обычно, не ради вкуса - ради ощущения тепла в груди, которое хотя бы на время заглушало внутренний гул. Он старался не смотреть на Декстера слишком долго, но каждый раз, когда взгляд всё-таки цеплялся за знакомый профиль, внутри что-то болезненно сжималось. Какого чёрта ты здесь?Почему мне не всё равно?Почему, чёрт возьми, ты всё ещё так важен? Он злился на него - за молчание, за холод, за это внезапное возвращение в его пространство. И ещё больше злился на себя за то, что, несмотря ни на что, рад был видеть его рядом. Маркус, заметив, что разговор начинает выдыхаться, хлопнул ладонью по столу. - Ладно, я возьму ещё по пиву. Не исчезайте, - усмехнулся он и направился к стойке. Куинн воспользовался моментом почти сразу. Он резко отодвинул стул и почти выбежал на улицу, будто воздух внутри бара вдруг стал слишком плотным. Он лишь кинул на последок что-то типо "отойду ненадолго" прежде чем скрылся в толпе. Декстер ,конечно, тоже увидел возможность. Он выждал пару секунд - ровно столько, чтобы это не выглядело как погоня, - и пошёл следом. На улице было прохладно. Ночной воздух ударил в лицо, отрезвляюще и жестко. Куинн стоял у стены, закуривая, руки у него слегка дрожали - то ли от алкоголя, то ли от злости. - Ты ,блять, серьёзно? - не оборачиваясь, бросил он. - Ты появляешься вот так, будто ничего не было? - Я не говорил, что ничего не было,- спокойно ответил Декстер, останавливаясь рядом. - Да брось, твои же слова,что два раза потрахаться как нехуй делать! - Куинн резко развернулся.- Ты нахуй вообще сюда приперся? Тебе было на меня срать столько дней, а тут Маркус вдруг начинает затирать про какую-то ссору между нами?! Ты что ему рассказал? - Ничего, он просто спросил, а я ответил что мы поссорились и все. И мне не было на тебя срать. - Не было?! Тогда что это было, Декстер?! - голос Джозефа сорвался. - Потому что со стороны это выглядело именно так. Несколько секунд Декстер молчал. Он смотрел куда-то мимо, словно собираясь с силами, которых у него никогда не было в избытке. - Я испугался, - наконец сказал он. Куинн застыл. - Испугался… че? - За тебя, - Декстер говорил тише, но каждое слово звучало отчётливо. - Я понял, что все, кто оказывается слишком близко ко мне, рано или поздно… страдают. И я решил, что если исчезну из твоей жизни, тебе будет безопаснее. - И ты решил всё за меня, - горько усмехнулся Куинн. - Да, - признал Декстер. - Я думал, что делаю правильно. Думал, что если мы не будем близки ,то подражатель тебя не тронет. Но после того трупа... Я все боюсь ,что на каком-нибудь вызове я приеду к твоему дому , где найду твой труп. - продолжал Морган, опустив голову. - Я не хочу тебя потерять. - Ах, вот как ты подумал. Извинишься и я тебе, гандону, все прощу? - рявкнул наконец он, тыкая пальцем Декстера к грудь. - Так не хотел потерять,что сам меня кинул! - Он вдруг схватил чужой воротник, продолжая скалить зубы. Джозеф вновь открыл рот, чтобы сказать какую-то колкость , но слова будто застряли в горле. Их лица очень близко и одновременно предательски далеко. От чужого дыхания на губах все тело пробирало током, а волосы на руках вставали дубом, будто от дозы кокаина. Будто волной их накрыло это странное чувство, заставившее сократить растояние между их губами. Это был не поцелуй ,а взрыв, тысячи взрывов. Будто бы на новый год миллион салютов взрываются в небе. Он был как спасением, как ремиссией после долгой борьбы над диагнозом. Он был тем, что нужно было им обоим все это время.